гражданское дело № 2-318/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
город Абаза 09 ноября 2022 года
Абазинский районный суд Республики Хакасия в составе председательствующего - судьи Ворошилова П.Д. при секретаре судебного заседания Елпатовой Е.Г. с участием:
истца ФИО2,
представителя истца - адвоката Загрядского И.Л.,
помощника прокурора Таштыпского района Утенина Д.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ООО «Абаза-Энерго» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью,
УСТАНОВИЛ:
истец обратился в суд с иском, указав, что 19.08.2004 на территории ТЭЦ ООО «Абаза-Энерго» в рабочее время по распоряжению начальника турбинного цеха штукатурила стену помещения артезианских скважин. Она работала на приставной лестнице, стоящей на грунте длинной около 4 метров. Лестница соскользнула, и она упала с высоты двух метров на бетонную отмостку, ударившись левой ногой. В результате падения она получила травму в виде перелома <данные изъяты>. Данный несчастный случай, в соответствии с заключением государственного инспектора труда, подлежит квалификации, как связанный с производством и относится к тяжким. Причинами несчастного случая являются: отсутствие на нижних концах лестницы оковок с острыми наконечниками, нарушен п. 5.1.1.5 правил при работе с инструментами и приспособлениями, не применялся предохранительный пояс, нарушен п. 5.1.25 ПБР ИП.
В связи с полученной травмой проходит лечение в различных лечебных учреждениях, испытывает боль при ходьбе, определенные неудобства, физические и нравственные страдания.
Просит взыскать с ООО «Абаза-Энерго» компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей, судебные расходы по составлению искового заявления в размере 3 000 рублей.
В судебном заседании истец ФИО2 на заявленных требованиях настояла, привела доводы, изложенные в исковом заявлении, пояснив, что после травмы 19.08.2004 по 31.12.2004 находилась на больничном, сначала был лангет, потом гипс, она лежала в больнице, затем училась ходить. В 2005 году в связи с этой травмой она опять попала на больничный. Первый диагноз поставили растяжение <данные изъяты>, потом сказали, что перелом <данные изъяты>, дали направление в город Новокузнецк, там сказали, что необходимо усиленное лечение. В 2005 году в Государственной инспекции труда в городе Абакане, сказали, что она имеет право подать в суд на пересмотр дела, так как ранее у нее установлена бытовая травма. Неоднократно проходила лечение в городе Абакане, ставили укол в сустав, это очень тяжелая процедура. Проходила реабилитацию в профилакторий. Она испытывает физическую боль, ей тяжело ходить по лестницам, не может поднимать тяжести, испытывает боль.
Представитель истца – адвокат Загрядский И.Л. в судебном заседании поддержал позицию своей доверительницы.
Представитель ответчика по доверенности ФИО3 в судебном заседании настаивала на доводах, изложенных в возражениях.
04.10.2022 представитель ответчика ФИО3 предоставила возражения на исковое заявление ФИО2 из которых следует, что ФИО2 отработала в ООО «Абаза-Энерго» более 17 лет. Она работала по профессиям: аппаратчик химводоочистки 2 разряда, машинистом насосных установок 3 разряда, охранником-контралером. Работодатель предоставил истцу работу в соответствии с имеющимися у нее образованием и состоянием здоровья. ФИО2 своими личными заявлениями выражала желание работать по предоставленным профессиям, при трудоустройстве она ознакомлена с рабочей и должностными инструкциями, а в ходе исполнения обязанностей с картой аттестации рабочего места по условиям труда и картами специальной оценки условий труда.
Согласно картам аттестации рабочего места по условиям труда аппаратчика химводоочистки электростанции (диспетчерская) № 50 нахождение в позе стоя составляет до 40% времени смены, рабочая поза машиниста насосных установок в течение рабочей смены составляет до 60% стоя. При работе охранником-контролером в ее обязанность входило производить обход территории по установленным маршрутам в соответствии с графиком, площадь земельного участка составляет 64 443 кв.м., рабочая поза в положении стоя до 60% рабочей смены.
ФИО2 каждый раз приступая к исполнению своих должностных обязанностей не испытывала каких-либо физических страданий, жалоб с ее стороны на боли, связанные с травмой ноги работодателю не поступало, как и требований в связи с этим облегчить труд. Нареканий со стороны работодателя по выполнению должностных обязанностей к ней не было.
Основной период лечения травмы пришелся на 2004-2007 года, в дальнейшем с 2008 года по 2011 год и с 2015 года по 2022 год истец в медицинские учреждения на прием с жалобами на боли в ноге не обращалась.
На момент несчастного случая ФИО2 проработала более 17 лет на предприятии и имела все необходимые знания по охране труда по профессии, виду работ, являлась опытным работником, который неоднократно выполнял подобную работу.
Судами (решением мирового судьи судебного участка в границах г. Абаза, апелляционным решением Абазинского районного суда) достоверно не установлено, каким образом ФИО2 упала, момент падения никто не видел. Полагает, что ФИО2 умышленно длительное время не заявляла о производственной травме, чтобы невозможно было установить фактические обстоятельства получения травмы. Травма была получена 19.08.2004, а требование провести проверку только 05.07.2005.
Кроме того, полагает, что ФИО2 проявила грубую неосторожность, с острыми наконечниками, не применяя предохранительный пояс производить работы проигнорировав правила охраны труда, заведомо зная об отсутствии на нижних концах лестницы оковок.
В решении судов не приведены мотивы относительно степени вины работодателя в произошедшем несчастном случае, не дана оценка причинам произошедшего.
Заслушав истца, представителя истца, учитывая мнение представителя ответчика, заключение прокурора, исследовав материалы дела, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.
В силу положений ст. 21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Согласно ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Основными направлениями государственной политики в области охраны труда являются в том числе, обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников (ст. 210 ТК РФ).
Согласно ст. 214 ТК РФ работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.
В соответствии с абз. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
В соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Частью 1 ст. 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, и т.п., осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, в том числе жизнь, здоровье, или нарушающими его личные неимущественные права, либо нарушающими имущественные права гражданина.
В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.
Как следует из трудовой книжки ФИО2, истец работала у ответчика с 01.07.2004 на участке теплоэлектроцентраль по профессии аппаратчиком химводоочистки электростанции, с 01.12.2015 по профессии машинистом насосных установок, 30.11.2017 уволена по собственному желанию в связи с выходом на пенсию, 01.12.2017 принята в турбинный цех теплоэлектроцентрали на должность охранник-контролер, 29.04.2022 трудовой договор расторгнут по инициативе работника, в связи с уходом на пенсию по старости.
Как установлено актом о несчастном случае на производстве от 21.12.2006, составленным на основании и в соответствии с заключением Государственного инспектора труда (по охране труда) Государственной инспекции труда в РХ, 19.08.2004 на предприятии ООО «Абаза-Энерго» с ФИО2 аппаратчиком химводоочистки электростанции произошел несчастный случай – падение пострадавшей с высоты. У пострадавшей имеется повреждение – перелом <данные изъяты>. Данный несчастный случай на производстве относится к тяжким.
Причинами несчастного случая являются: отсутствие на нижних концах лестницы оковок с острыми наконечниками, нарушен п. 5.1.1.5 Правил при работе с инструментами и приспособлениями, не применялся предохранительный пояс, нарушен п. 5.1.25 Правил при работе с инструментами и приспособлениями.
Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, являются ФИО1 начальник турбинного цеха ТЭЦ ООО «Абаза-Энерго», он допустил работу на лестнице без оковок с острыми наконечниками и без применения предохранительного пояса.
На грубую неосторожность в действиях ФИО2 в акте о несчастном случае на производстве не указано.
Согласно справке о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве, выданной Абазинской городской больницей от 01.07.2005, ФИО2 с 19.08.2004 по 31.12.2004 проходила лечение в результате перелома <данные изъяты>. Данный несчастный случай на производстве относится к тяжелым.
Согласно листкам нетрудоспособности у ФИО2 указана бытовая травма, произошедшая 19.08.2004.
На основании решения мирового судьи судебного участка в границах г. Абаза несчастный случай, произошедший с ФИО2 19.08.2004, признан производственным, ООО «Абаза-Энерго» обязано провести расследование указанного несчастного случая и составить акт формы № Н-1.
Апелляционным решением Абазинского районного суда от 01.06.2006 решение мирового судьи изменено и вынесено новое решение: несчастный случай, произошедший 19.08.2004 с ФИО2, является несчастным случаем, связанным с производством, решение является основанием для составления соответствующего акта о несчастном случае на производстве.
Государственным инспектором труда проведено расследование несчастного случая на предприятии ООО «Абаза-Энерго», составлено заключение, из которого следует, что несчастный случай, произошедший 19.08.2004 подлежит квалификации, как связанный с производством в ООО «Абаза-Энерго».
Причинами несчастного случая являются: отсутствие на нижних концах лестницы оковок с острыми наконечниками, нарушен п. 5.1.1.5 Правил при работе с инструментами и приспособлениями, не применялся предохранительный пояс, нарушен п. 5.1.25 Правил при работе с инструментами и приспособлениями.
Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, является ФИО1 начальник турбинного цеха ТЭЦ ООО «Абаза-Энерго», он допустил работу на лестнице без оковок с острыми наконечниками и без применения предохранительного пояса.
Согласно рабочей инструкции аппаратчика химводоочистки ТЭЦ аппаратчик обязан выполнять работу в соответствии с графиками режимов и оперативными требованиями ст. машиниста турбинного отделения, начальника смены, инженера-химика.
Материалами дела подтверждается, что ФИО2 обращалась с жалобами на боли в левом голеностопном суставе в 2005 году к ведущему специалисту травматологу-ортопеду в г. Новокузнецке, с 05.12.2007 по 31.12.2007 проходила лечение в ГУЗ «Хакасская республиканская больница им. Г.Я. Ремишевской», 02.08.2011, 06.10.2011 обращалась с жалобами в Абазинскую городскую больницу. В 2021, 2022 обращалась с жалобами на боли, ограничение движений в левом голеностопной суставе, левой стопе в ГБУЗ РХ «РКБ имени Г.Я. Ремишевской» к врачу травматологу-ортопеду. 20.09.2021 ФИО2 в ООО Диагностическом центре «Абакан» проведена магнитно-резонансная томография левого голеностопного сустава.
Согласно выписке из амбулаторной карты ФИО2, ФИО2 находилась на лечении в ГБУЗ РХ «Абазинская городская больница» с диагнозом: <данные изъяты> с 19.08.2004, травма получена на производстве, находилась на лечении до 31.12.2004. 05.03.2005 вновь обратилась с жалобами на боли в области левого голеностопного сустава, находилась на лечении с диагнозом: <данные изъяты> по 15.04.2005. С тем же диагнозом ФИО2 находилась на амбулаторном лечении с 04.10.2005 по 30.10.2005, с 28.04.2006 по 18.05.2006, с 26.09.2006 по 13.10.2006. 14.03.2007 ФИО2 направлена на МСЭ РХ. С 05.12.2007 по 31.12.2007 находилась на стационарном лечении в ортопедическом отделении. В дальнейшем амбулаторное лечение с тем же диагнозом с 23.09.2008 по 24.10.2008, с 12.08.2013 по 18.09.2013, с 26.06.2016 по 09.07.2016. 26.08.2021 консультирована травматологом РБ с диагнозом <данные изъяты>. 22.05.2022 освидетельствована на МСЭ, установлено незначительное нарушение функций организма, что не дает оснований для установления группы инвалидности и определение процента утраты трудоспособности. До 19.08.2004 с какими-либо травмами левой нижней конечности не обращалась.
29.04.2022 с ФИО2 расторгнут трудовой договор по инициативе работника, в связи с уходом на пенсию.
С учетом изложенных доказательств, судом установлено, что ФИО2 состояла в трудовых отношениях с ответчиком, получила травму при выполнении своих трудовых обязанностей, работа выполнялась по заданию работодателя, который обязан был обеспечить безопасные условия труда, грубой неосторожности в действиях истца не установлено, истцу в результате производственной травмы причинен вред здоровью в виде перелома <данные изъяты>, при этом в результате причинения вреда здоровью истца, были причинены моральные и нравственные страдания, что является основанием для компенсации морального вреда.
Причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).
Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Суд, определяя размер компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости, принимает во внимание индивидуальные особенности личности потерпевшей, степень физических и нравственных страданий ФИО2, их продолжительность, обстоятельства, при которых причинен вред здоровью, характер травмы и ее последствия, длительность периодов нетрудоспособности истца в связи с полученной травмой.
Вместе с тем суд также принимает во внимание, что с иском о компенсации морального вреда истец обратилась по истечении 18 лет с момента получения травмы на производстве, в результате травмы ФИО2 инвалидность и процент утраты трудоспособности ей не установлены, ограничений к работе по профессии она не получила, после получения травмы, пройденного лечения она продолжила работать у ответчика в прежней должности, затем работала у ответчика на иных должностях на протяжении более 17 лет, в том числе на должностях, требующих в период рабочего времени длительного перемещения на ногах, вплоть до выхода на пенсию 29.04.2022.
Все изложенные обстоятельства позволяют суду расценивать размер компенсации морального вреда, подлежащим снижению, поскольку заявленная истцом в качестве компенсации морального вреда сумма в размере 1 000 000 рублей к ответчику не является разумной и справедливой, соответствующей характеру перенесенных физических и нравственных страданий.
Статьей 94 ГПК РФ предусмотрено, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителя.
В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Квитанцией от 26.08.2022 подтверждается, что истцом оплачены услуги представителя по составлению искового заявления в размере 3 000 рублей.
С учетом характера спора, объема выполненных работ по составлению искового заявления, требований разумности, суд полагает подлежащими возмещению расходы в размере 3 000 рублей.
Издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации (ч. 1 ст. 103 ГК РФ).
На основании изложенного, учитывая, что истец при подаче иска освобожден от уплаты государственной пошлины, суд считает, что в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ с ответчика следует взыскать в доход соответствующего бюджета госпошлину в сумме 300 рублей.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
исковое заявление ФИО2 к ООО «Абаза-Энерго» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью удовлетворить частично.
Взыскать с ООО «Абаза-Энерго» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 3 000 (три тысячи) рублей.
Взыскать с ООО «Абаза-Энерго» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 300 (триста) рублей.
В остальной части заявленных требований ФИО2 к ООО «Абаза-Энерго» отказать.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Хакасия в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы, представления через Абазинский районный суд.
Мотивированное решение изготовлено 15 ноября 2022 года.
Председательствующий П.Д. Ворошилов