Дело №

Категория № 2.214

УИД 02RS0001-01-2025-000430-14

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 февраля 2025 года г. Горно-Алтайск

Горно-Алтайский городской суд Республики Алтай в составе:

председательствующего судьи Кошкиной Т.Н.,

при секретаре Сайденцаль Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> к К.В.В. о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации Алтай (далее – ОСФР по <адрес>) по <адрес> обратилось в суд к К.В.В. о взыскании неосновательного обогащения в размере 95 521 рубль 76 копеек за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Исковые требования мотивированы тем что, К.В.В. являлся получателем социальной пенсии по случаю потери кормильца. При назначении пенсии К.В.В. представлена справка БПОУ РА «Горно-Алтайский государственный политехнический колледж» от ДД.ММ.ГГГГ №, начало обучения ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. В ходе проверки ОСФР по <адрес> выплатного дела № в отношении К.В.В. было установлено, что он приказом от ДД.ММ.ГГГГ № отчислен из БПОУ <данные изъяты>», следовательно, утратил право на получение социальной пенсии с ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании представитель истца ФИО4 исковые требования поддержала.

Ответчик К.В.В. в судебное заседание не явился при надлежащем извещении.

Суд, заслушав пояснения представителя истца, исследовав материалы дела, приходит к следующему выводу.

Основания и порядок выплаты социальной пенсии предусмотрены Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации»).

В соответствии с подп. 8 п. 1 ст. 4 Федерального закона «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» нетрудоспособные граждане имеют право на пенсию по государственному пенсионному обеспечению.

Пенсия по случаю потери кормильца является одним из видов пенсий по государственному пенсионному обеспечению (подп. 4 п. 1 ст. 5 Федерального закона «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации»).

Согласно подп. 3 п. 1, п. 3 ст. 11 Федерального закона «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» право на социальную пенсию по случаю потери кормильца имеют дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, дети умершей одинокой матери.

Пунктом 3 ч. 1 ст. 25 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее - Федеральный закон «О страховых пенсиях») установлено, что утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных пунктом 2 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.

Согласно ч. 5 ст. 26 Федерального закона «О страховых пенсиях» пенсионер обязан извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и размера повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии или прекращение (продление) их выплаты, в том числе об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств.

Из ч. ч. 1 и 2 ст. 28 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» следует, что физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), а работодатели, кроме того, - за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования. В случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных частью 5 статьи 26 настоящего Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), виновные лица возмещают Фонду пенсионного и социального страхования Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате страховой пенсии, установлении, перерасчете размера, индексации и (или) выплате фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации. Установление указанной пенсии или выплаты в размере, предусмотренном законодательством Российской Федерации, или прекращение выплаты указанной пенсии или выплаты в связи с отсутствием права на них производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором была обнаружена соответствующая ошибка (ч. 4 ст. 28 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 400-ФЗ «О страховых пенсиях»).

Нормы, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения, установлены главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствие п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, в частности: заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (п. 3 ст. 1109 ГК РФ).

По смыслу положений п. 3 ст. 1109 ГК РФ не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Закон устанавливает исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных денежных сумм.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ N 10-П «По делу о проверке конституционности статьи 7 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации», пунктов 1 и 2 статьи 25 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», статей 1102 и 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации», содержащееся в главе 60 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе ФИО1 конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям (абзац седьмой пункта 3 постановления).

Таким образом, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться, в частности, в рамках правоотношений, связанных с реализацией прав граждан на пенсионное и социальное обеспечение.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ N 10-П, применительно к спорным правоотношениям следует, что судебные органы, рассматривая в каждом конкретном деле вопрос о наличии оснований для взыскания денежных сумм в связи с перерасходом средств бюджета, выплаченных на социальное обеспечение, обязаны, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения взыскания, исследовать по существу фактические обстоятельства данного дела, свидетельствующие о наличии либо отсутствии признаков недобросовестности (противоправности) в действиях лица, которому была назначена соответствующая социальная выплата. Иной подход приводил бы к нарушению вытекающих из статей 1 (часть 1), 2, 7, 18, 19 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принципов справедливости, правовой определенности и поддержания доверия граждан к действиям государства, препятствуя достижению баланса частных и публичных интересов, и в конечном итоге - к несоразмерному ограничению конституционного права на социальное обеспечение (статья 39, части 1 и 2, Конституции Российской Федерации).

Исходя из подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права и изложенной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, с гражданина, которому назначена мера социальной поддержки в виде пенсии по случаю потери кормильца, не может быть произведено взыскание излишне выплаченных ему денежных средств без установления факта недобросовестности в действиях такого гражданина. При этом бремя доказывания недобросовестности со стороны гражданина при получении им денежных сумм лежит на органе пенсионного обеспечения, принявшем решение об их возврате (удержании).

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ К.В.В., на основании заявления от ДД.ММ.ГГГГ, возобновлена выплата социальной пенсии по случаю потери кормильца.

При подаче заявления К.В.В., представлена справка <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ №, начало обучения ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, с пометкой, что справка действительна с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

В ходе проверки ОСФР по <адрес> выплатного дела № в отношении К.В.В., было установлено, что приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-д К.В.В., отчислен из <данные изъяты>, что подтверждается сведениями, направленными в ОСФР по <адрес> образовательным учреждением письмом от ДД.ММ.ГГГГ.

По сведениям ОСФР по <адрес> за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ К.В.В. выплачена пенсия по случаю потери кормильца в сумме 37 488 рублей 06 копеек и Федеральная социальная доплата в размере 58 033 рубля 70 копеек. Таким образом, общая сумма неосновательного обогащения составила 95 521 рубль 76 копеек.

Судом не установлено и истцом не представлено доказательств, подтверждающих счетную ошибку либо противоправных и недобросовестных действий К.В.В. при получении социальной пенсии по случаю потери кормильца; истец не проявил необходимую степень заботливости и осмотрительности, при наличии у него такой возможности своевременно не направлял запросы о действительности обучении К.В.В. в образовательном учреждении.

Сам по себе факт получения К.В.В. в заявленный истцом период пенсии по случаю потери кормильца, правомерно назначенной ему пенсионным органом, с безусловностью не может свидетельствовать о том, что выплаченные суммы относятся к неосновательному обогащению и в соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат взысканию с ответчика.

Подписанное ответчиком предупреждение в заявление о возобновлении выплаты пенсии не содержит конкретное указание на то, что отчисление из учебного учреждения относится к обстоятельствам, влекущим за собой прекращение выплаты пенсии.

Доказательств того, что К.В.В. были разъяснены условия получения пенсии по случаю потери кормильца, ответственность за неинформирование органов пенсионного обеспечения об изменении этих условий, истцом не представлено.

В материалах дела имеется лишь общая информация со ссылками на нормы закона, без указания на необходимость сообщать в пенсионный орган о существенных фактах, в частности о факте отчисления из учебного заведения.

Проанализировав заявление ответчика о назначении социальной пенсии по случаю потери кормильца, суд приходит к выводу о том, что пенсионным органом не было разъяснено о необходимости безотлагательно извещать пенсионный орган об отчислении из учебного заведения.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований истца, поскольку в действиях ответчика отсутствуют признаки недобросовестности при получении пенсии по потере кормильца, при этом истцом не представлены бесспорные доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости, подтверждающие, что выплата спорной денежной суммы осуществлена в результате недобросовестного поведения ответчика, как и доказательств, подтверждающих совершение каких-либо неправомерных действий, направленных на введение пенсионного органа в заблуждение с целью получения указанной выплаты со стороны ответчика.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> к К.В.В. о взыскании неосновательного обогащения в размере 95 521 рубль 76 копеек, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Алтай в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Горно-Алтайский городской суд Республики Алтай.

Судья Т.Н. Кошкина

Мотивированное решение изготовлено 12 марта 2025 года.