Судья Петухова М.В. 38RS0036-01-2021-001915-15
Дело №33-9468/2023
А-211г
КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
23 августа 2023 года г. Красноярск
Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе
председательствующего Макаровой Ю.М.,
судей Потехиной О.Б., Каплеева В.А.
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Буровой В.Ю.,
рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Макаровой Ю.М.
гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора поручительства и договоров залога прекратившими свое действие
по апелляционной жалобе представителя истца ФИО4
на решение Зеленогорского городского Красноярского края от 07 апреля 2023 года, которым постановлено:
«В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора поручительства № 22/9031/О826/163О/15П03 от 04.08.2015 года прекратившим свое действие, прекращении его действия, прекращении действия договоров ипотеки № 22/8646/0826/1668/16301 от 15.09.2016 года, № 22/9031/0826/1630/15301 от 04.08.2015 года, прекращении обременения в виде ипотеки в отношении объектов недвижимости: помещения № 2 по <адрес> с кадастровым номером №, общей площадью 713,5 кв.м., здания магазина по <адрес> с кадастровым номером №, общей площадью 1393,4 кв.м отказать.
Отменить после вступления в законную силу настоящего решения принятые в рамках настоящего дела определением Зеленогорского городского суда Красноярского края от 13.10.2021 года меры по обеспечению иска в виде:
- запрещения Управлению Росреестра по Красноярскому краю до вступления решения в законную силу регистрировать любые сделки по отчуждению, обременению, переуступке прав по договорам залога (ипотеки) № 22/8646/0826/1668/16301 от 15.09.2016 года и № 22/9031/0826/1630/15301 от 04.08.2015 года в отношении объекта недвижимости по <адрес> Красноярский край, кадастровый номер №, общей площадью 1393,4 кв.м; регистрировать право собственности, любые сделки по отчуждению и переходу прав собственности, а также договоры уступки прав (требований) и/или залога в отношении объекта недвижимости, расположенного по адресу: Россия, Красноярский край, <адрес>, кадастровый номер: №, а также его частей в виде помещений с кадастровыми номерами № и № №;
- запрещения ФИО2 и иным лицам до вступления решения в законную силу переуступать (закладывать) третьим лицам свои права, перешедшие к ним по договорам уступки права по договорам залога (ипотеки) № 22/8646/0826/1668/16301 от 15.09.2016 года и № 22/9031/0826/1630/15301 от 04.08.2015 года в отношении объекта недвижимости по <адрес> Красноярский край, кадастровый номер №, общей площадью 1393,4 кв.м.; переуступать (закладывать) третьим лицам свои права, перешедшие к ней по договорам уступки № 07-01/2020 от 31.07.2020 года и от 27.08.2020 года, заключенным между ПАО «Сбербанк России» и ФИО2; отчуждать, отдавать в залог, проводить торги по реализации нежилого здания, расположенного по адресу: Красноярский край <адрес>, кадастровый номер: №».
Заслушав докладчика, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО5, неоднократно уточнявшимся в ходе судебного разбирательства (т. 1, л.д. 6-8, т. 4, л.д. 57-58, т. 8, л.д. 73), в котором просит признать договор поручительства № 22/9031/О826/1630/15П03 от 04.08.2015, прекратившим свое действие и прекратить указанный договор поручительства; прекратить действие договоров ипотеки № 22/8646/0826/1668/16301 от 15.09.2016 и № 22/9031/0826/1630/15301 от 04.08.2015; прекратить обременения в виде ипотеки в отношении объекта недвижимости помещение № 2 по <адрес>, кадастровый номер №, общей площадью 713,5 кв.м., зарегистрированное за ФИО1, на праве собственности 01.12.2021; прекратить обременения в виде ипотеки в отношении объекта недвижимости по <адрес> кадастровый номер №, общей площадью 1393,4 кв.м.
Требования мотивированы тем, что 04.08.2015 года ФИО5 заключил кредитный договор со Сбербанком России под залог недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый номер №, принадлежащего истцу ФИО1 на праве собственности.
В качестве дополнительного обеспечения по кредитному договору было предоставлено также поручительство истца.
28.07.2020 года истец погасила просроченную заёмщиком ФИО3 задолженность по кредитному договору в размере 206330,33 рублей, а также 4351,9 рублей неустойку за несвоевременную уплату процентов, 4224,23 рублей неустойку за несвоевременное погашение кредита, в дальнейшем намеревалась заключить с банком соглашение о добровольном урегулировании задолженности с определением графика платежей, на что ею было получено предварительное согласие банка.
Однако, 07.09.2020 года истец получила уведомление № 8646-09/01 о том, что еще 31.07.2020 года и 27.08.2020 года банк уступил по договорам уступки свои права требования по кредитному договору <***> от 04.08.2015 года; при этом ни фамилии или названия организации цессионария, копий договоров уступки банк истцу не предоставил, на ее письменные запросы о предоставлении такой информации о цессионарии, банк многократно отвечал отказом.
10.09.2020 года истец получила письмо от ФИО6, который уведомил ее, что выкупил права требования по кредитному договору <***> от 04.08.2015 года, где заложено ее имущество, но сам договор уступки не приложил, банковские реквизиты, куда платить задолженность, не предоставил, на её личную просьбу в телефонном режиме предоставить указанные данные отвечал положительно, но от передачи документов всячески уклонялся. ФИО6 подтвердил, что никаких уведомлений он ФИО1 не направлял, долг ФИО3 у Сбербанка не выкупал и с истцом не разговаривал, более того указал, что номер телефона <***> принадлежит его коллеге ФИО7 10.11.2020 года ФИО7 отказался принять у истца деньги по кредитному договору ФИО3 от имени ФИО1
Управление Росреестра по Красноярскому краю 01.10.2020 зарегистрировало договоры уступки прав требований, в том числе по договорам залога (ипотеки) № 22/8646/0826/1668/16301 от 15.09.2016 года и № 22/9031/0826/1630/15301 от 04.08.2015 года в отношении ее объекта недвижимости по <адрес>, кадастровый номер №, общей площадью 1393,4 кв.м на имя ФИО2
Полагает, что сотрудники банка лгали и уклонялись от предоставления ей информации о цессионарии. Фактически уступка прав требований по кредитному договору была произведена на ФИО8, являющуюся подконтрольным лицом должника ФИО3, который, имея к истцу неприязненное отношение, с целью завладеть ее имуществом, заложенным в рамках его же кредитных обязательств, через ФИО2 выкупил свой же долг у банка. ФИО2 выкупила права требования к ФИО3 по кредитному договору у Сбербанка еще 31.07.2020 года и 27.08.2020 года, однако до настоящего времени ни разу не заявила о себе к истцу как к поручителю-залогодателю, не направила ни одного требования о погашении задолженности.
С целью не потерять свое залоговое имущество истец, как поручитель и залогодатель стала выполнять обязательства ФИО3 по кредитному договору <***> от 04.08.2015 года путем внесения денежных средств на депозит нотариуса Красноярского нотариального округа ФИО9, поскольку получить адрес или иные контактные данные в отношении нового кредитора ФИО2 ей не удалось. Многочисленные запросы в адрес Сбербанка РФ, жалобы в Центральный банк России, заявления в полицию с просьбой предоставить данные о ФИО2 и ее адрес не дали положительных результатов. После того, как истец в одном из судебных процессов в Советском районном суде г. Красноярска (дело № 2-3948/2021) узнала адрес регистрации ФИО2, она стала переводить ей деньги почтовыми переводами.
Из ответа Сбербанка от 16.11.2020 года следует, что ФИО2 выкупила у Сбербанка РФ задолженность ФИО3 в общей сумме 6934115,18 рублей. За период с 20.11.2020 года по 08.02.2021 года на депозит нотариуса на имя ФИО2 ФИО1 как поручителем и залогодателем во исполнение обязательств ФИО3 перед новым кредитором ФИО2 было внесено 750000 рублей, путем почтовых переводов истцом было оплачено 100000 рублей, а всего 850000 рублей. Ни денежные средства, направленные на депозит нотариуса, ни переводы посредством почтовой связи не были востребованы ФИО2, она уклонилась от их получения, о чем истца известил нотариус и почтовое отделение. Письма, направленные в адрес ответчика и её представителя, с предложением получить денежные средства, также возвращаются в адрес истца без ответа. Внесение истцом денежных средств в депозит нотариуса и перевод посредством почтовых отправлений, а также их неполучение ФИО2 она расценивает как отказ от получения исполнения обязательства.
Истцу известно, что ФИО2 и должник ФИО5 преследуют цель во внесудебном порядке завладеть предметом залога – принадлежащим ей зданием по <адрес>, для этого им необходимо накопить сумму долга по кредитному договору, чтобы ее было достаточно для реализации ее объекта, и, воспользовавшись оговоркой о внесудебном порядке реализации залогового имущества, имеющейся в договорах ипотеки, продать имущество, используя исполнительную надпись нотариуса, через компании, которые организуют торги по английской и голландской системе. По имеющимся у истца сведениям уже есть потенциальные покупатели, которые хотят купить объект истца за сумму в 3-5 млн. рублей при его рыночной стоимости в 70 млн. рублей.
Поскольку исполнение стало невозможным по вине кредитора, истец в силу статей 406, 416 ГК РФ подлежит освобождению от уплаты процентов, а обязательство должно быть признано прекращенным.
Кроме того, истец указывает, что поведение кредитора свидетельствует о недобросовестности действий ФИО2 и ФИО3 в силу ст. 10 ГК РФ.
Полагает, что ФИО5 умышленно прекратил оплачивать кредит. ФИО1, после получения от Сбербанка РФ уведомления (требования) как к поручителю о возникновении с 25.05.2020 года просрочки по обязательствам ФИО3 направила ответ о согласии погасить задолженность и с просьбой заключить с ней дополнительное соглашение, переведя на нее права кредитора, однако, ФИО5 выкупил свой долг у банка через ФИО2, подконтрольное ему лицо, поскольку его цель - завладеть торговым центром ФИО1
10.11.2020 года представители ФИО1 ФИО4 и ФИО10 прибыли в офис ООО ЮК «Кадулич и партнеры» и предложили представителю ФИО2 принять от них деньги по кредитному договору от имени ФИО1, но в принятии денежных средств и почтовой корреспонденции было отказано (видеосъемка всей беседы приобщена к материалам дела).
Получив выписку ЕГРН от 13.11.2020 года, истица выяснила, что зарегистрирована уступка прав требований на имя ФИО2
Кроме того, заявила о пропуске кредитором годичного срока на взыскание задолженности с поручителя и залогодателя, об отсутствии регистрационной записи об ипотеке на помещения в здании магазина, принадлежащие ФИО1 и ФИО3
Определением Свердловского районного суда г. Иркутска от 20.05.2021 года гражданское дело передано на рассмотрение по подсудности в Зеленогорский городской суд Красноярского края (т. 2, л.д. 17-19).
Определением Зеленогорского городского суда Красноярского края от 13.10.2021 года по ходатайству истца ФИО1 приняты меры по обеспечению иска (т. 3, л.д. 31-35).
Определениями Зеленогорского городского суда Красноярского края от 13.08.2021 года, 19.11.2021 года, от 27.01.2022 года, 18.02.2022 года, 13.05.2022 года к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены Зеленогорский отдел Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю, нотариус Красноярского нотариального округа ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ООО «Крассервис», ООО «Копиком», ПАО Сбербанк, КУМИ Администрации ЗАТО г. Зеленогорска (т. 2, л.д. 83-84, т. 3, л.д. 163-167, т. 4, л.д. 89-93, 226-227, т. 5, л.д. 211-212).
Определением Зеленогорского городского суда Красноярского края от 30.12.2022 года по ходатайству истца ФИО5 привлечен к участию в деле в качестве соответчика (т.8, л.д. 1-2).
Судом постановлено приведенное выше решение.
В апелляционной жалобе представитель истца ФИО4 просит решение отменить, как незаконное и необоснованное, удовлетворив заявленные требования по изложенным в иске основаниям, которые не были учтены судом. Указывает, что действия ответчиков свидетельствуют о том, что они незаконно отказались принять исполнение со стороны истца в счет ее обязательств, в связи с чем, поручительство должно быть прекращено. ФИО1 предпринимались попытки передать им денежные средства, в том числе через депозит нотариуса, почтовые переводы, но ответчики уклонились от их получения.
Участвующие в деле лица о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы извещены в установленном законом порядке, в суд апелляционной инстанции не явились, об уважительных причинах неявки не сообщили, об отложении рассмотрения дела не просили.
При таких обстоятельствах, с учетом отсутствия ходатайств лиц, участвующих в деле, об отложении судебного заседания в силу уважительных причин, судебная коллегия сочла возможным на основании ст. 167 ГПК РФ рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Проверив материалы дела, решение суда по доводам апелляционной жалобы согласно ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, заслушав пояснения представителя истца ФИО1, третьего лица ФИО10 ФИО4, поддержавшую доводы своей жалобы, представителя ответчика ФИО3 ФИО15, возражавшего против доводов жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 04.08.2015 года между ОАО «Сбербанк России» и ИП ФИО3 заключен договор <***> с дополнительным соглашением от 18.07.2016 года об открытии невозобновляемой кредитной линии для вложения в нематериальные активы с 04.08.2015 по 25.07.2027 с лимитом в сумме 10000000 рублей с уплатой процентов за пользование кредитом по ставке 17,25% годовых (далее – кредитный договор) (т. 1, л.д. 37-48, 78-92, 189-203).
Заемщик обязался производить погашение кредита в соответствии с графиком погашения задолженности в срок по 25.07.2027 года.
В обеспечение исполнения обязательств по договору невозобновляемой кредитной линии ОАО «Сбербанк России» заключены договоры поручительства от 04.08.2015 года с дополнительными соглашениями от 18.07.2016 года № 2216/9031/0826/1630/15П01 с ФИО11, № 2216/9031/0826/1630/15П02 с ФИО12, № 2216/9031/0826/1630/15П03 с ФИО1, № 2216/9031/0826/1630/15П04 с ООО «Крассервис», № 2216/9031/0826/1630/15П05 с ООО «КопиКом» (т. 1, л.д. 28-35, 93-133, 204-241).
Согласно договорам поручительства поручители обязались полностью отвечать перед банком за неисполнение заемщиком ИП ФИО3 обязательств по кредитному договору от 04.08.2015 года, подтвердили, что ознакомлены со всеми условиями указанного кредитного договора (пункты 1, 2 договора поручительства).
Пунктом 4 договоров поручительства установлено, что договор поручительства действует с даты подписания договора по 25.07.2030 года включительно. До наступления указанного срока поручительство прекращается с прекращением всех обязательств заемщика по соглашению, а также в иных случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.
Также в обеспечение обязательств по указанному кредитному договору между ОАО «Сбербанк» (залогодержатель) и ФИО1 (залогодатель) заключены договоры ипотеки № 2216/9031/0826/1630/15З01 от 04.08.2015 года и последующей ипотеки № 2216/9031/0826/1630/16З01 от 15.09.2016 года, в соответствии с условиями которых залогодателем переданы залогодержателю в залог: двухэтажное здание магазина общей площадью 1393,4 кв. м, расположенное по адресу: Красноярский край, <адрес> с кадастровым номером № и право аренды земельного участка общей площадью 770 кв. м, расположенного по адресу: Красноярский край, <адрес>, с кадастровым номером № (т. 1, л.д. 12-27, 134-149, 242-257).
Согласно договорам ипотеки залогодатель обязался полностью отвечать перед банком за неисполнение заемщиком ИП ФИО3 обязательств по кредитному договору от 04.08.2015 года, подтвердил, что ознакомлен со всеми условиями указанного кредитного договора (пункты 2.1-2.3 договора ипотеки).
В соответствии с пунктами 7.1, 7.2, 8.2 договоров ипотеки договор ипотеки и право залога действует по 25.07.2027 года. В случае частичного исполнения заемщиком обеспеченных залогом обязательств залог сохраняется в первоначальном объеме до полного и надлежащего исполнения заемщиком обеспеченного залогом обязательства. Залог сохраняет свою силу в случаях, когда в установленном порядке и в соответствии с положениями кредитного договора происходит уступка залогодержателем обеспеченного залогом обязательства.
07.08.2015 года произведена государственная регистрация ипотеки на здание и земельный участок, 20.09.2016 года - последующей ипотеки на здание и земельный участок сроком по 25.07.2027 года.
14.01.2019 года между КУМИ Администрации ЗАТО г. Зеленогорска и ФИО1 был заключен договор аренды № 10 земельного участка с кадастровым номером № площадью 855 кв.м с местоположением: Красноярский край, г. Зеленогорск, в районе ул. Манежная на срок 49 лет (т. 4, л.д. 144-146).
Ранее данный земельный участок был предоставлен ФИО10 для строительства магазина на основании договора аренды от 16.01.2014 №18. В дальнейшем между ФИО10 и ФИО1 заключен договор уступки права аренды от 24.12.2014, согласно которому все права арендатора земельного участка перешли к ФИО1 (т. 4, л.д. 134).
Из сообщения ПАО Сбербанк от 23.07.2020 года на запрос ФИО1 следует, что ИП ФИО5 не исполняет свои обязательства по вышеуказанному кредитному договору с 25.05.2020 года, срок просрочки составляет 59 дней, в связи с чем просит произвести погашение задолженности, которая по состоянию на 23.07.2020 года составляет 7149131,43 рублей: из них 206440,33 рублей - просроченная задолженность по процентам, 6934115,68 рублей - просроченная ссудная задолженность, 4351,19 рублей - неустойка за несвоевременную уплату процентов, 4224,23 рублей - неустойка за несвоевременное погашение кредита (т.1, л.д. 33).
Согласно платежному поручению № 65 от 28.07.2020 ФИО13 на счет в ПАО Сбербанк перечислена по требованию ПАО Сбербанк задолженность по процентам, неустойке по состоянию на 23.07.2020 года по кредитному договору <***> от 04.08.2015 года за ФИО3 в размере 215015,75 рублей (т. 1, л.д. 59, т. 2, л.д. 174, 208).
Из переписки ФИО1 с сотрудником ПАО Сбербанк следует, что сумма 215015,75 рублей уплачена ФИО13 на основании письма от 23.07.2020 года в счет оплаты просроченной задолженности по процентам в размере 206440,33 рублей, неустойки за несовременную уплату процентов в размере 4351,19 рублей, неустойки за несвоевременное погашение кредита в размере 4224,23 рублей (т. 2, л.д. 207).
В соответствии с расчетом, выполненным ПАО «Сбербанк России», по состоянию на 31.07.2020 года задолженность заемщика ФИО3 составила: 6934115,68 рублей - просроченная ссудная задолженность, 4351,19 рублей - неустойка за несвоевременную уплату процентов, 4224,23 рублей - неустойка за несвоевременное погашение кредита (т. 5, л.д. 27).
При этом, движением просроченных основного долга, процентов и неустойки за просрочку основного долга, процентов, выписками по лицевому счету заемщика ФИО3 подтверждается, что 28.07.2020 года произведена оплата просроченных процентов в размере 206440,33 рублей и неустойки в общей сумме 8575,42 рублей, 13.08.2020 года лицевой счет закрыт в связи с реализацией права требования, списанием просроченной ссудной задолженности 6934115,68 рублей, пени по процентам 4351,19 рублей, пени по кредиту 4224,23 рублей (т. 5, л.д. 28-42).
31.07.2020 года между ПАО «Сбербанк России» (цедент) и ФИО2 (цессионарий) заключен договор уступки прав (требовании) № 07-01/2020, согласно которому цедент уступил цессионарию в полном объеме права (требования) к ИП ФИО3 (должник), вытекающие из договора <***> от 04.08.2015 года об открытии невозобновляемой кредитной линии, а также в отношении договоров поручительства от 04.08.2015 года, заключенных в обеспечение исполнения обязательств должника между цедентом и ФИО11, ФИО12, ФИО1, ООО «Крассервис», ООО «КопиКом», и в отношении договоров ипотеки, заключенных 04.08.2015 года, 15.09.2021 года. Сумма уступаемой задолженности определена на дату подписания договора с учетом ранее произведенных погашений/начислений. Сумма уступаемых прав (требований) цедента составляет: задолженность по кредитному договору 6934115,68 рублей, в том числе: просроченная задолженность по основному долгу - 6925540,26 рублей, неустойка за несвоевременную уплату процентов - 4351,19 рублей, неустойка за несвоевременное погашение кредита - 4224,23 рублей (т.1, л.д. 150-154, 184-188, т. 2, л.д. 59-68).
Платежными поручениями № 117 от 04.08.2020 года и № 120 от 10.08.2020 года ИП ФИО14 произвел оплату ПАО Сбербанк по письму за ФИО2 по договору уступки прав (требований) от 31.07.2020 года в общей сумме 6934115,68 рублей (т. 5, л.д. 107-108).
15.08.2020 года ФИО2 были заключены соглашения с ФИО11, ФИО12, ООО «КопиКом» о расторжении договоров поручительства от 04.08.2015 года № 2216/9031/0826/1630/15П01 с ФИО11, № 2216/9031/0826/1630/15П02 с ФИО12, № 2216/9031/0826/1630/15П05 с ООО «КопиКом» (т. 3, л.д. 87-89, т. 4, л.д. 274-275).
27.08.2020 года между ПАО «Сбербанк России» (цедент) и ФИО2 (цессионарий) в лице представителя ФИО7 заключен нотариально удостоверенный договор уступки прав, из которого следует, что на основании договора уступки прав (требований) № 07-01/2020 от 31.07.2020 года, заключенного между цедентом и цессионарием, к цессионарию перешли права кредитора, вытекающие из договора <***> от 04.08.2015 года (с учетом всех изменений и дополнений), в обеспечение исполнения обязательств по которому между ФИО1 и ПАО Сбербанк был заключен договор ипотеки № 22/8646/0826/1668/16З01, удостоверенный нотариусом 15.09.2016 года (т. 2, л.д. 69-70).
01.10.2020 года Управлением Росреестра внесены изменения в регистрационную запись об ипотеке, возникшей на основании договоров ипотеки и договоров уступки прав в отношении здания магазина с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером №, в связи со сменой залогодержателя с ПАО «Сбербанк России» на ФИО2 (т. 1, л.д. 61-67, т. 2, л.д. 166-171, т. 3, л.д. 22-28, т. 4, л.д. 138-142, 163-166, т. 7, л.д. 202-211, 227-234).
04.09.2020 года от имени ФИО6 почтовым отправлением в адрес ФИО1 направлено уведомление о состоявшемся договоре уступки прав (требований) по вышеуказанному кредитному договору, договорам поручительств и ипотеки от 31.07.2020 года и от 27.08.2020 года, полученное ФИО1, которое не содержало сведений о цессионарии и реквизитах для перечисления кредитной задолженности (т. 2, л.д. 151).
07.09.2020 года ПАО Сбербанк в ответ на заявление о возможности заключения отдельного соглашения об исполнении обязательств по вышеуказанному кредитному договору направило ФИО1 уведомление, из которого следует, что банком заключены договоры уступки прав (требований) от 31.07.2020 года и от 27.08.2020 года, в соответствии с условиями которых права требования в сумме 6934115,18 рублей с 27.08.2020 года перешли к цессионарию как по кредитному договору, так и по обеспечительным сделкам в полном объеме, которое также не содержало сведений о цессионарии и реквизитов для перечисления кредитной задолженности (т.1, л.д. 60, т. 2, л.д. 193).
Из ответов Банка России от 14.10.2020 года, 18.01.2021 года на обращения ФИО1 следует, что 25.05.2020 года по кредитному договору от 04.08.2015 года возникла просроченная задолженность. 26.06.2020 года в связи с наличием просроченной задолженности по данному кредитному договору в адрес ФИО3 и поручителей направлены требования о досрочном взыскании задолженности по договору, которое было получено ФИО1 21.07.2020 года. 08.07.2020 года банком было получено предложение о покупке прав (требований) по кредитному договору за 100% от остатка задолженности. 23.07.2020 года от ФИО1 поступило заявление с просьбой предоставить график платежей по кредитному договору с указанием размера просроченной задолженности. 23.07.2020 года банком был направлен ответ с запрошенной информацией и с предложением погасить задолженность в полном объеме. 28.07.2020 года в адрес ФИО1 банком был направлено предложение направить письменное согласие исполнять обязательства по кредитному договору с указанием приемлемого графика платежей и предоставлением плана доходов и расходов поручителя ООО «Крассервис», подтверждающего возможность обслуживать обязательства по кредитному договору. 29.07.2020 года ФИО1 направила в адрес банка только заявление с приемлемым графиком платежей (т. 1, л.д. 55-57, т. 2, л.д. 194-198, 203).
01.10.2021 года между ФИО2 и ФИО3 было заключено соглашение, согласно которому должнику ФИО3 предоставлена отсрочка исполнения всех обязательств по кредитному договору от 04.08.2015 года, возникших и не исполненных к 30.09.2021 года, до 01.04.2022 года, с момента заключения данного соглашения и до 01.04.2022 года к должнику не применяются меры ответственности, предусмотренные кредитным договором за просрочку исполнения обязательств (т. 3, л.д. 109, т. 4, л.д. 74). Копия данного соглашения направлена в адрес истца посредством электронной почты (т. 4, л.д. 72, 81).
29.03.2022 года между ФИО2 и ФИО3 было заключено соглашение, в котором его стороны констатировали, что установленная соглашением от 01.10.2021 года отсрочка исполнения всех обязательств должника перед кредитором охватывала все обязательства должника (заемщика ФИО3) без исключения, в том числе исключает начисление (востребование) процентов за пользование заемными средствами по кредитному договору от 04.08.2015 года за период с 01.10.2021 года до 01.04.2022 года (т. 5, л.д. 46).
31.03.2022 года между ФИО2 и ФИО3 было заключено соглашение, согласно которому должнику ФИО3 предоставлена отсрочка исполнения обязательств по кредитному договору от 04.08.2015 года, возникших и не исполненных к 30.09.2021 года, до 01.05.2022 года, с момента заключения данного соглашения и до 01.05.2022 года к должнику не применяются меры ответственности, предусмотренные кредитным договором за просрочку исполнения обязательств, начисление (востребование) процентов за пользование заемными средствами не осуществляется (т. 5, л.д. 97). Копия данного соглашения направлена в адрес истца посредством электронной почты (т. 5, л.д. 111).
29.04.2022 года между ФИО2 и ФИО3 было заключено соглашение, согласно которому должнику ФИО3 предоставлена отсрочка исполнения обязательств по кредитному договору от 04.08.2015 года, возникших и не исполненных к 30.09.2021 года, до 01.07.2022 года, с момента заключения данного соглашения и до 01.07.2022 года к должнику не применяются меры ответственности, предусмотренные кредитным договором за просрочку исполнения обязательств, начисление (востребование) процентов за пользование заемными средствами не осуществляется (т. 5, л.д. 188, 216). Копия данного соглашения направлена в адрес истца посредством электронной почты (т. 5, л.д. 177-178).
01.07.2022 года между ФИО2 и ФИО3 было заключено соглашение, согласно которому должнику ФИО3 предоставлена отсрочка исполнения обязательств по кредитному договору от 04.08.2015 года, возникших и не исполненных к 30.09.2021 года, до 01.09.2022 года, с момента заключения данного соглашения и до 01.09.2022 года к должнику не применяются меры ответственности, предусмотренные кредитным договором за просрочку исполнения обязательств, начисление (востребование) процентов за пользование заемными средствами не осуществляется (т. 5, л.д. 357, т. 8, л.д. 83).
01.09.2022 года между ФИО2 и ФИО3 было заключено соглашение, согласно которому должнику ФИО3 предоставлена отсрочка исполнения обязательств по кредитному договору от 04.08.2015 года, возникших и не исполненных к 30.09.2021 года, до 31.12.2022 года, с момента заключения данного соглашения и до 31.12.2022 года к должнику не применяются меры ответственности, предусмотренные кредитным договором за просрочку исполнения обязательств, начисление (востребование) процентов за пользование заемными средствами не осуществляется (т. 8, л.д. 85).
01.01.2023 года между ФИО2 и ФИО3 было заключено соглашение, согласно которому должнику ФИО3 предоставлена отсрочка исполнения обязательств по кредитному договору от 04.08.2015 года, возникших и не исполненных к 30.09.2021 года, до 01.03.2023 года, с момента заключения данного соглашения и до 01.03.2023 года к должнику не применяются меры ответственности, предусмотренные кредитным договором за просрочку исполнения обязательств, начисление (востребование) процентов за пользование заемными средствами не осуществляется (т. 8, л.д. 84).
01.03.2023 года между ФИО2 и ФИО3 было заключено соглашение, согласно которому должнику ФИО3 предоставлена отсрочка исполнения обязательств по кредитному договору от 04.08.2015 года, возникших и не исполненных к 30.09.2021 года, до 01.07.2023 года, с момента заключения данного соглашения и до 01.07.2023 года к должнику не применяются меры ответственности, предусмотренные кредитным договором за просрочку исполнения обязательств, начисление (востребование) процентов за пользование заемными средствами не осуществляется (т. 8, л.д. 94).
Судом установлено, что у заемщика ФИО3 по состоянию на 23.07.2020 года имелась задолженность по кредитному договору в сумме 7149131,43 рублей: из них 206440,33 рублей - просроченная задолженность по процентам, 6934115,68 рублей - просроченная ссудная задолженность, 4351,19 рублей - неустойка за несвоевременную уплату процентов, 4224,23 рублей - неустойка за несвоевременное погашение кредита и третьим лицом ФИО13 28.07.2020 года произведена частичная оплата ПАО Сбербанк досрочно истребованной банком задолженности в размере 215015,75 рублей, в том числе 206440,33 рублей - просроченная задолженность по процентам, 4351,19 рублей - неустойка за несвоевременную уплату процентов, 4224,23 рублей - неустойка за несвоевременное погашение кредита.
ПАО Сбербанк переуступило права требования по кредитному договору и вышеуказанным договорам поручительства и залога ФИО2, однако о состоявшейся уступке права требования по кредитному договору ФИО1 стало известно из полученного 07.09.2020 уведомления ПАО Сбербанк без указания нового кредитора (т. 1, л.д. 60), о данных нового кредитора ФИО2 (фамилия, имя, отчество) 13.11.2020 года из выписки из ЕГРН (т. 1, л.д. 61-67), об адресе нового кредитора не позднее 16.11.2020 года, что подтверждается копией иска ФИО1 к ПАО Сбербанк и ФИО2, поданного в Советский районный суд (т. 1, л.д. 162-164).
Проанализировав установленные обстоятельства суд указал, что ФИО1, являющаяся поручителем и залогодателем в связи с очевидным отсутствием определенности по поводу того, кто является новым кредитором по обязательству, в счет погашения задолженности ФИО3 внесла в депозит нотариуса денежные средства 19.11.2020 года - 500000 рублей и 29.01.2021 года - 250000 рублей, которые получены ФИО2 28.09.2021 года, а также произвела 01.04.2021 года почтовый перевод ФИО2 в размере 200000 рублей, который последняя получила 02.06.2021 года.
Разрешая спор, суд первой инстанции правильно применил положения 367, 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценил представленные доказательства в их совокупности в соответствии со статьей 67 ГПК РФ, обоснованно пришел к выводу об отказе в удовлетворении иска к ФИО1
При этом, суд указал, что приведенные истцом обстоятельства не свидетельствуют об отказе кредитора принять надлежащее исполнение, предложенное должником или поручителем.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, с приведенной в решении оценкой представленными сторонами доказательств.
Согласно пункту 5 статьи 367 ГК РФ поручительство прекращается, если кредитор отказался принять надлежащее исполнение, предложенное должником или поручителем.
Применение данного правила предполагает совершение должником или поручителем действий, очевидно свидетельствующих о намерении надлежащего исполнения основного обязательства, а также отказ кредитора от принятия такого исполнения. При этом не имеют юридического значения причины, по которым кредитор отверг принятие исполнения.
Вместе с тем, таких обстоятельств по делу установлено не было. В ходе рассмотрения дела установлено, что после получения сообщения Сбербанка РФ 23.07.2020 о допущенной должником ФИО3 просрочке оплаты по кредиту от 04.08.2015 ФИО1 через ФИО13 произвела частичную оплату банку 28.07.2020 долга, при этом платеж был принят банком. Оставшаяся часть (да дату получения требования банка о досрочном возврате кредита просроченная ссудная задолженность составляла 6934115,68 рублей), кредитору поручителем оплачена не была.
О состоявшейся 31.07.2020 уступке ПАО «Сбербанк» прав требования к ФИО3 ФИО2 поручителю ФИО1 непосредственно после заключения этого договора сообщено не было до отправления 04.09.2020 извещения ФИО6, которое также не содержало сведений о цессионарии и его реквизитах. Неполучение извещения о состоявшейся уступке не препятствовало истцу ФИО1 исполнять обязательства по погашению задолженности в соответствии с пунктом 3 статьи 382 ГК РФ первоначальному кредитору.
Новый кредитор ФИО2 не обращалась к должнику, к поручителю с требованием об уплате задолженности, а впоследствии пришла к соглашению с должником об отсрочке исполнения обязательств по кредитному договору, возникших и неисполненных к 30.09.2021 – до 01.07.2023. При этом, об отказе в получении задолженности не заявляла. Платежи, осуществленные ФИО1 в депозит нотариуса 750000 рублей были зачислены на счет ФИО2 29.09.2021 после ее обращения к нотариусу о перечислении денежных средств с депозита, почтовый перевод от 02.06.2021 также получен новым кредитором. Указанные обстоятельства также не свидетельствует об отказе в получении денег кредитором, несмотря на то, что самим новым кредитором требований к должнику и поручителю об оплате долга не предъявлялось.
Вместе с тем, факт того, что новый кредитор ФИО2 не сообщила поручителю ФИО1 о состоявшейся переуступке, не требовала оплаты, не свидетельствует об отказе кредитора принять исполнение, предложенное поручителем.
Как следует из поведения должника, сообщившего ФИО2 о том, что он не поручал кому-либо производить досрочное исполнение обязательств по кредиту от 04.08.2015, заключения между должником и новым кредитором соглашений об отсрочке платежа, неначислении процентов, у должника и нового кредитора возникла договоренность относительно порядка и сроков возврата кредита, в связи с чем, должник намеревался самостоятельно исполнять обязательства в установленный соглашениями срок. При таких обстоятельствах факт непринятия новым кредитором денежных средств от третьего лица ФИО13 в счет оплаты кредита от 04.08.2014 также не является доказательством отказа кредитора принять исполнение, влекущего в силу п. 5 ст. 367 ГК РФ прекращение поручительства.
В соответствии со статьей 313 ГК РФ кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо (пункт 1).
Если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом в следующих случаях: должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства; такое третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это имущество (пункт 2 статьи 313 ГК РФ).
Кредитор не обязан принимать исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично (пункт 3 статьи 313 ГК РФ).
Доводы истца о том, что новый кредитор ФИО2 обязана была принять исполнение, предложенное за должника ФИО3 третьим лицом ИП ФИО13, в отсутствие поручения ФИО3 и в связи с наступлением даты платежа, предусмотренной графиком платежей кредитного договора, отклонены судом первой инстанции, с чем судебная коллегия также соглашается.
Судом верно указано, что принимая во внимание положения пункта 5 статьи 313 ГК РФ о переходе к третьему лицу в случае исполнения им обязательства должника прав кредитора, возложение на кредитора обязанности принять досрочное исполнение обязательства от третьего лица за заемщика, возражавшего против досрочного погашения кредита, влечет нарушение баланса прав и законных интересов сторон кредитного договора.
Поскольку было установлено, что должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, у кредитора не имелось обязанности принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, поскольку согласно заключенным между ФИО2 и ФИО3 соглашениям на указанный период новый кредитор не считал, что должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства.
В связи с изложенным отказ нового кредитора принять платежи, произведенные ИП ФИО13 06.10.2021 года, 26.01.2022 года, 19.12.2022 года, то есть после изменения 01.10.2021 года срока возврата кредита, также не свидетельствуют об отказе кредитора принять надлежащее исполнение.
Судом также обоснованно отклонены доводы истца о том, что действия ответчиков ФИО2 и ФИО3 по заключению договоров уступки прав требований между родственниками, по расторжению договоров поручительства в отсутствие прав на залог, изменению условий кредитного договора по сроку возврата свидетельствуют о злоупотреблении правом.
Согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).
Действующее законодательство не содержит положений, запрещающих участникам гражданских правоотношений приобретать у кредитора права требования к связанным с ними заемщикам, в том числе состоящим в родственных отношениях, а также изменять и расторгать договоры между ними по соглашению сторон.
Как верно указано судом, уменьшение количества поручителей не изменяет обеспечиваемого обязательства (кредитного договора), а именно размер полученных денежных средств (кредита), процентов, подлежащих уплате, а также срок возврата кредита (статья 819 ГК РФ) и не относится к тем обстоятельствам, с которыми положения статьи 367 ГК РФ связывают возможность прекращения поручительства. Договоры поручительства не содержали условий о невозможности изменять состав и численность поручителей без их согласия.
Таким образом, истцом не представлено доказательств, которые бы в достаточной мере свидетельствовали о том, что ответчики действовали исключительно с намерением причинить вред истцу (поручителю и залогодателю), в обход закона, с противоправной целью, а также иным образом заведомо недобросовестно осуществляли гражданские права.
Таким образом, доказательств отказа кредитора принять надлежащее исполнение, предложенное должником или поручителем (пункт 5 статьи 367 ГК РФ) истцом не представлено и судом в ходе судебного разбирательства не установлено.
Кроме того, судом обоснованно отклонены доводы истца о прекращении действия договора ипотеки в связи с отсутствием в государственном реестре прав на недвижимое имущество записей о регистрации обременения в виде ипотеки на нежилые помещения по адресу: <...> с кадастровыми номерами № (правообладатель ФИО1) и № (правообладатель ФИО5) на том основании, что эти нежилые помещения образованы в результате выдела долей участников простого товарищества на основании решения Зеленогорского городского суда Красноярского края от 02.02.2021 года, являются частями здания магазина с кадастровым номером № по указанному адресу, обременения в виде ипотеки, на которое в пользу ФИО2 зарегистрированы в установленном законом порядке.
В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 335 ГК РФ залогодателем может быть как сам должник, так и третье лицо.
В случае, когда залогодателем является третье лицо, к отношениям между залогодателем, должником и залогодержателем применяются правила статей 364 - 367 настоящего Кодекса, если законом или соглашением между соответствующими лицами не предусмотрено иное.
В случае, если имущество залогодателя, являющееся предметом залога, перешло в порядке правопреемства к нескольким лицам, каждый из правопреемников (приобретателей имущества) несет вытекающие из залога последствия неисполнения обеспеченного залогом обязательства соразмерно перешедшей к нему части указанного имущества. Если предмет залога неделим или по иным основаниям остается в общей собственности правопреемников, они становятся солидарными созалогодателями.
Таким образом, в силу прямого указания закона ФИО5 и ФИО1 при приобретении нежилых помещений в здании магазина, находящемся в залоге у кредитора ФИО2, стали солидарными созалогодателями и соответственно сторонами заключенного договора ипотеки.
Доводы истца о прекращении договоров поручительства и ипотеки в связи с пропуском кредитором годичного срока со дня досрочного истребования задолженности по кредитному договору от 04.08.2015 года, то есть с 23.07.2020 года, также обоснованно отклонены судом первой инстанции.
Поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иск к поручителю. Когда срок исполнения основного обязательства не указан и не может быть определен или определен моментом востребования, поручительство прекращается, если кредитор не предъявит иск к поручителю в течение двух лет со дня заключения договора поручительства.
Предъявление кредитором к должнику требования о досрочном исполнении обязательства не сокращает срок действия поручительства, определяемый исходя из первоначальных условий основного обязательства (пункт 6 статьи 367 ГК РФ).
Указанные сроки не являются сроками исковой давности, и к ним не подлежат применению положения главы 12 ГК РФ (пункт 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020№45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве»).
Аналогичные правила действуют в отношении договоре залога.
Предъявление кредитором к должнику требования о досрочном исполнении основного обязательства, в том числе когда срок исполнения в силу закона считается наступившим ранее, чем предусмотрено условиями этого обязательства, не сокращает срок действия поручительства. В этом случае срок действия поручительства исчисляется исходя из первоначальных условий основного обязательства, как если бы не было предъявлено требование о досрочном исполнении обязательства (пункт 6 статьи 367 ГК РФ) (пункт 44 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020№45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве»).
Таким образом, поскольку спорными договорами поручительства и ипотеки установлены сроки их действия, требование о досрочном исполнении основного обязательства не сокращает такой срок, судом правомерно не установлены предусмотренные пунктом 6 статьи 367 ГК РФ основания для прекращения спорных договоров поручительства и ипотеки.
Нарушений норм гражданского процессуального права, влекущих принятие незаконного решения, судом первой инстанции при рассмотрении дела не допущено.
Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Зеленогорского городского суда Красноярского края от 07 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО1 ФИО4 оставить без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи