Дело № УИД:№
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
11 октября 2022 года п. Гайны
Гайнский районный суд Пермского края в составе председательствующего Карташовой О.А.,
при секретаре судебного заседания Колеговой Т.В.,
с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО9,
представителей ответчиков МКУ «Управление гражданской защиты Гайнского муниципального округа» ФИО2, администрации Гайнского муниципального округа ФИО3,
представителя третьего лица ММБУК «Культурно-досуговый центр» ФИО4,
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Гайнского районного суда гражданское дело по иску ФИО1 к Муниципальному казенному учреждению «Управление гражданской защиты Гайнского муниципального округа», администрации Гайнского муниципального округа об установлении факта трудовых отношений и взыскании заработной платы,
установил:
ФИО1 обратился в суд с иском (с учетом уточненных требований) к МКУ «Управление гражданской защиты администрации Гайнского муниципального округа» (далее – МКУ «УГЗ ГМО»), администрации Гайнского муниципального округа об установлении факта трудовых отношений и взыскании заработной платы.
В обосновании заявленных требований указал, что в период с 03.10.2020 года по 14.05.2021 года, а также в период с 04.10.2021 года по 11.05.2022 года он работал машинистом котельных установок в Онылском клубе, то есть между ним и ММБУК «Культурно-методический центр (далее - ММБУК «КМЦ») заключались срочные трудовые договоры на период отопительного сезона. Суммарная заработная плата за указанные периоды работы составила 508031,06 рублей, в том числе 237892,66 рублей за период с октября 2020 года по май 2021 года и 270138,40 рублей за период с октября 2021 года по май 2022 года. Кроме этого, помимо обязанностей по указанному основному месту работы, на него были возложены аналогичные обязанности по котельной установке, отапливающей помещение гаража МПО (место стоянки пожарной машины), находящегося в ведении МКУ «Управление гражданской защиты Гайнского муниципального округа» (МКУ «УГЗ ГМО»). В части отопления Онылского клуба в объем работ входила: распиловка древесины, укладка чурок, расколка и непосредственно переноска их к котлу. В части отопления помещения гаража МПО производились аналогичные работы, за исключением распилки древесины, поскольку доставка дров для отопления производилась чурками. Несмотря на выполнение работ по отоплению второго помещения, находящегося в ведении МКУ «УГЗ ГМО», то есть выполнение работ, не входящих в предмет договора с ММБУК «КМЦ», какой-либо оплаты за выполнение работ по отоплению помещения МКУ «УГЗ ГМО» не производилось. При этом, по объему выполняемых работ и по времени занятости они были аналогичны тем, что им производились и затрачивались в рамках отопления помещения Онылского клуба, то есть, фактически им выполнялись такие же обязанности по отоплению помещения гаража МПО как и по основному месту работы (по отоплению здания Онылского клуба). Однако, работа по отоплению помещения гаража МПО носила безвозмездный характер. Учитывая время занятости при осуществлении работ по отоплению помещения гаража МПО, объем и характер выполняемых работ, степень их значимости и ответственности за их исполнение, считает, что отношения между ним и МКУ «УГЗ ГМО» следует признать трудовыми и за указанные работы подлежит выплата вознаграждения, в размере аналогичном вознаграждению, полученному им по основному месту работы, а именно в размере 508031,06 рублей, из которых: за период с 03.10.2020 по 31.12.2020 с администрации Гайнского муниципального округа в размере 68898,24 рублей, с 01.01.2021 по 11.05.2022 с МКУ «Управление гражданской защиты администрации Гайнского муниципального округа» 439132,82 рублей.
В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, приведя доводы, изложенные в иске. В дополнении указал, что в указанные периоды он был трудоустроен по срочному трудовому договору кочегаром в ММБУК «КМЦ», в его обязанности входило отопление и обслуживание одного котла, обогревающего здание клуба. В период дежурства он также осуществлял топку второго котла, обогревающего помещение самой котельной и помещение гаража, где находилась пожарная машина, принадлежащая МКУ «УГЗ ГМО». Топку котла, принадлежащего ответчику он осуществлял по указанию водителя-пожарного Свидетель №1 и заведующей клубом ФИО10. В октябре 2020 года он подходил к руководителю МКУ «УГЗ ГМО» ФИО2, спрашивал об оплате за отопление данного котла, но ему было отказано в оплате.
Представитель истца ФИО9 позицию истца поддержал, настаивал на удовлетворении уточненных требований.
Представитель ответчика МКУ «УГЗ ГМО» ФИО2 в судебном заседании пояснила, что с исковыми требованиями она не согласна, указала, что в конце декабря 2020 года здание гаража было передано от администрации Гайнского муниципального округа на праве оперативного управления МКУ. Данное здание отапливается от котла, установленного в здании котельной, которая является частью гаража. 01.12.2020 года ею было заключено дополнительное соглашение с водителем Свидетель №1 на выполнение работ, в том числе и на топку печи в рабочее время, установлена доплата в размере 10% от оклада. Поскольку никаких поручений по отоплению котла, обогревающего помещение котельной и гаража, она ФИО1 не давала, данный котел отапливался кочегарами для личного обогрева во время дежурства в котельной, просит в удовлетворении исковых требований отказать.
Представитель ответчика администрации Гайнского муниципального округа ФИО3 в судебном заседании с уточненными исковыми требованиями истца не согласился, указал, что истцом отопление второго котла осуществлялось по личному желанию, поручений по отоплению котла ему никто не давал, никаких претензий в 2020 году по поводу необходимости отопления котла, о начислении оплаты, он не предъявлял.
Представитель третьего лица ММБУК «КМЦ» ФИО4 в судебном заседании пояснила, что 03.10.2020 года по май 2021 года и с октября 2021 года по май 2022 года ею были заключены срочные трудовые договора с истцом, Свидетель №1 и ФИО10, которые были приняты кочегарами, в их обязанности входило отопление и обслуживание одного котла, обогревающего здание клуба, установлен график дежурства. О том, что кочегары отапливали второй котел, принадлежащий МКУ ей было не известно, к ней по вопросу отопления данного котла, об оплате никто из кочегаров не обращался.
Свидетель ФИО6 в судебном заседании пояснил, что на протяжении двух отопительных сезонов он работал в должности кочегара ММБУК «КМЦ». В здании котельной установлено было два котла, которые они отапливали, поскольку один котел отапливал помещение клуба, а второй котел отапливал помещение котельной, где они находились во время своего дежурства, и гаража, где находилась пожарная машина. О необходимости топки двух котлов ему говорили при заключении с ним срочного трудового договора с ММБУК «КМЦ».
Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании пояснил, что с 01.12.2020 года он работал в должности водителя пожарной машины в МКУ «УГЗ ГМО», в его обязанности входило: тушение пожара, содержание закрепленной за ним пожарной техники, уборка и отопление бокса гаража. Так же он работал по совместительству кочегаром в ММБУК «КМЦ». В помещении котельной были расположены 2 котла, отапливающие помещение клуба, а также здание котельной и гаража. Отопление помещения гаража, он осуществлял в смены своего дежурства.
Выслушав участников судебного заседания, изучив и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
На основании статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
В силу части 1 и части 3 статьи 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.
В силу статьи 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
Наличие трудовых отношений подтверждает факт допуска работника к работе лицом, уполномоченным на такой допуск к работе (статья 16, часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).
В то же время само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 названного Кодекса следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.
При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.
Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).
Разрешая спор по существу, суд учитывает, что бремя доказывания факта заключения трудового договора по основаниям части 3 статьи 16, части 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации (фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя), а также бремя доказывания возникновения между сторонами именно трудовых отношений (о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда - статья 15 указанного Кодекса) возложено на истца.
Поскольку законом не предусмотрено, что факт допуска работника к работе может подтверждаться только определенными доказательствами, суд исходит из допустимости любых видов доказательств, указанных в части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Согласно п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ).
При рассмотрении споров, связанных с установлением факта возникновения между сторонами трудовых отношений, бремя доказывания распределяется между сторонами в соответствии с общим принципом, предусмотренным статьей 56 ГПК РФ, согласно которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО1, возражений ответчиков ФИО2, ФИО3 относительно иска и регулирующих спорные отношения норм материального права являются следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между истцом и администрацией Гайнского муниципального округа, директором МКУ «УГЗ ГМО» или его уполномоченным лицом о личном выполнении истцом работы по должности машиниста котельной для отопления помещения гаража; был ли допущен истец к выполнению этой работы; выполнял ли истец работу машиниста котельной в интересах, под контролем и управлением МКУ «УГЗ ГМО»; подчинялся ли истец действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка; каков был режим рабочего времени истца при выполнении работы по должности кочегара; было ли достигнуто между сторонами соглашение о размере заработной платы, порядке и сроках ее выплаты; выплачивалась ли истцу заработная плата и за какой период.
Вместе с тем, подобных доказательств, ФИО1 представлено не было, отсутствуют такие доказательства и в материалах дела.
Из представленных: копии трудовой книжки, срочных трудовых договоров, справок о заработной плате, расчетных листков усматривается только о наличии трудовых отношений между ним и ММБУК «Культурно-методический центр», что не оспаривается ни истцом, ни ответчиком.
Доводы истца о том, что, работая машинистом котельной установки в Онылском клубе по срочным трудовым договорам на период отопительного сезона, заключенным с ним ММБУК «Культурно-методический центр (ММБУК «КМЦ»), на него также было возложено исполнение обязанностей по отоплению помещения гаража МПО (место стоянки пожарной машины), находящегося в ведении МКУ «Управление гражданской защиты Гайнского муниципального округа», суд находит несостоятельными, поскольку котельные установки, отапливающие здание дома культуры <адрес> и помещение гаража МПО, находятся в одном здании котельной, таким образом, ФИО1, работая в свою смену, по собственному желанию, без чьего-либо указания, либо поручения, подтапливал котельную установку, отапливающую помещение котельной и гаража МКУ «УГЗ ГМО».
Доводы истца о том, что отопление здания котельной и гаража осуществлялось с целью обогрева пожарной техники, суд считает не состоятельными, поскольку ФИО1 не является лицом, ответственным за содержанием и обслуживанием специальной техники, не является материально-ответственным лицом.
Таким образом, суд приходит к выводу о том, что факт наличия трудовых отношений между сторонами не установлен, поскольку, не установлено, что истец был принят на работу или допущен к ней с ведома или по поручению ответчиков или уполномоченным на то лицом - соответствующих письменных приказов о приеме на работу и увольнении не имеется, записи в трудовой книжке истца о приеме на работу и увольнении не производились, трудовой договор с ним не заключался. Сведений о выполнении истцом трудовой функции под контролем руководителя МКУ «УГЗ ГМО» с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка и ознакомлении истца с должностной инструкцией по соответствующей должности не имеется. Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований об установлении факта трудовых отношений, а также производных требований о взыскании заработной платы.
Кроме того, представителем ответчика МКУ «УГЗ ГМО» также было заявлено ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности.
В соответствии с ч. 1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. Истечение установленного ст. 392 ТК РФ срока, о котором заявлено стороной в споре, является основанием для отказа в удовлетворении требований.
Как разъяснено в абз. 5 п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Трудового кодекса Российской Федерации", в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).
Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, учитывая, что срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора начинает течь с момента, когда лицу стало известно о нарушении его трудовых прав и охраняемых законом интересов, однако доказательств, свидетельствующих о наличии уважительных причин, препятствовавших истцу своевременно обратиться с иском за разрешением индивидуального трудового спора, не представлено.
Срок обращения в суд за защитой нарушенного права, предусмотренный ст. 392 ТК РФ, применяется к любому трудовому спору, в том числе и к исковому требованию об установлении факта трудовых отношений, об отсутствии надлежащего оформления которых истец должен был знать с первого дня работы.
Истец заявляя, что трудовые функции выполнял с 03.10.2020 года и с 04.10.2021 года, тем не менее в суд обращается только 18.08.2022 года, т.е за пределами установленного законом срока. Суд считает, что ходатайство ответчика о пропуске истцом установленного законом срока исковой давности, подлежит удовлетворению, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.
Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд
решил:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Муниципальному казенному учреждению «Управление гражданской защиты Гайнского муниципального округа», администрации Гайнского муниципального округа об установлении факта трудовых отношений и взыскании заработной платы, отказать.
Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Гайнский районный суд в течение месяца со дня вынесения его в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено 16.10.2022 года.
Председательствующий О.А. Карташова