Решение по делу № 2-296/2025 от 06.10.2025 - о восстановлении на работе, взыскании оплаты за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

УИД № 89RS0012-01-2024-000213-25 Дело № 2-296/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

п. Тазовский 23 сентября 2025 года

Тазовский районный суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего судьи Бекшенева Р.М.,

при секретаре Абдульмяновой А.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к муниципальному бюджетному учреждению дополнительного образования «Тазовская спортивная школа» о восстановлении на работе, взыскании оплаты за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к МБУ ДО «Тазовская спортивная школа», с учетом изменения требований просил признать незаконными уведомление № от 29.08.2024 об отказе в предоставлении длительного отпуска без сохранения заработной платы ввиду отсутствия непрерывного педагогического стажа в течение 10 лет, приказ МБУ ДО «Тазовская спортивная школа» №-Л от 08.10.2024 о прекращении (расторжении) трудового договора, приказ МБУ ДО «Тазовская спортивная школа» №-Л от 11.10.2024 о прекращении (расторжении) трудового договора, восстановить его на работе в МБУ ДО «Тазовская спортивная школа» в должности тренера-преподавателя, тренера-преподавателя по совместительству, взыскать среднюю заработную плату за время вынужденного прогула за период с 14.10.2024 по день вынесения решения суда, компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

Требования были мотивированы тем, что истец состоял в трудовых отношениях с МБУ ДО «Тазовская спортивная школа» с 01.09.2011 в различных должностях: с 01.09.2011 – в должности заведующего методическим направлением, с 01.01.2015 – в должности педагога дополнительного образования, с 01.01.2017 – в должности тренера-преподавателя, с 01.03.2019 – в должности тренера, с 01.09.2023 – в должности тренера-преподавателя. 28.08.2024 истец обратился к ответчику с заявлением о предоставлении длительного отпуска без сохранения заработной платы сроком на 1 год в соответствии со ст. 335 Трудового кодекса Российской Федерации. Уведомлением № от 29.08.2024 ответчиком было отказано ФИО1 в предоставлении отпуска без сохранения заработной платы в связи с отсутствием десятилетнего стажа непрерывной педагогической деятельности. Данный отказ был обжалован истцом в Государственную инспекцию труда в Ямало-Ненецком автономном округе. Из ответа ГИТ по ЯНАО от 30.09.2024 следует, что действия работодателя по отказу в предоставлении отпуска без сохранения заработной платы являются законными и обоснованными. Отказ ответчика в предоставлении длительного отпуска без сохранения заработной платы, а также последующее за ним признание ГИТ по ЯНАО данного отказа законным и обоснованным, в совокупности с наступившими семейными обстоятельствами, послужили основанием для инициирования истцом расторжения трудовых договоров. При этом, заявления о расторжении трудовых договоров носили вынужденный, а не добровольный характер. Приказом ответчика №-Л от 08.10.2024 был расторгнут трудовой договор с ФИО1 как тренером-преподавателем по совместительству, приказом №-Л от 11.10.2024 – трудовой договор с ФИО1 как тренером-преподавателем по основному месту работы, по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника). 28.10.2024 в адрес истца поступил дополнительный ответ ГИТ в ЯНАО, согласно которому решение работодателя об отказе в предоставлении длительного отпуска без сохранения заработной платы было признано незаконным. При таких обстоятельствах, приказы работодателя № 90-Л от 08.10.2024 и № 93-Л от 11.10.2024 о расторжении трудовых договоров с истцом подлежат отмене. Неправомерными действиями работодателя истцу также был причинен моральный вред.

Решением Тазовского районного суда ЯНАО от 23.12.2024, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Суда ЯНАО от 08.04.2025, в удовлетворении исковых требований было отказано. Определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 17.07.2025 указанные судебные акты были отменены с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При повторном рассмотрении дела представитель истца ФИО1 – ФИО2, действовавший на основании доверенности, поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Настаивал на том, что представленное ответчиком решение ГИТ в ЯНАО от 04.12.2024, которым по жалобе МБУ ДО «Тазовская спортивная школа» были отменены акт проверки от 28.10.2024 и предписание об устранении нарушений трудового законодательства от 28.10.2024, является неправомерным, поскольку государственной инспекцией труда не были приняты во внимание положения ч. 9 ст. 3 Федерального закона № 127-ФЗ от 30.04.2021 "О внесении изменений в Федеральный закон "О физической культуре и спорте в Российской Федерации" и Федеральный закон "Об образовании в Российской Федерации", согласно которым периоды работы в должности тренера лиц, переведенных на должности тренера-преподавателя, засчитываются в стаж педагогической работы.

Представитель ответчика МБУ ДО «Тазовская спортивная школа» - ФИО3, действовавшая на основании доверенности, в судебном заседании с заявленными требованиями не согласилась. В объяснениях по делу и письменном отзыве на иск ссылалась на то, что составленный трудовой инспекцией акт проверки от 28.10.2024 и выданное ответчику предписание об устранении нарушений трудового законодательства от той же даты были оспорены МБУ ДО «Тазовская спортивная школа» в установленном порядке, решением ГИТ в ЯНАО от 04.12.2024 жалоба ответчика была удовлетворена, указанные акт проверки и предписание отменены. Указала, что в силу п. 2 Порядка предоставления педагогическим работникам организаций, осуществляющих образовательную деятельность, длительного отпуска сроком до одного года, утвержденного приказом Минобрнауки от 31.05.2016 № 644, правом на длительный отпуск не реже чем через каждые десять лет непрерывной педагогической работы, наделены педагогические работники, замещающие должности, поименованные в Номенклатуре должностей педагогических работников организаций, осуществляющих образовательную деятельность, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 21.02.2022 № 225. Между тем, указанная Номенклатура не содержит должности «тренер», которую занимал истец в период с 01.03.2019 по 01.09.2023. В этой связи, полагала законным отказ в предоставлении истцу длительного отпуска, предусмотренного ст. 335 Трудового кодекса Российской Федерации. Ссылалась на то, что работодателем трудовые права истца нарушены не были, волеизъявление на расторжение трудового договора со стороны ФИО1 было добровольным, оснований для восстановления на работе не имеется.

Помощник прокурора Тазовского района - Русский В.Д. в заключении по делу полагал требования истца законными и обоснованными..

Представитель Государственной инспекции труда в ЯНАО, привлеченной для дачи заключения по делу в порядке ст. 47 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в суд не явился, о времени и месте судебного заседания извещен, в направленном суду письменном заключении по делу указал на отсутствие оснований для включения истцу в педагогический стаж периода работы в должности тренера с 01.03.2019 по 01.09.2023.

Заслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из дела, ФИО1 состоял в трудовых отношениях с МБУ ДО «Тазовская спортивная школа» с 01.09.2011 в различных должностях: с 01.09.2011 по 31.12.2014 – в должности заведующего методическим направлением по основной работе и должности педагога дополнительного образования по внутреннему совместительству, с 01.01.2015 по 31.12.2016 – в должности педагога дополнительного образования, с 01.01.2017 по 28.02.2019 – в должности тренера-преподавателя, с 01.03.2019 по 31.08.2023 – в должности тренера, с 01.09.2023 – в должности тренера-преподавателя.

Кроме того, с 01.12.2018 ФИО1 работал в МБУ ДО «Тазовская спортивная школа» тренером по внутреннему совместительству, 01.09.2023 он был переведен на должность тренера-преподавателя по внутреннему совместительству.

28.08.2024 истец обратился к ответчику с заявлением о предоставлении длительного отпуска без сохранения заработной платы сроком на 1 год с 17.09.2024 в соответствии со ст. 335 Трудового кодекса Российской Федерации.

Уведомлением № от 29.08.2024 ответчиком было отказано ФИО1 в предоставлении отпуска без сохранения заработной платы в связи с отсутствием десятилетнего стажа непрерывной педагогической деятельности. При этом, в указанный стаж работодателем не был засчитан период работы ФИО1 тренером с 01.03.2019 по 01.09.2023, поскольку должность «тренер» не упомянута в Номенклатуре должностей педагогических работников организаций, осуществляющих образовательную деятельность, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 21.02.2022 № 225.

Данный отказ был обжалован истцом в Государственную инспекцию труда в Ямало-Ненецком автономном округе. Из ответа ГИТ по ЯНАО от 30.09.2024 следует, что фактов нарушения норм трудового законодательства в действиях работодателя выявлено не было. Как усматривается из номенклатуры, к должностям педагогических работников относятся следующие занимаемые истцом должности: педагог дополнительного образования (абз. 10 п. 2 раздел 1) и тренер-преподаватель (абз. 25 п. 2 раздел 1). При расчете продолжительности непрерывного педагогического стажа суммируется стаж по следующим должностям: педагога дополнительного образования с 01.01.2015 по 01.01.2017 (2 года 1 день); тренера-преподавателя с 01.01.2017 по 28.02.2019 (2 года 2 месяца). В связи с тем, что приказом от 01.03.2019 №-л ФИО1 был переведен на должность тренера, которая не входит в Номенклатуру, то продолжительность непрерывного педагогического стажа с 01.01.2015 по 28.02.2019 составляет 4 года 2 месяца 1 день. Приказом от 01.09.2023 №-л ФИО1 был вновь переведен на должность тренера-преподавателя с 01.09.2023, следовательно, продолжительность непрерывного педагогического стажа исчисляется с 01.09.2023 без учета ранее прерванного педагогического стажа.

01.10.2024 ФИО1 подал работодателю заявления об увольнении по собственному желанию с 15.10.2024 с должностей тренера-преподавателя и тренера-преподавателя по совместительству.

Приказом МБУ ДО «Тазовская спортивная школа» №-Л от 08.10.2024 было прекращено действие трудового договора от 01.12.2018 с ФИО1 как тренером-преподавателем по совместительству по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника), работник уволен 14.10.2024.

Приказом МБУ ДО «Тазовская спортивная школа» №-Л от 11.10.2024 было прекращено действие трудового договора от 01.09.2011 с ФИО1 как тренером-преподавателем по основному месту работы, по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника), работник уволен 14.10.2024.

Впоследствии в Государственную инспекцию труда в ЯНАО через депутата Тюменской областной думы ФИО4 поступило обращение ФИО1 на нарушение его трудовых прав, по итогам рассмотрения которого истцу был направлен ответ от 28.10.2024, содержащий выводы о том, что длительный отпуск без сохранения заработной платы сроком до одного года не был предоставлен истцу в нарушение ст. 335 ТК РФ. В частности, инспекцией было указано на то, что при расчете непрерывного педагогического стажа работодателем необоснованно не был зачтен период работы тренером-преподавателем по внутреннему совместительству с 01.03.2019 по 31.08.2023. По результатам проверки составлен акт от 28.10.2024, работодателю выдано предписание от той же даты о привлечении виновных лиц к дисциплинарной ответственности.

МБУ ДО «Тазовская спортивная школа» в установленном порядке обжаловало указанные акт проверки и предписание от 28.10.2024: решением руководителя ГИТ в ЯНАО от 26.11.2024 жалоба ответчика была удовлетворена, акт проверки от 28.10.2024 в части выявленного нарушения требований ст. 335 ТК РФ и предписание от 28.10.2024 о привлечении виновных лиц к дисциплинарной ответственности были отменены. Основанием для принятия данного решения послужило установление в ходе изучения материалов проверки того обстоятельства, что в период с 01.03.2019 до 01.09.2023 ФИО1 осуществлял трудовую функцию в должности тренера. Документов и сведений, указывающих на осуществление ФИО1 в период с 01.03.2019 до 01.09.2023 трудовой функции в должности тренера-преподавателя (по основной работе или работе по совместительству) не установлено. В этой связи, вывод инспектора о наличии оснований для включения данного периода в стаж непрерывной педагогической работы признан ошибочным.

Частью 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (часть 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В подпункте "а" пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает, в том числе, возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).

Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

В силу ст. 335 Трудового кодекса Российской Федерации, педагогические работники организации, осуществляющей образовательную деятельность, не реже чем через каждые 10 лет непрерывной педагогической работы имеют право на длительный отпуск сроком до одного года, порядок и условия предоставления которого определяются в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере высшего образования, по согласованию с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере общего образования.

Приказом Министерства образования и науки Российской Федерации от 31.05.2016 № 644 утвержден Порядок предоставления педагогическим работникам организаций, осуществляющих образовательную деятельность, длительного отпуска сроком до одного года» (далее по тексту – Порядок).

Согласно п. 2 Порядка, правом на длительный отпуск не реже чем через каждые десять лет непрерывной педагогической работы наделены педагогические работники, замещающие должности, поименованные в разделе I номенклатуры должностей педагогических работников организаций, осуществляющих образовательную деятельность, должностей руководителей образовательных организаций, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 8 августа 2013 г. N 678 (Собрание законодательства Российской Федерации, 2013, N 33, ст. 4381).

Постановление Правительства Российской Федерации от 8 августа 2013 г. N 678 "Об утверждении номенклатуры должностей педагогических работников организаций, осуществляющих образовательную деятельность, должностей руководителей образовательных организаций" (Собрание законодательства Российской Федерации, 2013, N 33, ст. 4381) было признано утратившим силу в связи с изданием постановления Правительства Российской Федерации от 21 февраля 2022 г. N 225, которым была утверждена новая Номенклатура должностей педагогических работников организаций, осуществляющих образовательную деятельность, должностей руководителей образовательных организаций (далее по тексту – Номенклатура).

Указанная Номенклатура включает в себя наименование должности педагогического работника «тренер-преподаватель» (раздел II Номенклатуры), наименования должности «тренер» она не содержит. При этом, ранее действовавшая Номенклатура, утвержденная постановлением Правительства Российской Федерации от 8 августа 2013 г. N 678, также включала должность «тренер-преподаватель», и не содержала должности «тренер».

Образовательная организация - некоммерческая организация, осуществляющая на основании лицензии образовательную деятельность в качестве основного вида деятельности в соответствии с целями, ради достижения которых такая организация создана (пункт 18 статьи 2 Федерального закона "Об образовании в Российской Федерации").

Согласно частям 1, 2 статьи 75 Федерального закона "Об образовании в Российской Федерации" в редакции, действовавшей до 1 января 2023 года, дополнительное образование детей и взрослых направлено на формирование и развитие творческих способностей детей и взрослых, удовлетворение их индивидуальных потребностей в интеллектуальном, нравственном и физическом совершенствовании, формирование культуры здорового и безопасного образа жизни, укрепление здоровья, а также на организацию их свободного времени. Дополнительное образование детей обеспечивает их адаптацию к жизни в обществе, профессиональную ориентацию, а также выявление и поддержку детей, проявивших выдающиеся способности. Дополнительные общеобразовательные программы подразделяются на общеразвивающие и предпрофессиональные программы. Дополнительные общеразвивающие программы реализуются как для детей, так и для взрослых. Дополнительные предпрофессиональные программы в сфере искусств, физической культуры и спорта реализуются для детей.

В соответствии с пунктом 2 статьи 5 Федерального закона от 04 декабря 2007 года N 329-ФЗ "О физической культуре и спорте в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "О физической культуре и спорте в Российской Федерации") к субъектам физической культуры и спорта в Российской Федерации относятся, в том числе образовательные организации, осуществляющие деятельность в области физической культуры и спорта.

В пункте 24 статьи 2 указанного Федерального закона в редакции, действовавшей до 1 января 2023 года, было предусмотрено понятие тренера - физическое лицо, имеющее соответствующее среднее профессиональное образование или высшее образование и осуществляющее проведение со спортсменами тренировочных мероприятий, а также осуществляющее руководство их состязательной деятельностью для достижения спортивных результатов.

Федеральным законом от 30 апреля 2021 года N 127-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О физической культуре и спорте в Российской Федерации" и Федеральный закон "Об образовании в Российской Федерации", вступившим в силу с 1 января 2023 года, внесены изменения в указанные законы, в частности изложен в новой редакции пункт 15.1 статьи 2 Федерального закона "О физической культуре и спорте в Российской Федерации" и дано новое понятие спортивной подготовки, как учебно-тренировочному процессу, который подлежит планированию, осуществляется в рамках образовательной или трудовой деятельности, направлен на физическое воспитание и физическое развитие спортсменов, совершенствование их спортивного мастерства посредством систематического участия в спортивных мероприятиях, в том числе спортивных соревнованиях. Также изложен в новой редакции пункт 24 этой же статьи "тренер-преподаватель (далее также - тренер) - физическое лицо, которое имеет соответствующее среднее профессиональное образование или высшее образование, организует учебно-тренировочный процесс, включая проведение со спортсменами, обучающимися учебно-тренировочных мероприятий, а также руководит их состязательной деятельностью для достижения спортивных результатов".

Согласно части 2 статьи 3 Федерального закона от 30 апреля 2021 года N 127-ФЗ наименования и уставы организаций, реализующих дополнительные общеобразовательные программы в области физической культуры и спорта, программы спортивной подготовки, подлежат приведению в соответствие с Федеральным законом от 29 декабря 2012 года N 273-ФЗ "Об образовании в Российской Федерации" (в редакции данного Федерального закона) не позднее 1 мая 2023 года с учетом следующих положений: 1) организации, реализующие программы спортивной подготовки в качестве основной цели деятельности, должны быть переименованы в организации дополнительного образования со специальным наименованием "спортивная школа"; 2) организации, реализующие дополнительные предпрофессиональные программы в области физической культуры и спорта в качестве основной цели деятельности, должны быть переименованы в организации дополнительного образования со специальным наименованием "спортивная школа"; 3) организации, реализующие дополнительные общеразвивающие программы в области физической культуры и спорта в качестве основной цели деятельности, могут быть переименованы в организации дополнительного образования со специальным наименованием "спортивная школа".

В силу частей 4, 5 статьи 3 Федерального закона от 30 апреля 2021 года N 127-ФЗ организации, реализующие программы спортивной подготовки, дополнительные предпрофессиональные программы в области физической культуры и спорта на день вступления в силу этого Федерального закона, должны привести свою образовательную деятельность в соответствие с требованиями Федерального закона от 29 декабря 2012 года N 273-ФЗ "Об образовании в Российской Федерации" (в редакции данного Федерального закона) и принятых в соответствии с ним нормативных правовых актов не позднее 1 мая 2023 года. Организации, реализующие на день вступления в силу данного Федерального закона программы спортивной подготовки, должны получить лицензию на осуществление образовательной деятельности не позднее 1 сентября 2023 года.

В соответствии с частью 8 статьи 3 Федерального закона от 30 апреля 2021 года N 127-ФЗ лица, работающие в организациях, реализующих программы спортивной подготовки, в должности тренера до дня вступления в силу данного Федерального закона, с их письменного согласия переводятся на должности тренера-преподавателя, старшего тренера-преподавателя, предусмотренные номенклатурой должностей педагогических работников организаций, осуществляющих образовательную деятельность, должностей руководителей образовательных организаций, не позднее 1 сентября 2023 года, но не ранее чем с момента выдачи указанным организациям временной лицензии на осуществление образовательной деятельности по соответствующим образовательным программам и при условии отсутствия у таких лиц ограничений на занятие педагогической деятельностью, предусмотренных трудовым законодательством Российской Федерации.

Пунктом 9 статьи 3 Федерального закона от 30 апреля 2021 года N 127-ФЗ предусмотрено, что периоды работы в должности тренера лиц, переведенных на должности тренера-преподавателя, старшего тренера-преподавателя, засчитываются в стаж педагогической работы.

Из названных норм права следует, что педагогические работники организации, осуществляющей образовательную деятельность, не реже чем через каждые 10 лет непрерывной педагогической работы имеют право на длительный отпуск сроком до одного года предоставляемый в соответствии с требованиями Порядка и Коллективного договора.

По общему правилу право на такой отпуск имеют педагогические работники, замещающие должности, поименованные в разделе I номенклатуры должностей педагогических работников. Вместе с тем, Федеральным законом от 30 апреля 2021 года N 127-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О физической культуре и спорте в Российской Федерации" и Федеральный закон "Об образовании в Российской Федерации", вступившим в силу с 1 января 2023 года, предусмотрен перевод организаций, осуществляющих спортивную подготовку в качестве основной цели деятельности, в образовательные организации, а участников спортивной подготовки - соответственно в обучающихся и педагогическими работников.

Положениями пункта 9 статьи 3 этого Федерального закона прямо предусмотрено, что периоды работы в указанных организациях в должности тренера лиц, переведенных на должности тренера-преподавателя, засчитываются в стаж педагогической работы, то есть речь идет о периодах работы в должности тренера, предшествующих переводу на должности тренера-преподавателя, вне зависимости от даты вступления в силу Федерального закона от 30 апреля 2021 года N 127-ФЗ.

Как установлено судом, спортивная школа до 23 сентября 2020 года имела лицензию от 23 мая 2017 года N 2686 на право оказания образовательных услуг по подвиду дополнительного образования "дополнительное образование детей и взрослых", в соответствии с указанными требованиями Федерального закона от 30 апреля 2021 года N 127-ФЗ спортивная школа 09 декабря 2022 года получила лицензию на право оказания образовательных услуг по тому же подвиду и 24 марта 2023 года была переименована в муниципальное бюджетное учреждение дополнительного образования "Тазовская спортивная школа", истец с 1 сентября 2023 года переведен с должности тренера на должность тренера-преподавателя.

Из заключенного сторонами трудового договора № 54с от 01.09.2011, по которому истец принимался на работу педагогом дополнительного образования по совместительству, следует, что трудовая функция истца заключалась в следующем: осуществление дополнительного образования, комплектование состава воспитанников спортивной школы и принятие мер по сохранению контингента воспитанников в течение срока обучения, проведение учебных занятий. На основании дополнительного соглашения от 26.12.2014 данный трудовой договор с 01.01.2015 стал трудовым договором по основному месту работы.

Согласно должностным инструкциям тренера на этапе спортивной специализации и спортивно-оздоровительном этапе, а также тренера по виду спорта спортивная (греко-римская) борьба на этапе спортивной специализации и спортивно-оздоровительном этапе, утвержденным 09.01.2020 и 20.04.2021, в период замещения должности тренера истец выполнял аналогичные обязанности: осуществлял отбор обучающихся в группы и секции, поддерживал стабильно положительную динамику контингента обучающихся, проводил с обучающимися тренировки на основе комплекса как общеразвивающих упражнений, так и специальных упражнений, соответствующих специфике вида спорта, поддерживал в актуальном состоянии нормативно-правовую и рабочую документацию, поддерживал личные дела обучающихся в актуальном состоянии.

Доказательств в подтверждение тому, что после перевода истца с должности тренера-преподавателя на должность тренера его должностные обязанности существенно изменились, ответчиком суду представлено не было. При этом, суд учитывает, что после прекращения действия лицензии на образовательную деятельность от 23.05.2017 и смены наименования МБОУ ДО «Тазовская спортивная школа» на МБУ «Тазовская спортивная школа» все работники, занимавшие ранее должности тренеров-преподавателей, были переведены на должности тренеров – данное обстоятельство при том, что профиль деятельности организации и реализуемые образовательные программы не менялись, само по себе свидетельствует о сохранении прежней трудовой функции данными работниками после изменения наименования должностей, смена таких наименований была обусловлена исключительно изменениями законодательства.

Таким образом, в педагогический стаж истца, дающий в соответствии со ст. 335 ТК РФ право на предоставление длительного отпуска сроком до одного года, с учетом применения ч. 9 ст. 3 Федерального закона от 30 апреля 2021 года № 127-ФЗ подлежали включению следующие периоды его работы в МБУ ДО «Тазовская спортивная школа»:

с 01.09.2011 по 31.12.2014 – в должности педагога дополнительного образования по совместительству,

с 01.01.2015 по 31.12.2016 – в должности педагога дополнительного образования,

с 01.01.2017 по 28.02.2019 – в должности тренера-преподавателя, а также с 01.12.2018 по 28.02.2019 в той же должности по совместительству;

с 01.03.2019 по 31.08.2023 – в должности тренера по основной работе и совместительству,

с 01.09.2023 по 28.08.2024 (день подачи заявления о предоставлении длительного отпуска) – в должности тренера-преподавателя по основной работе и совместительству.

Каких-либо ограничений на включение в педагогический стаж, дающий право на предоставление длительного отпуска, периодов работы по внутреннему совместительству на предусмотренных Номенклатурой должностях трудовое законодательство не содержит. К тому же, согласно представленному ответчиком трудовому договору от 01.09.2011, по которому ФИО1 был принят на работу педагогом дополнительного образования по внутреннему совместительству, работнику устанавливалась полная тарифная ставка – 1,0.

Периоды нахождения истца в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста 1,5 и 3 лет с 28.10.2021 по 01.03.2023 и с 02.03.2023 по 01.09.2024 соответственно также подлежали учету при предоставлении педагогическим работникам длительного отпуска в силу п. 4.2 Приказа Минобрнауки России от 31.05.2016 N 644 "Об утверждении Порядка предоставления педагогическим работникам организаций, осуществляющих образовательную деятельность, длительного отпуска сроком до одного года", действовавшего на момент подачи истцом заявления о предоставлении длительного отпуска.

Таким образом, на момент подачи заявления о предоставлении длительного отпуска непрерывный педагогический стаж истца составлял 12 лет 11 месяцев 27 дней, что давало ему право на указанный отпуск.

При таких обстоятельствах, отказ работодателя в предоставлении истцу длительного отпуска без сохранения заработной платы ввиду отсутствия непрерывного педагогического стажа в течение 10 лет не может быть признан судом правомерным, исковые требования о признании незаконным уведомления № от 29.08.2024 подлежат удовлетворению.

Судом установлено, что подача истцом заявлений об увольнении с должностей тренера-преподавателя по основной работе и совместительству последовала после отказа работодателя в предоставлении ему длительного отпуска как педагогическому работнику сроком один год в отсутствие законных на то оснований, и с очевидностью была связана именно с таким отказом и первоначальным признанием трудовой инспекцией действий ответчика правомерными, т.к. в случае удовлетворения его заявления о предоставлении длительного отпуска истец бы с заявлениями об увольнении не обратился, о чем свидетельствует последующее предъявление иска в суд о восстановлении на работе после удовлетворения трудовой инспекцией жалобы истца на действия работодателя. Учитывая, что необходимость реализации истцом законного права на длительный отпуск в тот период была обусловлена семейными обстоятельствами и врачебными рекомендациями, данными его малолетнему сыну, о необходимости избегать переохлаждения и нежелательности смены климатической зоны (Краснодарский край), о чем в деле имеются подтверждающие документы, суд приходит к выводу о том, что действия истца при написании заявлений об увольнении по собственному желанию от 01 октября 2024 года не являлись добровольными и осознанными, а носили вынужденный характер, т.е. заявления были поданы истцом под давлением сложившейся ситуации.

Иных мотивов для подачи ФИО1 заявлений об увольнении по собственной инициативе в ходе судебного разбирательства не установлено и стороной ответчика не приведено.

Принимая во внимание отсутствие у истца намерения прекращать трудовые отношения в случае соблюдения ответчиком его трудовых прав, расторжение трудовых договоров с ФИО1 на основании его заявлений от 01.10.2024 и увольнение его с работы по собственной инициативе в понимании, придаваемом данному понятию формулировкой пункта 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, не может быть признано законным и обоснованным.

Кроме того, ответчиком не представлено суду доказательств, что руководством спортивной школы выяснялись причины подачи истцом заявления об увольнении по собственному желанию, разъяснялись последствия написания заявления об увольнении по инициативе работника и право отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию.

В соответствии со ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

С учетом того, что ФИО1 был уволен с работы незаконно, он подлежит восстановлению в прежних должностях тренера-преподавателя и тренера-преподавателя по совместительству.

Также имеются основания для взыскания с МБУ ДО «Тазовская спортивная школа» в пользу истца неполученной им заработной платы за время вынужденного прогула в период с 15.10.2024 по 23.09.2025 (284 рабочих дня исходя из установленного для истца режима рабочего времени), размер которой согласно расчетам работодателя составляет 1 825 871 руб. Расчет утраченного заработка произведен ответчиком с учетом выплат по обеим должностям, а также индексаций в 2024 году на 4 % и в 2025году на 7,6 %, стороной истца не оспорен и принимается судом.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку судом установлен факт нарушения трудовых прав ФИО1 незаконным увольнением, в его пользу подлежит взысканию компенсация морального вреда.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, объем и характер причиненных работнику нравственных страданий, степень вины работодателя, а также требования разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Кроме того, истцом были понесены расходы на оплату услуг представителя ФИО2 на общую сумму 150 000 руб., из которых: 60 000 руб. по договору от 06.11.2024 за составление иска и представление интересов в суде первой инстанции при первом рассмотрении дела, 25 000 руб. – по договору от 24.12.2024 за составление апелляционной жалобы, 25 000 руб. – по договору от 09.04.2025 за составление кассационной жалобы, 40 000 руб. по договору от 01.08.2025 за представление интересов в суде первой инстанции при повторном рассмотрении дела.

В силу ст.ст. 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как указано в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Материалами дела подтверждается, что ФИО2 представлял интересы ФИО1 в районном суде при первом и повторном рассмотрении дела, готовил апелляционную и кассационную жалобы.

Учитывая, что решение по делу состоялось в пользу истца ФИО1, в его пользу с ответчика подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Принимая во внимание сложность дела, объем заявленных требований, объем оказанных представителем юридических услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, сложившимися расценки на оплату юридических услуг, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 70 000 руб. (по 25 000 руб. за представление интересов в районном суде при первом и повторном рассмотрении дела, по 10 000 руб. за подготовку апелляционной и кассационной жалоб), находя данную сумму разумной.

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина, от уплаты которой был освобожден истец.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к муниципальному бюджетному учреждению дополнительного образования «Тазовская спортивная школа» удовлетворить частично.

Признать незаконным уведомление № от 29.08.2024 об отказе в предоставлении длительного отпуска без сохранения заработной платы ввиду отсутствия непрерывного педагогического стажа в течение 10 лет.

Признать незаконными приказы МБУ ДО «Тазовская спортивная школа» №-Л от 08.10.2024 и №-Л от 11.10.2024 о прекращении (расторжении) трудовых договоров с ФИО1.

Восстановить ФИО1 на работе в МБУ ДО «Тазовская спортивная школа» в должности тренера-преподавателя, тренера-преподавателя по совместительству с 15.10.2024.

Взыскать с муниципального бюджетного учреждения дополнительного образования «Тазовская спортивная школа» (ИНН №) в пользу ФИО1 (паспорт №) утраченный заработок за время вынужденного прогула за период с 15.10.2024 по 23.09.2025 в размере 1 825 871 руб.

Взыскать с муниципального бюджетного учреждения дополнительного образования «Тазовская спортивная школа» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Взыскать с муниципального бюджетного учреждения дополнительного образования «Тазовская спортивная школа» в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в размере 70 000 руб.

Решение суда в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с муниципального бюджетного учреждения дополнительного образования «Тазовская спортивная школа» (ИНН <***>) в доход бюджета муниципального образования муниципальный округ Тазовский район Ямало-Ненецкого автономного округа госпошлину в размере 33 259 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня составления в окончательной форме в Суд Ямало-Ненецкого автономного округа путем подачи апелляционной жалобы через Тазовский районный суд.

Мотивированное решение суда составлено 06.10.2025.

Судья Р.М. Бекшенев