Дело №
УИД: №
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
ДД.ММ.ГГГГ года <адрес>
Центральный районный суд <адрес> в составе судьи Топчиловой Н.Н.,
при секретаре судебного заседания Рычковой К.Н.,
с участием истца представителя истца ФИО1, ответчика ФИО5, представителя ответчика ФИО2, третьего лица ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5 о взыскании денежных средств в счет устранения недостатков, неустойки, компенсации морального вреда,
установил:
ФИО4 обратился в суд с иском и просил, с учетом уточнения требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, взыскать с ответчика денежные средства в счет устранения недостатков, обнаруженных при эксплуатации дома, в размере 1 117 114 рублей 47 копеек, неустойку в размере 1 100 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.
В обоснование иска указано, что между истцом и ответчиком заключен договор купли-продажи дома, расположенного по адресу: <адрес>, МО Каменский сельсовет, ДНТ «Чкаловские просторы», <адрес>. В ходе эксплуатации дома истцом были обнаружены строительно-технические недостатки. ФИО4 полагает, что указанные недостатки явились результатом несоблюдения технологий строительства при возведении самого дома. Данное обстоятельство послужило основанием обращения в суд с иском.
ФИО4 в судебное заседание не явился, был извещен судом надлежащим образом, представил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. Ранее пояснял по обстоятельствам приобретения дома: он с супругой решили приобрести дом. Весной 2019 года истец и его супруга обратились к риелтору, который предложил им к просмотру несколько домов в ДНТ «Чкаловские просторы». Указанные дома возводились ФИО5 Изначально, истцам был предложен один дом, однако, его планировка им не понравилась, после чего, ФИО5 им был показан еще один дом на № участке. Истец и ФИО5 договорились об особенностях дома, который они приобретут после того, как ФИО5 завершит его строительство. После завершения строительства дома и постановки его на кадастровый учет, между сторонами был заключен договор купли- продажи. ФИО4 пояснил, что в течение первых двух лет эксплуатации им обнаружились недостатки. Истец просил их устранить, ответчик устранял, в частности: устанавливал дополнительную батарею, выполнял работы по укладке утеплителя заново, осуществлял «домкрачивание» дома. В дальнейшем, им снова были обнаружены недостатки ДД.ММ.ГГГГ года, ответчик обещал устранить недостатки, однако, данных действий произведено не было. Также пояснил, что обустройством смотровой ямы в гараже занимались люди, которых порекомендовал ответчик. Денежные средства за обустройство ямы также передавались ответчику.
Представитель истца в судебном заседании доводы иска поддержал в полном объеме, дал соответствующие пояснения, настаивал, что на настоящие правоотношения подлежат распространению положения Закона о защите прав потребителей.
Ответчик ФИО5 в ходе судебного разбирательства не оспаривал, что он осуществил постройку нескольких домов в ДНТ «Чкаловские просторы», которые, в дальнейшем были им реализованы. Также не оспаривал, что в период с 2019-2021 года истец и члены его семьи в устной форме обращались к нему по поводу недостатков, которые им безвозмездно устранялись. Полагал, что выявленные недостатки носят характер отделочных работ, появились в результате неправильной эксплуатации дома истцом и его семьей, а также, в результате обустройства ими смотровой ямы в гараже и некорректно проведенных отделочных работ. Кроме того, оспаривал результаты судебной экспертизы в части определения объема выявленных нарушений, способов и стоимости их устранения.
Представитель ответчика в судебном заседании полагал, что исковые требования не подлежат удовлетворению, просил снизить неустойку в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. Также настаивал, что повторная судебная экспертиза является недопустимым доказательством, просил назначить третью судебную экспертизу. Заявил ходатайство о том, что истцами пропущен двухлетний срок для заявления требований о возмещении убытков, причиненных приобретением некачественного товара.
Третье лицо – ФИО3 в судебном заседании полагала, что иск подлежит удовлетворению. Пояснила, что она совместно с супругом ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года приняли решение по приобретению дома. Риелтором им было предложено несколько вариантов в ДНТ «Чкаловские просторы». Продавцом домов выступал ФИО5, чьи сотрудники в то время занимались возведением нескольких домов в указанном ДНТ. ФИО5 было предложено несколько вариантов планировки, они остановились на одной из них. Поскольку дом был недостроен, стороны пришли к соглашению, что оформление документации будет произведено после постановки дома на кадастровый учет путем оформления договора купли-продажи. При этом, отделочные работы были начаты ФИО4 еще до подписания договора купли-продажи по согласованию с ФИО5 В период эксплуатации дома в ДД.ММ.ГГГГ годы стали проявляться недостатки: холод, промерзание, проседание пола. Истец обращался к ответчику с просьбой об устранении недостатков, в том числе, по утеплению чердака. Приходили рабочие от ответчика и безвозмездно устраняли данные недостатки. Однако, в дальнейшем, ответчик при обращении об устранении иных выявленных недостатков, сначала обещал их устранить, в итоге, стал уклоняться от их устранения. В связи с изложенным, истцы обратились за юридической помощью и произвели техническую экспертизу.
Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, пояснения судебных экспертов, установил следующее.
Как следует из пояснений истца и его супруги – третьего лица ФИО3, показаний свидетеля свидетель 1, семья истца приблизительно в феврале 2019 года приняла решение о реализации принадлежащих им квартир и приобретении дома. В связи с изложенным, семья ФИО4 обратилась к риелтору свидетель 1 для того, чтобы он подобрал им подходящие объекты.
Весной 2019 года, риелтор нашел объявления на сайте «Авито» о продаже домов в ДНТ «Чкаловские просторы». Истец и риелтор поехали смотреть <адрес> указанном ДНТ, строительство которого осуществлял ФИО5 Однако, истцу <адрес> не понравился, поскольку там не было гаража. ФИО5 пояснил, что параллельно им строится еще <адрес>, а также <адрес>. Однако, <адрес> уже продан, в связи с чем, можно посмотреть <адрес>.
ФИО4 и ФИО3 осмотрели <адрес>, который в тот момент находился в стадии строительства, договорились о его дальнейшем приобретении после завершения строительства. При этом, сам ФИО5 строительными работами не занимался, а только осуществлял контроль над строителями-подчиненными (Т. №).
Как пояснил свидетель, допрошенный в судебном заседании, ФИО4 и ФИО5 весной 2019 года обсуждали конструктивные особенности дома, в том числе, пришли к соглашению, что рабочие ФИО5 по его заданию осуществят перенос перегородки. Также стороны обсуждали возможность обустройства смотровой ямы в гараже за дополнительную плату. Все указанные работы были выполнены до подписания договора купли-продажи.
Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 (продавец) и ФИО3 (покупатель) был заключен предварительный договор купли-продажи (Т. №).
Согласно пункту 1 предварительного договора, стороны обязались заключить основной договор купли-продажи недвижимого имущества в срок до ДД.ММ.ГГГГ на условиях, предусмотренных данным договором.
Из раздела 2 Предварительного договора следует, что стороны пришли к соглашению о том, что Продавец обязуется передать в собственность покупателя, а Покупатель обязуется принять и оплатить жилой дом с земельным участком общей площадью № кв.м и участком № кв.м, расположенные по адресу: <адрес>, сельсовет Каменский, ДНТ «Чкаловские просторы», № за 3 900 000 рублей.
Оплата производится в следующем порядке: 20 000 рублей оплачивается до подписания предварительного договора, 2 880 000 рублей – до ДД.ММ.ГГГГ, 900 000 рублей – до ДД.ММ.ГГГГ (Т. №).
ДД.ММ.ГГГГ между сторонами было заключено дополнительное соглашение, по условиям которого срок действия предварительного договора был продлен до ДД.ММ.ГГГГ (Т. №).
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 (продавец) и ФИО4 и ФИО3 (покупатели) был заключен договор купли-продажи объектов недвижимости, согласно которому ФИО5 продал, а ФИО4 купил земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>, сельсовет Каменский, ДНТ «Чкаловские просторы», №. Стоимость дома и земельного участка составили 2 000 000 рублей.
В этот же день между ФИО5 (продавец), с одной стороны, и ФИО4 и ФИО3 (покупатели) с другой стороны был заключен договор купли-продажи неотделимых улучшений, согласно которым покупатели приобрели неотделимые улучшения к жилому дому и земельному участку, которые состоят из внутренней отделки, а также внешних элементов отделки. При этом, стороны договорились не составлять перечень таких улучшений.
Стоимость неотделимых улучшений составила 1 900 000 рублей (Т. №).
Согласно пункту 2 статьи 455 Гражданского кодекса Российской Федерации предметом договора купли-продажи может быть как товар, имеющийся в наличии у продавца в момент заключения договора, так и товар, который будет создан или приобретен продавцом в будущем, если иное не установлено законом и не вытекает из характера товара (договор купли-продажи будущей вещи).
Пунктом 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее - Постановление №) разъяснено, что для признания предварительного договора заключенным достаточно установить предмет основного договора или условия, позволяющие его определить (пункт 3 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации). Отсутствие в предварительном договоре иных существенных условий основного договора само по себе не свидетельствует о незаключенности предварительного договора.
Если сторонами заключен договор, поименованный ими как предварительный, в соответствии с которым они обязуются, например, заключить в будущем на предусмотренных им условиях основной договор о продаже имущества, которое будет создано или приобретено в дальнейшем, но при этом предварительный договор устанавливает обязанность приобретателя имущества до заключения основного договора уплатить цену имущества или существенную ее часть, такой договор следует квалифицировать как договор купли-продажи с условием о предварительной оплате. Правила статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации к такому договору не применяются (пункт 23 Постановления №).
Суд, анализируя совокупность представленных по делу доказательств, с учетом их оценки на относимость и допустимость, приходит к выводу, что фактически между ФИО3 и ФИО5 изначально был заключен предварительный договор купли-продажи недвижимости, которая будет создано в дальнейшем.
После завершения строительства, присвоения дому почтового адреса и кадастрового номера, между сторонами был заключен основной договор купли-продажи недвижимости – земельного участка и жилого дома, который был оформлен посредством двух договоров: договора купли-продажи недвижимости и договора неотделимых улучшений.
Приходя к таким выводам, суд учитывает, что из содержания договора неотделимых улучшений не следует, что такие неотделимые улучшения реально были произведены, из данного договора невозможно установить предмет договора.
Учитывая содержание предварительного договора следует, что стороны согласовали, что 3 900 000 рублей – это цена именно объектов недвижимости – земельного участка и жилого дома.
Данное обстоятельство также подтверждается распиской ФИО5, согласно которой, он получил от ФИО3 денежные средства в размере 3 900 000 рублей в качестве аванса за продаваемый жилой дом ДД.ММ.ГГГГ (Т№).
С учетом изложенного, фактически, данный договор был заключен с целью уменьшения цены договора купли-продажи объекта недвижимости, следовательно, договор купли-продажи неотделимых улучшений также являлся элементом договора купли-продажи недвижимости.
В соответствии с пунктом 16 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации (здесь и далее - в редакции, действовавшей на момент осуществления строительства спорного объекта) под застройщиком подразумевается физическое или юридическое лицо, обеспечивающее на принадлежащем ему земельном участке строительство, реконструкцию, капитальный ремонт объектов капитального строительства, а также выполнение инженерных изысканий, подготовку проектной документации для их строительства, реконструкции, капитального ремонта.
Суд, анализируя представленные по делу доказательства, приходит к выводу, что ФИО5 является застройщиком жилого <адрес>, расположенного на земельном участке с аналогичным номером в <адрес>
Приходя к таким выводам, суд учитывает, что земельный участок на момент начала и завершения строительства принадлежал ФИО5 на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (Т. №).
Факт того, что именно ФИО5 с привлечением третьих лиц осуществлял постройку дома, сторонами не оспаривался.
Как следует из пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), Законом Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей либо Закон).
Судом установлено, что ФИО6 и П.Е.Г. жилое помещение было приобретено для личных бытовых целей. В указанном доме проживает их семья с момента приобретения дома до настоящего момента, что не оспаривается лицами, участвующими в деле.
В соответствии с частью 1 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.
В соответствии с частью 4 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица с нарушением требований пункта 1 настоящей статьи, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем. Суд может применить к таким сделкам правила настоящего Кодекса об обязательствах, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», исходя из смысла пункта 4 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица в нарушение требований, установленных пунктом первым данной статьи, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем. К таким сделкам суд применяет законодательство о защите прав потребителей.
Суд, анализируя представленные по делу доказательства, с учетом их оценки на относимость и допустимость, приходит к выводу, что ФИО5 без образования юридического лица и регистрации в качестве индивидуального предпринимателя с целью получения прибыли на регулярной основе осуществлял строительство домов в ДНТ «Чкаловские просторы» с целью их дальнейшей реализации, то есть, фактически осуществлял предпринимательскую деятельность.
Приходя к таким выводам, суд учитывает пояснения сторон и показания свидетеля свидетель 1, из которых следует, что на момент реализации <адрес> ДНТ «Чкаловские просторы» истцу и третьему лицу, ФИО5 одновременно осуществлялось строительство еще нескольких домов с целью их дальнейшей продажи. Строительство производилось с привлечением наемного труда третьих лиц.
Данные выводы подтверждаются, в том числе, сведениями ЕГРН, из которых следует, что в ДД.ММ.ГГГГ году ФИО5 в указанном ДНТ были построены и реализованы <адрес>, №, № (Т. №).
Кроме того, при принятии решения о приобретении дома, ФИО5 истцам предлагалось несколько вариантов возводимых им домов.
Также суд учитывает показания свидетеля свидетель 2, который пояснил, что он является братом третьего лица П.Е.Г. В период с ДД.ММ.ГГГГ году он работал без официального трудоустройства у ФИО5, занимался строительными работами по возведению домов в ДНТ «Чкаловские просторы». В указанный период он выполнял строительные работы минимум на 5 домах по заданию ФИО5
С учетом изложенного, из материалов дела достоверно следует, что ФИО5 на момент заключения предварительного договора с П.Е.Г. и основного договора с истцом и П.Е.Г. самостоятельно, на регулярной основе, осуществлял на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли от строительства и дальнейшей реализации жилых домов, то есть, осуществлял предпринимательскую деятельность.
Таким образом, на указанные правоотношения подлежат применению положения Закона «О защите прав потребителей».
Обращаясь в суд с указанным иском, ФИО4 ссылается на то обстоятельство, что в период эксплуатации дома стали проявляться строительно-технические недостатки.
Так, судом установлено, что, примерно в 2020 году ФИО4 и П.Е.Г. обратились к ФИО5 относительно промерзания детской комнаты.
ФИО5 направил в дом своих рабочих, которые устранили недостаток посредством установки дополнительной батареи.
Также, в первый год эксплуатации дома были проблемы с протеканием крыши и неверно уложенным утеплителем. Истец обратился к ответчику, который признал данный недостаток и безвозмездно его устранил.
Данные обстоятельства подтверждаются пояснениями сторон, а также показаниями свидетеля свидетель 2, который пояснил, что по заданию ФИО5 примерно в ДД.ММ.ГГГГ-году он менял утеплитель на крыше в <адрес>, который был мокрым.
Таким образом, в период эксплуатации дома, в течение двух лет, в доме проявлялись недостатки, которые безвозмездно устранялись ответчиком.
Кроме того, истец и третье лицо пояснили, что, примерно с ДД.ММ.ГГГГ года, стало выявляться еще больше недостатков. Так, сначала произошел сильный перекос двери, стало продувать дом, в детской стало холодно. Кроме того, стали отходить обои, пол (стяжка), обустройство которого входило в стоимость дома, также весь потрескался.
Сторона истца и третье лицо пояснили, что в начале ДД.ММ.ГГГГ года они обратились к ФИО5 по данному вопросу в устной форме. Ответчик осмотрел выявленные недостатки, но отказался их устранять.
В связи с изложенным, ФИО7 обратился в ООО «Мэлвуд» с целью проведения технического обследования конструкций дома и гаража.
Согласно экспертному заключению № от ДД.ММ.ГГГГ, на основании результатов визуального обследования технического состояния конструкций дома и гаража, расположенных по адресу: <адрес>, СНТ «Чкаловские просторы», <адрес> экспертами было установлено, что конструкции объекта множественно не соответствуют требованиям нормативно-строительных документов. Все вышеперечисленные строительные дефекты образовались в результате несоблюдения строителями технологии производства работ, разработанной и утверждённой в нормативно-технической документации. Часть дефектов образовалась в результате эксплуатации, вероятными причинами которых являются: неравномерная осадка грунтового основания, деформация фундамента, прогиб деревянного межэтажного перекрытия. Комплекс мероприятий, стоимость и объем работ, необходимых для устранения выявленных дефектов и отклонений, составляет 872 795 рублей (Т. №).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 в адрес ФИО5 была направлена претензия с требованием о возмещении стоимости устранения недостатков, которая была оставлена без удовлетворения (л.д.№).
Данное обстоятельство послужило основанием для обращения в суд с иском.
В ходе судебного разбирательства ФИО5 полагал, что требование ФИО4 не подлежат удовлетворению, поскольку они предъявлены за пределами двух лет с момента заключения договора купли-продажи.
Суд, анализируя данные доводы, приходит к следующим выводам.
Согласно пункту 1 статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации, если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца в том числе возмещения своих расходов на устранение недостатков товара.
Если иное не установлено законом или договором купли-продажи, покупатель вправе предъявить требования, связанные с недостатками товара, при условии, что они обнаружены в сроки, установленные статьей 477 ГК РФ (пункт 1 статьи 477 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Если на товар не установлен гарантийный срок или срок годности, требования, связанные с недостатками товара, могут быть предъявлены покупателем при условии, что недостатки проданного товара были обнаружены в разумный срок, но в пределах двух лет со дня передачи товара покупателю либо в пределах более длительного срока, когда такой срок установлен законом или договором купли-продажи. Срок для выявления недостатков товара, подлежащего перевозке или отправке по почте, исчисляется со дня доставки товара в место его назначения (пункт 2 статьи 477 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из условий договора купли-продажи следует, что гарантийный срок на дом установлен не был. При этом, покупатели к состоянию приобретаемых Объектов недвижимости претензий не имеют, удовлетворены качественным состоянием Объектов недвижимости, установленных путем внутреннего осмотра перед заключением данного договора (пункт 7 Договора купли-продажи) (Т. №
Таким образом, по общему правилу, на правоотношения, вытекающие из договора купли-продажи, действительно установлен двухлетний срок выявления недостатков.
Между тем, согласно пункту 3 статьи 18 Закона о защите прав потребителя потребитель вправе предъявить требования, указанные в абзацах втором и пятом пункта 1 данной статьи (замена товара на аналогичный или безвозмездное устранение недостатков либо возмещение расходов на их устранение), изготовителю, уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру. Вместо предъявления этих требований потребитель вправе возвратить изготовителю или импортеру товар ненадлежащего качества и потребовать возврата уплаченной за него суммы.
Согласно статье 19 Закона о защите прав потребителя потребитель вправе предъявить предусмотренные статьей 18 данного закона требования к продавцу (изготовителю, уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру) в отношении недостатков товара, если они обнаружены в течение гарантийного срока или срока годности (пункт 1).
Гарантийный срок товара, а также срок его службы исчисляется со дня передачи товара потребителю, если иное не предусмотрено договором. Если день передачи установить невозможно, эти сроки исчисляются со дня изготовления товара (пункт 2).
В соответствии с пунктом 6 статьи 19 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О защите прав потребителей» в случае выявления существенных недостатков товара потребитель вправе предъявить изготовителю (уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру) требование о безвозмездном устранении таких недостатков, если докажет, что они возникли до передачи товара потребителю или по причинам, возникшим до этого момента. Указанное требование может быть предъявлено, если недостатки товара обнаружены по истечении двух лет со дня передачи товара потребителю, в течение установленного на товар срока службы или в течение десяти лет со дня передачи товара потребителю в случае неустановления срока службы. Если указанное требование не удовлетворено в течение 20 дней со дня его предъявления потребителем или обнаруженный им недостаток товара является неустранимым, потребитель по своему выбору вправе предъявить изготовителю (уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру) иные предусмотренные пунктом 3 статьи 18 настоящего Закона требования или возвратить товар изготовителю (уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру) и потребовать возврата уплаченной денежной суммы.
В соответствии с абзацами вторым и пятым пункта 1 статьи 18 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2300-1 «О защите прав потребителей» потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, по своему выбору вправе: потребовать замены на товар этой же марки (этих же модели и (или) артикула) или незамедлительного безвозмездного устранения недостатков товара или возмещения расходов на их исправление потребителем или третьим лицом.
В силу пункта 3 статьи 18 Закона о защите прав потребителей потребитель вправе предъявить требования, указанные в абзацах втором и пятом пункта 1 данной статьи, изготовителю.
Из приведенных правовых норм следует, что требование о безвозмездном устранении недостатков товара может быть предъявлено потребителем к продавцу лишь в пределах установленного в отношении товара гарантийного срока, а по истечении указанного срока требование о безвозмездном устранении недостатков может быть предъявлено к изготовителю товара в случае, если потребитель докажет производственный характер существенного недостатка товара и требование о безвозмездном устранении этого недостатка не будет удовлетворено добровольно.
Таким образом, специальными нормами установлено, что в случае выявления по истечению двух лет, но в пределах десяти лет, недостатков, которые возникли до передачи их потребителю, покупатель вправе предъявить соответствующее требование об их устранении изготовителю.
Учитывая то обстоятельство, что судом было установлено, что ФИО5 одновременно выступает как продавцом, так и застройщиком, то есть изготовителем, суд приходит к выводу, что ФИО8 обратился в суд с иском об устранении производственных недостатков в установленный законом срок.
Приходя к выводу о том, что ФИО8 обратился с требованием в установленный срок, суд также учитывает пояснения стороны истца и третьего лица, из которых следует, что с требованием о безвозмездном устранении недостатков в виде проседания пола, промерзания, продувания они обратились к ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года. Обращение носило устный характер, поскольку между сторонами ранее уже сложилась практика по такому обращению. ФИО5 неоднократно устранял дефекты по устному обращению покупателей. Однако, ДД.ММ.ГГГГ года в устранении недостатков было отказано. В связи с изложенным, для определения причин возникновения недостатков и стоимости их устранения ФИО8 вынужден был обратиться в экспертную организацию.
Таким образом, требование покупателя и об обращении к продавцу с требованием об устранении недостатков в течение двух лет, было истцом соблюдено.
Более того, суд учитывает, что для изготовителя жилых помещений, действующим законодательством установлен специальный срок предъявления требований о недостатках.
Статьей 737 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае обнаружения недостатков во время приемки результата работы или после его приемки в течение гарантийного срока, а если он не установлен, - разумного срока, но не позднее двух лет (для недвижимого имущества - пяти лет) со дня приемки результата работы, заказчик вправе по своему выбору осуществить одно из предусмотренных в статье 723 настоящего Кодекса прав либо потребовать безвозмездного повторного выполнения работы или возмещения понесенных им расходов на исправление недостатков своими средствами или третьими лицами.
Пунктом 1 статьи 29 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» предусмотрены права потребителя при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги).
В силу абзаца 2 пункта 3 статьи 29 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» потребитель вправе предъявлять требования, связанные с недостатками выполненной работы (оказанной услуги), если они обнаружены в течение гарантийного срока, а при его отсутствии в разумный срок, в пределах двух лет со дня принятия выполненной работы (оказанной услуги) или пяти лет в отношении недостатков в строении и ином недвижимом имуществе.
Исходя из указанных правовых норм, потребитель вправе заявить о наличии недостатков в строении в течение установленного гарантийного срока, который составляет пять лет, и исчисляется в данном случае со дня постановки его на кадастровый учет.
Таким образом, требование о взыскании расходов по устранению недостатков недвижимого имущества также заявлено истцом в установленный законом срок.
В ходе судебного разбирательства, сторона ответчика оспаривала причины возникновения недостатков, а также наличие недостатков, в связи с чем, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебная строительно-техническая экспертиза, проведение которой было поручено ООО «Мидель».
Согласно выводам судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ в доме были выявлены строительно-технические недостатки в виде отсутствия естественной вентиляции холодного чердака, который был устранен; засор между несущей балкой и деревянной стойкой в осях №
Эксперт пришел к выводу, что стоимость устранения недостатков, возникших в результате протечки кровли, составляет 17 937 рублей 03 копейки, а по устранению зазора – 763 рубля 81 копейки (Т. 2 №).
Суд, исследовав заключение судебной экспертизы, выполненное ООО «Мидель», пришел к выводу, что оно не является относимым и допустимым доказательством в части определения наличия в доме строительно-технических недостатков и причин их возникновения.
Так, согласно пояснениям эксперта, данным в ходе судебного разбирательства, эксперт пришел к выводу о том, что в доме имеются недостатки в виде неровностей, зазоров, однако, эксперт полагает, что данные разрушения были вызваны «домкрачиванием» балки, которое, по мнению эксперта, было осуществлено истцом. Также эксперт пришел к выводу о наличии дефектов стяжки и полового покрытия, однако, не отнес их к строительно-техническим недостаткам, ввиду отсутствия информации о том, в каком состоянии находился дом на момент его передачи Покупателям (со стяжкой или нет). Полагал, что стяжка была устроена непосредственно истцом.
Между тем, после проведения судебной экспертизы и опроса сторон было установлено, что поднятие балки производилось именно сотрудниками ответчика в качестве одного из способов устранения недостатков по обращению истца. Однако, поднятие и опускание дома на балку не привело к устранению выявленных недостатков в виде образования зазоров.
Более того, судом также установлено, что на момент передачи дома, стяжка на полу была уже обустроена, то есть, входила в цену дома. При этом, данное обстоятельство было возможно установить из представленных эксперту материалов дела, в том числе, протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ. Однако, эксперт самостоятельно, без каких-либо подтверждающих сведений исключил большой объем работ, существовавших на момент передачи дома и в которых им выявлены недостатки, по причине того, что полагал, что данные работы выполнены покупателем.
Также эксперт самостоятельно, без каких-либо доказательств установил факт «домкрачивания» балки, а также то, что данная работа производилась истцом. При этом, данные сведения к моменту проведения судебной экспертизы судом эксперту не предоставлялись. Каких-либо дополнительных ходатайств об истребовании судом соответствующей информации экспертом не направлялось.
Также судом было установлено, что при проведении экспертизы, эксперт исходил из схемы дома, приложенной в материалы дела, которая не отражала действительную конфигурацию дома на момент подписания договора купли-продажи.
Таким образом, сделанные экспертом выводы не подтверждаются материалами дела, являются предположениями и не могли быть положены в основание выводов судебной экспертизы. При этом, в силу действующего законодательства экспертам запрещено самостоятельно собирать доказательства.
Суд, оценив представленное в материалы дела экспертное заключение, выполненное ООО «Мидель» признал его недопустимым доказательством.
В связи с изложенным, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена повторная экспертиза, проведение которой было поручено обществу с ограниченной ответственностью «Сибирское Экспертное Объединение».
Согласно заключению ООО «Сибирское Экспертное Объединение» № от ДД.ММ.ГГГГ, эксперт пришел к выводу, что в ходе обследования жилого дома были выявлены следующие недостатки строительно-технического монтажного характера: не обеспечена несущая способность лаг перекрытия и балок перекрытия.
В связи с тем, что несущая способность указанных конструкций не обеспечена, наблюдается зыбкость перекрытия. Также, в связи с превышением максимального расчетного прогиба элементов перекрытия под перегородками (из гипсокартона по металлическому каркасу) образовался зазор между нижней гранью перегородки и поверхностью пола до 30 мм.
Пароизоляция утепленного чердачного перекрытия и совмещенной кровли выполнена из полипропиленновой мешковины, что не соответствует требованию пункта ДД.ММ.ГГГГ СП 17.13330.2017. Данный материал не препятствует проникновению пара.
Гидроизоляционная прокладка в месте опирания лаг перекрытия на бетонный монолитный пояс несущей стены выполнена из полипропиленновой мешковины, что не соответствует пункту 9.50 СП 64.13330.2017.
Вентиляционная шахта жилого дома выполнена «сверху вниз», то есть со второго этажа на первый и выходит на улицу через стену гаража. В связи с этим, вытяжное отверстие располагается ниже второго этажа (притока), что приводит к нарушению работ естественной вентиляции.
Экспертом выявлено расслоение сечения деревянных стоек по оси 2, а также частичное опирание стоек на бетонную подушку. Отслоение керамической напольной плитки на 1 этаже. Осадка основания фундамента в центральной части здания.
Эксперт указал, что данный дефект мог возникнуть из-за недостаточного уплотнения основания фундамента, а также из-за выбора конструктивного решения фундамента без расчета несущей способности основания фундамента и анализа результатов геологических изысканий.
Все вышеперечисленные дефекты возникли в результате отступления при строительстве, до передачи дома покупателям, и не могли возникнуть в результате подъема балки в указанном доме.
В связи с изложенным, экспертом был определен перечень работ по устранению недостатков монтажно-строительного характера, а также установлено, что стоимость работ, необходимых для устранения недостатков строительно-технического/строительно-монтажного характера, а также стоимость иных работ, в том числе отделочных, по устранению последствий, возникших в результате наличия строительно-технических недостатков при строительстве дома в №, находящемся по адресу: <адрес> составляет 1 117 114 рублей 47 копеек (Т. №
В ходе судебного разбирательства сторона ответчика оспаривала выводы судебной повторной экспертизы, просила назначить по делу третью экспертизу. В обоснование ходатайства ответчиком было представлено заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ на судебную экспертизу, выполненное экспертом ООО «Экспра». Так, в указанном заключении специалист приходит к выводу, что форма заключения судебной экспертизы отличается от общепринятой в судебно-экспертной практике. Судебным экспертом использовалось неповеренное оборудование, а расчет выполнен в нелицензированном программном комплексе. Также в заключении специалиста указывается, что экспертом используется подмена понятий. Так, экспертом не указывается, на основании каких именно исследований им сделан вывод, что уложенный материал является полипропиленовой мешковиной. Также не указывается, в связи с чем, эксперт пришел к выводу о том, что использование мешковины является недопустимым. Специалист критически относятся к возможности выполнения замеров с точностью до «1 мм» только при помощи использования рулетки, линейки и дальномера. Кроме того, устанавливая осадку фундамента, экспертом не представлено замеров фундамента. Приходя к выводу о несоответствии микроклимата, эксперты не проводят замеры. В рецензии указано, что экспертами выбран необоснованный способ устранения недостатка по устранению прогиба балок.
Для уточнения вопросов относительно выводов судебной экспертизы, в судебном заседании был допрошен судебный эксперт Г.А.В.
Судебный эксперт пояснил, что замеры пролетов проводились им с соблюдением требований действующего законодательства. Так, в ходе проведения визуально-инструментального исследования было выявлено большое количество строительно-технических дефектов в области стропильной системы, поскольку при строительстве «шаг» между конструкциями, обеспечивающими опору дома, сильно превышает требуемый. Количество опорных балок, стен и иных элементов конструкции не соответствует площади помещения.
Недостатки стропильной системе привели к сильной осадке дома и его разрушению.
Также эксперт пояснил, что избранный им способ устранения недостатков не является единственным, но, является экономически целесообразным, именно поэтому, расчет был произведен для устранения недостатков соответствующим увеличением количества опорных конструкций.
Пояснить о том, устроен ли дом истца по типу конструкции «ферма» эксперт не может, однако, даже в случае использования данной конструкции, дом построен со значительными отступлениями от строительно-технических норм, поэтому необходима переделка и укрепление опорных конструкций дома. Стоимость такого укрепления различными способами примерно равна.
Относительно вывода о том, почему эксперт пришел к выводу, что вместо пароизоляции используется мешковина, судебный эксперт пояснил, что им было проведено обследование кровли, в ходе которого было выявлено намокание и промерзание конструкции, что уже свидетельствует о том, что пароизоляция не является рабочей. При исследовании, им было осмотрено устройство пароизоляции в нескольких местах, она вся была рванная, не имела второго слоя, в связи с чем, эксперт и назвал указанный материал «мешковиной», поскольку пароизоляция не выполняет возложенных на нее функций.
Данные дефекты могли возникнуть как в результате использования неверного материала, так и в результате неправильного монтажа.
Особо эксперт подчеркнул, что конструкция вытяжки сделана с грубейшими нарушениями, поскольку вытяжка сделана «сверху вниз», что противоречит общеизвестным законам физики.
Кроме того, эксперт пояснил, что выводы о нарушении микроклимата в доме сделаны им, исходя из фактической обстановки, поскольку в доме имеются промерзания, промокания утеплителя и другие недостатки, для выявления которых дополнительные инструментальные исследования не требуются.
Указание в тексте заключения на наличие возможных недостатках фундамента не влияет на результаты расчета, поскольку в расчет были положены только те недостатки, причины возникновения которых находятся на уровне «выше нуля». То есть, эксперт не исключает возможность нарушения устройства фундамента при строительстве дома, однако, ввиду отсутствия геологических изысканий и результатов отбора проб фундамента, экспертом расчет стоимости устранения недостатков проводился только по тем недостаткам, которые возникли по причинам строительно-технических недостатков надземных конструкций.
Также эксперт пояснил, что выявленные им недостатки на настоящий момент создают угрозу жизни и здоровья проживающих в доме людей. При этом, действительно, степень проявления недостатков при передаче дома могла быть менее выражена, чем в настоящий момент. Поэтому, при визуальном осмотре дома в 2019 году они могли быть и не выявлены лицами, не обладающими специальными познаниями.
Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Не доверять экспертному исследованию и сделанному на его основе выводам у суда оснований не имеется. В исходе дела эксперт прямо или косвенно не заинтересован, отводов эксперту заявлено не было, эксперт предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, экспертом были сделаны выводы на основании натурного осмотра, инструментальных замеров и непосредственного исследования дома.
Учитывая содержание судебной экспертизы, пояснения эксперта, данные в ходе судебного разбирательства, принимая во внимание длительность нахождения дела в производстве суда, а также пояснения эксперта о том, что проживание в доме создает угрозу жизни и здоровья для его жителей, суд, изучив ходатайство ответчика о назначении повторной экспертизы, определил в его удовлетворении отказать, поскольку судебная экспертиза является полной, ясной, недостатки судебной экспертизы, изложенные в письменном ходатайстве и заключении специалиста ООО «Экспра», фактически сводятся к предположениям, о том, что использованные экспертом приборы и программное обеспечение являются недопустимым и не лицензионным.
Доводы о том, что экспертом допущены ошибки, являются мнением лиц, которые не осматривали дом в натуре и не видели материала, при помощи которого устроена пароизоляция.
Доводы в заключении специалиста о том, что экспертное заключение по форме и содержанию не соответствует общепринятому подлежат отклонению, поскольку в самом заключении не усматривается, какие именно формы заключения судебных экспертизы являются общепринятыми. Суд, изучив данное экспертное заключение, не усматривает каких-либо отхождений от ранее представленных в материалы дела заключений, в части формы таких исследований.
Ссылки в заключении специалиста на то, что экспертом использовалось нелицензированное оборудование, а следовательно, расчет проведен неверно, не только являются предположением в части использования нелицензированного программного обеспечения, но и не обосновывают, почему при использовании программы экспертом были допущены какие-либо ошибки, в чем именно они выражались.
Критическое мнение специалиста в части возможности проведения точных замеров с использованием рулетки, линейки и дальномера не основывается на каких-либо положениях нормативно-правовых актов или технических инструкций к приборам.
Ссылки рецензии относительно необоснованности выводов судебного эксперта о нарушении микроклимата дома и о том, что эксперт неправомерно, без замеров, сделал вывод об осадки фундамента, были устранены в результате опроса эксперта, который пояснил, что микроклимат не соответствует нормальному, даже без дополнительных измерений (имеются промерзания и промокания), а недостатки фундамента им не исследовались и не рассчитывались.
Мнение специалиста о том, что исследование является кратким в описательной части, не исключает того, что заключение судебной экспертизы является полным и ясным.
Ссылки ответчика на возможность использования иного способа устранения недостатков являются предположением и подлежат отклонению.
Также подлежат отклонению доводы ответчика о том, что при строительстве дома им использовалась гидропароизоляция «Axton D», приобретенная в Леруа Мерлен, имеющая два слоя – полипропиленовый и фольгированный. В подтверждение доводов стороной ответчика представлен элемент указанной гидропароизоляции.
Между тем, стороной истца в материалы дела представлен образец пароизоляции, который был вырезан свидетелем свидетель 2 с крыши дома истца.
Представленный в материалы дела ответчиком материал «Axton D» существенно как визуально, так и кинетически отличается от материала, предоставленного стороной истца.
Доводы о том, что свидетель вырезал материал только в одном месте, не исключают того, что экспертом обоснованно было указано на использование мешковины, а не специального материала, вместо гидропароизоляции.
Доводы ответчика об отсутствии у свидетеля специального строительного образования для установления вывода о недопустимости использования уложенного материала в качестве пароизоляции, суд признает необоснованными, поскольку ФИО5 привлекал свидетель 2 к строительству своих домов, а следовательно, признавал у него наличие компетенции для выполнения строительных работ.
С учетом изложенного, суд, исследовав представленное экспертное заключение, приходит к выводу, что оно является полным, ясным, проведено с соблюдением требований действующего законодательства и достоверно подтверждает, что в №, находящемся по адресу: <адрес>», на момент его передачи ФИО4 имелись строительно-технические недостатки, которые проявились в ходе эксплуатации дома. При этом, стоимость их устранения составляет 1 117 114 рублей 47 копеек.
Приходя к выводу о допустимости данного доказательства, суд учитывает, что фактически результаты судебной экспертизы подтверждаются и экспертным заключением ООО «Мэлвуд», в котором, стоимость устранения недостатков определена в меньшем размере по причине того, что расчет был сделан в ценах на июль 2021 года, а не на 2023 год, а также учитывая то обстоятельство, что степень выраженности недостатков за два года существенно увеличилась, что требует дополнительных финансовых вложений, что и было отражено в заключении ООО «СЭО».
С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что требование истца о взыскании расходов по устранению недостатков в размере 1 117 114 рублей 47 копеек является законным, обоснованным и подлежит удовлетворению.
Также истцом заявлено требование о взыскании неустойки за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 100 000 рублей.
Согласно статье 22 Закона о защите прав потребителей, требования потребителя о соразмерном уменьшении покупной цены товара, возмещении расходов на исправление недостатков товара потребителем или третьим лицом, возврате уплаченной за товар денежной суммы, а также требование о возмещении убытков, причиненных потребителю вследствие продажи товара ненадлежащего качества либо предоставления ненадлежащей информации о товаре, подлежат удовлетворению продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) в течение десяти дней со дня предъявления соответствующего требования.
В соответствии с пунктом 1 статьи 23 названного Закона за нарушение предусмотренных статьями 20, 21 и 22 этого же Закона сроков, а также за невыполнение (задержку выполнения) требования потребителя о предоставлении ему на период ремонта (замены) аналогичного товара продавец (изготовитель, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер), допустивший такие нарушения, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара.
Как было установлено судом выше, цена товара – жилого дома с улучшениями, подлежит определению, исходя из цены двух договоров, и составляет 3 900 000 рублей, что следует из расписки ФИО5
Таким образом, размер неустойки составляет 24 063 000 рублей (3 900 000 рублей*1%*617 дней).
Между тем, истцом самостоятельно проведено снижение неустойки до 1 100 000 рублей.
В ходе судебного разбирательства стороной ответчика заявлено о снижении неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).
Принимая во внимание, что размер взыскиваемой неустойки не соразмерен нарушенным обязательствам, ответчик является физическим лицом, суд полагает возможным снизить размер штрафных санкций до 300 000 рублей.
В силу положений статьи 15 Закона «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
Согласно разъяснениям, данным в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем, размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки.
С учетом требований разумности и справедливости, характера причиненных потребителям нравственных страданий, суд считает возможным взыскать компенсацию морального вреда в сумме 5 000 рублей.
В силу пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
Таким образом, размер подлежащего взысканию штрафа составляет 711 057 рублей 24 копейки.
Согласно абзацу 8 статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся связанные с расходы на оплату услуг эксперта.
Согласно статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебная экспертиза, расходы по проведению которой были возложены на истца путем перечисления денежных средств в размере 30 000 рублей, внесенных ФИО4 на депозит УСД в НСО на счет экспертной организации.
Согласно выставленному ООО «СЭО», стоимость судебной экспертизы составила 75 000 рублей.
Учитывая изложенное, в пользу истца с ответчика подлежат взысканию расходы за проведение экспертизы в размере 30 000 рублей, а в пользу ООО «СЭО» расходы по оплате судебной экспертизы в размере 45 000 рублей.
Кроме того, с ответчика подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 15 586 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 103, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд,
решил:
Исковые требования ФИО4 к ФИО5 о взыскании денежных средств в счет устранения недостатков, неустойки, компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО5 (паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ) в пользу ФИО4 № №, выдан ДД.ММ.ГГГГ) денежные средства в счет устранения недостатков в размере 1 117 114 рублей 47 копеек, неустойку в размере 300 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, штраф за неудовлетворение требований потребителя в добровольном порядке в размере 711 057 рублей 24 копейки, расходы по оплате судебной экспертизы в размере 30 900 рублей, а всего 2 164 071 рублей 71 копейка.
Взыскать с ФИО5 (паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Сибирское Экспертное Объединение» в размере 45 000 рублей.
Взыскать с ФИО5 в доход государства государственную пошлину в размере 15 586 рублей.
Разъяснить сторонам, что настоящее решение может быть обжаловано ими в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме в Новосибирский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через суд, вынесший решение.
Судья Н.Н. Топчилова
Мотивированное решение суда составлено ДД.ММ.ГГГГ