№2-3750/2022
УИД №
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
ДД.ММ.ГГГГ года
Промышленный районный суд г.Смоленска
В составе:
Председательствующего судьи Селезеневой И.В.,
при секретаре Ирисовой А.Г.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Промышленного района г. Смоленска, заявленного в интересах ФИО2 к ООО «Смолпласт» о компенсации морального вреда, причиненного здоровью в результате несчастного случая на производстве,
УСТАНОВИЛ:
Прокурор Промышленного района г. Смоленска, действуя в интересах работника ООО «Смолпласт», обратился в суд с вышеуказанным иском, в обосновании которого пояснил следующее.
Прокуратурой Промышленного района г. Смоленска на основании Приказа прокуратуры Смоленской области № от ДД.ММ.ГГГГ «Об организации надзора за соблюдением трудовых прав граждан» проведена проверка заявления ФИО2, в ходе которой установлено, что последняя, на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № б/н осуществляет свою трудовую деятельность в ООО «Смолпласт» в должности оператора линии мойки с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время. Ранее с ней был оформлен ученический договор от ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ при исполнении трудовых обязанностей в <данные изъяты> час. <данные изъяты> мин. с ФИО2 произошел несчастный случай на производстве, следствием которого, стала травматическая ампутация правой кисти на уровне запястных костей, а так же обширная рваная рана правого предплечья с повреждением всех сухожилий сгибателей и разгибателей кисти, локтевого, лучевого, срединного нервов, артерий. Указанные повреждения относятся к категории тяжелых.
Комиссией по расследованию несчастного случая, образованной в соответствии с требованиями действующего федерального законодательства, установлено, что непосредственным местом происшествия является участок линии мойки, на котором установлен двухвальный измельчитель (шредер) для переработки (измельчения) полимеров. Шредер установлен на бетонном полу, возле него по инициативе работодателя сооружена площадка высотой примерно около 1,5-2 метров для подъема наверх, с целью подачи сырья вручную. Согласно паспорту двухвального измельчителя в случае аварийной остановки предусмотрена «Кнопка стоп». Кнопочная станция включения/выключения находится слева от рабочего места примерно на расстоянии около 4 метров от рабочего места оператора линии мойки. Шредер осуществляет измельчение тары – упаковочных мешков из полимерного сырья с целью их дальнейшей переработки.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 пришла на работу в ночную смену около <данные изъяты> час., переоделась в спецодежду и приступила к работе. Находясь на подъемной стойке, она производила загрузку вручную сырья в бункер шредера при помощи оператора линии мойки ФИО24., который так же вручную подавал сырье с пола.
Около <данные изъяты> час. ФИО2 увидела, что на роторе шредера между зубцов застрял мешок, который она решила поправить рукой. В процессе выполнения данной манипуляции перчатка зацепилась за зубцы ротора, и правую руку затянуло оборудованием. После травматической ампутации кисти ФИО2 удалось освободить руку и самостоятельно спуститься вниз.
Впоследствии мастером ФИО7 было принял решение, на машине охранника предприятия доставить ФИО2 в ФИО1 «Клиническая ФИО25», где ей и была оказана помощь.
Учитывая, что работодатель является собственником источника повышенной опасности, к которому относится двухвальный измельчитель (шредер) для переработки (измельчения) полимеров, поседений обязан компенсировать причиненный работнику моральный вред вне зависимости от наличия (отсутствия) вины последнего в его причинении. Не оспаривая факта нахождения ФИО2 в момент причинения травмы на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, ссылается на виновность работодателя, не отстранившего работника от работы, а так же самовольно изменившего конструкцию измельчителя путем увеличения окна подачи сырья для обеспечения доступа к механизму шредера без необходимости разборки оборудования в случае застревания в нем перерабатываемого сырья.
Поскольку травма, причиненная ФИО2 относится к категории тяжелых, а ее последствия необратимы, просит суд о взыскании в пользу истицы компенсации морального в размере <данные изъяты> рублей.
Представитель ответчика ФИО5 действующий на основании доверенности, заявленные исковые требования признал частично, пояснив суду, что согласно акту по форме № расследования несчастного случая, утвержденного директорам ООО «Смолпласт» ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ, основной причиной несчастного случая с ФИО2 явились конструктивные недостатки и недостаточная надежность машин, механизмов, оборудования, выразившиеся в отсутствии на рабочем месте оператора линии мойки кнопки аварийного отключения оборудования в непосредственной доступности для работника; сопутствующими причинами по результатам расследования несчастного случая являются: нарушения работником трудового распорядка и дисциплины труда, выразившаяся в нахождении ФИО2 на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, а также отсутствии контроля со стороны мастера цеха ФИО7, который осуществляет руководство и контроль за производством работ в свою смену.
Руководствуясь от. 68 ГПК РФ, ООО «Смолпласт» полностью подтверждает факт имевшего место ДД.ММ.ГГГГ несчастного случая на производстве с работником организации ФИО2, признает обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, а также признает обоснованными все причины и условия, в результате которых ФИО2 получила травму.
На основании постановления ФИО26 в <адрес> ООО «Смолпласт» было признано виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч.З с г. 5 27.1 КоАП РФ - Нарушение государственных нормативных требований охраны труда, содержащихся в федеральных законах и иных нормативных правовые актах Российской Федерации, а именно допуск работника к исполнению им трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обучения и проверки знаний требований охраны груда, а также обязательных предварительных (при поступлении на работу) и периодических (в течение трудовой деятельности) медицинских осмотров, обязательных медицинских осмотров в начале рабочего дня (смены), обязательных психиатрических освидетельствований или при наличии медицинских противопоказаний.
Данное постановление Обществом не обжаловалось, административное наказание в виде штрафа исполнено.
Не оспаривая необходимость компенсации работнику морального вреда, просит суд учесть следующее.
Согласно акта № о несчастном случае на производстве причинами несчастного случая, помимо основных, являются сопутствующие (п.9) - нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, выразившиеся в нахождении ФИО2 на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. Согласно справке ФИО1 «Смоленский ФИО27» № от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 обнаружен этиловый спирт в крови в концентрации <данные изъяты><данные изъяты> г/дмЗ.
ФИО2 нарушены требования: абз.4 ч.2 ст. 21 ТК РФ в части обязанности соблюдать трудовую дисциплину; абз.1 ч.1 ст. 215 ТК РФ в части обязанности соблюдать требования охраны труда; 3.ДД.ММ.ГГГГ правил внутреннего трудового распорядка в части запрета работодателя на употребление в рабочее время алкогольных напитков, наркотических и токсических средств.
В соответствии со ст.81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей.
Несмотря на это, все 3 представителя ООО «Смолпласт», входящие в комиссию по расследованию тяжелого несчастного случая, в лице: начальника производства ФИО8, специалиста по правовому’ обеспечению ФИО9 и сортировщика - представителя трудового коллектива ФИО10, действуя в интересах ФИО2, проголосовали за отсутствие факта грубой неосторожности со стороны пострадавшей ФИО2, что подтверждается Протоколом заседания комиссии.
Данное обстоятельство свидетельствует о высокой моральной поддержке ООО «Смолпласт» своего сотрудника - ФИО2
Помимо этого, моральная поддержка ФИО2 со стороны ООО «Смолпласт» заключалась в неоднократных денежных компенсациях.
Так, согласно заявлению ФИО2, которое она передала руководителю ООО «Смолпласт» для предоставления в Промышленный районный суд г. Смоленска, ФИО2 подтверждает, что практически ежедневно, пока она находилась на лечении в больнице, ей звонили коллеги из числа руководителей ООО «Смолпласт», интересовались ее здоровьем, спрашивали, какая нужна помощь. Один раз в неделю ФИО2 привозили от ООО «Смолпласт» продукты питания и медицинские товары (бинты самофиксирующиеся и т.п.). Помимо этого, пока ФИО2 находилась в больнице, ей от руководства ООО «Смолпласт» было передано <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты> рублей, а также электрический чайник. После выписки ФИО2, руководство ООО «Смолпласт» передало ей <данные изъяты>, <данные изъяты> и <данные изъяты> рублей. При этом, руководство ООО «Смолпласт», передавая ФИО2 денежные средства, никогда не просило не забрать какие-либо заявления, исказить какие-либо обстоятельства.
Заявление ФИО2 только подтверждает, что, не пытаясь избежать ответственности за случившийся несчастный случай, руководство ООО «Смолпласт» постаралось максимально возможными способами компенсировать моральные страдания своего сотрудника.
Полагает, что вышеизложенное является основанием к снижению заявленной компенсации морального вреда до <данные изъяты> рублей.
Дополнительно пояснил суду, что действительно, шредер работодателем был модифицирован. Поскольку сама установка высокая, была подготовлена поднятая над уровнем пола площадка для удобства загрузки сырья оператором в окно подачи, размер которого был увеличен для обеспечения доступа к механизму шредера без необходимости разборки оборудования в случае застревания в нем перерабатываемого сырья. Кроме того, у оператора имелись специальные палки для пропихивания застрявших пакетов, которые, попадая в механизм шредера, разрушались, поэтому использовались однократно. Каждый работник, обслуживающий шредер, был осведомлен о категорическом запрете ручного вмешательства при застревании сырья, поскольку избежать травмы в данном случае очень сложно. Конструкцией шредера предусмотрено, что кнопка его выключения находится на расстоянии 3-5 метра от рабочего места, что исключает возможность ее использования в подобного рода ситуации, самим работником, осуществляющим загрузку сырья. Оторванную кисть руки обнаружить не удалось, до такой степени она была измельчена.
В какой момент ФИО2 употребила алкоголь не установлено, в силу чего, нельзя с уверенностью утверждать, что на рабочее место она была допущена в состоянии опьянения. Ранее истица в состоянии алкогольного опьянения на работу не приходила.
У истицы есть супруг, двое совершеннолетних детей, один из которых, воспользовавшись ситуацией, просил у руководства денежные средства в качестве морального вреда, однако, супруг ФИО2 настойчиво просил этого не делать, так как их сын личность маргинальная. В этой связи все денежные средства передавались ей лично.
Суд, выслушав объяснения участвующих в деле лиц, показания специалиста и свидетелей, заключение прокурора, который полагал необходимым заявленные ФИО11 требования удовлетворить и взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда, в размере, определяемом, с учетом принципа разумности и справедливости, исследовав письменные материалы дела, административное дело №а№, приходит к следующим выводам.
Согласно ст. 11 ТК РФ все работодатели в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
В порядке ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причинённого ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.
Из ст. 22 ТК РФ усматривается, что работодатель обязан возмещать вред, причинённый работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.
В силу ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.
Согласно ст. 184 ТК РФ, при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве, либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.
Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях, определяются федеральными законами.
Согласно ст. 8 ч.2 п.3 ФЗ РФ № «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от ДД.ММ.ГГГГ в качестве гарантии трудовых прав застрахованных лиц, предусмотрено возмещение им морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве причинителем вреда, каким по настоящему делу является ответчик.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).
Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие не обеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.
В ходе судебного разбирательства установлено, что на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № б/н ФИО2 осуществляет свою трудовую деятельность в ООО «Смолпласт» в должности оператора линии мойки с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время.
Ранее с ней был оформлен ученический договор от ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ при исполнении трудовых обязанностей в <данные изъяты> час. <данные изъяты> мин. с ФИО2 произошел несчастный случай на производстве, следствием которого, стала травматическая ампутация правой кисти на уровне запястных костей, а так же обширная рваная рана правого предплечья с повреждением всех сухожилий сгибателей и разгибателей кисти, локтевого, лучевого, срединного нервов, артерий. Указанные повреждения относятся к категории тяжелых.
Комиссией по расследованию несчастного случая, образованной в соответствии с требованиями действующего федерального законодательства, установлено, что непосредственным местом происшествия является участок линии мойки производственного помещения, расположенного по адресу: №, <адрес>, ул. <адрес> км, корп. адм-быт, пом. <адрес> на территорий ООО «СМОЛПЛАСТ».
На участке установлен двухвальный измельчитель (шредер) для переработки (измельчения) полимеров. Согласно паспорту на оборудование и свидетельству о приемке шредер №, зав. № № шредер соответствует требованиям конструкторско-технической документации и признан годным к эксплуатации. Размер загрузочного окна, мм: 800*576, диаметр ротора- 313, количество ножей- 52 + 28.
Шредер установлен на бетонном полу, возле него по инициативе работодателя сооружена площадка высотой примерно около 1,5-2 метров для подъема наверх, с целью подачи сырья вручную. Согласно паспорту двухвального измельчителя в случае аварийной остановки предусмотрена «Кнопка стоп». Кнопочная станция включения/выключения находится слева от рабочего места примерно на расстоянии около 4 метров от рабочего места оператора линии мойки. Освещение в помещении искусственное, установлены прожекторы.
Из пояснений участников процесса и материалов дела усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 пришла на работу в ночную смену около <данные изъяты> час., переоделась в спецодежду и приступила к работе. При просмотре записи с камеры видеонаблюдения установлено, что она находится на оборудованной площадке, с которой производит загрузку сырья в бункер шредера вручную, оператор линии мойки ФИО12 подает сырье с пола также вручную.
ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> час. ФИО2 увидела, что на роторе шредера между зубцов застрял мешок, который она решила поправить рукой. В процессе выполнения данной манипуляции перчатка зацепилась за зубцы ротора и правую руку затянуло оборудованием. После травматической ампутации кисти ФИО2 удалось освободить руку и самостоятельно спуститься вниз.
Впоследствии мастером ФИО7 было принял решение, на машине охранника предприятия доставить ФИО2 в ФИО1 «ФИО28», где ей и была оказана помощь.
Из медицинского заключения ФИО1 «ФИО29» усматривается, что ФИО2 был поставлен диагноз: «Травматическая <данные изъяты>.<данные изъяты>». Указанные повреждения относятся к категории тяжелых.
Из справки о результатах химико-токсикологического исследования усматривается, что в крови ФИО2 был обнаружен этиловый алкоголь <данные изъяты>40 г/дм3.
ДД.ММ.ГГГГ работодателем был издан приказ б/н «О проведении расследования несчастного случая на производстве», которым создана комиссия по расследованию случившегося в составе: начальника производства ФИО8, специалиста по правовому’ обеспечению ФИО9 и представителя трудового коллектива, сортировщика ФИО10
Кроме того, лицами, проводившими расследование несчастного случая, являлись: старший государственный инспектор труда ФИО30 в <адрес>, ФИО13, главный специалист отдела страхования профессиональных рисков ФИО31, ФИО14, технический инспектор труда союза «ФИО32» ФИО15, главный специалист по охране труда Управления кадров и муниципальной службы ФИО33 <адрес> ФИО16
Комиссией по расследованию несчастного случая установлено следующее.
Оператор линии мойки ФИО3 участвовала в производственной деятельности ООО «СМОЛПЛАСТ».
ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2 был заключен ученический договор на срок <данные изъяты> месяцев. Трудовой договор в письменной форме на момент несчастного случая с ФИО2 отсутствовал. Трудовой договор в письменной форме заключен с ФИО2 только ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с Федеральным законом от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» лицензия на осуществление образовательной деятельности в ООО «СМОЛПЛАСТ» отсутствует. Фактически в день несчастного случая, ФИО2 осуществляла трудовую деятельность в интересах работодателя.
В ходе расследования установлено, что ФИО2 была допущена до производства работ без прохождения стажировки. Стажировку ФИО2 прошла только с ДД.ММ.ГГГГ.
Первичный медицинский осмотр при приеме на работу ФИО2 не проходила, психиатрическое освидетельствование не пройдено.
В ООО «СМОЛПЛАСТ» специальная оценка условий труда рабочего места оператора линии мойки не проведена.
Согласно п. 7.1 правил внутреннего трудового распорядка ООО «СМОЛПЛАСТ» в Обществе устанавливается пятидневная рабочая неделя сменами по <данные изъяты> рабочих часов в дневное время суток, с учётом обеденного перерыва с 13<данные изъяты> до <данные изъяты> с двумя выходными днями (суббота и воскресенье) и <данные изъяты> часа в ночное время суток. Согласно п. 7.1.1. продолжительность дневной смены <данные изъяты> часов с <данные изъяты> до <данные изъяты><данные изъяты>, ночной смены - с <данные изъяты> до <данные изъяты>.
Со слов ФИО2 она работала по сменному графику работы четыре дня в день с <данные изъяты> час. до <данные изъяты> час. с перерывом на обед <данные изъяты> час., два выходных, далее четыре дня в ночь с <данные изъяты> час. до <данные изъяты> час. следующего дня, затем выходной.
Согласно предоставленным работодателям табелям учета рабочего времени за период с февраля по июль <данные изъяты> года ФИО2 работала по графику работы: четыре рабочих дня с <данные изъяты> час. до <данные изъяты><данные изъяты> час., перерыв на обед <данные изъяты> час., два выходных, в ночное время четыре рабочих дня с <данные изъяты> час. до <данные изъяты> час., два выходных. В нарушение ст. 91 ТК РФ работодателем не ведется надлежащий учет рабочего времени.
В <данные изъяты> году ежегодный оплачиваемый отпуск ФИО2 не предоставлялся.
В ООО «СМОЛПЛАСТ» нормы выдачи работникам средств индивидуальной защиты не утверждены. ФИО2 были выданы: перчатки хлопчатобумажные, респиратор, очки защитные, наушники.
Согласно п. 2754 (358. Производство полимеров) Приказа Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении типовых норм бесплатной выдачи специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты работникам химических производств, занятыми работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением при производстве полимеров» рабочим, занятым в производстве должно быть выдано: костюм для защиты от общих производственных загрязнений и механических воздействий, белье нательное, ботинки кожаные с защитным подноском, перчатки с полимерным покрытием, фартук из полимерных материалов, средство индивидуальной защиты органов дыхания (СИЗО, противоаэрозольное, при выполнении работ с применением кислот кислотосодержащих продуктов: комбинезон для защиты от токсичных веществ пыли из нетканых материалов, костюм для защиты от растворов кислот и щелочей, сапоги резиновые с защитным подноском, перчатки для защиты от растворов, кислот и щелочей, головной убор, костюм для защиты от воды. На наружных работах и в неотапливаемых помещениях зимой дополнительно: костюм для защиты от общих производственных загрязнений и механических воздействий на утепляющей прокладке, ботинки кожаные утепленные с защитным подноском или сапоги кожаные утепленные с защитным подноском, или валенки с резиновым низом по поясам, перчатки с защитным покрытием морозостойкие с утепляющими вкладышами.
При расследовании установлено изменение конструкции бункера шредера, выразившееся в выпиленных стенках у квадратного отверстия для беспрепятственного доступа к бункеру, с целью подачи сырья вручную.
В ООО «СМОЛПЛАСТ» утверждено Положении о системе управления охраной труда. Разработаны карты определения риска, оценки риска и мероприятий по снижению возникновения риска на рабочем месте оператора линии мойки.
В ООО «СМОЛПЛАСТ» не обеспечена процедура контроля состоянии здоровья работников.
В соответствии с ч. 2 ст. 22, абз. 11 ч. 3 ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 2.1.6, п. 3.3 Постановления Минтруда России, Минобразования России от ДД.ММ.ГГГГ № работодателем не проведён внеплановый инструктаж по охране труда на рабочем месте с ФИО2, в связи с введением в действие новых или изменении законодательных и иных нормативных правовых актов, содержащих требования охраны труда, вступивших в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.
В ходе расследования установлено, что ФИО2 находилась на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, работодателем не были приняты меры по ее отстранению от работы.
В момент несчастного случая, произошедшего с ФИО2 кнопка аварийного отключения оборудования в непосредственной доступности для работника отсутствовала.
Согласно акту по форме Н-1 расследования несчастного случая, утвержденному директором ООО «Смолпласт» ДД.ММ.ГГГГ, основной причиной несчастного случая с ФИО2 явились конструктивные недостатки и недостаточная надежность машин, механизмов, оборудования, выразившиеся в отсутствии на рабочем месте оператора линии мойки кнопки аварийного отключения оборудования в непосредственной доступности для работника; сопутствующими причинами по результатам расследования несчастного случая являются: нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, выразившаяся в нахождении ФИО2 на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, а также отсутствие контроля со стороны мастера цеха ФИО7, который осуществляет руководство и контроль за производством работ в свою смену.
Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда комиссией названы: ФИО17 – директор ООО «Смолпласт», нарушивший вышеприведенные положения трудового законодательства, а так же
положения приказа Минтруда России №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении общих требований к организации безопасного рабочего места», а именно:
П.2 Рабочее место, его оборудование и оснащение, применяемые в соответствии с особенностями выполняемых работ, должны обеспечивать сохранение жизни и здоровья занятых на нем работников при соблюдении ими положений применяемых у работодателя нормативных правовых актов по вопросам охраны труда (далее по тексту - государственные требования охраны труда).
П.4 Рабочее место (рабочая зона), его размеры, взаимное расположение органов управления, средств отображения информации, размещение вспомогательного оборудования и инструментов должны учитывать требования к выполняемой работе в соответствии с государственными требованиями охраны труда.
П.16 Машины, механизмы, производственное оборудование, являющиеся источником травмоопасности, в соответствии с требованиями технических регламентов должны оснащаться защитными ограждениями и блокировками, исключающими работу оборудования при снятии защитного ограждения, при нахождении человека или частей его тела в зоне работы травмирующих частей и агрегатов, эксплуатация таких машин, механизмов, производственного оборудования должна осуществляться в соответствии с требованиями технической (эксплуатационной) документации и с соблюдением государственных требований охраны труда;
положения Приказа Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении примерного перечня ежегодно реализуемых работодателем мероприятий по улучшению условий и охраны труда, ликвидации или снижению уровней профессиональных рисков, либо недопущению повышения их уровней», обязывающие работодателя обеспечить:
внедрение систем (устройств) автоматического и дистанционного управления и регулирования производственным оборудованием, технологическими процессами, подъемными и транспортными устройствами (п.2);
приобретение и монтаж средств сигнализации о нарушении штатного функционирования производственного оборудования, средств аварийной остановки, а также устройств, позволяющих исключить возникновение опасных ситуаций при полном или частичном прекращении энергоснабжения и последующем его восстановлении (п.3);
устройство ограждений элементов производственного оборудования, защищающих от воздействия движущихся частей, а также разлетающихся предметов, включая наличие фиксаторов, блокировок, герметизирующих и других элементов (п.4).
устройство новых и (или) модернизация имеющихся средств коллективной защиты работников от воздействия опасных и вредных производственных факторов (п.5);
требования паспорта на оборудование шредер №, зав. № № в части:
«В случае аварии оператор может остановить машину кнопкой «Стоп»»;
« При подаче перерабатываемого материала соблюдайте осторожность, чтобы избежать травм. В случае ручной подачи, выключайте машину при загрузке и обязательно закрывайте верхний люк».
ФИО18, мастер цеха, нарушивший
абз. 11 ч.2 ст. 214 ТК РФ, согласно которому, работодатель обязан обеспечить организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты;
п. 2.9 Должностной инструкции мастера, который гласит, что мастер контролирует соблюдение работниками технологической, производственной и трудовой дисциплины;
ФИО2, оператором линии мойки нарушены требования
абз.4 ч.2 ст.21 ТК РФ обязывающей работника соблюдать трудовую дисциплину;
абз.1 ч.1 ст.251 ТК РФ обязывающей работника соблюдать требования охраны труда;
п.ДД.ММ.ГГГГ Правил внутреннего трудового распорядка, обязывающих работника соблюдать запрет работодателя на употребление в рабочее время алкогольных напитков, наркотических и токсических веществ.
Анализируя вышеизложенное, суд приходит к убеждению, что в момент несчастного случая ФИО2 была связана с производственной деятельностью с ООО «Смолпласт», а её нахождение в месте несчастного случая было обусловлено исполнением трудовых обязанностей, и в соответствии со ст. 227, 230.1 ТК РФ и п. 23 «Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях», утвержденного Постановлением Минтруда ОРФ № от ДД.ММ.ГГГГ данный несчастный случай квалифицируется как несчастный случай на производстве, подлежит оформлению актом по форме №, учету и регистрации в организации.
Согласно Акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ большинством голосов факт грубой неосторожности со стороны пострадавшей ФИО2 комиссией по расследованию несчастного случая не установлен.
Не настаивает на констатации данного обстоятельства и представитель ответчика.
Вместе с тем, как было изложено выше, факт нарушения истицей вышеприведенных положений трудового законодательства и Правил внутреннего трудового распорядка Общества комиссией зафиксирован.
Установленные в акте обстоятельства несчастного случая сторонами по делу не оспариваются и принимаются судом при разрешении настоящего спора.
Оценивая обязанность работодателя по компенсации работнику, получившему производственную травму, морального вреда, суд учитывает следующее.
Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности ( 1079 ГК РФ).
В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" указано, что по смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.
Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.
При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях (например, когда пассажир, открывая дверцу стоящего автомобиля, причиняет телесные повреждения проходящему мимо гражданину).
На основании изложенного, исходя из правовой позиции, приведенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1, суд приходит к убеждению, что по своим особым свойствам двухвальный измельчитель (шредер) для переработки (измельчения) полимеров ( шредер SWTF-3080, зав. № 383-SWTF3080) является источником повышенной опасности в контексте ст.1079 ГК РФ, поскольку его эксплуатация связана с повышенной вероятностью причинения вреда из-за невозможности полного контроля за работой со стороны человека.
Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности) (п.19 Постановления Пленума ВС)
Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).
Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.
Положения Конституции Российской Федерации о праве на труд согласуются и с международными правовыми актами, в которых раскрывается содержание права на труд.
Так, Всеобщая декларация прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН ДД.ММ.ГГГГ) предусматривает, что каждый человек имеет право на труд, на свободный выбор работы, на справедливые и благоприятные условия труда (пункт 1 статьи 23 названной Декларации).
В статье 7 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах (принят ДД.ММ.ГГГГ Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-м пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН; документ вступил в силу для СССР с ДД.ММ.ГГГГ; Российская Федерация является участником указанного международного договора в качестве государства - продолжателя Союза ССР) говорится, что участвующие в настоящем пакте государства признают право каждого на справедливые и благоприятные условия труда, включая в том числе условия работы, отвечающие требованиям безопасности и гигиены.
Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи с нормами международного права следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.
В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.
В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).
Поскольку владельцем источника повышенной опасности, а равно, лицом, не обеспечившим, в должной мере, безопасные условия труда, является ответчик, на него подлежит возложению обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате эксплуатации и проявления вредоносных свойств указанного источника повышенной опасности, в том числе и по компенсации причиненного морального вреда.
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).
В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Исходя из приведенного нормативного правового регулирования работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.
При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").
В постановлении Европейского Суда по правам человека от ДД.ММ.ГГГГ по делу "Максимов (Maksimov) против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.
Как следует из Определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 49-КГ21-2-К6, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.
Суд, с учетом изложенных положений закона, считает, что заявленные истцом требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, при этом размер компенсации морального вреда подлежит определению судом, поскольку во внесудебном порядке стороны по делу не смогли достичь соглашения о его размере.
Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд исходит из того, что нравственные страдания характеризуют эмоции человека в виде отрицательных переживаний, возникающих под воздействием травмирующих его психику событий, глубоко затрагивающие его личностные структуры, настроение, самочувствие и здоровье.
Суд признает, что истцу несомненно причинены физические и нравственные страдания, связанные с полученными в результате травмы телесными повреждениями, а равно последовавшего лечения, то есть длительностью прохождения амбулаторного лечения, а равно невозможности в дальнейшем вести прежний образ жизни.
Так, в ходе судебного разбирательства было достоверно установлено, что на момент получения травмы при исполнении трудовых обязанностей, истица находилась в трудоспособном возрасте.
В соответствии со справкой ФИО34 ФИО2 получена тяжелая травма, связанная с неизгладимым увечьем, следствием которой является стойка частичная утрата профессиональной работоспособности.
В соответствии с п. 4 Приказа Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ N 585н (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О классификациях и критериях, используемых при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы" степень выраженности стойких нарушений функций организма человека, обусловленных заболеваниями, последствиями травм или дефектами, оценивается в процентах и устанавливается в диапазоне от 10 до 100, с шагом в 10 процентов.
Как следует из п. 5 указанного Приказа, выделяются 4 степени выраженности стойких нарушений функций организма человека, обусловленных заболеваниями, последствиями травм или дефектами:
I степень - стойкие незначительные нарушения функций организма человека, обусловленные заболеваниями, последствиями травм или дефектами, в диапазоне от 10 до 30 процентов;
II степень - стойкие умеренные нарушения функций организма человека, обусловленные заболеваниями, последствиями травм или дефектами, в диапазоне от 40 до 60 процентов;
III степень - стойкие выраженные нарушения функций организма человека, обусловленные заболеваниями, последствиями травм или дефектами, в диапазоне от 70 до 80 процентов;
IV степень - стойкие значительно выраженные нарушения функций организма человека, обусловленные заболеваниями, последствиями травм или дефектами, в диапазоне от 90 до 100 процентов.
Степень выраженности стойких нарушений функций организма человека, обусловленных заболеваниями, последствиями травм или дефектами, устанавливается в соответствии с количественными системами оценки, предусмотренными приложениями N 1 и 2 к настоящим классификациям и критериям.
К моменту рассмотрения настоящего спора истец продолжает проходить амбулаторное лечение, вопрос об установлении группы инвалидности и степени утраты профессиональной трудоспособности не разрешен.
Вместе с тем, даже в отсутствие таких данных очевидно, что дальнейшая работа истца по занимаемой должности, по крайней мере без высокомодефицированного протезирования невозможна. Трудоспособность ФИО2 до настоящего времени не восстановлена, ей необходимо будет проходить курс профессиональной реабилитации, без которого она не сможет осуществлять трудовые функции в любом месте работы согласно ее профессиональным навыкам и пожеланиям.
В связи с полученными травмами истец была лишена возможности вести полноценный активный образ жизни, выполнять бытовые работы дома. Безусловно, ФИО2 морально переживает, в том числе, и в связи с эстетическим восприятием себя окружающими с учетом полученного ею увечья.
Также судом учитывается установленная вина работодателя в грубом нарушении требований техники безопасности и охраны труда.
Вместе с тем, суд принимает во внимание и выявление нарушения правил охраны труда и трудовой дисциплины, допущенные самой истицей, а так же факт добровольно оказанной ей помощи со стороны работодателя, что подтверждается представленной в материалы дела распиской на общую сумму <данные изъяты> рублей.
Таким образом, при определении размера компенсации суд принял во внимание фактические обстоятельства, при которых истец получила травму, характер и тяжесть причиненных ей физических и нравственных страданий, длительность лечения, последствия в виде стойкой утраты профессиональной трудоспособности, необходимость прохождения реабилитации, и установления инвалидности, а также требования разумности и справедливости, и с учетом данных обстоятельств определяет общий размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца, в размере <данные изъяты> рублей.
Данный размер компенсации морального вреда суд считает разумным и достаточным при установленных обстоятельствах и представленных доказательствах.
Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования прокурора Промышленного района г. Смоленска, заявленные в интересах ФИО2, удовлетворить.
Взыскать с ООО «Смолпласт» ( ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО2 (паспорт серии № №, выданный УМВД ФИО35 ДД.ММ.ГГГГ) <данные изъяты> рублей в счет компенсации морального вреда.
Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд <адрес> в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.
Судья И.В. Селезенева