78RS0008-01-2021-004910-50
САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД
Рег. №33-1182/2023 (33-25771/2022;)
Судья: Рябинин А.Н.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Санкт-Петербург
6 июля 2023 года
Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:
председательствующего
Ильинской Л.В.,
судей
ФИО1, ФИО2,
при секретаре
ФИО3,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы АО «МАКС», ФИО4 на решение Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 29 июня 2022 года по гражданскому делу №2-349/2022 по иску ФИО4 к АО «МАКС» о взыскании страхового возмещения, неустойки, штрафа, судебных расходов.
Заслушав доклад судьи Ильинской Л.В., выслушав объяснения истца, представителя ответчика – ФИО5, эксперта ФИО6, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда,
УСТАНОВИЛА:
ФИО4 обратилась в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга с иском к АО «МАКС» о взыскании страхового возмещения, неустойки, штрафа, судебных расходов.
В обоснование заявленных требований указала, что в период действия заключенного между сторонами договора обязательного страхования произошло дорожно-транспортное происшествие, в котором по вине другого участника ее транспортному средству был причинен ущерб. Впоследствии, истец обратился к ответчику с заявлением о выплате страхового возмещения, которое было оставлено без удовлетворения в связи с тем, что с технической точки зрения, весь перечень повреждений, зафиксированных при осмотре транспортного средства истца, не соответствует механизму их возникновения при обстоятельствах, изложенных в объяснениях заявителя и в материалах компетентных органов, а возник при иных событиях. Полагая необоснованным указанный отказ страховщика, истец, после получения отказа в удовлетворении претензии, обратился к финансовому уполномоченному, который также принял решение об отказе в удовлетворении требований истца по аналогичным основаниям.
Полагая необоснованным отказы страховщика и финансового уполномоченного в выплате страхового возмещения, истец, сославшись на выводы заключения специалиста, просил суд взыскать с ответчика в свою пользу страховое возмещение в размере 400 000 рублей, неустойку за нарушение срока выплаты страхового возмещения за период с 07 марта 2021 года по 09 июня 2021 года в размере 380 000 рублей, штраф, судебные расходы на оплату заключения от 21 мая 2021 года в размере 5 000 рублей, на оплату заключения от 08 июня 2021 года в размере 20 000 рублей.
Решением Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 29 июня 2022 года частично удовлетворены заявленные требования.
С АО «МАКС» в пользу ФИО4 взыскано страховое возмещение в размере 91 700 рублей, неустойка в размере 50 000 рублей, штраф в размере 45 850 рублей, судебные расходы в размере 5 730 рублей.
В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.
С АО «МАКС» в доход государства взыскана государственная пошлина в размере 4 034 рублей.
Полагая указанное решение незаконным, стороны подали апелляционные жалобы, в которых просят решение суда отменить.
Изучив материалы дела, выслушав объяснения истца, поддержавшего доводы поданной апелляционной жалобы, представителя ответчика – ФИО5, поддержавшей доводы поданной апелляционной жалобы, эксперта ФИО6, проверив материалы дела по правилам пункта 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.
Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Абзацем первым пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно ст. 931 ГК РФ случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.
Из материалов дела следует, что истец является собственником автомобиля БМВ г.р.з. <...>.
03 февраля 2021 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля БМВ г.р.з. <...> и автомобиля ГАЗ г.р.з. <...>. Виновником ДТП признан водитель автомобиля ГАЗ г.р.з. <...>. Гражданская ответственность обоих участников ДТП была застрахована по ОСАГО. В результате данного ДТП автомобиль БМВ г.р.з. <...> получил механические повреждения.
12 февраля 2021 года истец обратилась в АО «МАКС» с заявлением о прямом возмещении ущерба. Письмом АО «МАКС» от 04 марта 2021 года истцу было отказано в выплате страхового возмещения, поскольку с технической точки зрения, весь перечень повреждений, зафиксированных при осмотре автомобиля БМВ г.р.з. <...>, не соответствует механизму их возникновения при обстоятельствах, изложенных в объяснениях заявителя и в материалах компетентных органов, а возник при иных событиях.
Решением финансового уполномоченного №У-21-45370/5010-008 от 04 мая 2021 года истцу было отказано во взыскании страхового возмещения.
Данное решение было принято на основании экспертного заключения ООО «АВТОАЗМ» №У-21-45370/3020-004 от 19 апреля 2021 года, проведенной по инициативе финансового уполномоченного, согласно выводам которой повреждения автомобиля БМВ г.р.з. <...> с технической точки зрения не соответствуют обстоятельствам рассматриваемого ДТП от 03 февраля 2021 года.
Определением Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 22 февраля 2022 года по делу была назначена судебная трасолого-автотовароведческая экспертиза.
Согласно заключению эксперта №248/59 от 20 июня 2022 года, в результате исследования представленных материалов дела и материалов проверки по ДТП экспертом установлен следующий объем повреждений автомобиля БМВ г.р.з. <...>, соответствующий установленному механизму столкновения с автомобилем ГАЗ г.р.з. <...>, который мог быть образован в результате ДТП от 03 февраля 2021 года: дверь передняя левая - деформация; кожух зеркала наружного левого - царапины; дверь задняя левая - деформация, задиры; ручка двери задней левой - разрушение; крепление ручки двери задней левой - разрушение; облицовка замка двери задней левой - вероятное разрушение с утратой на месте ДТП.
Стоимость восстановительного ремонта автомобиля БМВ г.р.з. <...>, поврежденного в результате ДТП от 03 февраля 2021 года, на дату ДТП, в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального Банка РФ №432-П от 19 сентября 2014 года, с учетом округления составляет: без учета износа 158 200 рублей, с учетом износа 91 700 рублей. Восстановительный ремонт автомобиля БМВ г.р.з. <...> после повреждения в ДТП от 03 февраля 2021 года является экономически целесообразным.
Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, установив фактические обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, оценив содержащиеся в материалах дела доказательства, пришел к выводу о том, что указанные в заключении эксперта повреждения могли быть образованы в результате заявленного истцом дорожно-транспортного происшествия, в связи с чем взыскал с ответчика в пользу истца страховое возмещение в размере 91 700 рублей (стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца с учетом износа), а также штрафные санкции, предусмотренные Федеральным законом от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».
Судебные расходы распределены судом первой инстанции в соответствии с требованиями главы 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным сторонами доказательствам, которым дана надлежащая правовая оценка в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в их совокупности.
В апелляционной жалобе истец ссылается на то обстоятельство, что суд первой инстанции необоснованно взыскал с ответчика в пользу истца страховое возмещение в виде стоимости восстановительного ремонта с учетом износа, тогда как надлежало взыскать страховое возмещение без учета износа, поскольку ответчиком в нарушение требований закона не было выдано направление на ремонт транспортного средства истца.
Между тем, как следует из материалов дела, истец в поданном ответчику заявлении о страховой выплате просил выплатить страховое возмещение в виде выплаты страхового возмещения на расчетный счет (т.1 л.д.220), который также был представлен ответчику (т.1 л.д.227). Несмотря на то, что соглашения о страховой выплате в денежной форме не было достигнуто между сторонами (в связи с отказом ответчика), оферта о выплате страхового возмещения в денежной форме была направлена истцом в адрес ответчика.
Учитывая изложенное, а также положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебная коллегия находит необоснованными приведенные выше доводы апелляционной жалобы, поскольку изначально истец требовал от ответчика страховое возмещение в денежной форме, которое в силу закона подлежит выплате с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте.
Поскольку истцом не было представлено доказательств несения расходов по оплате судебной экспертизы, доводы жалобы о наличии оснований для взыскания названных судебных расходов не могут быть признаны обоснованными, более того в суде первой инстанции на указанные обстоятельства истец не ссылался.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, с ответчика в пользу истца взысканы расходы на оплату заключений в сумме 25 000 рублей, при этом судом первой инстанции правильно применено правило пропорциональности взыскания судебных расходов.
Поскольку в течение 20 календарных дней со дня обращения истца в АО «МАКС» за выплатой страхового возмещения, страховая выплате не была произведена, то суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для взыскания неустойки за период с 07 марта 2021 года по 09 июня 2021 года исходя из размера подлежащего выплате страхового возмещения. При этом, доводы жалобы со ссылкой на иной период исчисления неустойки являются необоснованными, поскольку таких требований суду заявлено не было.
Доводы апелляционной жалобы АО «МАКС» со ссылкой на то обстоятельство, что заключение судебной экспертизы не может быть признано допустимым доказательством, поскольку истцом в порядке статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств ошибочности или необоснованности заключения, выполненного в рамках рассмотрения обращения истца финансовым уполномоченным.
В соответствии с пунктом 2 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.
В силу пункта 1 статьи 56 названного кодекса каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Пунктом 1 статьи 79 этого же кодекса предусмотрено, что при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.
Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 данного кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда (пункт 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Поскольку при проведении экспертизы финансовым уполномоченным эксперту не были представлены все имеющиеся документы, относительно обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, в том числе экспертное заключение, составленное истцом, материал ДТП, суд первой инстанции назначил по делу судебную экспертизу, производство которой было поручено ЧЭУ «ГУСЭ».
Статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (пункт 1). Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (пункт 2). Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (пункт 3).
Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (пункт 4 статьи 67 и подпункт 2 пункта 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
При этом приведенные положения гражданского процессуального закона не предполагают произвольной оценки доказательств судом.
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (в частности, в определении от 25 мая 2017 года №1116-О), предоставление судам полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия.
Данные требования корреспондируют обязанности суда полно и всесторонне рассмотреть дело, что невозможно без оценки каждого представленного доказательства и обоснования преимущества одного доказательства перед другим.
В соответствии с пунктом 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио - и видеозаписей, заключений экспертов.
Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда (пункт 2 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Доказательства по гражданскому делу должны также соответствовать критериям относимости и допустимости (статьи 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Между тем, указанные выше нормы права и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации не содержат запрета на проведение судебной экспертизы, если суд посчитает это необходимым, в том числе и в случае организации финансовым уполномоченным при рассмотрении обращения потребителя финансовых услуг проведения экспертного исследования.
Напротив, назначение судебной экспертизы по правилам статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации непосредственно связано с исключительным правом суда определять достаточность доказательств, собранных по делу, и предполагается, если это необходимо для устранения противоречий в заключениях экспертов и иным способом этого сделать невозможно, а потому полученное по результатам исследования заключение не может согласно статье 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являться недопустимым доказательством.
При таких обстоятельствах, доводы апелляционной жалобы о том, что заключение судебной экспертизы является недопустимым доказательством, являются несостоятельными.
С целью проверки доводов апелляционной жалобы АО «МАКС» об ошибочности выводов судебной экспертизы, судебной коллегией был вызван и допрошен эксперт, проводивший судебную экспертизу.
Так, пояснения подробно изложены в протоколе судебного заседания суда апелляционной инстанции от 06 июля 2023 года.
С учетом данных экспертом пояснений судебная коллегия находит необоснованными доводы жалобы о том, что эксперт не исследовал явные несоответствия образования повреждений в зоне заявляемого контакта транспортного средства, предоставил неверную информацию образования контактных пар в зоне взаимодействия с учетом повреждений, высоты установки и форме деталей транспортного средства виновника ДТП, принимая во внимание, что экспертом сообщено о том, что из фотографий №5-15 (т.2 л.д.65-66) видно наличие горизонтально направленных следов, присутствует нивелирная рейка, позволяющая оценить высоту повреждений транспортных средств. Более того, экспертом сообщено, что признаков, которые говорили бы о невозможности их образования, не выявлено. Кроме того, эксперт пояснил, что волнообразная царапина остаточная деформация, в результате давления в зоне воздействия, которое относится к данному ДТП, ввиду того, что имеется горизонтальная царапина.
После представления истцом на обозрение эксперту фотографии с места ДТП с диска, эксперт сообщил, что повреждения имеют пересекающийся характер, который указывает, что могло возникнуть не в один момент. Также на фотографии №12 в правом верхнем углу есть отдельная зона деформации, которая не сопоставима с областью нанесенных повреждений, это было два разных события, в связи с чем, он не отнес повреждение к данному ДТП. Движение автомобиля ГАЗ (виновника ДТП) могло неоднократно контактировать с БМВ, в материалах дела этого не указано. Фотография №17 (т.2 л.д.67) указывает, что петля не является выступающей по отношению к правой плоскости, является выступающей по отношению к задней плоскости. Фотографии с места ДТП показывают, что угол острый, воздействие если и было, то не такое значительное, но могло быть не единственным.
При этом эксперт отметил, что фотоснимки отражают нивелирную рейку, которая указывает высоту расположения повреждений. В заключении было указано, что зона контактирования на правой задней угловой части автомобиля ГАЗ имеет коррозионное повреждение, на фотографиях это видно. Указано четко, что на задней правой угловой части ГАЗ имеется деформация, которая не могла образоваться. При этом характер повреждений автомобиля БМВ предполагает наличие деформации, то есть деформация силового бруса была ранее рассматриваемого события, что не исключает по высоте и направлению приложения воздействия образовать повреждения автомобиля БМВ.
Таким образом, данные экспертом пояснения опровергают доводы апелляционной жалобы АО «МАКС» о ненадлежащем исследовании объема повреждений транспортного средства истца в результате ДТП.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, заключение эксперта содержит описание моделирования ДТП (т.2 л.д.63), равно как и имеется трасологическое исследование по каждому повреждению (таблица №2 заключения эксперта).
Так, согласно пункту 2.2 положения Банка России от 19 сентября 2014 года №432-П «О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства» установление обстоятельств и причин образования повреждений транспортного средства основывается на:
сопоставлении повреждений транспортного средства потерпевшего с повреждениями транспортных средств иных участников дорожно-транспортного происшествия;
сопоставлении повреждений транспортного средства потерпевшего с иными объектами (при их наличии), с которыми оно контактировало после взаимодействия с транспортным средством страхователя в дорожно-транспортном происшествии;
анализе сведений, зафиксированных в документах о дорожно-транспортном происшествии: справке установленной формы о дорожно-транспортном происшествии, извещении о страховом случае, протоколах, объяснениях участников дорожно-транспортного происшествия и так далее, их сравнении с повреждениями, зафиксированными при осмотре транспортного средства.
Указанные требования экспертом исполнены, заключение содержит в себе анализ схемы ДТП, показания водителей, по результатам которым он пришел к указанным в заключении выводам (т.2 л.д.63).
По смыслу положений статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. Между тем суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем законодателем в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях пункта 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами. Однако это не означает права судебной коллегии самостоятельно разрешить вопросы, требующие специальных познаний в определенной области науки.
Судебная коллегия оценивает экспертное заключение с точки зрения соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.
В связи с изложенным, сомнения в правильности и обоснованности заключения у суда не возникли, достоверные и объективные доказательства, опровергающие выводы эксперта, не представлены, в установленном законом порядке заключение эксперта не опровергнуто. Стороны выводы судебной экспертизы не оспорили, ходатайств о назначении по делу дополнительной или повторной судебных экспертиз не заявляли.
У судебной коллегии не имеется оснований сомневаться в правильности заключения эксперта, поскольку оно составлено организацией, имеющей статус экспертного учреждения, и отвечает требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Эксперт был предупрежден по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, его квалификация не вызывает сомнений. Кроме того, заключение эксперта мотивировано, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованный ответ на поставленный вопрос.
При таких обстоятельствах заключение эксперта является допустимым доказательством по делу, а доводы апелляционных жалоб, с учетом пояснений эксперта, не вызывают сомнений в правильности или обоснованности выводов судебной экспертизы.
В целом, доводы, изложенные в апелляционных жалобах, фактически повторяют обстоятельства по делу, установленные судом первой инстанции, не могут служить основаниями для отмены решения суда, поскольку были предметом подробного изучения суда первой инстанции, направлены на оспаривание выводов суда, и фактически сводятся к несогласию с той оценкой, которую исследованным по делу доказательствам дал суд первой инстанции и иному толкованию правовых норм.
Каких-либо убедительных правовых доводов тому, что решение суда постановлено в нарушение положений действующего законодательства, апелляционная жалоба не содержит.
На основании изложенного, руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 29 июня 2022 года оставить без изменения, апелляционные жалобы АО «МАКС», ФИО4 - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи: