Решение по делу № 2-2917/2022 от 14.12.2022 | Ноябрьский городской суд (Ямало-Ненецкий автономный округ)

копия

УИД: 89RS0005-01-2022-004456-51

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 декабря 2022 г. город Ноябрьск, ЯНАО

Ноябрьский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего судьи Клышниковой О.М.,

при секретаре судебного заседания Лещенко Д.О.,

с участием старшего помощника прокурора города Ноябрьска Ребриной В.А.,

представителя истца – адвоката Пожидаева О.В., действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, ордера от ДД.ММ.ГГГГ №,

представителя ответчика – ФИО1, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2917/2022 по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «РН-Бурение» о компенсации морального вреда,

установил:

Истец ФИО2 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «РН-Бурение» (далее - ООО «РН-Бурение») о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, в размере 1000 000 руб.

В обоснование исковых требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осуществлял трудовую деятельность в ООО «РН-Бурение» в должности помощника бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ №. ДД.ММ.ГГГГ при исполнении трудовых обязанностей в Нефтеюганском филиале ООО «РН-Бурение» с ним произошел несчастный случай .... В результате несчастного случая на производстве ему причинена травма легкой степени тяжести. В результате полученного трудового увечья он длительное время находился на стационарном и амбулаторном лечении, ..., привычный уклад его жизни нарушен, последствия производственной травмы остались на всю жизнь, ухудшение состояния здоровья является необратимым. Полагает, что заявленная им сумма компенсации морального вреда в размере 1000 000 руб. соответствует его физическим и нравственным страданиям.

Истец ФИО2 в судебном заседании участия не принимал, направив заявление о рассмотрении спора в его отсутствие, с участием представителя.

Представитель истца – Пожидаев О.В. в судебном заседании на иске настаивал, привел изложенные в нем доводы, указав на отсутствие вины истца в произошедшем несчастном случае, поскольку он выполнял порученную ему работу.

Представитель ответчика ФИО1 в суде исковые требования признала частично, указав на их завышенный размер, поскольку за период трудовых отношений истец не обращался: за выплатой страхового возмещения в связи с несчастным случаем на производстве к работодателю или напрямую в страховую компанию АО «СОГАЗ», в которой он являлся застрахованным лицом, по вопросу выделения материальной помощи, по вопросу получения реабилитационно-восстановительного и санаторно-курортного лечения. Полагает, что в момент несчастного случая истец нарушил требования должностной и производственных инструкций, руководства пользователя СВП, последовательность проведения технологических операций при замене переводника и превентора СВП, при этом со стороны работодателя отсутствуют нарушения норм трудового законодательства, исполнены все обязанности по обеспечению безопасности при выполнении работ, соблюдены все требования охраны труда, действующие на момент происшествия, а в действиях истца усматривается наличие вины в произошедшем несчастном случае и грубой неосторожности. Указывает, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих степень понесенных им физических и нравственных страданий. Пояснила, что в день, когда истец заступил на рабочую смену, то буровой бригадой проводились работы по наращиванию следующей бурильной свечи при бурении скважины, в связи с чем был проведен соответствующий инструктаж при производстве данных работ; при обнаружении неисправности в виде отворота рабочего переводника от шарового крана, руководить вахты ФИО3 обязан был приостановить выполнение работы, запланированной на рабочую смену, поставить перед бригадой выполнение новой работы, провести соответствующий инструктаж, и после этого допустить к выполнению работ по закреплению оборудования работников вахты. Однако руководителем вахты этого сделано не было.

Третьи лица ФИО4, ФИО3 в суд не явились, просили о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Третье лицо ФИО5, будучи извещенным о месте и времени рассмотрения дела, в суд не явился.

Выслушав стороны, изучив представленные материалы, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

Судом установлено и усматривается из материалов дела, ФИО2 в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в ООО «РН-Бурение» в должности помощника бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ (далее – ЭРБС) №; в период с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ в Нефтеюганском филиале ООО «РН-Бурение» (том 1 л.д. 166-186).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находился на рабочей вахте на кустовой площадке № Приобского месторождения. В ДД.ММ.ГГГГ. он заступил на рабочую смену. Буровой бригадой проводились работы по наращиванию следующей бурильной свечи при бурении скважины (том 2 л.д. 34-35).

В этот же день в ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2 произошел несчастный случай на производстве.

При раскреплении резьбового соединения оборудования Система верхнего привода (далее – СВП) с бурильным инструментом ФИО3 – бурильщик ЭРБСНГ ... (руководитель вахты) обнаружил, что произошел отворот рабочего переводника от шарового крана. К работе по закреплению оборудования были привлечены работники вахты: ФИО5 – бурильщик ЭРБС (..., ФИО6 – помощник бурильщика ЭРБС ..., ФИО2 – помощник бурильщика ЭРБС ... и ФИО7 – слесарь по обслуживанию бурового оборудования.

Руководителем вахты была поставлена задача произвести замену рабочего переводника СВП, для этого необходимо было раскрепить замок соединения инструмента на замковом соединении предохранительного переводника и шарового крана.

При выполнении данной операции, при заклинивании зажимного устройства на муфте бурильной свечи и последующего его резкого подпрыгивания вверх и удара по замку, который удерживался ФИО2, истец получил травму ...

В результате указанного несчастного случая истцу были причинены телесные повреждения: .... Указанное повреждение здоровья относится к категории легкой травмы (том 1 л.д. 58).

После проведенного в связи с несчастным случаем расследования, ДД.ММ.ГГГГ комиссией составлен акт № о несчастном случае на производстве (форма Н-1), в котором установлены причины несчастного случая: защемление между неподвижными и движущимися предметами, деталями и машинами (или между ними); неудовлетворительная организация производства работ, отсутствие или недостаточный контроль со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины. Нарушены требования: руководство пользователя Системы верхнего привода TDS-11SA раздел 4 монтаж, ввод в эксплуатацию и вывод из эксплуатации (стр. 4-40/4-42), развинчивание/свинчивание переводника с перенарезаемой резьбой (стр. 4-42/4-48) развинчивание/свинчивание нижнего/верхнего вставного противовыбросового превентора, а именно выполнение последовательный операций; - Производственной инструкции по промышленной безопасности и охране труда при эксплуатации и обслуживания СВП (ПИПБОТ ВР 28) (пункта 19). В качестве сопутствующей причины в акте указано, что члены вахты не ознакомлены с руководством пользователя СВП TDS-11SA. Кроме того, установлены лица, допустившие нарушения требований охраны труда: ФИО4 – мастер буровой (не обеспечил доведение до персонала требований «Руководства пользователя СВП TDS-11SA»; ФИО3 – бурильщик ЭРБС на н/г № (руководитель вахты) и ФИО5 – бурильщик ЭРБС на н/г № нарушили требования: пункта 19 Производственной инструкции по промышленной безопасности и охране труда при эксплуатации и обслуживания СВП (ПИПБОТ ВР 28); пунктов 2, 4, 5 Производственной инструкции по промышленной безопасности и охране труда для бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ (ПИПБОТ П1); раздел 4 Руководства пользователя Системы верхнего привода TDS-11SA; сам же истец ФИО2 нарушил требования пунктов 2, 4 Производственной инструкции по промышленной безопасности и охране труда для второго помощника бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ (ПИПБОТ П3) и раздела 4 монтаж, ввод в эксплуатацию и вывод из эксплуатации Руководства пользователя Системы верхнего привода TDS-11SA (том 1 л.д. 197-204).

Указанный акт о несчастном случае на производстве в порядке, предусмотренном статьей 231 Трудового кодекса Российской Федерации, оспорен не был.

В связи с полученной производственной травмой истец в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в травматологическом отделении «Сургутской клинической травматологии (том 1 л.д. 46, 187).

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находился на амбулаторном лечении в ГБУЗ ЯНАО «Ноябрьская ЦГБ» (том 1 л.д. 47-48, 188-189).

Из справки ГБУЗ ЯНАО «Ноябрьская ЦГБ» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в связи с последствиями несчастного случая на производстве у ФИО2 последовало выздоровление, инвалидность ему не установлена, процент потери общей трудоспособности не установлен (том 1 л.д. 221).

Истец после травмы с ДД.ММ.ГГГГ приступил к работе в той же должности – помощник бурильщика ЭРБСНГ (второй) 5 разряда, на которой продолжил трудиться вплоть до расторжения трудового договора по инициативе работника – ДД.ММ.ГГГГ

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу положений абзаца четвертого и абзаца четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Условия труда - это совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника (часть 2 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.

В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины (абзац первый). Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне (абзац третий). При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств (абзац четвертый).

Материалами дела подтверждается и не оспорено ответчиком, что ООО «РН-Бурение» осуществляет деятельность по предоставлению услуг по бурению, связанному с добычей нефти, газа и газового конденсата, по монтажу, ремонту и демонтажу буровых вышек и пр. (том 1 л.д. 10-40).

Также судом установлено, что оборудованием, использование которого привело к несчастному случаю, является Силовой верхний привод, модель TDS-11SA, расположенный над ротором, на ствол которого навернуты – верхний гидравлический шаровой кран КШЗ-152Р1-01, нижний шаровой кран VARKO ТС-2403780-01. Шаровой кран зафиксирован от отворота с рабочим переводником с помощью замкового соединения инструмента (пункт 7 акта о несчастном случае).

Из руководства пользователя Системы верхнего привода модели TDS-11SA усматривается, что буровое оборудование Varco устанавливается и эксплуатируется в условиях управляемой буровой установки, при которых выполняются работы повышенной опасности и существуют опасные ситуации (общая информация руководства стр. 1-3).

Весь персонал, участвующий в монтаже, эксплуатации, ремонте или техобслуживании оборудования, или находящийся вблизи оборудования, должен пройти инструктаж по технике безопасности при работе на буровой установке, эксплуатации инструмента и проведении техобслуживания (том 1 л.д. 91-121).

Об этом же свидетельствует и характеристика места, где произошел несчастный случай: буровая установка Уралмаш № г. выпуска, производитель ОАО «Уралмашзавод», эксплуатируемая в составе опасного производственного объекта «Участок ведения буровых работ Нефтеюганского филиала ООО «РН-Бурение» ре. № от ДД.ММ.ГГГГ (пункт 7 акта о несчастном случае).

Таким образом, принимая во внимание, что деятельность ООО «РН-Бурение» связана с повышенной опасностью для окружающих, при осуществлении деятельности используется оборудование – буровая установка, эксплуатируемая в составе опасного производственного объекта, создающее повышенную вероятность причинения вреда исходя из тех особых свойств, которыми оно обладает, она может быть отнесена к источникам повышенной опасности.

Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности) (пункт 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Исходя из записей в предвахтовом журнале следует, что при заступлении рабочей вахты на смену до сведения каждого из работников доводится задание, которое вносится в указанный журнал. Так, при заступлении ДД.ММ.ГГГГ на смену перед работниками вахты, в том числе ФИО2, были поставлены задачи по соблюдению ПИПБОТ при бурении, заготовка раствора, ПИПБОТ ВР1, ВР12, ВР2, ВР16, ВР22, ВР28, ВР30, ВР34, ВР52 (том 2 л.д. 34-35).

Из пояснений представителя ответчика в суде следует, что буровой бригадой проводились работы по наращиванию следующей бурильной свечи при бурении скважины, при производстве которых было установлено раскрепление резьбового соединения оборудования Системы верхнего привода с бурильным инструментом, в этой связи руководитель вахты ФИО3 обязан был приостановить выполнение работ, произвести в предвахтовом журнале соответствующую запись о производстве работ по закреплению оборудования, провести инструктаж, в том числе по руководству пользователя Системы верхнего привода TDS-11SA, только после этого привлечь работников к выполнению этого задания. Однако, указанные меры руководителем вахты не были предприняты, работники вахты были привлечены к устранению выявленных неисправностей оборудования.

Указанное свидетельствует о нарушении руководителем вахты ФИО3 требований проведения производственных работ при обнаружении отворота рабочего переводника от шарового крана.

Из акта о несчастном случае также явствует, что в качестве сопутствующей причины несчастного случая являлся тот факт, что члены вахты не были ознакомлены с руководством пользователя Системы верхнего привода TDS-11SA (пункт 9.2 акта). При этом указано, что мастер буровой ФИО4 не обеспечил доведение до персонала требований «Руководства пользователя Системы верхнего привода TDS-11SA» раздела 4 монтаж, ввод в эксплуатацию и вывод из эксплуатации (пункт 10.2 акта).

Более того, Руководство пользователя Системы верхнего привода TDS-11SA не содержит запретов на удержание руками замка (замкового соединения предохранительного переводника).

Исходя из положений статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Как установлено судом и следует из материалов дела, основной причиной несчастного случая, в результате которого был травмирован ФИО2, явилось неудовлетворительная организация производства работ со стороны работодателя ООО «РН-Бурение», не обеспечившего безопасных условий труда при производстве опасных работ и эксплуатации оборудования во время непосредственного исполнения работником возложенных на него трудовых обязанностей. Допущенные работодателем нарушения находятся в прямой причинно-следственной связи с причинением вреда здоровью ФИО2

В этой связи, доводы представителя ответчика об обратном, суд находит несостоятельными, противоречащими фактическим обстоятельствам дела. Приведенные в ходе судебного разбирательства обстоятельства не свидетельствуют об отсутствии вины работодателя за вред, причиненный работнику.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения на ответчика ответственности в виде выплаты компенсации морального вреда.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В данном случае, моральный вред, причиненный ФИО2 выражается в страданиях, причиненных его здоровью, а именно потерей фаланги большого пальца правой кисти, что указывает на необратимость последствий травмы, произошедшей на производстве, в связи с чем он имеет право требования его компенсации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Доводы стороны ответчика о наличии в действиях самого пострадавшего грубой неосторожности противоречат материалам дела.

Абзацем первым пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (абзац второй пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу положений статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации акт о нечастном случае на производстве утвержденной формы является документом, устанавливающим обстоятельства несчастного случая на производстве, причины его возникновения, лиц, допустивших нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

Из содержания данной нормы права следует, что в случае наличия в действиях пострадавшего грубой неосторожности факт ее наличия и степень вины пострадавшего отражаются в акте о несчастном случае на производстве с установлением ее процентного выражения.

Как следует из содержания акта о несчастном случае на производстве ДД.ММ.ГГГГ комиссия по его расследованию хотя и усмотрела в действиях пострадавшего нарушения требований производственной инструкции и руководства пользователя, но степень его вины в процентах не определила.

Таким образом, оснований для установления в действиях истца грубой неосторожности не имеется.

Более того, как уже указывалось ранее, и не было оспорено представителем ответчика в ходе рассмотрения дела, руководителем вахты ФИО3 не соблюдены были требования проведения производственных работ при обнаружении отворота рабочего переводника от шарового крана, а именно работы по наращиванию бурильной свечи при бурении скважины не были приостановлены, новое задание по устранению раскрепления резьбового соединения оборудования Системы верхнего привода с бурильным инструментом перед работниками вахты не было поставлено, руководящим персоналом соответствующий инструктаж не был проведен.

Об этом же сообщали работники бурильной бригады при их опросе, в частности ФИО3, ФИО5

С учетом изложенного вывод комиссии по расследованию несчастного случая, что действия пострадавшего явились одной из причин несчастного случая на производстве и им нарушены требования производственных инструкций и руководства пользователя, нельзя признать правильным.

Само по себе ознакомление ФИО2 с локальными нормативными актами обстоятельством являющимся критерием ответственности работника в настоящем деле являться не может, принимая во внимание, что ФИО2 не относился к числу руководителей персонала, а лишь выполнял порученную ему работу.

Работодатель, в силу требований закона, обязан был осуществлять надлежащий контроль над соблюдением работниками трудовой дисциплины, в том числе, за выполнением ими мер безопасности и соблюдением технологии производства работ.

При определении размера компенсации морального вреда суд, учитывает, что причинение вреда здоровью истца произошло вследствие несчастного случая на производстве, при исполнении ФИО2 по заданию работодателя трудовых обязанностей от деятельности источника повышенной опасности; необеспечение со стороны ответчика безопасных условии труда; полученные телесные повреждения ..., которые причинили ФИО2 особые болевые ощущения и страдания; последствия полученных повреждений, требующие длительного и оперативного лечения в связи с объемом последствий травмы, в частности, период прохождения стационарного и амбулаторного лечений, установление спиц и последующее их снятие; неустранимый характер последствий полученной травмы; болезненный период заживления ран, также тот факт, что после полученных травм у истца ..., что повлияло на его физическое, психическое, социальное благополучие, учитывая также индивидуальные особенности истца, его возраст, легкую степень повреждения его здоровья, ограничения функции захвата правой кисти, степень вины причинителя вреда, требования разумности и справедливости, и определяет размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ООО «РН-Бурение» в пользу ФИО2, в размере 300000 руб.

Поскольку именно такой размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда. Предложенный стороной ответчика размер компенсации суд находит чрезмерно малым.

При этом то обстоятельство, что ФИО2 не обращался к работодателю за оказанием материальной помощи, за получением санаторно-курортного либо иного лечения, за получением страхового возмещения, не может являться основанием для освобождения ответчика от ответственности либо снижения размера компенсации морального вреда.

Более того, ответчик, зная о произошедшем с истцом несчастном случае на производстве, самостоятельно каких-либо мер в целях компенсации причиненного вреда, не предпринял, доказательств обратного суду не представлено.

В остальной части требования удовлетворению не подлежат.

В силу статей 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета муниципального образования в размере 300 руб.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РН-Бурение» ... в пользу ФИО2 (паспорт № компенсацию морального вреда в размере 300000 (триста тысяч) руб.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РН-Бурение» государственную пошлину в бюджет муниципального образования город Ноябрьск в размере 300 (триста) руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Ямало-Ненецкого автономного округа через Ноябрьский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья: (подпись)

Мотивированное решение изготовлено 21 декабря 2022 г.

Подлинник решения хранится в материалах гражданского дела № 2-2917/2022 в Ноябрьском городском суде