№ 2-636/2022

УИД 61RS0053-01-2022-000846-16

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

22 ноября 2022 года г. Семикаракорск

Семикаракорский районный суд Ростовской области в составе председательствующего судьи Коновская Н.Н., при секретаре судебного заседания Митяшовой Е.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда и расходов на погребение,

УСТАНОВИЛ:

Истец, ФИО1 обратилась в Семикаракорский районный суд Ростовской области с исковым заявлением о взыскании компенсации морального вреда и расходов на погребение к ФИО2

В обоснование иска указано, что 23.11.2020 года примерно в 17 часов 55 минут на 77 км + 900 м автомобильной дороги Ростов-Семикаракорск- Волгодонск, в х. Сусат Семикаракорского района Ростовской области имело место ДТП, в результате которого водитель автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный № ФИО2, двигаясь по проезжей части автомобильной дороги, допустила наезд на пешехода И., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в результате чего пешеход И. был доставлен в МБУЗ ЦРБ с диагнозом ОЧМТ, где впоследствии скончался.

Погибший И. приходится единственным сыном истцу ФИО1

Постановлением СО ОМВД России по Семикаракорскому району от 24.03.2022 года было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2

В связи с внезапной утратой единственного сына, истец испытывала длительные нравственные страдания, сопровождавшиеся подъёмом артериального давления, бессонницей, слезами и отрешенностью от окружающей реальности, учитывая возраст истца 70 лет.

Внезапная утрата близкого человека является наиболее сильным переживанием, влекущего состояние субъективного дистресса и эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

Размер компенсации морального вреда истец оценивает в размере 600 000 рублей, которые просит взыскать с ответчика, а также расходы на погребение в части, не покрытой страховкой ОСАГО, в размере 49 702 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО3, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержали.

Истец ФИО1 также пояснила, что с сыном у неё были очень доверительные отношения, он был сложным ребёнком, а во взрослом возрасте не всегда законопослушным гражданином, отбывал наказание в местах лишения свободы, иногда злоупотреблял алкоголем, однако на их отношениях эти его недостатки не сказывались, с потерей сына она утратила смысл жизни, он был её утешением и надеждой на спокойную старость, до сих пор она не может смириться с его утратой, здоровье её очень пошатнулось. Обосновывая размер заявленных исковых требований истец пояснила, что она учитывает общую ситуацию в стране, что людям тяжело с поиском работы, инфляция, поэтому она указала реальный размер компенсации морального вреда 600 000 рублей, который она определила по своему внутреннему убеждению.

Обосновывая требования в части взыскания расходов на погребение, истец и её представитель пояснили, что страховая сумма в возмещение расходов на погребение составила 25 000 рублей и выплачена САО «ВСК» в полном объеме. Данная сумма не покрыла всех расходов на похороны, которые состояли из комплекса санитарно-гигиенических работ по подготовке тела к погребению на сумму 4 900 рублей и покупки средств гигиены (жидкое мыло, полотенце, комплект постельного белья) на сумму 679 рублей, ритуальных услуг на сумму 58 300 рублей и расходов на ГСМ в размере 2 000 рублей, поминального ужина на сумму 7 060 рублей, покупки алкоголя на сумму 1 763 рублей, всего на сумму 74 702 рублей. За минусом 25 000 рублей страховки, получается 49 702 рублей.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, её интересы в судебном заседании представлял адвокат Ключников А.Б., который пояснил, что исковые требования они не признают в полном объеме. В обоснование своей позиции представитель указал, что в произошедшем ДТП отсутствует вина его доверителя, ФИО2, что было установлено сотрудниками полиции и проведенной экспертизой, погибший И. грубо нарушил правила дорожного движения, двигался по проезжей части дороги в темное время суток, при этом находился в состоянии алкогольного опьянения. Из представленных характеристик следует, что И. вел аморальный образ жизни, не работал, неоднократно привлекался к уголовной и административной ответственности, состоял на профилактическом учете в наркодиспансере. ФИО2 характеризуется положительно своими соседями, работает в должности медицинской сестры в учреждении здравоохранения и имеет невысокую заработную плату, проживает вместе с пожилой мамой, у которой имеется ряд хронических заболеваний и требуется лечение, имеет ряд кредитных обязательств.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, а также материал проверки по факту ДТП от 23.11.2020 года с участием ФИО2 и И., суд приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации ставит право на жизнь, здоровье в ранг естественных и неотчуждаемых прав личности, что предполагает эффективную охрану и защиту этих прав.

Так, в соответствии со ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В ст. 41 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого гражданина на охрану здоровья.

В соответствии со ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданского кодекса Российской Федерации и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащее гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из разъяснений, данных в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения норм о компенсации морального вреда», следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и другие.

Из данных норм следует, что каждый гражданин в случае причинения ему морального вреда имеет право на защиту своих прав и интересов.

Как установлено ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации, следует понимать возраст, физическое состояние, наличие заболеваний. Презюмируемый моральный вред - это страдания, которые, по общему представлению, должен испытывать (не может не испытывать) «средний», «нормально» реагирующий на совершение в отношении него деяния человек. Исходя из указанных правовых норм, основаниями для возложения гражданско-правовой ответственности в форме возмещения причиненного вреда, является совокупность следующих юридически значимых обстоятельств: наличие ущерба, вина причинителя вреда, противоправность действий, причинно-следственная связь между допущенными нарушениями и причиненным ущербом. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств, правовых оснований для возмещения ущерба не имеется.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная п. п. 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (п. 1 ст.1070, ст. 1079, п.1 ст. 1095, ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (ст.ст. 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Из этого следует, что на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно то лицо, которое указывается в качестве ответчика (причинную связь между его действиями (бездействием) и нанесенным ущербом). На причинителе вреда лежит обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда.

В п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (п. 1 ст.1079 Гражданского кодекса Российской Федерации). Под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (п. 1 ст. 202, п. 3 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). Под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид).

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абз. 3 п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит уменьшению.

Из материалов дела следует, что 23.11.2020 года примерно в 17 часов 55 минут на 77 км + 900 м автомобильной дороги Ростов-Семикаракорск- Волгодонск, в районе х. Сусат Семикаракорского района Ростовской области имело место ДТП, в результате которого водитель автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный № ФИО2, двигаясь по проезжей части автомобильной дороги, допустила наезд на пешехода И., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в результате чего пешеход И. был доставлен в МБУЗ ЦРБ с диагнозом ОЧМТ, где впоследствии скончался.

Согласно заключению эксперта от 17.03.2022 года №, выполненного ЭКЦ ГУ МВД Российской Федерации по Ростовской области, водитель автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный №, ФИО2 не располагала технической возможностью предотвратить наезд на пешехода.

Действия автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный №, ФИО2 в данной ситуации не соответствовали требованиям п.10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, однако, с технической точки зрения, данные несоответствия не находились в причинной связи с фактом данного дорожно-транспортного происшествия.

Постановлением следователя СО Отдела МВД России по Семикаракорскому району от 24.03.2022 года отказано в возбуждении уголовного дела по факту ДТП от 23.11.2020 года по ч. 3 ст. 264 УК РФ в отношении ФИО2 по основаниям п.2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления.

На момент ДТП потерпевший И. находился в состоянии алкогольного опьянения с содержанием этилового спирта в крови 1,7 мг/л.

Согласно материалам проверки по факту ДТП КУСП от 23.11.2020 года №, И., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, характеризуется отрицательно, находился под административным надзором в связи с привлечением его к уголовной ответственности, неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение общественного порядка, за несоблюдение административных ограничений, установленных судом, не трудоустроен, склонен к бытовым конфликтам, на постоянной основе употреблял спиртные напитки, периодически проходил лечение от алкогольной и наркотической зависимости, в связи с чем состоял на учете в наркологическом диспансере, неоднократно родители осуществляли вызов сотрудников полиции для урегулирования конфликтов со стороны И.

Вместе с тем, свидетели П., являющаяся родной сестрой погибшего, и Д., знакомая семьи, отношения между матерью и сыном охарактеризовали как доверительные, теплые. Для истца ФИО1 исправление сына и его поддержка в любой жизненной ситуации, являлись смыслом жизни. До настоящего времени мать не смирилась с утратой и очень переживает.

Факт причинения истцу нравственных и физических страданий, связанных со смертью сына в молодом возрасте (32 года) в результате ДТП, а также причинно-следственная связь между действиями ответчика, ФИО2, владельца источника повышенной опасности, и причинением морального вреда истцу нашли свое подтверждение в судебном заседании.

Переживания истца в связи со смертью родного сына, стрессовой ситуацией, нарушением установленного порядка взаимодействия членов семьи, планов на будущее, бесспорно свидетельствуют о причинении ей морального вреда в результате действий ответчика. При этом, суд отмечает, что отрицательная общественная характеристика потерпевшего, не соблюдение им законности как членом общества и нарушение этических норм поведения, не могут повлиять на умаление морального вреда, причиненного близкому родственнику потерпевшего, его матери, для которой он являлся самым значимым человеком в жизни, утрата которого невосполнима.

С учетом положений п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при вынесении решения, учитывая характер причиненных ФИО1 нравственных страданий, ее индивидуальные особенности, возраст, а также то обстоятельство, что после ДТП от виновного лица она не получила выражения сочувствия и соболезнования, с учетом принципов разумности и справедливости и поведения ответчика после ДТП, суд считает возможным снизить размер запрашиваемой компенсации морального вреда и взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

Рассматривая требования о взыскании расходов на погребение, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 3 Федеральном законе от 12.01.1996 года « 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержатся в ст. 9 указанного Федерального закона, это оформление документов, необходимых для погребения; предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения; перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом).

Стоимость услуг, предоставляемых согласно гарантированному перечню услуг по погребению, определяется органами местного самоуправления по согласованию с соответствующими отделениями Пенсионного фонда Российской Федерации, Фонда социального страхования Российской Федерации, а также с органами государственной власти субъектов Российской Федерации и возмещается специализированной службе по вопросам похоронного дела в десятидневный срок со дня обращения этой службы за счет средств.

Как следует из материалов дела, ФИО4 получила страховую выплату в размере 500 000 рублей от САО «ВСК» по страховому случаю от 24.03.2021 года, в том числе расходы на погребение в размере 25 000 рублей.

Иные произведенные расходы, по мнению суда, отвечают критериям необходимости и разумности, призваны обеспечить достойный обряд похорон и поминовения умершего.

Однако, суд приходит к выводу о том, что смерть потерпевшего произошла в результате умысла потерпевшего.

Так, И., в сильной стадии алкогольного опьянения (1,7 мг/л), когда у человека утрачена возможность контролировать свое поведение, в нарушение правил дорожного движения двигался по проезжей части автомобильной дороги, в тёмное время суток, на неосвещенном участке дороги, без опознавательных и светоотражающих элементов на одежде.

Такое его противоправное поведение, можно квалифицировать как умысел, при котором потерпевший не только предвидит, но сознательно допускает наступление такого опасного результата, как смерть в результате ДТП.

На этом основании во взыскании с ответчика расходов на погребение надлежит отказать.

Учитывая положения статей 88, 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, с ответчика ФИО2 в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей, от уплаты которой истец была освобождена при подаче иска.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 167, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 300 000 (трёхсот тысяч) рублей, в остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Семикаракорский районный суд Ростовской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Коновская Н.Н.

В окончательной форме решение изготовлено 29.11.2022 года.