Решение по делу № 2-657/2023 от 03.05.2023 - о возмещении компенсации морального вреда.

№2-657/2023 г.

УИД:46RS0011-01-2022-002174-88

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 мая 2023 года г. Курск

Курский районный суд Курской области в составе:

председательствующего - судьи Смолиной Н.И.,

при секретаре Доценко Н.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении компенсации морального вреда, мотивируя свои требования тем, что 02.06.2022 г. Курским межрайонным следственным отделом следственного управления СК РФ по Курской области принято решение о прекращении уголовного дела № и уголовного преследования в отношении ФИО2, по основаниям, предусмотренным ч.1 ст.28 УПК РФ и п.2 Примечания к ст.145.1 УК РФ, в связи с деятельным раскаянием, - по не реабилитирующим основаниям. Согласно материалам уголовного дела, возбужденного 21.06.2021 г. в Курском межрайонном следственном отделе СУ СК РФ по Курской области по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.145.1 УК РФ, то есть, по факту полной невыплаты свыше двух месяцев заработной платы 4 работникам ООО «Агростройкомплект». Указывает, что единственным учредителем ООО «Агростройкомплект» является ФИО3, однако в ходе проверки установлено, что согласно отведенной себе роли, ФИО2, выполняя функции фактического руководства ООО «Агростройкомплект», для осуществления предпринимательской деятельности подобрал для последующего трудоустройства в Общество работников, в том числе ФИО4, с которым в последующем от имени генерального ООО «Агростройкомплект» ФИО3 заключил трудовой договор. На основании трудового договора от 22.05.2019 г. заключенного между ФИО3 и ФИО1, последний был назначен на должность начальника производства. В иске указывает, что ФИО2 фактически единолично обладал всеми организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями в ООО «Агростройкомплект». Вместе с тем ФИО2, достоверно зная, что обязан выплачивать работникам ООО «Агростройкомплект» заработную плату полностью свыше двух месяцев заработную плату и иные установленные законом выплаты, не выплачивал. Так задолженность ООО «Агростройкомплект» перед ФИО1 составила 122 346 рублей 10 копеек за период с июля 2019 года по ноябрь 2019 года. Указывает, что неправомерными действиями ответчика, по несвоевременной выплате заработной плате ему причинен моральный вред, выразившийся в отсутствии у него и его семьи средств к существованию на протяжении длительного периода времени (с июля 2019 г. по май 2022 г.). Указывает, что ответчик до настоящего времени не предпринял никаких попыток для того, чтобы полностью или частично возместить ему денежные средства за причиненные моральные и физические страдания. В связи, с чем просит суд взыскать в его пользу с ФИО2 денежную компенсацию морального вреда, вследствие совершения последним в отношении него преступления, предусмотренного ч.2 ст.145.1 УК РФ в размере 200 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме по изложенным в иске основаниям. Так же указал, что в настоящее время ООО «Агростройкомплект» ликвидировано. Заработная плата в полном объеме ему до настоящего времени не выплачена, имеется задолженность по заработной плате за сентябрь-ноябрь 2020 года. В связи с невыплатой заработной платы он испытывал моральные и нравственные страдания, переживания, плохо спал ночью, у него не было денежных средств для нормальной жизнедеятельности его и его семьи.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание, будучи надлежащим образом извещенный, о дне, месте и времени его проведения, не явился, воспользовался правом ведения дела через представителя.

Представитель ответчика ФИО2 по доверенности ФИО5 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, ссылаясь на то, что ФИО2 является не надлежащим ответчиком по делу, поскольку не являлся руководителем ООО «Агростройкомплект», где работал ФИО1 Единственным учредителем ООО «Агростройкомплект» являлась ФИО3 Так же указал, что истцом не представлено доказательств несения моральных и нравственных страданий. Кроме того, ссылаясь на ч.2. ст. 392 ТК РФ, указал, что ФИО1 пропустил срок для обращения в суд с настоящим спором.

Третье лицо ФИО3, финансовый управляющий ФИО6, извещенные надлежащим образом в судебное заседание не явились, не ходатайствовали об отложении слушания дела.

Выслушав мнение лиц, участвующих в деле, изучив и исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы. Согласно ст. 22 ТК РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные ТК РФ, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Согласно ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Судом установлено, что ФИО1 работал в ООО «Агростройкомплект» в должности начальника производства в период с 22.05.2019 года по 28.11.2019 года на основании трудового договора от 22.05.2019 года.

По делу установлено, что за период с 01.07.2019 года по 28.11.2019 года ФИО1 была начислена, но не выплачена заработная плата, с учетом начисленной компенсации за неиспользованный отпуск, в сумме 122 346,10 рублей, в связи с чем на основании судебного приказа мирового судьи судебного участка №3 судебного района Железнодорожного округа г. Курска №2-74/3-2020 от 23.01.2020 года указанная сумма была взыскана с ООО «Агростройкомплект».

Судом так же установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 в ходе исполнительного производства, возбужденного на основании судебного приказа мирового судьи судебного участка №3 Железнодорожного округа г. Курска ООО «Агростройкомплект» в декабре 2019 года была выплачена задолженность по заработной плате в сумме 32 000 рублей, а так же 27.05.2022 года ФИО1 получили от ФИО2 денежные средства в сумме 12 414,91 рублей, в счет возмещения оставшейся задолженности по заработной плате за июль и август 2019 года, а так же денежные средства в сумме 5331,30 рублей в виде компенсации за задолженность по заработной плате за июль и август 2019 года, что подтверждается распиской ФИО1

Доказательств полного расчета при увольнении, погашения задолженности суду ответчиком не представлено.

При таких обстоятельствах, суд считает установленным факт несвоевременной выплаты ООО «Агростройкомплект» заработной платы ФИО1

В силу ст.12 ГК РФ, одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1); в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Заявляя требований о взыскании компенсации морального вреда именно к ответчику ФИО2 истец ссылается на то, что именно ФИО2 выполнял функции фактического руководства ООО «Агростройкомплект» и являлся руководителем ООО «Агростройкомплект», что установлено в ходе расследования уголовного дела в отношении ФИО2, привлекаемого к уголовной ответственности по ст. 145.1 ч. 2 УК РФ.

Так из материалов дела следует, что 21.06.2021 г. Курским межрайонным следственным отделом следственного управления СК РФ по Курской области было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.145.1 УК РФ, по факту невыплаты заработной платы 4 работникам ООО «Агростройкомплект».

В ходе предварительного расследования было установлено, что ФИО2 являясь директором по управлению, а согласно отведенной себе роли фактическим руководителем ООО «Агростройкомплект», осуществлял фактическое руководство указанным Обществом, а именно: принимал финансово-хозяйственные решения в данной организации, в том числе о формировании фонда оплаты труда и выплате за счет его средств заработной платы работникам, давал указания, обязательные для исполнения всеми работниками ООО «Агростройкомплект», самостоятельно принимал решения по распоряжению имуществом и денежными средствами Общества, то есть, ФИО2 фактически единолично обладал всеми организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями в ООО «Агростойкомплект».

Проведенным по данному уголовному делу расследованием установлено, что ФИО2 совершил преступление, предусмотренное ч.2 ст.145.1 УК РФ, то есть полная невыплата свыше двух месяцев заработной платы, пенсий, стипендий, пособий и иных установленных законом выплат или выплата заработной платы свыше двух месяцев в размере ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, совершенные из корыстной или иной личной заинтересованности руководителем организации, работодателем - физическим лицом, руководителем филиала, представительства или иного обособленного структурного подразделения организации.

Постановлением от 02.06.2022 Курским межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Курской области уголовное дело №, а также уголовное преследование в отношении ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по его ходатайству прекращено по основаниям, предусмотренным ч.1 ст.28 УПК РФ и п.2 Примечания к ст. 145.1 УК РФ, в связи с деятельным раскаянием.

Потерпевшим в рамках указанного дела, среди иных лиц, был признан истец ФИО1

Постановление от 02.06.2022 в настоящее время не отменено и не изменено. Иному доказательств не представлено.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред (физические или нравственные страдания) подлежит возмещению, если он причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом.

Согласно пункту 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2020 года N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу", по смыслу положений пункта 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданский иск о компенсации морального вреда (физических или нравственных страданий) может быть предъявлен по уголовному делу, когда такой вред причинен потерпевшему преступными действиями, нарушающими его личные неимущественные права (например, права на неприкосновенность жилища, частной жизни, личную и семейную тайну, авторские и смежные права) либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности и др.). Исходя из положений части 1 статьи 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и статей 151, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи гражданский иск о компенсации морального вреда подлежит рассмотрению судом и в случаях, когда в результате преступления, посягающего на чужое имущество или другие материальные блага, вред причиняется также личным неимущественным правам либо принадлежащим потерпевшему нематериальным благам (например, при разбое, краже с незаконным проникновением в жилище, мошенничестве, совершенном с использованием персональных данных лица без его согласия). Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", судам следует учитывать, что гражданин, потерпевший от преступления против собственности, например, при совершении кражи, мошенничества, присвоения или растраты имущества, причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием и др., вправе предъявить требование о компенсации морального вреда, если ему причинены физические или нравственные страдания вследствие нарушения личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага (часть 1 статьи 151, статья 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации и часть 1 статьи 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В указанных случаях потерпевший вправе требовать компенсации морального вреда, в том числе путем предъявления самостоятельного иска в порядке гражданского судопроизводства.

Федеральным законом на основании положений статей 151, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации в данном случае прямо не предусмотрена возможность компенсации морального вреда за нарушение имущественных прав, в том числе нарушенных в результате преступления.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 26 октября 2021 года №45-П, любое преступное посягательство на личность, ее права и свободы является одновременно и наиболее грубым посягательством на достоинство личности - конституционно защищаемое и принадлежащее каждому нематериальное благо, поскольку человек как жертва преступления становится объектом произвола и насилия (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15 января 1999 года № 1-П и от 2 июля 2013 года № 16-П).

Признание лица потерпевшим от преступления против собственности предполагает, что такого рода преступление, нарушая в первую очередь имущественные права потерпевшего, одновременно посягает и на такое важнейшее нематериальное благо, как достоинство личности, а также может посягать и на иные нематериальные блага либо нарушать личные неимущественные права и тем самым - при определенных обстоятельствах - может порождать у этого лица физические или нравственные страдания. Их причинение потерпевшему должно влечь - наряду с возмещением причиненного ему в результате преступления имущественного ущерба - и возникновение у него права на компенсацию морального вреда в рамках предусмотренных законом процедур.

Соответственно, действующее правовое регулирование не предполагает безусловного отказа в компенсации морального вреда лицу, которому физические или нравственные страдания были причинены в результате преступления, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июня 2016 года №1171-О, от 11 октября 2016 года № 2164-О и от 24 декабря 2020 года № 3039-О).

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, прекращение уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования не освобождает лицо, в отношении которого оно осуществлялось, от обязательств по возмещению причиненного им ущерба (постановления от 8 ноября 2016 года № 22-П, от 2 марта 2017 года № 4-П, от 7 марта 2017 года № 5-П и др.); обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 8 декабря 2017 года № 39-П, от 18 ноября 2019 года № 36-П и др.).

Сам по себе факт прекращения уголовного преследования и уголовного дела не означает освобождение лица от иных негативных последствий совершенного деяния, - в силу публичного характера уголовно-правовых отношений введение уголовно-правовых запретов и ответственности за их нарушение, равно как и установление правил освобождения от уголовной ответственности и наказания, в том числе посредством объявления и применения амнистии, является прерогативой государства в лице его законодательных и правоприменительных органов.

Часть 4 статьи 28 УПК РФ предусматривает с согласия подсудимого прекращение уголовного преследования по основанию, указанному в ст. 75 УК РФ, то есть в связи с деятельным раскаянием.

Согласно ч. 3 ст. 28 УПК РФ до прекращения уголовного преследования лицу должны быть разъяснены основания его прекращения.

Суд считает, что причинение истцу ответчиком морального вреда преступлением, а именно несвоевременной выплатой заработной платы, подтверждается материалами исследованного уголовного дела в отношении ФИО2, постановлением о прекращении уголовного преследования от 02.06.2022, документами, представленными истцом.

При таких обстоятельствах суд полагает, что требования истца к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда являются законными и обоснованными.

При этом, как разъяснено в п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», что на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом (абз. 2 ст. 208 ГК РФ). При этом на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд, распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда. Например, требование о компенсации морального вреда, причиненного работнику нарушением его трудовых прав, может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав (с соблюдением установленных сроков обращения в суд с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав) либо в течение трех месяцев после вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично (ч.3 ст. 392 Трудового кодекса РФ).

С учетом изложенного оценивая доводы ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд для защиты нарушенного права, суд считает их ошибочными, так как срок следует исчислять с даты прекращения уголовного преследования в отношении ФИО2

При определении размеров компенсации морального вреда суд исходит из следующего.

В соответствии с условиями ч.2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. п. 26 - 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Обращаясь с настоящими требованиями истец указал, что испытывал нравственные страдания, оставшись без средств к существования в условиях невыплаты ему заработной платы в установленный законом срок, поскольку переживал ввиду невозможности содержать семью. В связи с изложенным он переживал, плохо спал ночью. Все это отрицательно сказалось на его здоровье.

В соответствии со ст.ст.150-151, 1101 ГК РФ, учитывая степень вины ответчика, являющегося фактическим руководителем Общества, конкретные обстоятельства совершения преступления, материальное положение ответчика, который проходит процедуру банкротства, дохода не имеет, в собственности недвижимого имущества также не имеет, принимая во внимание трудоспособный возраст ответчика, характер и объем причиненных ФИО1 нравственных и физических страданий, связанных с нарушением выплаты более двух месяцев заработной платы, длительностью нарушения его права, (с июля 2019 года по мая 2022 года), учитывая отсутствие правовых норм, определяющих материальные критерии, эквивалентные нравственным страданиям, руководствуясь принципом соразмерности и справедливости, учитывая индивидуальные особенности истца, в частности его возраст (63 года), а также обстоятельства, при которых был причинен вред и какими действиями он был нанесен (нахождение ФИО1 в трудовых отношения с ФИО7), характер и объем причиненных истцу нравственных страданий, оценивая степень понесенных истцом нравственных страданий, суд считает заявленные исковые требования о взыскании компенсации морального вреда в сумме 200 000 рублей завышенными и полагает необходимым снизить размер компенсации морального вреда до 50 000 рублей.

При определении размера компенсации морального вреда судом так же учитывается последующее поведение ответчика.

По мнению суда, данный размер компенсации морального вреда отвечает требованиям разумности и справедливости, и согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21, 53 Конституции РФ), с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Суд считает, что иных оснований для дополнительного снижения размера компенсации морального вреда истцу, не имеется.

При таких обстоятельствах, во взыскании остального размера компенсации морального вреда истцу следует отказать, как не отвечающего требованиям разумности и справедливости.

Согласно подпунктом 4 п.1 ст.333.36 Налогового кодекса РФ, истцы - по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением, освобождаются от уплаты государственной пошлины.

Таким образом, на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, абзаца второго пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" с ответчика ФИО2 в бюджет МО «г.Курск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца д. <адрес> в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца д. <адрес> государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей в доход МО «г. Курск».

Решение может быть обжаловано в Курский областной суд через Курский районный суд Курской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 05 мая 2023 года.

Судья: Н.И. Смолина