Судья Степанченко А.В. Дело № 22-1993/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Сыктывкар 15 августа 2023 года

Верховный суд Республики Коми

в составе председательствующего судьи Сивкова Л.С.,

судей Барминской Т.М., Каптел Л.В.,

при секретаре судебного заседания Тебенькове А.М.,

с участием прокурора Коровиной Е.В.,

представителя потерпевшего – адвоката Кулаго М.Ю.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Головина М.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению прокурора Княжпогостского района Капиноса Д.А., апелляционным жалобам представителя потерпевшего <Фамилия обезличена> – адвоката Кулаго М.Ю., адвоката Головина М.Ю. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Княжпогостского районного суда Республики Коми от 07 июня 2023 года, которым

ФИО1, родившийся <Дата обезличена> в <Адрес обезличен> Республики Коми, гражданин Российской Федерации, не судимый,

осужден по ч.1 ст.111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года, на основании ст.73 УК РФ условно, с испытательным сроком 3 года, с возложением на ФИО1 обязанностей: встать по месту жительства на учет и являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных, согласно графику, установленному указанным органом, не менять постоянного места жительства без уведомления указанного органа.

Мера пресечения ФИО1 на апелляционный период оставлена без изменения, в виде запрета определенных действий.

С ФИО1 в пользу <Фамилия обезличена> в счет компенсации причиненного преступлением морального вреда взыскано 500 000 рублей.

Разрешен вопрос о процессуальных издержках в размере 5 100 руб., связанных с участием в период предварительного следствия адвоката Куштысева А.В., которые взысканы с осужденного; определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи <Фамилия обезличена>, выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего за собой потерю органа.

Преступление совершено в период времени с 16.00 часов до 20.00 часов <Дата обезличена> на участке узкоколейной железной дороги в лесном массиве в районе <Адрес обезличен> Республики Коми в отношении потерпевшего <Фамилия обезличена> при обстоятельствах, приведенных в приговоре.

В апелляционной жалобе (основной и дополнении к ней) адвокат Головин М.Ю. выражает несогласие с обвинительным приговором суда, указывая об отсутствии в действиях подзащитного состава инкриминированного преступления,

Не отрицая наличие конфликтной ситуации между подзащитным и потерпевшим, в ходе которой потерпевшему были нанесено несколько ударов кулаками, указывает об отсутствии в материалах уголовного дела доказательств о наличии у ФИО1 прямого умысла на причинение <Фамилия обезличена> тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни.

Полагает, что судом проигнорированы доводы стороны защиты о невиновности ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении, а само судебное разбирательство проведено с обвинительным уклоном.

Анализируя показания свидетелей в части положения тела потерпевшего в момент нанесения ему ударов и экспертов СМЭ о механизме повреждения селезенки, отмечает, что повреждение селезенки <Фамилия обезличена> могло быть получено еще в сентябре 2021 года в результате воздействия ремней безопасности автомобиля при ДТП с участием потерпевшего при съезде в правый кювет с последующим опрокидыванием транспортного средства.

Ссылаясь на представленную суду рецензию о допущенных существенных нарушениях при проведении судебно-медицинской экспертизы потерпевшего, считает, что положенные в основу обвинительного приговора заключения ГБУЗ РК «Бюро СМЭ» подлежат признанию недопустимыми доказательствами.

Выводы суда об отсутствии оснований для признания в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства противоправного поведения потерпевшего, по мнению стороны защиты, являются необоснованными, поскольку потерпевший не имел права без соответствующего разрешения собственника использовать движимое имущество.

Не согласен с размером взысканной с осужденного в пользу потерпевшего компенсации морального вреда, считает его несоразмерным и необоснованно завышенным.

С учетом приводимых доводов ставит вопрос об отмене обвинительного приговора, переквалификации действий ФИО1 на ч.1 ст.118 УК РФ и снижении размера компенсации морального вреда.

В своей апелляционной жалобе адвокат Кулаго М.Ю., действуя в интересах потерпевшего <Фамилия обезличена>, выражает несогласие с назначенным виновному наказанием, полагая его чрезмерно мягким. Ссылаясь на исследованные доказательства по делу, последовательные и целенаправленные действия ФИО1 на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему, используя для этого малозначительный повод, отсутствие в действиях потерпевшего противоправного поведения, не признание ФИО1 вины и не раскаяние в совершенном преступлении, непринятие мер к добровольному возмещению причиненного морального вреда, полагает о необходимости назначения ФИО1 более строгого наказания в виде 5 лет лишения свободы без применения положений ст.73 УК РФ.

В апелляционном представлении прокурор Княжпогостского района Капинос Д.А. полагает приговор подлежащим изменению, поскольку, назначая ФИО1 наказание с применением ст.73 УК РФ, суд оставил без внимания характер и тяжесть причиненных потерпевшему телесных повреждений, силу наносимых ФИО1 ударов, неоказание помощи потерпевшему, что привело к повреждению внутренних органов с последующей утратой одного из них. Указывает, что приведенные судом в обоснование применения ст.73 УК РФ обстоятельства не свидетельствуют об исправлении осужденного без реального отбывания наказания, поскольку на протяжении предварительного следствия виновный попыток компенсации потерпевшему причиненного морального вреда не предпринимал, перечисленная им в ходе судебного разбирательства денежная сумма не была принята потерпевшим в качестве таковой, извинения потерпевшему, принесенные не признающим своей вины в совершенном преступлении ФИО1, по мнению автора представления, являются вынужденной мерой после обращения стороной обвинения внимания суда на равнодушие ФИО1 к последствиям совершенного им деяния.

Кроме того, прокурор указывает на неверное отражение судом в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельств совершения преступления в части количества нанесенных потерпевшему ударов.

С учетом приводимых доводов просит приговор изменить: в описательно-мотивировочной его части указать о нанесении потерпевшему не менее пяти ударов по телу; исключить из приговора указание на применение к назначенному осужденному наказанию в виде лишения свободы положений ст.73 УК РФ; в соответствии с п.«б» ч.1 ст.58 УК РФ определить ФИО1 отбывание наказания в исправительной колонии общего режима; меру пресечения изменить на заключение под стражу.

В представленных возражениях на апелляционное представление адвокат Головин М.Ю. считает приведенные в нем доводы необоснованными. Отмечает об отсутствии у подзащитного возможности лично передать потерпевшему деньги ввиду избранной ему меры пресечения, а переданные через адвоката Бобкова Я.И. денежные средства с целью последующей их передачи потерпевшему в качестве морального вреда были присвоены адвокатом, о чем в настоящее время следственным органом проводится процессуальная проверка. С учетом материального положения и утраты крупной денежной суммы подзащитный в ходе судебного разбирательства предпринял все зависящие от него меры в части возмещения морального вреда, несмотря на непринятие его потерпевшим. С учетом положительных характеристик личности подзащитного, частичного признания им своей вины, отсутствия по делу отягчающих обстоятельств, считает необоснованными доводы прокурора о необходимости исключения из приговора указания о применении положений ст.73 УК РФ.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, заслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Фактические обстоятельства дела, при которых совершено преступление и которые в силу ст.73 УПК РФ подлежат доказыванию, судом установлены верно.

В соответствии со ст. ст. 87, 88 УПК РФ суд принял все предусмотренные законом меры для полного и всестороннего исследования обстоятельств дела, для выявления как уличающих осужденного, так и оправдывающих его обстоятельств. Судебное разбирательство проведено объективно, исследованы и учтены все обстоятельства, имеющие значение по уголовному делу, поэтому утверждения в жалобах о ненадлежащей оценке судом доказательств суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Осужденный ФИО1 в суде вину в совершении инкриминируемого преступления признал частично, оспаривал наличие умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему, пояснил, что был зол на <Фамилия обезличена> из-за того, что тот взял его дрезину, нанес потерпевшему 2 удара кулаком по лицу и один удар по плечу, кроме того удары наносил <Фамилия обезличена>.

Суд первой инстанции тщательно проверил версию защиты и обоснованно отверг, изложив в приговоре убедительные мотивы такого решения, придя к правильному выводу, что виновность осужденного подтверждается совокупностью доказательств, которые являются относимыми, допустимыми, достоверными, а в совокупности достаточными для его осуждения по ч.1 ст.111 УК РФ.

Так, в подтверждение виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении суд обоснованно сослался на показания:

потерпевшего <Фамилия обезличена>, согласно которым <Дата обезличена> он находился с друзьями на рыбалке, у них сломалась дрезина, в связи с чем они решили воспользоваться чужой мотодрезиной с целью обнаружения района приема сигнала сотовой связи для вызова помощи, при этом он оставил <Фамилия обезличена> и <Фамилия обезличена> на месте обнаружения чужой мотодрезины на случай появления ее хозяина. По возвращению обратно на двух дрезинах в сопровождении <Фамилия обезличена> им встретился ФИО1, который, не обращая внимания на его объяснения о необходимости использования мотодрезины, стал наносить ему удары кулаками по голове и левой части тела, от которых почувствовал боль в области живота, которой не придал значение, на следующий день чувствовал себя плохо и <Дата обезличена> был доставлен в больницу;

свидетелей:

<Фамилия обезличена>, подтвердившего показания <Фамилия обезличена> о технической неисправности мотодрезины, об использовании потерпевшим обнаруженной чужой дрезины с целью вызова помощи, о предъявлении претензий со стороны пришедшего ФИО1 по поводу отсутствия его мотодрезины, а также о произошедшем последующем конфликте ФИО1 и <Фамилия обезличена>, в ходе которого ФИО1 нанес два удара руками по лицу и от пяти до десяти ударов правой рукой в область левого бока <Фамилия обезличена>;

<Фамилия обезличена>, который в ходе предварительного следствия показал, что совместно с ФИО1 находились на рыбалке, по возвращению не обнаружили мотодрезины ФИО1, а присутствующие со своей неисправной дрезиной <Фамилия обезличена> и <Фамилия обезличена> пояснили, что мотодрезина ФИО1 используется <Фамилия обезличена> для вызова помощи; о дальнейшем между ФИО1 и встретившимся по пути на мотодрезине последнего <Фамилия обезличена> конфликте, в ходе которого ФИО1 нанес потерпевшему, сидевшему на дрезине, удары кулаком правой руки по голове и левой стороне туловища. <Фамилия обезличена> извинялся за то, что взял дрезину, не отвечал агрессией, пытался защититься от ударов, он также нанес два удара по голове <Фамилия обезличена>;

<Фамилия обезличена> о том, что <Дата обезличена> примерно в 16.30 ему позвонил <Фамилия обезличена>, сказал, что сломалась мотодрезина и попросил помощи, он на своей мотодрезине доехал до <Фамилия обезличена>, который был на чужой мотодрезине, после чего вдвоем на двух дрезинах поехали за сломанной дрезиной <Фамилия обезличена>. На железнодорожной стрелке встретили <Фамилия обезличена> и других мужчин, один из которых стал ругаться и предъявлять претензии <Фамилия обезличена> в связи с использованием без разрешения мотодрезины. Кто наносил удары потерпевшему, не видел, поскольку занимался ремонтом мотодрезины;

<Фамилия обезличена> о конфликте, произошедшем между ФИО1 и <Фамилия обезличена> из-за дрезины, в котором он сам не участвовал, видел, как <Фамилия обезличена> нанес удар ладонью по голове <Фамилия обезличена>, наносил ли удары ФИО1, не видел, отошел в сторону;

<Фамилия обезличена> и <Фамилия обезличена>, показавших, что <Дата обезличена> они на своей мотодрезине возвращались с рыбалки, увидели ФИО1 с друзьями, толкавших сломанную дрезину, которую взяли на буксир, в дальнейшем встретили двигавшегося во встречном направлении на мотодрезине <Фамилия обезличена>, с которым у ФИО1 возник конфликт в связи с неправомерным завладением <Фамилия обезличена> мотодрезиной ФИО1, наносились ли удары потерпевшему, не видели;

<Фамилия обезличена>, которой со слов сожителя <Фамилия обезличена> после возвращения <Дата обезличена> с рыбалки стало известно, что ФИО1 нанес <Фамилия обезличена> несколько ударов кулаками в область головы и ребер. <Дата обезличена> <Фамилия обезличена> ушел на работу, вернулся около 9 часов, жаловался на сильную боль в левом боку, стоять на ногах не мог, после чего был доставлен в больницу;

<Фамилия обезличена> – соседки <Фамилия обезличена>, оказавшей помощь <Дата обезличена> около 08.30 час. потерпевшему дойти до квартиры, которому было плохо, от <Фамилия обезличена> и его сожительницы узнала, что в выходные дни в лесу <Фамилия обезличена> причинили телесные повреждения, в дальнейшем приняли решение доставить <Фамилия обезличена> в медицинскую часть <Адрес обезличен>;

<Фамилия обезличена>, согласно которым <Фамилия обезличена>, с которым он работает вместе, в период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> каждый день приходил на работу, жалоб на состояние здоровья не предъявлял. <Дата обезличена> вид <Фамилия обезличена> был болезненный, жаловался на боли в животе. <Дата обезличена> <Фамилия обезличена> работать уже не мог, выглядел плохо, его отпустили с работы, посоветовав обратиться за медицинской помощью;

<Фамилия обезличена>, которой о конфликте осужденного с потерпевшим стало известно от супруга ФИО1, рассказавшего о конфликте на рыбалке, о том, что нанес <Фамилия обезличена> два удара рукой по голове;

<Фамилия обезличена>, фельдшера ФАП пгт.Синдор Княжпогостского района, о жалобах обратившегося к нему <Фамилия обезличена> на боли в области живота, при осмотре которого обнаружил гематомы на передней брюшной стенке, было установлено повреждение внутренних органов, прибывшая бригада СМП указала о возможном разрыве селезенки;

<Фамилия обезличена>, врача-хирурга ГБУЗ РК «Княжпогостская ЦРБ», о проведении <Фамилия обезличена> оперативного вмешательства, в ходе которого обнаружен тотальный разрыв селезенки, в связи с чем произведено удаление данного органа. <Фамилия обезличена> пояснял об избиении неизвестными людьми. Свидетель также указал, что при разрыве селезенки открывается кровотечение, которое опасно для жизни, при этом человек может жить от 1 до 2 суток без оказания медицинской помощи. Разрыв селезенки часто является следствием автотравмы от ремня безопасности транспортного средства при дорожно-транспортных происшествиях, однако, в случае с <Фамилия обезличена> за 10 дней до проведения операции разрыв селезенки исключается.

<Фамилия обезличена> и <Фамилия обезличена>, указавших, что с <Дата обезличена> на <Дата обезличена> <Фамилия обезличена> и <Фамилия обезличена>, находившийся на переднем пассажирском сидении, попадали в ДТП – съезд автомобиля в кювет, при этом телесных повреждений не получили, за медицинской помощью не обращались.

Оснований не доверять сведениям, изложенным указанными выше лицами, нет, поскольку они, как и все иные, положенные в основу обвинительного приговора доказательства, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, последовательны, не содержат противоречий, соответствуют друг другу.

Показания потерпевшим <Фамилия обезличена> и свидетелем <Фамилия обезличена> подтверждены в ходе следственного эксперимента (<Фамилия обезличена>) и при проверке показаний на месте (<Фамилия обезличена>), а также на очной ставке с ФИО1.

Оснований для оговора ФИО1 со стороны потерпевшего и свидетелей обвинения, чьей-либо заинтересованности в незаконном привлечении его к уголовной ответственности не усматривается.

Критический подход к свидетельским показаниям <Фамилия обезличена> мотивирован в приговоре и является обоснованным, при этом суд правильно положил в основу приговора показания, данные <Фамилия обезличена> в ходе предварительного расследования.

Вывод суда первой инстанции о виновности ФИО1 в указанном преступлении объективно подтвержден совокупностью исследованных в судебном заседании письменных доказательств, а именно:

сообщением фельдшера <Адрес обезличен> <Фамилия обезличена> от <Дата обезличена> в 13.25 час. об оказании медицинской помощи <Фамилия обезличена>;справкой ГБУЗ РК «Княжпогостская ЦРБ» о поступлении <Дата обезличена> <Фамилия обезличена> в тяжелом состоянии, проведении экстренного оперативного лечения;

протоколом осмотра места происшествия - участка местности узкоколейной железной дороги (место пересечения железнодорожных путей); участка местности, расположенного возле <Адрес обезличен>, (развилки узкоколейной железной дороги).

Совокупность представленных доказательств являлась достаточной для правильного разрешения дела. В расширении их круга необходимости не имелось. Доводы жалоб об обвинительном уклоне суда являются несостоятельными. Судебное разбирательство по уголовному делу проведено с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе, состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности. Оснований ставить под сомнение данную судом оценку указанных выше доказательств, полученных в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, суд апелляционной инстанции не находит.

Доводы защиты о возможности получения тяжкого вреда здоровью потерпевшим при иных обстоятельствах, в том числе при условиях ДТП 03-<Дата обезличена>, были предметом исследования суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты, поскольку опровергаются свидетельскими показаниями участников данного ДТП <Фамилия обезличена> и <Фамилия обезличена>, врача-хирурга <Фамилия обезличена>, исключившего возможность разрыва селезенки за 10 дней до проведения операции, а также заключениями эксперта <Номер обезличен> и <Номер обезличен> об обнаружении у <Фамилия обезличена> закрытой тупой травмы живота с разрывом селезенки, кровоподтеками левой боковой поверхности туловища, кровоизлиянием в брюшную полость (гемоперитонеум), о причинении травмы за 1-2 суток до обращения за медицинской помощью, в результате не менее одного ударного воздействия в область левой половины туловища потерпевшего, частью тела (кулаком) постороннего человека; квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Образование указанного повреждения в период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>, в том числе в условиях дорожно-транспортного происшествия, а также при любых других обстоятельствах, исключается. Образование телесных повреждений в результате ударов кулаками в область левой руки потерпевшего, учитывая наличие кровоподтеков на левой половине туловища и отсутствие повреждений в области левой руки потерпевшего, исключается. Между полученной <Фамилия обезличена> тупой травмой живота с разрывом селезенки с последующим удалением ее в ходе оперативного медицинского вмешательства и нанесенными ударами <Фамилия обезличена> в область левой половины его туловища имеется прямая причинно-следственная связь. В случае своевременного обращения <Фамилия обезличена> за медицинской помощью возможность сохранения селезенки при ее травматическом разрыве отсутствовала.

Выводы судебно-медицинских экспертиз подтверждены в суде экспертом <Фамилия обезличена>, указавшей о возможности образования телесных повреждений при обстоятельствах, изложенных потерпевшим, о невозможности частичного либо полного повреждения селезенки у потерпевшего в течение 10 дней, неминуемого летального исхода потерпевшего в указанный период; о соответствии клинической картины полученной травме – моментальному полному разрыву селезенки, поступлении потерпевшего в больницу в состоянии геморрагического шока (потерял более полутора литров крови); об отсутствии каких-либо старых повреждений селезенки потерпевшего по результатам гистологического исследования; о возможности повреждения селезенки человека при непрямом попадании в нее травмирующего предмета; о невозможности восстановления или спасения селезенки при разрыве и необходимости ее удаления, возможности человека жить при удалении селезенки.

Таким образом, характер причиненных потерпевшему телесных повреждений, их локализация – в области левой половины туловища, подтверждают показания потерпевшего, свидетелей <Фамилия обезличена> и <Фамилия обезличена> об обстоятельствах причинения вреда здоровью и опровергают доводы осужденного о невозможности образования разрыва селезенки потерпевшего в результате наносимых ФИО1 ударов.

Оснований ставить под сомнение выводы судебных экспертиз не имеется, они проведены квалифицированным специалистом, не заинтересованным в исходе дела, имеющим соответствующий стаж и опыт работы в области судебной медицины, выводы эксперта не содержат противоречий, согласуются между собой и с другими исследованными, положенными в основу приговора доказательствами, не противоречат установленным обстоятельствам дела, содержат ссылку на примененные при исследовании методы. Оснований для признания заключений эксперта недопустимыми доказательствами апелляционная инстанция не усматривает.

Представленное стороной защиты заключение специалиста <Фамилия обезличена>, содержащее рецензию на заключения судебно-медицинского эксперта <Номер обезличен> и <Номер обезличен>, о допущенных при проведении экспертиз нарушениях действующих нормативных документов, о несоответствии заключений эксперта критериям достоверности, объективности, всесторонности и полноты исследований, не ставит под сомнение выводы судебно-медицинских экспертиз о характере, степени тяжести, механизме причинения вреда здоровью потерпевшего, поскольку является субъективным мнением специалиста, не основанном на материалах уголовного дела и на проведенных исследованиях. В соответствии с положениями ст.ст. 87, 88 УПК РФ оценка доказательств, с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности достаточности для разрешения уголовного дела, является прерогативой суда.

Вопреки позиции защиты, действия осужденного носили умышленный характер, о чем свидетельствует характер полученных повреждений в виде разрыва селезенки, нанесение потерпевшему серии ударов, из чувства злости, с достаточной силой, поэтому оснований для оправдания ФИО1, для иной квалификации его действий, в том числе по ч. 1 ст. 118 УК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению в связи с неверным отражением в описательно-мотивировочной его части обстоятельств совершения преступления.

Так, судом при описании преступного деяния указано, что ФИО1 нанес потерпевшему по телу не менее пятнадцати ударов. Однако, согласно показаниям <Фамилия обезличена> и свидетеля <Фамилия обезличена>, данных в ходе предварительного и судебного следствия, ударов было нанесено в пределах от пяти до десяти. Иные свидетели о количестве ударов не поясняли, судебно-медицинским экспертом телесные повреждения на теле потерпевшего с количеством ударных воздействий не соотнесены, а повреждения селезенки причинены не менее чем от одного удара.

При таких обстоятельствах судебная коллегия соглашается с доводами апелляционного представления и считает необходимым указать в описательно-мотивировочной части приговора при описании обстоятельств совершения преступления о нанесении ФИО1 по телу потерпевшего <Фамилия обезличена> не менее пяти ударов.

С учетом представленных доказательств, установленных обстоятельств дела суд обоснованно квалифицировал действия ФИО1 по ч.1 ст.111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего за собой потерю органа.

При назначении наказания в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, судом признаны и учтены наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, принятие мер к заглаживанию причиненного вреда, выразившееся в возмещении потерпевшему в счет компенсации причиненного морального вреда 10 000 рублей.

Иных смягчающих наказание обстоятельств, кроме перечисленных в приговоре, суд первой инстанции не установил, не усматривает таковых и апелляционная инстанция.

Вопреки доводам стороны защиты, выводы суда об отсутствии оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством противоправного поведения потерпевшего апелляционная инстанция считает обоснованными. Несмотря на то, что причиной конфликта между ФИО1 и <Фамилия обезличена> послужило использование потерпевшим мотодрезины без разрешения осужденного, суд учитывает, что <Фамилия обезличена> воспользовался чужой дрезиной, чтобы доехать до места приема сигнала сотовой связи для вызова помощи с целью ремонта своей дрезины, при этом оставил своих друзей, чтобы предупредить об этом собственника дрезины, после чего вернулся и передал дрезину осужденному, которому принес извинения, в момент избиения осужденным потерпевший в ответ агрессивных действий не предпринимал. С учетом данных обстоятельств суд приходит к выводу о том, что действия потерпевшего по использованию дрезины осужденного носили вынужденный характер, оснований признавать поведение потерпевшего противоправным не имеется.

Не усматривает апелляционная инстанция и для признания смягчающим обстоятельством такого как принятие осужденным мер к добровольному возмещению морального вреда в размере 500 000 рублей, поскольку судом установлено, что потерпевшему передавалась в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, лишь сумма 10 000 рублей, что учтено судом, в большем размере ущерб потерпевшему не возмещен.

Обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ч.6 ст.15, ст.ст.53.1, 64 УК РФ суд апелляционной инстанции находит правильными.

В то же время, суд апелляционной инстанции считает заслуживающими внимания доводы апелляционного представления и жалобы представителя потерпевшего.

Согласно ст.297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Из положений ч.2 ст.389.18 УПК РФ следует, что в случае назначения по приговору наказания, не соответствующего тяжести преступления, личности осужденного, либо наказания, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса РФ, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости, такой приговор признается несправедливым.

Назначая ФИО1 наказание, суд указал, что учитывает наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, личность осужденного, конкретные обстоятельства уголовного дела, поведение после совершения преступления и пришел к выводу о возможности назначения осужденному наказания с применением положений ст. 73 УК РФ.

По смыслу ст.73 УК РФ суд может постановить считать назначенное наказание условным только в том случае, если придет к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания. При этом суд должен учитывать не только личность виновного и смягчающие обстоятельства, но и характер, и степень общественной опасности совершенного преступления.

Назначенное ФИО1 наказание в виде 3 лет лишения свободы условно, с применением ст. 73 УК РФ, явно не соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельствам его совершения, личности виновного, вследствие чего не отвечает принципу справедливости.

Оценивая степень общественной опасности совершенного деяния, суду следовало надлежащим образом учесть конкретные обстоятельства происшедшего, в том числе характер и тяжесть причиненных потерпевшему телесных повреждений, наступившие последствия в виде утраты одного из внутренних органов в результате нанесения осужденным серии ударов, с достаточной силой; непринятие осужденным в ходе предварительного и судебного следствия достаточных мер к заглаживанию причиненного преступлением вреда, поведение осужденного после совершения преступления, принесение им извинений потерпевшему в ходе судебного следствия лишь после обращения представителем потерпевшего внимания на равнодушие осужденного к последствиям совершенного деяния, свидетельствующее об отсутствии раскаяния в содеянном.

Кроме того, судом не указано, каким образом условная мера наказания будет способствовать исправлению осужденного, достижению иных целей уголовного наказания.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, несмотря на наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, судебная коллегия полагает необходимым исключить из приговора указание суда на применение ст. 73 УК РФ. Наказание в виде реального лишения свободы будет наиболее полно отвечать принципу справедливости, способствовать исправлению осужденного, предупреждению совершения им иных преступлений.

Вместе с тем, учитывая обстоятельства совершения ФИО1 преступления, наличие смягчающих наказание обстоятельств, сведений, положительно характеризующих осужденного и по месту работы, и по месту жительства, не судимого, к административной ответственности не привлекавшегося, имеющего семью, воспитывающего несовершеннолетнего ребенка, осуществляющего уход за престарелым отцом, суд считает назначенное наказание в виде трех лет лишения свободы чрезмерно суровым и несправедливым, в связи с чем приходит к выводу о необходимости снижения срока назначенного наказания в виде лишения свободы с трех лет до одного года шести месяцев.

Местом отбывания наказания в соответствии с п.«б» ч.1 ст.58 УК РФ осужденному следует определить исправительную колонию общего режима. Время содержания ФИО1 под стражей в период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> подлежит зачету в срок лишения свободы в соответствии с п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

В силу того, что осужденному назначено наказание в виде лишения свободы, в целях обеспечения исполнения приговора суд апелляционной инстанции считает необходимым изменить осужденному ФИО1 меру пресечения в виде запрета определенных действий на заключение под стражу.

Гражданский иск потерпевшего, вопреки доводам защиты, рассмотрен в соответствии с требованиями ст. ст. 151 ГК РФ, 1064, 1099 - 1101 ГК РФ. Размер компенсации морального вреда, причиненного преступлением, определен с учетом характера и степени физических и нравственных страданий потерпевшего, а также имущественного положения осужденного, является разумным и справедливым, оснований для его снижения апелляционная инстанция не усматривает.

Иных нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора суда, в том числе и по доводам апелляционных жалоб стороны защиты и представителя потерпевшего по делу не усматривается.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.18, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

приговор Княжпогостского районного суда Республики Коми от 07 июня 2023 года в отношении ФИО1 изменить по доводам апелляционной жалобы представителя потерпевшего и апелляционного представления.

В описательно-мотивировочной части приговора при описании обстоятельств совершения преступления в части количества нанесенных ударов по телу потерпевшего указать о нанесении ФИО1 потерпевшему <Фамилия обезличена> не менее пяти ударов по телу.

Исключить из приговора указание на применение ст.73 УК РФ при назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы.

Снизить срок назначенного ФИО1 по ч.1 ст.111 УК РФ наказания в виде лишения свободы с трех лет до одного года шести месяцев, назначить отбывание наказания ФИО1 в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения в отношении ФИО1 изменить на заключение под стражу, взять под стражу в зале суда.

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня его задержания. Зачесть в срок наказания период содержания под стражей с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано сторонами в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения; осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: