Судья Шульгин К.В.

дело № 2-25/2023

УИД 74RS0044-01-2022-000822-46

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

дело № 11-10013/2023

07 августа 2023 года г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Скрябиной С.В.,

судей Стяжкиной О.В., Федосеевой Л.В.,

при помощнике судьи Машковцевой Ю.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «Комплексные энергетические решения» к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного действиями работника,

по апелляционное жалобе Общества с ограниченной ответственностью «Комплексные энергетические Решения» на решение Чесменского районного суда Челябинской области от 24 марта 2023 года.

Заслушав доклад судьи Стяжкиной О.В. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, объяснения представителя истца ФИО8 поддержавшего доводы жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Общество с ограниченной ответственностью «Комплексные энергетические решения» (далее - ООО «КЭР») обратилось в суд с иском к ФИО1 о возмещении ущерба в размере 100 000 руб. и взыскании судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 3 200 руб.

В обоснование исковых требований указано, что 26.09.2022 г. между истцом и ответчиком был заключен трудовой договор № 238, по условиям которого ответчик был принят в обособленное подразделение в Челябинске на должность электросварщика ручной сварки 6 разряда. В соответствии с условиями заключенного договора ответчик взял на себя обязательство соблюдать трудовую дисциплину, подчиняться правилам внутреннего трудового распорядка, установленным истцом, соблюдать положения локальных нормативных актов, установленные истцом и действующие на момент заключения трудового и принимаемые в дальнейшем. Местом выполнения работы для истца являлось место оказания истцом услуг третьему лицу - ПАО «<данные изъяты>» в соответствии с договором подряда №ДЗР-22/12 от 31.05.2022, расположенное по адресу: <...>. Также условиями трудового договора было предусмотрено, что ответчик в период нахождения на территории ПАО «<данные изъяты>» взял на себя обязательство не нарушать доведенные до его сведения правила компании ПАО «<данные изъяты>». 27.10.2022 г. ответчик появился в состоянии алкогольного опьянения на своем рабочем месте на территории ПАО «<данные изъяты> что подтверждается актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения №339 от 27.10.2022. В письменных объяснениях ответчик свою вину признал, подтвердил, что накануне употреблял спиртные напитки. Своими действиями ответчик нарушил «Порядок пропускного и внутриобъектового режима» ПАО «<данные изъяты> с которым ранее был ознакомлен. В соответствии с Перечнем нарушений Требований к Исполнителю по охране труда, промышленной, экологической и пожарной и иной безопасности, являющимся неотъемлемой частью договора подряда №ДЗР-22/12 от 31.05.2022 г., нахождение работников истца на территории объекта заказчика в состоянии, признаки которого схожи с признаками опьянения влечет штраф в размере 50 000 руб., а за повторное нарушение штраф удваивается. 15.11.2022 г. истец произвел оплату штрафа в размере 100 000 руб. Истец считает, что сумма штрафа является прямым действительным ущербом работодателя, причиненным виновными действиями работника и подлежит возмещению за счет ответчика.

Представитель истца ООО «КЭР» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, просил дело рассмотреть без его участия на исковых требованиях настаивает.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признал, указав, что положения трудового договора с истцом не возлагают на него обязанность компенсировать данный штраф.

Представитель третьего лица ПАО «<данные изъяты>» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим, относительно заявленных исковых требований возражений не представил.

Суд постановил решение, которым в удовлетворении исковых требований отказал.

В апелляционной жалобе истец просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. Ссылается на то, что суд первой инстанции неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела. Материальная ответственность может быть применена к работнику при наличии одновременно четырех условий: прямого действительного ущерба; противоправности поведения работника; вины работника в причинении ущерба; причинной связи между противоправным поведением работника и наступившим ущербом. Вопреки выводам суда, данная совокупность условий в рассматриваемом деле имеет место быть. Прямой действительный ущерб – 15 ноября 2022 года истец произвел оплату штрафа в размере 100000 за сотрудника. Противоправность поведения работника – ответчик появился в состоянии алкогольного опьянения на территории ПАО «<данные изъяты>», чем нарушил абз.4 п.2.2, п.6.4 Трудового договора №238 от 26.09.2022г., а также раздел 2 пункта 9 приложения №7 «Требования по охране труда, промышленной, экологической, пожарной и иной безопасности» к договору №ДЗ-22/12 от 31.05.2022г. Вина работника в причинении ущерба – в своем объяснении ФИО1 свою вину признал в полном объеме, что является прямым доказательством наличия вины работника в причинении ущерба. Причинная связь между противоправным действием работника и наступившим ущербом – если бы ФИО1 не находился в состоянии алкогольного опьянения на территории заказчика ПАО «<данные изъяты>», то истцу не был бы причинен ущерб в размере 100000,00 руб. в виде штрафа. Таким образом, действиями работника истцу причинен ущерб в виде затрат по оплате суммы штрафа, приведших к уменьшению движимого имущества истца.

Ответчик ФИО1, представитель третьего лица ООО «<данные изъяты>» о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены, в суд не явились, в связи с чем судебная коллегия на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда, в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу, что оснований для отмены судебного решения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в период с 26.09.2022 г. по 28.10.2022 г. ФИО1 (Работник) состоял в трудовых правоотношениях с ООО «КЭР» (Работодатель) и занимал должность электросварщика 6 разряда (л.д. 9-14, 22).

Согласно условиям заключенного трудового договора, ФИО1 взял на себя обязательства: соблюдать трудовую дисциплину; подчиняться правилам внутреннего трудового распорядка, установленным работодателем; соблюдать положения локальных нормативных актов, установленные работодателем и действующие на момент заключения трудового и принимаемые в дальнейшем. Местом выполнения работы для работника является место оказания работодателем услуг ПАО «<данные изъяты>» в соответствии с договором подряда от 31.05.2022 №ДЗР-22/12, расположенное по адресу: 454119, <адрес>, в соответствии с обязательствами, принятыми работодателем перед ПАО «<данные изъяты>». Также условиями договора предусмотрено, что работодатель имеет право в случае причинения материального ущерба имуществу работодателя, компании заказчика или иных третьих лиц, взыскивать его в порядке, установленном трудовым законодательством, иными федеральными законами (пункты 2.2, 3.1, 6.2 Трудового договора) (л.д. 9-14).

31.05.2022 г. между ООО «КЭР» (Подрядчик) и ПАО «<данные изъяты>» (Заказчик) заключен договор подряда №ДЗР-22/12 на выполнение комплекса строительно-монтажных работ по проекту «Реконструкция Челябинской ТЭЦ-1 с выводом из эксплуатации старой части» по устройству теплого контура зданий Главного корпуса ПТУ и ОВК (л.д. 17-19).

Согласно п. 3.3, 3.4 Порядка пропускного и внутриобъектового на объектах (ПАО «<данные изъяты>», АО «<данные изъяты>», АО «<данные изъяты>»), являющегося неотъемлемой частью договора подряда от 31.05.2022 №ДЗР-22/12 на территорию объектов Заказчика запрещается доступ лиц с признаками алкогольного опьянения, к которым в том числе относятся запах алкоголя изо рта, срабатывание устройства бесконтактного дистанционного экспресс-теста состояния алкогольного опьянения (алкорамки).

При наличии у персонала подрядной организации признаков опьянения, Заказчик обязан сообщить об этом представителю Подрядчика, указанному в договоре, и составить акт по форме Дополнения №5 к Приложению, и предложить лицу, у которого обнаружены признаки алкогольного опьянения пройти тестирование на состояние алкогольного наркотического или иного токсикологического опьянения в специализированном медицинском учреждении в срок не более 2-3 часов после тестирования на Алкорамке/обнаружения признаков алкогольного опьянения Заказчиком (л.д. 25-28).

В соответствии с пунктом 9 раздела 2 Перечня нарушений требований к Подрядчику/Исполнителю/Поставщику по охране труда промышленной, экологической и пожарной и иной безопасности, являющегося неотъемлемой частью договора подряда от 31.05.2022 №ДЗР-22/12, появление лица (работника Подрядчика) на территории объекта в состоянии, признаки которого схожи с признаками алкогольного опьянения, влечет для Подрядчика штраф в размере 50000,00 рублей. При этом согласно примечанию №1 к данному разделу за второе и каждое последующее такое нарушение штраф удваивается (л.д. 32-34).

С данным Перечнем ФИО1 ознакомлен под роспись 19.10.2022 (л.д.35).

27.10.2022 года в 07 часов 30 минут ФИО1 появился на территории Заказчика ПАО «<данные изъяты>» - на КПП-1 Челябинской ТЭЦ-1 по адресу: <адрес>, 40, с признаками алкогольного опьянения.

Из акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 27.10.2022 №339, составленного врачом психиатром-наркологом ГБУЗ «ЧОКНБ» ФИО6 следует, что у ФИО1 было установлено состояние опьянения, показания прибора алкометра при первичном тестировании составили 0,19 мг/литр, при вторичном – 0,16 мг/литр (л.д.15-16).

В этот же день ФИО1 был отстранен от работы, а затем уволен в соответствии с приказом работодателя от 28.10.2022 №10.28.1-у по основанию, предусмотренному подпунктом «б» пункта 6 статьи 81 ТК РФ (л.д. 21, 22).

В письменных объяснениях от 27.10.2022 г. ФИО1 подтвердил, что накануне вечером он употреблял спиртные напитки и утром пошел на работу, где ему заблокировали пропуск. Свою вину осознает (л.д. 20).

В соответствии с претензией от 02.11.2022 №ВН-00-074/2580 ООО «КЭР» произвело выплату ПАО «<данные изъяты>» штрафа в размере 100 000 руб. в связи с появлением ФИО1 на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, что подтверждается платежным поручением от 30.11.2022 №9422. В назначении платежа указав «оплата по Претензии № ВН-00-074/2580 от 02.11.2022 г.(пьяный сварщик ФИО1, за повторное нарушение оплата 100тр» (л.д. 23-24, 36).

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, исходил из того, что поскольку непосредственно действиями ФИО1 в момент его нахождения в состоянии алкогольного опьянения на рабочем месте ущерба имуществу истца и третьему лицу не причинено, а выплата, произведенная ПАО «<данные изъяты>» не была направлена на возмещение причиненного третьему лицу ущерба, что является обязательным условием наступления ответственности работника перед работодателем.

Судебная коллегия с указанными выводами суда соглашается, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и требованиям действующего законодательства.

Статьей 232 Трудового кодекса Российской Федерации определена обязанность стороны трудового договора возместить причиненный ею другой стороне этого договора ущерб в соответствии с Трудовым кодексом и иными федеральными законами.

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены ст. 233 Трудового кодекса Российской Федерации. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника» определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Согласно ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В соответствии с п. 4 ч.1 ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

В соответствии с п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

В силу п. 15 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 при определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам; под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Учитывая вышеизложенное, материальная ответственность работника перед работодателем возникает только по основаниям и в порядке, предусмотренным Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, а также трудовым договором и соглашениями к нему, заключаемыми между работодателем и работником.

Так, исходя из анализа действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, (ст.ст. 232, 233, 238 Трудового кодекса Российской Федерации), материальная ответственность может быть применена к работнику при наличии одновременно четырех условий: наличие прямого действительного ущерба; противоправности поведения работника; вины работника в причинении ущерба; причинной связи между противоправным поведением работника и наступившим ущербом.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Анализ приведенных выше положений трудового законодательства не позволяет отнести к материальной ответственности работника выплату работодателем ответчика штрафа третьему лицу. Непосредственно действиями ответчика в момент его нахождения на территории ПАО «Фортум» вреда имуществу истца не причинено, сама выплата также не направлена на возмещение причиненного третьему лицу ущерба, что является обязательным условием наступления ответственности работника перед работодателем.

Штраф в размере 100 000 руб. уплачен ООО «КЭР» в рамках исполнения обществом договорных отношений, которые вытекают из заключенного с ПАО «<данные изъяты>» договора подряда №ДЗР-22/12 от 31.05.2022 г.

Договорные отношения между организациями не могут являться основанием для возложения материальной ответственности на работника одной из этих организаций. Поскольку ФИО1 стороной гражданско-правового договора не являлся, следовательно, никаких обязательств и последствий неисполнения таких обязательств, для него указанный договор не влечет. В противном случае указанное расширяет пределы материальной ответственности работника перед работодателем, установленные положениями гл. 39 Трудового кодекса Российской Федерации.

То обстоятельство, что к возникновению обязанности ООО «КЭР» выплатить в пользу третьего лица штраф привели виновные действия работника (ФИО1) в связи с нарушением им трудовой дисциплины, явилось основанием для привлечения ответчика к дисциплинарной ответственности, однако, не может служить бесспорным основанием для возложения на него полной материальной ответственности перед работодателем, для чего помимо указанного условия необходимо наличие ряда иных факторов.

Следовательно, в конкретном случае при отсутствии причинения вреда третьим лицам, работник не может быть привлечен к материальной ответственности, поскольку трудовым законодательством не предусмотрены штрафы со стороны работодателя в отношении работника, поэтому, штраф не может быть взыскан с работника по нормам трудового законодательства.

Доводы апелляционной жалобы о том, что в связи с уплатой штрафа истцу был причинен ущерб в виде затрат по оплату суммы штрафа, приведший к уменьшению движимого имущества работодателя, являются несостоятельными.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» разъяснил, что под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем им в счет возмещения ущерба.

Сумма штрафа, уплаченная истцом в виде финансовых санкций, предусмотренных гражданско-правовым договором, заключенным с другим юридическим лицом, стороной по которому ответчик не являлась, не может быть отнесена к прямому реальному ущербу, который обязан возместить работник в порядке, определенном в ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации.

Вопреки мнению ООО «КЭР» понятие прямого действительного ущерба, содержащееся в ч. 2 ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации, не является идентичным с понятием убытков, содержащимся в п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и не предусматривает обязанности работника возмещать работодателю уплаченные последним суммы штрафов за неисполнение обязательств, установленных гражданско-правовым договором.

При этом, ссылка истца на письмо Федеральной службы по труду и занятости от 19 октября 2006 года № 1746-6-1, согласно которому к прямому действительному ущербу может быть отнесена сумма уплаченного штрафа, не может само по себе повлечь удовлетворения заявленных требований, поскольку оно не отменяет необходимости соблюдения условий материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, определенных ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы, оспаривающие выводы суда по существу рассмотренного спора, направлены на иную оценку обстоятельств дела и представленных доказательств, основаны на неправильном толковании положений действующего законодательства и не могут повлиять на содержание постановленного судом решения, правильность определения судом прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии предусмотренных законом оснований к отмене состоявшегося судебного решения.

На основании изложенного решение суда является законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Чесменского районного суда Челябинской области от 24 марта 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Комплексные энергетические Решения» - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 11.08.2023г.