Дело № 67RS0003-01-2022-003530-90

производство № 2-2527/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

1 сентября 2022 года г. Смоленск

Промышленный районный суд г. Смоленска

в составе:

председательствующего судьи Рожковой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мещановой Н.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО1 обратился с иском в суд к ФИО2, ФИО3 с требованиями о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки.

В обоснование иска указано, что в рамках уголовного дела истец был признан потерпевшим на основании положений ст. 42 УПК РФ. В соответствии с положениями ст. 44 УПК РФ истец признан гражданским истцом, а ФИО2 гражданским ответчиком. На стадии предварительного следствия истцом в порядке ст. 44 УПК РФ был заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда в размере 2 500 000 руб., в связи с тем, что в результате произошедшего по вине ФИО2 ДТП истцу были причинены множественные телесные повреждения, результатом которых стала ампутации правой нижней конечности на уровне верхней трети голени. В настоящее время истцу установлена третья группа инвалидности по общему заболеванию. Как было установлено на стадии предварительного расследования, транспортное средство OPEL ASTRA, гос.рег.знак <***>, которым в момент ДТП управлял ФИО2, принадлежало последнему на праве собственности. На основании постановления следователя отделения по расследованию ДТП СУ УМВД России по Смоленской области от 18.01.2022 указанный выше автомобиль был признан в качестве вещественного доказательства по уголовному делу и возвращен ФИО2 на ответственное хранение с обязательством не распоряжаться указанным выше транспортным средством, о чем ФИО2 была собственноручно составлена расписка от 18.01.2022. При рассмотрении уголовного дела Промышленным районным судом г. Смоленска, истцом было заявлено уточненное исковое заявление, в котором истец просил в целях обеспечения заявленного истцом иска наложить арест на указанный автомобиль, принадлежащий на праве собственности ФИО4 После заявления указанного выше ходатайства, при непосредственном допросе ФИО2, последний указал, что несмотря на взятое им обязательство, не распоряжаться признанным в рамках уголовного дела вещественным доказательством, последний заключил 25.01.2022 договор купли-продажи названного выше автомобиля со своим отцом – ФИО3 На дополнительные вопросы представителя истца в судебном заседании ФИО2 пояснил, что он якобы не знал о том, что ему нельзя было отчуждать указанный выше автомобиль, а денежные средства, вырученные от продажи автомобиля были потрачены им на ремонт квартиры. Приговором Промышленного районного суда г. Смоленска от 16.05.2022 ФИО2 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ. С последнего в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 1 000 000 руб. Учитывая приведенные выше обстоятельства, предшествующие заключению договора купли-продажи от 25.01.2022 между ФИО2 и ФИО3, имеет место факт злоупотребления правом (недобросовестное осуществление гражданских прав), с намерением причинить вред истцу, так как в результате совершения указанной сделки, истец был лишен возможности получить имущественное исполнение за счет указанного выше транспортного средства в рамках удовлетворения иска о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. В действительности стороны произвели формальный переход права собственности на автомобиль во избежание обращения на него взыскания по исполнительному производству. Как следует из оспариваемого договора купли-продажи, за проданный автомобиль ФИО3 получил денежную сумму в размере 100 000 руб. В судебном заседании в рамках рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО2 последний пояснил, что реализовал спорный автомобиль за сумму в размере 300 000 руб., при этом каких-либо доказательств, свидетельствующих о реальной передаче денежных средств от ФИО3 в материалы дела не предоставил. Изложенное выше дополнительно указывает на мнимость договора купли-продажи от 25.01.2022. Таким образом, о мнимости указанной выше сделки свидетельствует совокупность следующих обстоятельств: стороны сделки являются близкими родственниками (отец и сын), договор купли-продажи автомобиля заключен через неделю после его признания вещественным доказательством и передаче ФИО5 на ответственное хранение с запретом на распоряжение, отсутствие каких-либо доказательств передачи денежных средств за проданный автомобиль от покупателя к продавцу, а также указание в договоре купли-продажи денежной суммы не соответствующей действительности (100 000 руб. вместо 300 000 руб.). Просит суд признать недействительным договор купли-продажи от 25.01.2022 автомобиля OPEL ASTRA, гос.рег.знак №, заключенный между ФИО2 и ФИО3, и применить последствия недействительности сделки.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился по неизвестным суду причинам, о месте и времени рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом, обеспечил явку своего представителя.

Представитель истца ФИО1 – ФИО6, действующий на основании доверенности со специальными полномочиями, в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что являлся собственником автомобиля «Опель Астра» 2011 года выпуска, использовал его, ездил на работу, покупал его для работы. На момент приобретения машины работал на ул. Индустриальной, ездил на автомобиле по городу. Сейчас работает водителем, ездит на служебной машине. Автомобиль приобрел за 370 000 руб., договор купли-продажи имеется, покупал его в г. Ярцево, автомобиль был в исправном состоянии. 06.08.2021 произошло ДТП, технически после ДТП машина не была исправна, на ней нельзя было ездить, она стояла во дворе. Когда сменил работу, точно не помнит, размер заработной платы в период январь – август 2020 г. составлял 17 тыс. руб. и 3 тыс. руб. выдавали на топливо, с сентября 2020 г. размер заработной платы составлял 20 тыс. руб. С сентября 2021 г. по настоящее время заработная плата составляет 17 тыс. руб., работает официально. В собственности у ФИО2 имеется квартира, которая находится в ипотеке. В январе 2022 г. планировал встречу с потерпевшим, искал деньги, отец искал себе машину. Деньги от продажи планировал потратить на возмещение вреда потерпевшему и устройство жилья для будущего ребенка. На момент продажи машины ее среднерыночная стоимость составляла 300-350 000 руб. До этого машина попала под град, затем произошло ДТП, поэтому с отцом договорились о цене 100 000 руб. 25.01.2022 составили договор, 26.01.2022 или 27.01.2022 ФИО2 встретился с потерпевшим. После заключения договора купли-продажи спорный автомобиль находился у отца, ФИО2 им не управлял, у отца имеются водительские права, стаж вождения более 20 лет. После попадания машины под град в июле 2020 г. пострадали все кузовные элементы, кроме бамперов, устранение данных дефектов требовало покраски или замены. Вмятины были на каждом элементе автомобиля. После ДТП пострадала передняя часть, бампер, правая фара, радиатор кондиционера, поворотник, провода на датчик удара, система безопасности, датчики скорости и стабилизации. Также поврежден двигатель. На ремонт кузова необходимо 100-120 000 руб. Следователь был в курсе его материального положения, объяснил, что расписка о запрете распорядительных действий нужна для предоставления автомобиля следователю или суду по первому их требованию. То, что он не может продать автомобиль, ему не поясняли. 100 000 руб. он получил от отца наличными, отец ремонтировал машину за свой счет. Не предложил автомобиль потерпевшему, так как, по его мнению, он не хотел его брать, лично ему автомобиль забрать не предлагал. Полученные деньги на счета не размещал, потратил их в первую неделю на обустройство комнаты для будущего ребенка. Потерпевшему все деньги не передал, перевел 25 000 руб., так как здоровье и благополучие ребенка для него важнее. Он ремонтировал квартиру, там везде была плесень, отремонтировал комнату собственными силами, потратил на ремонт 75 000 руб. Договор купли-продажи спорного автомобиля составлен в трех экземплярах. Денежные средства за продажу автомобиля были переданы в этот же день купюрами номиналом 5 000 руб. Расписка не составлялась, так как о передаче денежных средств указано в договоре. Отец забрал машину, потом ее поставили на учет в ГИБДД. В удовлетворении требований просил отказать.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что о ДТП ему было известно, об обязанности сына возместить моральный вред также. Считает, что ответчик должен работать и отдавать деньги потерпевшему с зарплаты. Договор купли-продажи заключен 25.01.2022, по нему он передал сыну 100 000 руб. Он дал деньги на решение жилищных проблем и возмещение вреда. Официально работает на деревообрабатывающем предприятии, его ежемесячный доход составляет 100 000 руб. В собственности машины до этого не было, но это не первый его автомобиль. ФИО7 ему нужна для работы, у него свое ИП, необходимо ездить по поставщикам. В данный момент ездит на нем по городу. Восстановлен автомобиль в начале апреля 2022 г., ездил в ГИБДД, проходил техосмотр, автомобиль проходил экспертизу. До покупки автомобиля на работу его возил друг, о покупке машины он думал до Нового года, собирал на это деньги. Купил автомобиль у сына, чтобы помочь решить его проблемы и приобрести себе машину. На ремонт машины он потратил примерно 150 000 руб., чеки не собирал. В удовлетворении требований просил отказать.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО8, действующий на основании доверенности со специальными полномочиями, в судебном заседании исковые требования не признал, просил в удовлетворении требований отказать в связи с отсутствием оснований для этого.

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 06.08.2021 около 23 час. 25 мин. в темное время суток и пасмурной погоде с осадками в виде слабого ливневого дождя и освещенному искусственным освещением мокрому участку дорожного полотна водитель ФИО2, управляя технически исправным автомобилем марки «Opel Astra», рег. знак №, двигаясь со скоростью не более 5 км/ч по прилегающей территории ТЦ «Макси» по адресу: <...>, со стороны «Парка имени 1100-летия г. Смоленска» в направлении центрального входа в ТЦ «Макси», выполнив маневр левого поворота, пересекая линии дорожной разметки, определяющих места для парковки транспортных средств, грубо нарушая требования п.9.7 ПДД РФ, не убедившись в безопасности своего дальнейшего движения, нарушив порядок движения транспортных средств, предвидя наступление общественно опасных последствий, легкомысленно и самонадеянно рассчитывая, что при возникновении опасности при движении сможет предотвратить аварийную ситуацию и наступление опасных последствий, выехал на полосу движения, предназначенную для проезда к центральному входу ТЦ «Макси», и совершил перекрестное столкновение с двигавшимся в прямом направлении по полосе движения, обозначенной дорожной разметкой 1.5 Приложения № 2 к ПДД РФ, мотоциклом «Honda Steed 400_VLS», рег. знак №, под управлением ФИО1, причинив последнему повреждения, которые квалифицируются в совокупности как тяжкий вред здоровью.

Постановлением следователя отделения по расследованию ДТП СУ УМВД России по Смоленской области от 18.01.2022 признан и приобщен к уголовному делу № № в качестве вещественного доказательства: автомобиль «Opel Astra», гос.рег.знак №, изъятый в ходе выемки у ФИО2 – 18.01.2022. Вещественное доказательство возвращено на ответственное хранение свидетелю ФИО2 под расписку (л.д. 23-24, л.д. 25).

25 января 2022 г. между продавцом ФИО2 и покупателем ФИО3, который приходится отцом ФИО2, заключен договор купли-продажи автомобиля «Opel Astra», гос.рег.знак № (л.д. 20).

Согласно обозначенному договору спорный автомобиль был продан за 100 000 руб.

Приговором Промышленного районного суда г. Смоленска от 16 мая 2022 г. ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на 2 (два) года. С ФИО2 в пользу ФИО1 взысканы в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, денежные средства в размере 1 000 000 руб. Вещественные доказательства: автомобиль «Opel Astra», гос.рег.знак № оставлен ФИО3 (л.д. 11-19).

Истец полагая, что указанная выше сделка является мнимой, с целью вывода имущества должника ФИО2 и недопущения обращения на него взыскания, обратился в суд с настоящим исковым заявлением, в котором просит признать договор купли-продажи спорного автомобиля недействительным, применить последствия недействительности сделки путем возврата в собственность ФИО2 спорного транспортного средства.

Разрешая заявленные требования, суд приходит к следующему.

Согласно п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования п. 1 ст. 1, п. 3 ст. 166 и п. 2 ст. 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В силу п. 1 с. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон мнимой сделки. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся, поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Как указано выше, постановлением следователя отделения по расследованию ДТП СУ УМВД России по Смоленской области спорный автомобиль «Opel Astra», гос.рег.знак №, признан вещественным доказательством по уголовному делу №, передан на ответственное хранение ФИО2 под расписку.

Согласно расписке от 18 января 2022 г. ФИО2 возвращен на ответственное хранение принадлежащий ему на праве собственности автомобиль «Opel Astra», гос.рег.знак № Претензий по сохранности не имеет, обязуется не распоряжаться данным автомобилем (л.д. 25).

Вместе с тем 25.01.2022 ФИО2 на основании договора купли-продажи продал упомянутый автомобиль своему отцу ФИО3, то есть произвел отчуждение транспортного средства, принадлежащего на праве собственности.

Собственником спорного транспортного средства в настоящее время является ФИО3 (л.д. 21-22).

На момент совершения сделки по купле-продаже спорного автомобиля ФИО2 было известно о нахождении в производстве суда уголовного дела в отношении последнего, в рамках которого был заявлен гражданский иск ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного преступлением, однако ответчик продал принадлежащее ему транспортное средство своему отцу, тем самым лишив ФИО1 возможности получить исполнение обязательства за счет указанного выше транспортного средства в рамках удовлетворения иска о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб.

Кроме того, ответчик ФИО2 совершил сделку купли-продажи спорного автомобиля, который согласно постановлению следователя отделения по расследованию ДТП СУ УМВД России по Смоленской области от 18 января 2022 г. был передан ФИО2 на ответственное хранение.

Подтверждением недобросовестного поведения со стороны ФИО2 служит и тот факт, что имея денежные средства от продажи указанного транспортного средства, ответчик не компенсировал истцу моральный вред, причиненный преступлением.

В пользу того, что договор купли-продажи от 25.01.2022 является мнимым, говорит и то, что он оформлен между родственниками (сыном и отцом).

Довод ответчика ФИО3 о том, что спорный автомобиль находится в его пользовании, он несет бремя содержания спорного автомобиля, так как им осуществляется ремонт автомобиля, что подтверждается товарными накладными от 18.02.2022, 10.03.2022, 04.04.2022 (л.д. 60-62), не является бесспорным доказательством того, что спорное имущество фактически выбыло из владения ФИО2, иных доказательств со стороны ответчиков суду не представлено.

Проверяя доводы ответчиков о добросовестности их действий, а также о праве на реализацию своих прав, в том числе прав собственника по распоряжению принадлежащим ему имуществом, по своему усмотрению, суд приходит к следующим выводам.

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действие в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. ст. 10 и 168 ГК РФ.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 1 постановления от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из смысла приведенных норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (ст. 10 и 168 ГК РФ).

Материалами дела установлено, что ответчик ФИО2 распорядился спорным автомобилем, который был передан последнему на ответственное хранение с запретом на распоряжение под расписку, тем самым лишив ФИО1 возможности в дальнейшем получить исполнение обязательства за счет указанного выше транспортного средства в рамках удовлетворения иска о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб.

Как уже указывалось выше, мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (п. 1 ст. 170 ГК РФ).

Президиумом Верховного Суда Российской Федерации в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 8 июля 2020 г. разъяснено, что мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п.

Проверяя обстоятельства заключения оспариваемой сделки и разумность мотивов ответчиков, побудивших заключить ее, а также обстоятельства, последовавшие после ее заключения, суд приходит к следующим выводам.

Объясняя необходимость продажи принадлежащей ФИО2 спорной автомашины, последний пояснил, что после повреждения указанной автомашины в ДТП требовался ее ремонт, отец ФИО3 решил приобрести автомобиль у него, тем самым помочь ему решить проблемы.

Вместе с тем каких-либо разумных и логичных пояснений о том, в чем была необходимость и целесообразность именно в январе 2022 года продажи автомашины отцу, ФИО2 не привел, доказательств возмещения истцу компенсации морального вреда за счет денежных средств, предоставленных отцом по договору купли-продажи, ответчиком ФИО2 не представлено, со слов последнего, часть денежных средств в размере 75 000 руб. были потрачены на ремонт квартиры, сторонами не оспаривается, что ФИО2 перевел истцу 25 000 руб.

Оценивая действия ответчиков по заключению приведенной выше сделки относительно пределов осуществления гражданских прав с учетом всех установленных обстоятельств, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований, поскольку имеет место реализация принадлежащего ФИО2 на праве собственности спорного автомобиля по мнимой сделке, заключенной с родственником (отцом) с целью исключения возможности за счет указанного выше транспортного средства компенсировать моральный вред истцу, при недобросовестном поведении сторон сделок (ответчики знали о нахождении в производстве суда спора о денежной компенсации морального вреда, причиненного преступлением и нахождением спорного автомобиля на ответственном хранении с обязательством не распоряжаться таковым), оспариваемой сделкой нарушены права истца на получение причитающегося исполнения вследствие злоупотребления правом ответчиком ФИО2, который, имея обязанность перед истцом в значительном размере, распорядился принадлежащим ему имуществом с намерением в дальнейшем уйти от исполнения обязательств.

Разрешая исковые требования о признании договора купли-продажи спорного автомобиля недействительным, суд полагает, что при изложенных выше обстоятельствах действия ФИО2 по отчуждению спорного автомобиля, признанного вещественным доказательством по уголовному делу, представляют собой злоупотребление правом, поскольку эти действия были направлены на уклонение от исполнения своих обязательств перед истцом и на лишение истца возможности получить денежную компенсацию морального вреда за счет спорного имущества. В связи с этим оспариваемая истцом сделка подлежат признанию недействительной по основаниям п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Согласно ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ суд,

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи автомобиля от 25 января 2022 г., заключенный между ФИО2 и ФИО3.

Применить последствия недействительности сделки, возвратив в собственность ФИО2 автомобиль Opel Astra, идентификационный номер № №, год выпуска – 2011, цвет синий, гос.рег.знак №, что является основанием для внесения соответствующих регистрационных сведений ГИБДД.

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г. Смоленска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Н.В. Рожкова