Дело № 2-11/2022

64RS0043-01-2021-002969-03

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19.09.2022 года г. Саратов

Волжский районный суд г.Саратова в составе председательствующего судьи Кондрашкиной Ю.А., при секретаре Михайлове А.Б., рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Саратове гражданское дело по иску ФИО9 ФИО4 к ФИО9 ФИО1, ФИО7 ФИО5 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности на квартиру,

установил:

истец обратился в суд с иском, в обоснование своих требований ссылается на то, что ФИО9 ФИО4 состояла в зарегистрированном браке с ответчиком с 23 августа 1980 года по 15 декабря 2006 года.

26 декабря 2006 года брак был прекращен на основании решения о расторжении брака Мирового судьи судебного участка № 4 Волжского района г. Саратова от 15 декабря 2006 года брак был расторгнут, что подтверждается свидетельством о расторжении брака от 28 июня 2012 года серии №.

На основании договора купли-продажи от 14 июля 1994 в период брака ответчиком ФИО9 ФИО4 была приобретена двухкомнатная квартира, общей площадью № кв.м, расположенная по адресу: , кадастровый №.

Право собственности на указанную квартиру было зарегистрировано на имя ответчика, что подтверждается выпиской из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ.

Раздел имущества между супругами не производился. После расторжения брака, между истцом и ответчиком была достигнута договоренность, согласно которой ответчик остается проживать в указанной квартире.

В начале апреля 2021 года истцу случайно стало известно о том, что 31 марта 2021 года право собственность на указанную квартиру зарегистрировано на ФИО7 ФИО5, что подтверждается выпиской ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ.

Ответчик не сообщал истцу о своем намерении совершить сделку по отчуждению квартиры, в установленном законом порядке согласие на совершение сделки от истца не получал.

Таким образом, приобретенное в период брака имущество в виде квартиры на имя ответчика, представляет собой совместно нажитое имущество супругов.

Поскольку сделка, заключенная между ответчиком и ФИО7 ФИО5., направлена на отчуждение совместного имущества истца и ответчика, и совершена задним из участков совместной собственности в отсутствие согласия другого собственника, данная сделка является недействительной.

Как следует из материалов дела, 24 марта 2021 года между ФИО9 ФИО2. и ФИО7 ФИО5 был заключен договор купли-продажи спорной квартиры.

Из содержания п. 4 Договора следует, что цена продаваемой квартиры составляет 1 360 000 рублей.

Между тем, как следует из выписки ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ кадастровая стоимость квартиры составляет 2 367 606 рублей 91 копейка.

Таким образом, стоимость спорной квартиры по договору купли-продажи является явно заниженной и несоразмерной ее фактической рыночной стоимости по состоянию на дату ее продажи.

Кроме того, в п.4 Договора указано, что продавец получил денежные средства от покупателя полностью до подписания договора. Между тем, в материалах дела отсутствуют доказательства фактической передачи денежных средств продавцу в размере 1 360 000 рублей. Истец считает, что договор носил безвозмездный характер, и ответчик не получал денежных средств за продажу квартиры. Заключая договор купли-продажи спорной квартиры стороны по договору преследовали цель прикрыть им договор дарения.

Намеренное занижение ответчиками по договору купли-продажи стоимости спорной квартиры нарушает права истца, поскольку спорная квартира является совместно нажитым имуществом истца и ФИО9 ФИО2., и продажа квартиры по явно заниженной стоимости направлена на причинение вреда имущественным интересам истца, на намеренное исключение спорной квартиры из совместно нажитого имущества супругов.

Спорная квартира была приобретена в период брака на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного на имя ФИО9 ФИО2., который был нотариально удостоверен нотариусом ФИО8 ФИО6. и был зарегистрирован в реестре за №.

Право собственности на спорную квартиру было зарегистрировано в Росреестре за ФИО9 ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ.

Истец узнал о том, что его право было нарушено только после отчуждения спорной квартиры ФИО7 ФИО5 в начале апреля 2021 года из выписки ЕГРН.

Таким образом, срок исковой давности следует исчислять с ДД.ММ.ГГГГ, с даты заключения договора купли-продажи квартиры, а не с момента регистрации права собственности в Росреестре ДД.ММ.ГГГГ.

В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО9 ФИО2. умер ДД.ММ.ГГГГ, как видно из свидетельства о праве на наследстве по закону от ДД.ММ.ГГГГ, наследство ФИО9 ФИО1 после смерти ответчика состоит из прав на денежные средства, с причитающимися процентами, находящимися на ПАО «Сбербанк России».

Согласно выписки из лицевого счета по указанному вкладу, за спорный период на счет ФИО9 ФИО2 поступали денежные средства только в виде пенсии и начисленных процентов, всего в размере 11 108, 88 рублей.

Таким образом, оснований полагать, что оплата по оспариваемому договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ за спорную квартиру поступили на счет ФИО2 не имеется.

Иного имущества, которое могло быть им приобретено на якобы вырученные денежные средства от продажи квартиры, за ФИО2 на момент смерти не зарегистрировано.

Истец ссылается на то, что ответчики ФИО7 ФИО5 и ФИО9 ФИО2. указали заниженную стоимость квартиры в договоре, что подтверждается заключением экспертизы, в кроме того, и указанную сумму в размере 1 360 000 рублей, ФИО7 ФИО5 - ФИО9 ФИО2 не передавал, сторонами создана видимость заключен договора купли-продажи с целью недопущения последующего признания сделки недействительной по мотиву отсутствия согласия другого супруга на совершение, при том, что даже такое встречное предоставление

1 360 000 рублей не является равноценным.

Истец также обращает внимание суда, что никакого реального отчуждения квартиры истца не произошло, смена собственника не повлекла смену фактического ее владельца, ФИО9 ФИО2. продолжал проживать в указаны квартире вплоть до своей смерти, договор купли-продажи истцом и ответит заключен только для вида, намерения создать соответствующие его право; последствия отсутствовали у обоих сторон этого договора, сделка совершена только для того, чтобы имущество формально выбыло из состава общего имущества супругов ФИО9 ФИО2. и ФИО9 ФИО4.

Разъясненное судом истцу право уточнить исковые требования и просить взыскать с ФИО9 ФИО2. компенсацию в размере 1/2 от стоимости реализованной им квартиры не может быть реализовано истцом, поскольку указанную денежную сумму ФИО9 ФИО2 не получал и иного имущества, на которое могло бы быть обращено взыскание с целью исполнения такого решения суда, у него не имеется, источников дохода, за исключением пенсии у него не было, сам ФИО9 ФИО2 являлся больным и нуждающимся в уходе человеком, в связи с чем решение суда о взыскании с него более миллиона рублей не являлось бы исполнимым.

ФИО7 ФИО5 в свою очередь, указанными денежными средствами в размере 1 360 000 рублей не располагал, что может быть подтверждено истребованием у ответчика сведений о наличии у него по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ необходимой денежной суммы; с целью установления наличия или отсутствия у ФИО7 ФИО5 возможности произвести оплату по оспариваемой сделке, истец просит суд истребовать из банков выписки на ФИО7 ФИО5 подтверждающие обороты денежных средств ответчика, истребовать из ИФНС №8 по Саратовской области сведения о доходах ФИО7 ФИО5., предложить последнему представить указанные доказательства самостоятельно.

Таким образом, ответчики совершили притворную сделку, желая, чтобы в случае оспаривания сделки купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, истец имела бы лишь возможность заявить о компенсации, решение о взыскании которой было бы заведомо неисполнимым.

В данном случае, сделка купли-продажи, совершенная сторонами заключена с целью прикрыть сделку дарения спорной квартиры, чтобы не допустить ее расторжения в судебном порядке.

Просит суд признать недействительной сделку по отчуждению имущества в виде двухкомнатной квартиры, общей площадью 41 кв.м, расположенной по адресу: , кадастровый №, заключенную между ФИО9 ФИО2 и ФИО7 ФИО5.

Применить последствия недействительности сделки, прекратив право собственности ФИО7 ФИО5 на двухкомнатную квартиру, общей площадью № кв.м, расположенную по адресу: кадастровый №.

Признать за ФИО3 право собственности на ? долю в двухкомнатной квартире, общей площадью № кв.м, расположенной по адресу: г. , кадастровый №.

Признать за ФИО2 право собственности на ? долю в двухкомнатной квартире, общей площадью № кв.м, расположенной по адресу: , кадастровый №.

Признать недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГi двухкомнатной квартиры, общей площадью № кв.м, расположенной по адресу г, кадастровый №, заключенный между ФИО9 ФИО2 и ФИО7 ФИО5.

Применить последствия недействительности сделки, прекратив право собственности ФИО7 ФИО5 на двухкомнатную квартиру, общей площадью № кв.м, расположенную по адресу: кадастровый №.

Погасить регистрационную запись о государственной регистрации собственности ФИО7 ФИО5 № с ДД.ММ.ГГГГ.

Признать за ФИО9 ФИО4 право собственности на ? долю в двухкомнатной квартире, общей площадью № кв.м, расположенную адресу: , кадастровый н №.

Внести регистрационную запись о государственной регистрации собственности ФИО9 ФИО4 на ? долю двухкомнатной квартире, общей площадью № кв.м, расположенной по адресу , кадастровый н №.

Признать за ФИО1 право собственности на ? долю в двухкомнатной квартире, общей площадью № кв.м, расположенной адресу: , кадастровый №

Внести регистрационную запись о государственной регистрации собственности ФИО1 на ? долю в двух комнатной квартире, общей площадью № кв.м, расположенной по адресу: , кадастровый №.

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные истцом исковые требования, просили иск удовлетворить.

Ответчик ФИО9 ФИО1 исковые требования признала, просила иск удовлетворить.

Представитель ответчика возражала против заявленных истцом исковых требований.

Заслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу пункта 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов, по распоряжению общим имуществом супругов может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Бремя доказывания того, что другая сторона в сделке, получая по этой сделке право требования, знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки, по смыслу абзаца 2 пункта 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, возложено на супруга, заявившего требование о признании сделки недействительной.

В ходе рассмотрения дела истцом ФИО9 ФИО4. не представлено доказательств того, что при заключении договора купли-продажи ФИО7 ФИО5 было известно о возражениях истца ФИО9 ФИО4 на совершение указанной сделки. Не добыты доказательства в подтверждение указанных обстоятельств и судом в ходе рассмотрения дела.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Пункт 88 этого же постановления Пленума разъясняет, что, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума следует, что для признания прикрывающей сделки недействительной в связи с ее притворностью суду необходимо установить, что действительная воля всех сторон сделки была направлена на заключение иной (прикрываемой) сделки.

Поскольку стороны притворной сделки действуют умышленно, скрывая от третьих лиц свои настоящие намерения, то есть, по существу, вступают в сговор, для правильной квалификации спорных отношений необходимо установить факт такого сговора и его цель.

Договор купли-продажи заключенный между ФИО9 ФИО2. и ФИО7 ФИО5 соответствует требованиям закона, в договоре сторонами согласованы все существенные его условия, определены его предмет и цена. При заключении договора воля истца относительно природы сделки была определенно выражена и направлена на достижение именно того результата, который был достигнут совершением сделки.

Доводы истца ФИО9 ФИО4 об отсутствии у ФИО7 ФИО5 денежных средств, дающих финансовую возможность ответчика уплатить денежные средства за спорную квартиру в сумме, указанной в договоре, не могут быть признаны состоятельными, о безденежности договора купли-продажи не свидетельствуют, факт передачи денежных средств указан в договоре купли-продажи, никаким доказательствами не опровергнут, при жизни ФИО9 ФИО2 не оспаривался.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создавать соответствующие этой сделке правовые последствия, характерные именно для таких сделок. Обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Совершая такую сделку, стороны не собираются ее выполнять.

Истцом в ходе рассмотрения дела не представлено доказательств того, что на момент совершения сделки ФИО9 ФИО2. и ФИО7 ФИО5. не намеревались создавать соответствующие этой сделке правовые последствия, характерные именно для сделки купли-продажи не представлено, суди в ходе рассмотрения дела не добыто.

Истец, заявляя требования о признании договора купли-продажи недействительным в связи с отсутствием оплаты по договору, не представляет доказательств в подтверждение указанных доводов.

Вместе с тем факт оплаты договора подтверждается самим текстом договора, являющимся письменным доказательством по делу, который не может быть оспорен лишь путем предъявления отдельного требования о признании договора недействительным (безденежными).

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Исходя из смысла ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации, во всех случаях, когда в том или ином суде разрешается спор и есть стороны, они должны быть процессуально равны, иметь равные права и возможности отстаивать свои интересы.

Это конституционное положение и требование норм международного права содержится и в ст. 12 ГПК РФ, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Анализ указанных норм позволяет сделать вывод о том, что суд в процессе состязательности не является инициатором и лишь разрешает предусмотренные законом вопросы, которые ставят перед ним участники судопроизводства, которые в рамках своих процессуальных прав обосновывают и доказывают свою позицию в конкретном деле. Законом на суд не возлагается обязанность по собиранию доказательств и по доказыванию действительных обстоятельств дела, так как возложение такой обязанности приведёт к тому, что он будет вынужден действовать в интересах какой-либо из сторон.

Учитывая положения ст. 56 ГПК РФ, в соответствии с которой каждая сторона должна представлять суду доказательства в обоснование своих требований и возражений, суд, оценив все представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований истца в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО9 ФИО4 к ФИО9 ФИО1, ФИО7 ФИО5 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности на квартиру - отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд через Волжский районный суд г. Саратова в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья