25RS0001-01-2025-006374-37
Дело №2-5035/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
13 ноября 2025 года г.Владивосток,
Ленинский районный суд г.Владивостока, в составе председательствующего судьи Борщенко Т.А.,
при секретаре Балтахиновой Е.Д.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» о восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда
УСТАНОВИЛ:
ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» о восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда, в обоснование иска указав, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 переведена на работу в ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» на должность руководителя контрактной службы. В соответствии с трудовым договором в её должностные обязанности входило: руководство контрактной службой, организация и осуществление закупок для учреждения. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была принята на работу в ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» на должность специалиста по социальной работе в общебольничный немедицинский персонал. В соответствии с Трудовым договором в её должностные обязанности входило: социальная работа с больными в учреждении. В период работы истцов в занимаемых должностях в ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» замечаний в их адрес относительно исполнения должностных обязанностей от руководства не поступало, взысканий за нарушение трудовой дисциплины за весь период работы не имелось. Более того истцы имели поощрения, премии. ФИО1 награждена грамотой. Вместе с тем, с января 2025 года истцы были лишены без каких-либо оснований всех стимулирующих выплат. Только после вмешательства прокуратуры в июле 2025 года стимулирующие выплаты за весь период лишения были выплачены. Истцы полагают, что их обращения в прокуратуру и в Министерство здравоохранения, государственную инспекцию по труду послужило основанием для их дальнейшего увольнения. Уведомлениями № и № от ДД.ММ.ГГГГ истцы были предупреждены о предстоящем сокращении штатов. ДД.ММ.ГГГГ истцам были предложены вакантные должности, однако ни одна вакансия не соответствовала их навыкам, компетенции, квалификации, образованию. Приказами № и № от ДД.ММ.ГГГГ с истцами были расторгнуты трудовые договора по сокращению штата работников организации, п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ. С приказами об увольнении истцы были ознакомлены. Трудовые книжки им на руки выдали ДД.ММ.ГГГГ, т. е. в день увольнения, им выдали полностью расчет причитающихся сумм. Увольнение считают незаконным по следующим причинам: согласно штатному расписанию на ДД.ММ.ГГГГ были сокращены только две ставки, которые занимали истцы, при этом в больнице имеется много вакантных должностей, которые можно было сократить. Считают, что подобное сокращение штата носит формальный характер. Ни одна из предложенных вакансий не соответствовала образованию, квалификации, опыта работы и состояния здоровья истцов. Более того, согласно новому штатному расписанию от ДД.ММ.ГГГГ была полностью сокращена контрактная служба в организации. Но, в соответствии п. 1 ст. 38 Федеральный закон от 05.04.2013 № 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" заказчики, совокупный годовой объем закупок, которых превышает сто миллионов рублей, создают контрактные службы. Объем закупок ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» превышает сто миллионов рублей, следовательно, должна быть в наличии контрактная служба. Просили суд: восстановить ФИО1 на работе в ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» в должности руководителя контрактной службы с ДД.ММ.ГГГГ. Взыскать с ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» в пользу ФИО1 средний заработок за все время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по день восстановления на работе. Взыскать с ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями, сумму в размере 100 000 руб. Восстановить ФИО2 на работе в ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» в должности специалиста по социальной работе в общебольничный немедицинский персонал с ДД.ММ.ГГГГ. Взыскать с ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» в пользу ФИО2 средний заработок за все время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по день восстановления на работе. Взыскать с ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями, сумму в размере 100 000 руб.
Определением Ленинского районного суда г. Владивостока от 13.11.2025 принят отказ ФИО1, ФИО2 от исковых требований о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула к ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница». Производство по гражданскому делу в части требований ФИО1, ФИО2 о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула к ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» прекращено.
В судебном заседании ФИО2 настаивала на удовлетворении заявленных требований о восстановлении на работе и взыскании компенсации морального вреда по доводам и основаниям, изложенным в иске. Суду пояснила, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала в ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» в должности специалиста по социальной работе в общебольничном немедицинском персонале. Трудовой договор предусматривал оклад и стимулирующие выплаты. С января 2025 г. по июнь 2025 г. истцу не была выплачена заработная плата с учетом стимулирующих выплат. Полагает, что указанное связано с отказом истца от участия в гражданском деле в качестве свидетеля на стороне больницы по иску о восстановлении на работе уволенной сотрудницы (октябрь-ноябрь 2024 г.). Считала, что руководитель имеет к ней предвзятое отношение. ДД.ММ.ГГГГ истец получила уведомление о сокращении ее должности, ДД.ММ.ГГГГ ей были выплачены стимулирующие выплаты в полном объеме за 6 месяцев. Истцу предлагались иные должности в ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница», однако истец отказывалась от них, она является по образованию врачом-терапевтом, но врач каждые 5 лет должен подтверждаю свою аккредитацию. Должности медперсонала истцу не подошли, поскольку необходимо специальное образование, а истец 25 лет работала на гражданской службе. Считает, что имела место дискриминация при сокращении штата численности работников КГУЗ «ККПБ». Просила суд исковые требования удовлетворить.
В судебном заседании ФИО1 настаивала на удовлетворении заявленных требований о восстановлении на работе и взыскании компенсации морального вреда по доводам и основаниям, изложенным в иске. Суду пояснила, что ФИО1 работала в ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» в должности руководителя контрактной службы с ДД.ММ.ГГГГ. В мае 2024 г. министерством закупок была проведена проверка, которая выявлены небольшие замечания. По результатам данных истцом пояснений, ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» пришло представление, в котором нужно было указать ответственное лицо за нарушение закупочных процедур - разовых договоров по Федеральному закону от 05.04.2013 № 44-ФЗ, Федеральному закону от ДД.ММ.ГГГГ № 223-ФЗ. Руководитель ФИО3, через начальника планово-экономического отдела ФИО4, передал истцу, что она должна подписать документ о признании ее ответственности за все нарушения, выявленные проверкой. ФИО1 отказалась, так как никогда не имела отношение к разовым договорам. Эту ответственность несут экономисты, руководитель планово-экономического отдела. После чего истцу было объявлено ФИО4, что будет решаться вопрос о ее нахождении в учреждении. Была составлена служебная записка ФИО4 на имя ФИО3 о некачественном исполнении истцом должностных обязанностей. ДД.ММ.ГГГГ приказом № истца лишили выплат. После чего до июля месяца не производились стимулирующие выплаты. ДД.ММ.ГГГГ истец получила уведомление о сокращении ее должности. Считает, что имела место дискриминация при сокращении штата численности работников КГУЗ «ККПБ». Просила суд исковые требования удовлетворить.
В судебном заседании представитель истцов ФИО1, ФИО2 - ФИО5 настаивала на удовлетворении заявленных исковых требований о восстановлении истцов на работе и взыскании в их пользу компенсации морального вреда по доводам и основаниям, изложенным в иске. Суду пояснила, что вакансии были представлены ДД.ММ.ГГГГ, истцы были уволены ДД.ММ.ГГГГ. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ возможно были вакансии, но их не предлагали. Ни одна вакансия из предложенных вакансий истцам не подходила, поскольку требовала переподготовку либо аккредитацию. Полагает, что вакансии предлагались формально. Считает, что ни в одном из документов не прослеживаются оснований для сокращения штата на 2 единицы. Процедура увольнения не нарушена. Полагала, что имеет место дискриминация.
В судебном заседании представитель ответчика ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» по доверенности ФИО6 возражала против удовлетворения исковых требований по доводам и основаниям, изложенным в письменном отзыве. Суду пояснила, относительно требований о восстановлении на работе, ФИО1 приказом от ДД.ММ.ГГГГ №/лс принята на работу ДД.ММ.ГГГГ на должность экономист планово-экономического отдела ГБУЗ «ККПБ». Трудовые отношения урегулированы трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ №, с дополнительными соглашениями. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-лс ФИО1 переведена ДД.ММ.ГГГГ на должность руководитель контрактной службы отдела закупок. ФИО2 приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-лс принята на работу ДД.ММ.ГГГГ на должность специалист по социальной работе общебольничный немедицинский персонал. Трудовые отношения урегулированы трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ №. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-А «О сокращении штата работников» в редакции приказа от ДД.ММ.ГГГГ №А внесены изменения в штатное расписание ГБУЗ «ККПБ», утвержденное на 2025 год. Указанным приказом в части контрактной службы сокращена должность руководителя контрактной службы 1 штатная единица; в части общебольничного персонала сокращена должность специалист по социальной работе 1 штатная единица. После завершения организационно штатных мероприятий приказано: исключить с ДД.ММ.ГГГГ из штатного расписания ГБУЗ «ККПБ»: контрактную службу в составе руководителя контрактной службы в составе 1 штатной единицы; должность специалиста по социальной работе 1 штатную единицу. Должность специалист по закупкам приказано перевести в службу общебольничного персонала. ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ была уведомлена о сокращении должности руководителя контрактной службы (Уведомление №). В течение срока предупреждения ФИО1 предлагались все имеющиеся у работодателя вакантные должности: уведомление от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №. От предложенных вакансий истец отказалась, указав, что предлагаемые вакансии не соответствуют её компетенции, специальности и навыкам. ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ была уведомлена о сокращении должности руководителя контрактной службы (Уведомление №). В течение срока предупреждения ФИО2 предлагались все имеющиеся у работодателя вакантные должности: уведомление от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №. От предложенных вакансий истец отказалась. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-лс прекращено действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО1 руководитель контрактной службы уволена ДД.ММ.ГГГГ по сокращению штата работников, пункт 2 части первой статьи 81 ТК РФ. С приказом об увольнении ФИО1 ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-лс прекращено действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО2 специалист по социальной работе общебольничного немедицинского персонала уволена ДД.ММ.ГГГГ по сокращению штата работников, пункт 2 части первой статьи 81 ТК РФ. С приказом об увольнении ФИО2 ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ. На день увольнения расчет с истцами произведен полностью, что подтверждается распоряжением о перечислении денежных средств на банковские карты «Мир». Также пояснила, что принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников при условии соблюдения порядка увольнения и гарантий, закрепленных в части третьей статьи 81, части первой статьи 179, частей первой и второй статьи 180 ТК РФ. В связи с указанным, проведение сокращения численности (штата) работодатель определяет самостоятельно, поскольку это входит в его компетенцию. Доводы истцов о нецелесообразности сокращения должности руководителя контрактной службы и специалиста по социальной работе при сохранении вакантных должностей медицинского персонала, не являются предметом судебной оценки. Работодатель в период срока предупреждения предлагал ФИО2 и ФИО1 все имеющиеся вакансии, что не является нарушением закона. По данным ответчика истцы имеют медицинское образование. ФИО1 в 1989 году окончила Владивостокский медицинский институт по специальности «Гигиена, санитария, эпидемиология». Решением Государственной экзаменационной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ ей присвоена квалификация «экономист». ФИО2 имеет квалификацию «Врач» по специальности «Лечебное дело». Решением выпускной экзаменационной комиссии ей присвоена квалификация врача терапевта. Имеет квалификацию на право ведения профессиональной деятельности в социальной сфере. В связи с наличием у истцов соответствующего образования работодатель предлагал, в том числе должности медицинского персонала, которые истцы могли бы замещать при условии профессиональной переподготовке, наличии сертификата или аккредитации. Кроме того, работодатель предлагал вакантные должности: социальный работник 1 ставка филиал в <адрес>, бухгалтер 0,25 ставки, кассир 0,25 ставки общебольничный персонал. Доводы истцов об обязательности создания в ГБУЗ «ККПБ» контрактной службы, так как годовой объем закупок больницы превышает сто миллионов рублей и о том, что во всех краевых медицинских организациях созданы и сохраняются контрактные службы, являются ошибочными. Частью 1 статьи 38 Федерального закона № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» предусмотрено, что заказчики, совокупный годовой объем закупок которых превышает сто миллионов рублей, создают контрактные службы (при этом создание специального структурного подразделения не является обязательным). Кроме того, иные краевые учреждения здравоохранения финансируются за счет ТФОМС, тогда как оказание психиатрической медицинской помощи является государственной функцией и полностью финансируется за счет бюджета субъекта федерации Приморский край. Решение о создании либо сохранении специального структурного подразделения для осуществления закупок при ограниченности средств бюджета принимается ГБУЗ «ККПБ исходя из целей эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом. Согласно письму председателя Краевого комитета Приморской краевой организации профсоюза работников здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ выплаты истцам стимулирующих выплат за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ разрешены работодателем до проведения проверки. Приказы о выплатах представлены в материалы дела. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-и на основании решения Комиссии ФИО7 установлена стимулирующая выплата в размере 163 %, ФИО1 - 73 %. Выплаты произведены с уплатой процентов (денежной компенсации) в порядке, предусмотренном статьей 236 ТК РФ (Приказы от ДД.ММ.ГГГГ №-и., №-и, приказ от ДД.ММ.ГГГГ №-и, №-и). При принятии решения о сокращении численности или штата работников организации, работодатель обязан в письменной форме сообщить об этом выборному органу первичной профсоюзной организации, не позднее, чем за два месяца до начала проведения соответствующих мероприятий. ДД.ММ.ГГГГ на имя руководителя первичной профсоюзной организации работодатель направил уведомление № о сокращении штата и предстоящем увольнении руководителя контрактной службы ФИО1 и специалиста по социальной работе ФИО2 по основанию пункта 2 части первой статьи 81 ТК РФ, сокращение штата. Уведомление рассмотрено на заседании первичной профсоюзной организации ДД.ММ.ГГГГ, протокол №. ДД.ММ.ГГГГ в службу занятости КГКУ «ПЦЗН» направлена информация о сокращении штата работников, предполагаемой дате уведомления -ДД.ММ.ГГГГ и предполагаемой дате увольнения - ДД.ММ.ГГГГ. Работодатель ДД.ММ.ГГГГ направил в первичную профсоюзную организацию проекты приказов об увольнении ФИО1 и ФИО2 Первичная профсоюзная организация ДД.ММ.ГГГГ направила на имя врио главного врача больницы ФИО3 мотивированное мнение, которым выразила согласие с увольнением. Согласно мнению Министерства здравоохранения Приморского края, выраженного в письме от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО1, в действиях администрации ГБУЗ «ККПБ» нарушения трудового законодательства не выявлено. Исходя из части 2 статьи 180 ТК РФ, следует, что трудовое законодательство не устанавливает конкретной даты, когда увольнение работника должно быть произведено. В соответствии со статьей 84.1 ТК РФ днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника. Увольнение истцов проведено по истечению двух месяцев с момента уведомления о сокращении, в последний рабочий день ДД.ММ.ГГГГ. 13 и ДД.ММ.ГГГГ являлись выходными нерабочими днями. Увольнение в выходной (нерабочий день) ТК РФ не предусмотрено. Дата увольнения ДД.ММ.ГГГГ определена работодателем правильно. Считает, что основания для удовлетворения заявленных требований о восстановлении на работе - отсутствуют. Просила в иске отказать в полном объеме.
В судебном заседании помощник прокурора Ленинского района г. Владивостока Колмагорова Ю.А. полагала, что отсутствуют основания для удовлетворения заявленных требований. Доказательств того, что имела место дискриминация при сокращении штата численности работников ГБУЗ «ККПБ» в материалы дела не представлено. Работодатель вправе под свою ответственность принимать кадровые решения при условии соблюдения, установленного порядка увольнения, данное право относится к исключительной компетенции работодателя, полагала, что сокращение проводилось по инициативе работодателя, в связи с кадровой необходимостью, процедура увольнения не была нарушена. Оснований для удовлетворения требований не имеется.
Выслушав стороны, заключение старшего помощника прокурора Ленинского района г.Владивостока, давая оценку фактическим обстоятельствам дела, всем имеющимся доказательствам в их совокупности, суд приходит к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ст. 67 ГПК РФ).
Согласно статье 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
В соответствии со ст.1 ТК РФ, целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей. Основными задачами трудового законодательства являются создание необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, интересов государства, а также правовое регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений.
В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.
Из материалов дела следует, что ФИО1 приказом от ДД.ММ.ГГГГ №/лс принята на работу ДД.ММ.ГГГГ на должность экономист планово-экономического отдела ГБУЗ «ККПБ». Трудовые отношения урегулированы трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ №, с дополнительными соглашениями. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 переведена ДД.ММ.ГГГГ на должность руководитель контрактной службы отдела закупок.
ФИО2 приказом от ДД.ММ.ГГГГ № принята на работу ДД.ММ.ГГГГ на должность специалист по социальной работе общебольничный немедицинский персонал. Трудовые отношения урегулированы трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ №.
Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № «О сокращении штата работников» в редакции приказа от ДД.ММ.ГГГГ №А внесены изменения в штатное расписание ГБУЗ «ККПБ», утвержденное на 2025 год. Указанным приказом в части контрактной службы сокращена должность руководителя контрактной службы 1 штатная единица; в части общебольничного персонала сокращена должность специалист по социальной работе 1 штатная единица.
После завершения организационно штатных мероприятий приказано: исключить с ДД.ММ.ГГГГ из штатного расписания ГБУЗ «ККПБ»: контрактную службу в составе руководителя контрактной службы в составе 1 штатной единицы; должность специалиста по социальной работе 1 штатную единицу. Должность специалист по закупкам приказано перевести в службу общебольничного персонала.
ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ была уведомлена о сокращении должности руководителя контрактной службы (Уведомление №). В течение срока предупреждения ФИО1 предлагались имеющиеся у работодателя вакантные должности: уведомление от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №. От предложенных вакансий истец отказалась, указав, что предлагаемые вакансии не соответствуют её компетенции, специальности и навыкам.
ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ была уведомлена о сокращении должности руководителя контрактной службы (Уведомление №). В течение срока предупреждения Алексеенковой Т..В. предлагались все имеющиеся у работодателя вакантные должности: уведомление от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №. От предложенных вакансий истец отказалась.
ДД.ММ.ГГГГ на имя руководителя первичной профсоюзной организации работодатель направил уведомление № о сокращении штата и предстоящем увольнении руководителя контрактной службы ФИО1 и специалиста по социальной работе ФИО2 по основанию пункта 2 части первой статьи 81 ТК РФ, сокращение штата.
Уведомление рассмотрено на заседании первичной профсоюзной организации ДД.ММ.ГГГГ, протокол №.
ДД.ММ.ГГГГ в службу занятости КГКУ «ПЦЗН» направлена информация о сокращении штата работников, предполагаемой дате уведомления -ДД.ММ.ГГГГ и предполагаемой дате увольнения - ДД.ММ.ГГГГ.
Работодатель ДД.ММ.ГГГГ направил в первичную профсоюзную организацию проекты приказов об увольнении ФИО1 и ФИО2 Первичная профсоюзная организация ДД.ММ.ГГГГ направила на имя врио главного врача больницы ФИО3 мотивированное мнение, которым выразила согласие с увольнением.
Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № прекращено действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО1 руководитель контрактной службы уволена ДД.ММ.ГГГГ по сокращению штата работников, пункт 2 части первой статьи 81 ТК РФ. С приказом об увольнении ФИО1 ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ.
Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № прекращено действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № №, ФИО2 специалист по социальной работе общебольничного немедицинского персонала уволена ДД.ММ.ГГГГ по сокращению штата работников, пункт 2 части первой статьи 81 ТК РФ. С приказом об увольнении ФИО2 ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ.
В соответствии с п. 2 ч. 1 ст.81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.
Увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 части первой настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.
Согласно Определению Конституционного Суда РФ от 26.05.2016 N 951-О, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что, реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации (статья 34, часть 1; статья 35, часть 2) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения, обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации, закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.
Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации (пункт 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации) при условии соблюдения закрепленного Трудовым кодексом Российской Федерации порядка увольнения и гарантий, направленных против произвольного увольнения, предусмотренных в части третьей статьи 81, части первой статьи 179, частях первой и второй статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2008 года N 411-О-О, от 29 сентября 2011 года N 1164-О-О, от 16 июля 2015 года N 1625-О и др.).
Части первая и вторая статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации являются элементом правового механизма увольнения по сокращению численности или штата работников, позволяют работнику, подлежащему увольнению, заблаговременно узнать о предстоящем увольнении и с момента предупреждения об увольнении начать поиск подходящей работы, что обеспечивает наиболее благоприятные условия для последующего трудоустройства (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 27 января 2011 года N 13-О-О, от 20 марта 2014 года N 476-О и др.).
Истцы считают, что работодатель нарушил требование части третьей статьи 81 ТК РФ, увольнение по основаниям пунктов 2 или 3 части первой настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности.
Указанные доводы истцов являются необоснованными, в силу следующего.
В соответствии с положениями статьи 8, части первой статьи 34, частей первой и второй статьи 35 Конституции Российской Федерации, абзаца 2 части первой статьи 22 ТК РФ работодатель, в целях эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом, самостоятельно, под свою ответственность принимает необходимые кадровые решения.
Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников при условии соблюдения порядка увольнения и гарантий, закрепленных в части третьей статьи 81, части первой статьи 179, частей первой и второй статьи 180 ТК РФ.
Таким образом, проведение сокращения численности (штата) работодатель определяет самостоятельно, поскольку это входит в его компетенцию.
Доводы истцов о нецелесообразности сокращения должности руководителя контрактной службы и специалиста по социальной работе при сохранении вакантных должностей медицинского персонала, не являются предметом судебной оценки, суд не вправе вмешиваться в хозяйственную деятельность учреждения и решать вопросы целесообразности и необходимости проводимых работодателем штатных мероприятий.
Расторжение трудового договора вследствие сокращения численности или штата работников возможно как при фактическом сокращении объема работ, так и при проведении различных организационных мероприятий, позволяющих сократить численность работников, хотя объем работ остается неизменным или даже увеличивается. Поскольку организация самостоятельно устанавливает структуру управления, судебные органы не вправе обсуждать вопрос о целесообразности сокращения штатов, исследуется лишь вопрос, имело ли оно место в действительности.
Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21 декабря 2006 года № 581-0, следует, что к числу гарантий трудовых прав, направленных против возможного произвольного увольнения граждан с работы, в частности, в связи с сокращением штата работников, относится необходимость соблюдения работодателем установленного порядка увольнения: о предстоящем увольнении работник должен быть предупрежден работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения; одновременно с предупреждением о предстоящем увольнении работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся у него работу (как вакантную должность или работу, соответствующую его квалификации, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом состояния здоровья, причем перевод на эту работу возможен лишь с его письменного согласия (часть 3 статьи 81, части 1 и 2 статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации).
Из материалов дела следует, что работодатель в период срока предупреждения предлагал ФИО2 и ФИО1 все имеющиеся вакансии.
Истцы имеют медицинское образование. ФИО1 в 1989 году окончила Владивостокский медицинский институт по специальности «Гигиена, санитария, эпидемиология». Решением Государственной экзаменационной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ ей присвоена квалификация «экономист».
ФИО2 имеет квалификацию «Врач» по специальности «Лечебное дело». Решением выпускной экзаменационной комиссии ей присвоена квалификация врача терапевта. Имеет квалификацию на право ведения профессиональной деятельности в социальной сфере.
В связи с наличием у истцов соответствующего образования работодатель предлагал, в том числе должности медицинского персонала, которые истцы могли бы замещать при условии профессиональной переподготовке, наличии сертификата или аккредитации.
Также, работодатель предлагал вакантные должности: Социальный работник 1 ставка филиал в <адрес>, бухгалтер 0,25 ставки, кассир 0,25 ставки общебольничный персонал.
Статья 179 ТК РФ также относится к числу норм, регламентирующих порядок увольнения в связи с сокращением численности или штата работников. Она устанавливает основанное на объективных критериях - производительности труда и квалификации работника правило о предоставлении преимущественного права на оставление на работе (часть первая); указывает категории работников, имеющих такое право при равной производительности труда и квалификации (часть вторая), что позволяет учесть социально значимые обстоятельства, не связанные непосредственно с трудовой деятельностью.
Должность руководителя контрактной службы, которую замещала ФИО1 и должность специалист по социальной работе, которую замещала ФИО2 были единственными в штатном расписании ГБУЗ «ККПБ», таким образом, возможность оценки права преимущественного оставления на работе у работодателя отсутствовала.
Согласно части 2 статьи 82 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение работников, являющихся членами профсоюза, по основаниям, предусмотренным пунктами 2, 3 или 5 части первой статьи 81 настоящего Кодекса производится с учетом мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в соответствии со статьей 373 настоящего Кодекса.
Как следует из части 1 статьи 373 Трудового кодекса Российской Федерации при принятии решения о возможном расторжении трудового договора в соответствии с пунктами 2, 3 или 5 части первой статьи 81 настоящего Кодекса с работником, являющимся членом профессионального союза, работодатель направляет в выборный орган соответствующей первичной профсоюзной организации проект приказа, а также копии документов, являющихся основанием для принятия указанного решения.
Выборный орган первичной профсоюзной организации в течение семи рабочих дней со дня получения проекта приказа и копий документов рассматривает этот вопрос и направляет работодателю свое мотивированное мнение в письменной форме. Мнение, не представленное в семидневный срок, работодателем не учитывается (часть 2 статьи 373 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно части 3 статьи 373 Трудового кодекса Российской Федерации в случае, если выборный орган первичной профсоюзной организации выразил несогласие с предполагаемым решением работодателя, он в течение трех рабочих дней проводит с работодателем или его представителем дополнительные консультации, результаты которых оформляются протоколом. При недостижении общего согласия по результатам консультаций работодатель по истечении десяти рабочих дней со дня направления в выборный орган первичной профсоюзной организации проекта приказа и копий документов имеет право принять окончательное решение, которое может быть обжаловано в соответствующую государственную инспекцию труда. Государственная инспекция труда в течение десяти дней со дня получения жалобы (заявления) рассматривает вопрос об увольнении и в случае признания его незаконным выдает работодателю обязательное для исполнения предписание о восстановлении работника на работе с оплатой вынужденного прогула.
Частью 5 статьи 373 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работодатель имеет право расторгнуть трудовой договор не позднее одного месяца со дня получения мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации. В указанный период не засчитываются периоды временной нетрудоспособности работника, пребывания его в отпуске и другие периоды отсутствия работника, когда за ним сохраняется место работы (должность).
В подпункте "в" пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя. При этом необходимо иметь в виду, что увольнение работников, являющихся членами профсоюза, по основаниям, предусмотренным пунктами 2, 3 или 5 части первой статьи 81 Кодекса, производится с соблюдением процедуры учета мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в соответствии со статьей 373 Кодекса (часть вторая статьи 82 ТК РФ). При этом исходя из содержания части 2 статьи 373 Кодекса увольнение по указанным основаниям может быть произведено без учета мнения выборного органа первичной профсоюзной организации, если он не представит такое мнение в течение семи рабочих дней со дня получения от работодателя проекта приказа и копий документов, а также, в случае если он представит свое мнение в установленный срок, но не мотивирует его, т.е. не обоснует свою позицию по вопросу увольнения данного работника.
Таким образом, увольнение в связи с сокращением численности или штата работников, являющихся членами профсоюза, производится с учетом мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации, которому работодателем направляется проект приказа и копии документов, обосновывающих решение о возможном расторжении трудового договора с работниками. Выборный орган первичной профсоюзной организации в течение семи дней представляет работодателю свое мотивированное мнение в письменной форме.
С учетом представленных в материалы дела доказательств, судом установлено, что работодателем соблюден установленный законом порядок увольнения по данному основанию и имелись законные основания увольнения, истцы были предупреждены за два месяца о предстоящем увольнении, согласие на перевод на вакантные должности, которые им предлагались не выразили, порядок и сроки увольнения истцов соблюдены. О том, что процедура увольнения соблюдена, не оспаривалось и самими истцами в ходе судебного разбирательства.
Истцы считают, что имела место дискриминация при сокращении штата численности работников КГУЗ «ККПБ».
Запрет на дискриминацию в сфере труда предусмотрен статьей 3 Трудового кодекса Российской Федерации и согласуется с положениями статей 19, 37 Конституции РФ.
В соответствии с положениями статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации, каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав.
Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.
Не являются дискриминацией установление различий, исключений, предпочтений, а также ограничение прав работников, которые определяются свойственными данному виду труда требованиями, установленными федеральным законом, либо обусловлены особой заботой государства о лицах, нуждающихся в повышенной социальной и правовой защите, либо установлены настоящим Кодексом или в случаях и в порядке, которые им предусмотрены, в целях обеспечения национальной безопасности, поддержания оптимального баланса трудовых ресурсов, содействия в приоритетном порядке трудоустройству граждан Российской Федерации и в целях решения иных задач внутренней и внешней политики государства.
Лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда (ч. 4 ст. 3 Трудового кодекса Российской Федерации).
Окончательное решение о том имела ли место дискриминация в каждом конкретном случае, принимается судом (п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).
В пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 января 2014 г. N 1 указано, что под дискриминацией в сфере труда по смыслу статьи 1 Конвенции Международной организации труда 1958 года N 111 относительно дискриминации в области труда и занятий и статьи 3 ТК РФ следует понимать различие, исключение или предпочтение, имеющее своим результатом ликвидацию или нарушение равенства возможностей в осуществлении трудовых прав и свобод или получение каких-либо преимуществ в зависимости от любых обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника (в том числе не перечисленных в указанной статье Трудового кодекса Российской Федерации), помимо определяемых свойственными данному виду труда требованиями, установленными федеральным законом, либо обусловленных особой заботой государства о лицах, нуждающихся в повышенной социальной и правовой защите.
Для установления факта дискриминации со стороны работодателя в отношении конкретного работника юридически значимыми являются обстоятельства установления какого бы то ни было прямого или косвенного ограничения прав или установления прямых или косвенных преимуществ при осуществлении трудовых (служебных) функций в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства (в том числе, наличия или отсутствия регистрации по месту жительства или пребывания), а также других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.
Вместе с тем, каких-либо доказательств, применительно к изложенным выше положениям, указывающим на дискриминацию в сфере труда, истцами не приведено.
Доводы истцов о допущенной ранее в отношении них в связи с невыплатой премии дискриминации в сфере труда, судом отклоняются как несостоятельные, поскольку основаны на неверном толковании положений ст. 3 Трудового кодекса РФ.
Доводы истцов о том, что их увольнение в связи с сокращением численности или штата работников организации носит дискриминационный характер, материалами дела не подтверждены.
В материалах дела отсутствуют достоверные доказательства того, что сокращение занимаемых истцами должностей носили мнимый и фиктивный характер.
Разрешая заявленные требования, изучив представленные в материалы дела доказательства, оценив их по правилам ст. 67 ГПК РФ, с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что оснований для удовлетворения требований ФИО1, ФИО2 к ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» о восстановлении на работе не имеется.
Поскольку материалами дела не подтверждено нарушение прав и законных интересов истцов со стороны ответчика, то не имеется законных оснований для взыскания в пользу истцов компенсации морального вреда, в силу ст.237 ТК РФ.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 к ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» о восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда, -отказать.
Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Ленинский районный суд г.Владивостока в течение месяца, с момента изготовления решения в мотивированном виде.
Судья Т.А. Борщенко
Мотивированное решение изготовлено 27.11.2025.