Дело № 2-972/2023 74RS0029-01-2023-000852-88
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Ленинский районный суд города Магнитогорска Челябинской области в составе:
председательствующего судьи Кутырева П.Е.,
при секретаре Камаловой С.Т.,
рассмотрел 25 сентября 2023 года в открытом судебном заседании в зале суда в городе Магнитогорске Челябинской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО12 к обществу с ограниченной ответственностью «ЮГРАЭНЕРГО» об установлении факта трудовых отношений,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «ЮГРАЭНЕРГО», в котором просит признать отношения, сложившиеся между сторонами трудовыми и трудовой договор между сторонами заключенным на период с 01 июня по 30 декабря 2022 года с окладом 70000 рублей, взыскать заработную плату 490000 рублей, денежную компенсацию морального вреда 100000 рублей и судебные расходы. В обоснование заявленных требований истец указал на то, что 01 июня 2022 года между сторонами был заключен трудовой договор, он был принят к ответчику на работу ответственным за производство работ по трём муниципальным контрактам на срок с 01 июня по 30 декабря 2022 года с окладом 70000 рублей, однако заработная плата ему не выплачивалась, от подписания трудового договора ответчик уклоняется.
Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании заявленный иск поддержали.
Представители ответчика ООО «ЮГРАЭНЕРГО» ФИО3 и ФИО4 в судебном заседании против удовлетворения иска возражали по доводам письменного отзыва с дополнением, указывая на отсутствие между сторонами трудовых правоотношений, ссылались на то, что между директором ООО «ЮГРАЭНЕРГО» ФИО3 и истцом ФИО1 имели место личные отношения, ФИО1 жил у ФИО3 и лишь стал помогать по своему усмотрению, графика работы у истца не было, заработная плата не оговаривалась, ответчиком истец не контролировался.
Представители третьих лиц – МП «Маггортранс», администрации Белорецкого района Республики Башкортостан в судебное заседание не явились, извещены, на основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.
Заслушав участников процесса, исследовав в судебном заседании представленные доказательства и оценив их в совокупности, суд приходит к выводу о том, что иск подлежит частичному удовлетворению.
Как следует из материалов дела, ООО «ЮГРАЭНЕРГО» является юридическим лицом, с 26 ноября 2021 года его юридическим адресом является: <адрес>69, директором является ФИО3, основной вид деятельности – деятельность в области инженерных изысканий, инженерно-технического проектирования, управления проектами строительства, выполнения строительного контроля и авторского надзора, предоставление технических консультаций в этих областях.
20 сентября 2022 года МП «Маггортранс» (заказчик) и ООО «ЮГРАЭНЕРГО» (подрядчик) заключили договор на выполнение работ по реконструкции объекта незавершенного строительства по адресу: <адрес> (диспетчерская «Зеленый лог») согласно техническому заданию и сметной документации, по условиям которого последний обязался выполнить названные работы в срок с 12 по 30 сентября 2022 года, цена договора составила 960225,82 рублей.
Также 20 сентября 2022 года администрация Белорецкого района Республики Башкортостан (муниципальный заказчик) и ООО «ЮГРАЭНЕРГО» (подрядчик) заключили муниципальный контракт, по условиям которого последний обязался выполнить работы по вырубке кустарника с откосов и обочин на автомобильной дороге Зигаза – Уметбаево в Белорецком районе Республики Башкортостан в течение 30 дней со дня заключения договора, цена договора составила 710592,64 рублей.
18 октября 2022 года МП «Маггортранс» (заказчик) и ООО «ЮГРАЭНЕРГО» (подрядчик) заключили договор на выполнение работ по демонтажу (сносу) объекта незавершенного строительства: Тяговая подстанция по адресу: <адрес>, литер 1, литер 2 согласно техническому заданию и сметной документации, по условиям которого последний обязался выполнить названные работы течение 15 дней со дня заключения договора, цена договора составила 630741,05 рублей.
В материалы дела также был представлен истцом документ, изготовленный на бланке ООО «ЮГРАЭНЕРГО», представляющий собою письмо директору МП «Маггортранс» ФИО5, где обсуждается ход работ и ФИО1 именуется «представителем фирмы». Письмо подписано от имени ФИО3, подписано ФИО1, на письме проставлена печать.
Помимо этого истцом в материалы дела представлено письмо директору МП «Маггортранс» ФИО5 в ответ на вышеназванное письмо, где его автор ФИО1 именует «представителем со стороны подрядчика».
Также в материалы дела истцом представлен акт № 1 приемки объекта от 14.10.2022г., составленный комиссией из шести человек, в котором ФИО1 именуется «представителем подрядчика ООО «ЮГРАЭНЕРГО».
Кроме того, истцом представлен документ, изготовленный на бланке ООО «ЮГРАЭНЕРГО», представляющий собою письмо директору МП «Маггортранс» ФИО5, в котором ФИО3 просит назначить дату приема представителя их организации ФИО1
Также истец свои требования обосновывает тем, что ФИО3 в ответ на его требование заключить трудовой договор предоставила ему его в виде документа, поименованного трудовым договором № б/н от 01.06.2022г., согласно которому ООО «ЮГРАЭНЕРГО» в лице директора ФИО3 обязуется предоставить ФИО1 работу в должности ответственного за производство работ по муниципальным контрактам, обеспечить условия труда, своевременно выплачивать заработную плату. По его условиям он заключен на срок с 01 июня по 30 декабря 2022 года, в пункте 3.1 указано, что за выполнение трудовых обязанностей работнику устанавливается должностной оклад 70000 рублей в месяц. Договор подписан от имени ФИО3, подписан ФИО1, на обороте договора проставлена печать.
Указанные обстоятельства подтверждаются пояснениями участников процесса, а также договорами на выполнение работ и муниципальным контрактом, техническими заданиями, перепиской, актами приемки объектов, выпиской из ЕГРЮЛ, фотографиями, ответом МП «Маггортранс», приказами, заключением эксперта.
Статьей 37 Конституции Российской Федерации провозглашено, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (часть 1).
К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.
В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года принята Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).
В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.
В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.
Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).
В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).
Частью 4 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).
Сторонами трудовых отношений является работник и работодатель (часть 1 статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации).
По общему правилу, установленному частью 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.
Вместе с тем согласно части 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.
В части 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации дано понятие трудового договора как соглашения между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии с частью 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.
Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.
В абзаце втором пункта 12 постановления от 17 марта 2004 года № 2 Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).
Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудовых отношений относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.
О наличии трудовых отношений может свидетельствовать и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.
К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении).
Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, который заключается в письменной форме. При этом обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.
В то же время само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 названного кодекса следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.
Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется, и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, относятся письменные доказательства, свидетельские показания, аудио- и видеозаписи.
Таким образом, разрешая спор, суд исходит из того, что юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО1, возражений на них ответчика и регулирующих спорные отношения норм материального права являются следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между истцом и ответчиком о личном выполнении истцом работы; был ли ФИО1 допущен до выполнения названной работы; выполнял ли ФИО1 эту работу (трудовую функцию) в интересах, под контролем и управлением работодателя в спорный период; подчинялся ли ФИО1 действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка; выплачивалась ли ему заработная плата; предоставлялись ли ему выходные и праздничные дни, отпуск, иные гарантии, предусмотренные трудовым законодательством.
Согласно части первой статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
В развитие указанных принципов статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Согласно части 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Суд принимает во внимание, что кадровые решения ООО «ЮГРАЭНЕРГО» в отношении ФИО1 не принимались, приказы о его приеме на работу, об увольнении с работы ООО «ЮГРАЭНЕРГО» не издавались, с правилами внутреннего трудового распорядка ФИО1 не знакомился, гарантии и компенсации, предусмотренные разделом VII Трудового кодекса Российской Федерации ему не предоставлялись.
Вместе с тем, названные обстоятельства лишь указывают на то, что трудовые отношения между сторонами не оформлялись, но не свидетельствуют о том, что этих отношений и не было фактически.
По смыслу вышеперечисленных правовых норм наличие трудовых правоотношений между сторонами презюмируется и, соответственно, трудовой договор считается заключенным, если работник приступил к выполнению своей трудовой функции и выполняет ее с ведома и по поручению работодателя или его уполномоченного лица. Кроме того, такая ситуация прежде всего может свидетельствовать о допущенных нарушениях закона со стороны ответчика по надлежащему оформлению отношений с работником.
Таким образом, приоритет имеет не юридическое оформление отношений между истцом и ответчиком, а обстоятельства того, имелись ли в действительности между сторонами признаки трудовых отношений и трудового договора, предусмотренные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.
Разрешая спор, суд учитывает, что согласно материалам дела 23 октября 2022 года директор ООО «ЮГРАЭНЕРГО» ФИО3 направила директору МП «Маггортранс» письмо, в котором в том числе указывала на ФИО1, именовав его при этом «представителем фирмы» - это письмо наряду с ФИО3 было подписано и ФИО1 (л.д.34-35). При этом в судебном заседании от 27.06.2023г. ФИО3 подтвердила подлинность своей подписи.
Наряду с этим в акте № 1 приемки объекта от 14.10.2023г. ФИО1 поименован как представитель подрядчика ООО «ЮГРАЭНЕРГО» (л.д.36).
В своем письме от 26.10.2022г. директор МП «Маггортранс» указывает на ФИО1 как на лицо, присутствовавшее на приемке объекта (л.д.38).
Аналогично и в приказе № 003 от 20.09.2023г. директор ООО «ЮГРАЭНЕРГО» распорядилась назначить ФИО1 ответственным по производству работ и представлению интересов фирмы по договору № 367/22 с 20.09.2022г. по 31.10.2022г. (л.д.99).
До этого 25.10.2022г. ФИО3 направила директору МП «Маггортранс» письмо, в котором назвала ФИО1 представителем нашей организации и просила назначить дату приема последнего (л.д.39).
На ряде представленных в материалы дела фотографий на месте где осуществляло деятельность ООО «ЮГРАЭНЕРГО» запечатлен ФИО1 с инструментами в руках (л.д.63-77).
Помимо всего вышеперечисленного ФИО1 вел переписку с заказчиками и те в свою очередь обращались к нему как к представителю ООО «ЮГРАЭНЕРГО» (л.д.103-136).
Наряду со всем изложенным выше суд также принимает во внимание пояснения директора ООО «ЮГРАЭНЕРГО» ФИО3 о том, что всё, что перечислил ФИО1 он действительно делал, хотя и не один, а с нею вместе. Также ФИО3 пояснила, что ФИО1 в сентябре проявил инициативу, для того чтобы начать работать, предложил помощь, она решила принять помощь. ФИО1 находил некоторых рабочих, выезжал на объекты, смотрел как рабочие работают, консультировал её, подсказывал как лучше ответить на претензии, они вместе ездили на объекты, он рекомендовал ей специалистов.
Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО6 показал суду, что из присутствующих ему знакомы ФИО3 и ФИО1 как его работодатели, на работу его позвал ФИО1, работать приглашал в деревню Зигаза – прочистить обочины вдоль дороги и сказал, что нас будет ждать Ольга Сергеевна, по поводу работы и зарплаты общались с ФИО1, который приезжал 2-3 раза в неделю, разговаривал по работе, ездил по участку, с главой администрации мерили и считали, привозил технику.
Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО7 также показал, что из присутствующих ему знакомы ФИО3, ФИО1, последний позвал его на работу в августе, работали на ул. Советской, клали асфальт, трубы, ФИО1 постоянно был на объекте, всё контролировал, приезжал иногда один, а иногда с Ольгой, лопаты привозил, асфальт, материалы привозил, вёл журнал. ФИО3 сама насчитала сумму к оплате за работу 210000 рублей, но не рассчиталась.
Суд принимает названные показания свидетелей в качестве доказательств по делу, поскольку они непротиворечивы, согласуются с иными доказательствами.
Из изложенного выше в совокупности усматривается, что работодателю было фактически предоставлено право контролировать процесс работы истца, обеспечивать истца необходимыми материалами, по существу стороны достигли достижение о личном выполнении ФИО1 трудовой функции и хотя ФИО1 фактически не подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка, однако находился под контролем и управлением работодателя, поскольку на протяжении всего времени последний регулировал объем работы, то есть работа выполнялась ФИО1 в соответствии с указаниями работодателя.
Также из представленных вышеперечисленных доказательств следует стабильный характер сложившихся между сторонами спора отношений, ФИО1 выполнял работу соответствующую деятельности ООО «ЮГРАЭНЕРГО».
ООО «ЮГРАЭНЕРГО» не было представлено никаких доказательств тому, что, выполняя в его пользу определенные функции, ФИО1 тем самым выполнял функции не трудовые, а иные. Доводы его представителей о личном и безвозмездном характере отношений ничем не подтверждены.
Таким образом, оценив всё изложенное в совокупности, принимая во внимание принцип презумпции трудовых отношений и а отсутствие со стороны ООО «ЮГРАЭНЕРГО» доказательств, опровергающих доводы истца, суд приходит к выводу о том, что фактически в вышеназванный период между сторонами имели место трудовые отношения,
Однако согласиться с датами трудовых отношений, заявленными истцом в своем иске, суд не может.
Сам ФИО1 ссылался в своём иске и приложил к нему три договора, ранний из которых датирован 20 сентября 2022 года. Истцом не представлено и в ходе судебного разбирательства не добыто каких-либо доказательств тому, что до 20 сентября 2022 года ФИО1 был фактически допущен ООО «ЮГРАЭНЕРГО» до работы.
Это же касается и даты окончания работы – из пояснений сторон в судебном заседании следует, что переписку и взаимное общение стороны прекратили 28 ноября 2022 года. Истцом равным образом не представлено и в ходе судебного разбирательства не добыто каких-либо доказательств тому, что после 28 ноября 2022 года он по-прежнему допускался ООО «ЮГРАЭНЕРГО» до работы, выполнял что-либо полезное в интересах ООО «ЮГРАЭНЕРГО».
Таким образом суд приходит к выводу, что трудовые отношения между сторонами имели место с 20 сентября по 28 ноября 2022 года, а потому соответствующие требования истца подлежат частичному удовлетворению.
Возражения стороны ответчика о том, что между ним и истцом имели место иные отношения – истец сам определял свой график, объем работы и т.д., судом отклоняются, поскольку согласно пункту 1 статьи 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны.
Именно на ООО «ЮГРАЭНЕРГО» лежит обязанность доказать отсутствие с его стороны нарушений прав работника, исполнение им обязанности по выплате заработной платы надлежащим образом.
Никаких доказательств, опровергающих доводы истца, ответчиком не представлено, по существу все доводы ответчика основаны на предположениях. Таким образом суд при разрешении спора руководствуется представленными истцом доказательствами и его объяснениями.
Ходатайство ответчика о применении срока исковой давности суд признает необоснованным.
Согласно частям 1, 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.
Фактически отношения между истцом и ответчиком приобрели статус трудовых после установления их таковыми судом. Соответственно, срок, предусмотренный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, для защиты своих трудовых прав истцом не пропущен, так как на основании части 1 статьи 14 Трудового кодекса Российской Федерации течение сроков, с которыми Трудовой кодекс Российской Федерации связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей, то есть срок должен исчисляться с момента установления факта трудовых отношений.
Кроме того, во всяком случае, даже если бы срок был пропущен истцом, то он подлежал восстановлению, поскольку согласно материалам дела обращению истца в суд предшествовало его обращение в органы прокуратуры и попытки решить спор миром.
Поскольку подлежат частичному удовлетворению вышеназванные требования, то обоснованны и требования истца о взыскании заработной платы, эти требования также подлежат частичному удовлетворению исходя из вышеназванного периода трудовых отношений.
Обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные Трудовым кодексом Российской Федерации, правилами внутреннего трудового распорядка организации, коллективным договором или трудовым договором (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации), корреспондирует к праву работника на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы (статья 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно статье 129 названного Кодекса заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).
Письменных доказательств согласованного размера заработной платы сторонами представлено не было.
Документы, поименованные как «трудовой договор № б/н от 01.06.2022 года», а также «письмо директору МП «Маггортранс» ФИО5 от 25.10.2022г.» такими доказательствами (равно как и доказательствами существования трудовых правоотношений между сторонами с 01 июня по 19 сентября и с 29 ноября по 30 декабря 2022 года) не являются.
По ходатайству ответчика определением от 27 июня 2023 года по делу назначена почерковедческая экспертиза, на которую были поставлены вопросы о том, ФИО3 ли проставила свою подпись в письме и печать ООО «ЮГРАЭНЕРГО» ли проставлена в трудовом договоре. Экспертиза поручена эксперту ООО «Бюро независимых экспертиз и оценки» ФИО8
Согласно поступившему заключению эксперта ООО «Бюро независимых экспертиз и оценки» ФИО8 № 271/2023 подпись, расположенная под печатным текстом «Директор ФИО3» в нижней левой части письма директору МП «Маггортранс» ФИО5 от директора ООО «ЮГРАЭНЕРГО» ФИО3 от 25.10.2022г., выполнена не ФИО3, а иным лицом.
Оттиск печати ООО «ЮГРАЭНЕРГО» на обороте трудового договора № б/н от 01 июня 2022 года и оттиски-образцы печати ООО «ЮГРАЭНЕРГО» выполнены не одной, а разными печатными формами.
У суда не имеется оснований не доверять заключению судебного эксперта, поскольку судебный эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, является квалифицированным специалистом, имеющим необходимое образование, заключение является подробным, полным и мотивированным, содержит обоснование приведенных выводов, а потому заключение принимается судом в качестве доказательства по делу.
Каких-либо доказательств, которые бы опровергали заключение эксперта, в ходе судебного разбирательства представлено не было.
Суд учитывает, что нет в деле никаких доказательств и тому, что истец постоянно весь спорный период работал в конкретной должности ответственного за производство работ по муниципальным контрактам. Напротив, сам истец пояснил, что он не только выполнял работу ответственного за производство работ по муниципальным контрактам, но и осуществлял ряд других работ разного вида – в частности, в конкретной должности ответственного за производство работ он приказом № 003 был назначен лишь по одному объекту, в свою очередь и представитель ООО «ЮГРАЭНЕРГО» ФИО3 пояснила суду, что истец ей предложил свою помощь, на что она согласилась.
Также из пояснений сторон не следует, что ФИО1 осуществлял деятельность в области архитектуры и инженерно-технического проектирования, технических испытаний, исследований и анализа (ОКВЭД 71). Напротив, сам ФИО1 пояснил, что его деятельность сводилась к оценке выгодности того или иного договора, подготовке к его исполнению, соблюдению сроков и т.д., наряду с этим ФИО1 представил фотографии, где он занят физическим трудом в рамках выполнения требований вышеназванных договоров, заключенных ООО «ЮГРАЭНЕРГО».
В рамках рассмотрения дела по запросу суда Челябинскстатом представлены сведения о том, что средняя начисленная заработная плата работников организаций всех форм собственности по группе «Строители и рабочие родственных занятий, не входящие в другие групп» составляет 34202 рубля в месяц.
Из этого следует, что задолженность ответчика перед истцом за период работы с 20 сентября по 28 ноября 2022 года составляет 79138,40 рублей ((34202 рубля / 22 рабочих дня в сентябре х 9 рабочих дней) + 34202 рубля за октябрь + (34202 рубля /21 рабочий день в ноябре х 19 рабочих дней)).
Оснований делать вывод о том, что ФИО1 был мастером (бригадиром) в строительстве суд не усматривает, поскольку в деле отсутствуют доказательства тому, что ФИО1 имеет соответствующее образование, специальность, опыт работы и т.п., ему было поручено руководство бригадами ООО «ЮГРАЭНЕРГО».
В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8).
Следовательно, сумма компенсации морального вреда должна быть адекватной и реальной. В противном случае присуждение чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы означало бы игнорирование требований закона и приводило бы к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.
Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.
Поскольку материалами дела подтверждается, что ответчиком нарушены трудовые права истца, то суд приходит к выводу об обоснованности заявленных истцом требований о взыскании компенсации морального вреда. С учетом принципов разумности и справедливости, учитывая объем нарушений прав истца ответчиком, суд полагает правильным взыскать компенсацию морального вреда в сумме 3000 рублей, находя заявленную истцом сумму компенсации 100000 рублей завышенной, не соответствующей последствиям нарушения ответчиком трудовых прав истца.
На основании статей 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что ответчик как работник от уплаты государственной пошлины за подачу иска в суд освобожден, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина 2574,15 рублей за материальные требования истца и 300 рублей за нематериальное требование, а всего 2874,15 рублей. Также с ответчика в пользу истца подлежат взысканию почтовые расходы на отправку иска 39,45 рублей (пропорционально удовлетворенной части иска (244,24/490000х79138,40), доказательства несения каких-либо иных судебных расходов помимо почтовых истцом не представлено.
Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Частично удовлетворить заявленные исковые требования.
Признать отношения между обществом с ограниченной ответственностью «ЮГРАЭНЕРГО» (№) и ФИО1 ФИО13 (паспорт №) трудовыми и трудовой договор между ними заключенным на период с 20 сентября по 28 ноября 2022 года.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЮГРАЭНЕРГО» (ИНН №) в пользу ФИО1 ФИО14 (паспорт №) невыплаченную заработную плату 79138,40 рублей, денежную компенсацию морального вреда 3000 рублей и почтовые расходы 39,45 рублей.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЮГРАЭНЕРГО» (ИНН №) в доход местного бюджета государственную пошлину 2874,15 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 ФИО15 отказать.
Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области.
Председательствующий: П.Е. Кутырев
Решение суда в окончательной форме изготовлено 27 сентября 2023 г.