№ 2-3032/2022
64RS0047-01-2022-003947-74
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
09 ноября 2022 г. г. Саратов
Октябрьский районный суд г. Саратова в составе:
председательствующего судьи Долговой С.И.,
при секретаре судебного заседания Демидовой И.С., с участием истца ФИО1, представителя истца по ордеру ФИО2, представителя ответчика по доверенности ФИО3, представителя третьего лица ФИО4,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управлению Федерального казначейства по Саратовской области о компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управлению Федерального казначейства по Саратовской области о взыскании денежной компенсации морального вреда.
Требования истца мотивированы тем, что постановлением Кировского районного суда г. Саратова от 16 февраля 2004 г. по делу № 1-21/2004 г. уголовное дело в отношении ФИО1 (а также иных лиц: ФИО5 и ФИО6) в части обвинения в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а,б,в» ч. 2 ст. 160 УК РФ прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в части обвинения по ст. 200 ч. 2 п.п. «б,в» УК РФ прекращено на основании ч. 2 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. Первоначально органами предварительного следствия она (и иные лица) обвинялась в том, что работая в ГУЗ «Бюро судебно-медицинских экспертиз» Минздрава Саратовской области в подразделении по оказанию платных услуг и работ в период с августа 2000 г по октябрь 2002 г. совершила ряд хищений денежных средств граждан путем мошенничества, а именно путем обмана, злоупотребления доверием, группой лиц по предварительному сговору, неоднократно, лицом с использованием своего служебного положения, с причинением значительного ущерба гражданину, то есть в преступлении, предусмотренном п.п. «а, б, в, г» ч. 2 ст. 159 УК РФ. Кроме того она (и иные лица) обвинялась в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б, в» ч. 2 ст. 160 УК РФ, а именно в присвоении, то есть в хищении чужого имущества путем присвоения, вверенного виновному, совершенному группой лиц по предварительному сговору, неоднократно лицом с использованием своего служебного положения. В постановление Кировского районного суда г. Саратова от 16 февраля 2004 г. указано: «В ходе судебного разбирательства государственный обвинитель Нестеренко Е.Г. в соответствии со ст. 246 ч. 7 УПК РФ от обвинения по ст. 160 ч.2 п.п. «а, б, в» УК РФ отказался, так как в материалах уголовного дела и в обвинительном заключении отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие о наличии состава преступления в действиях подсудимых и к тому же само обвинение не конкретизировано, а поэтому заявила о необходимости прекращения уголовного дела в части обвинения по ст. 160 ч. 2 п.п. «а, б, в» УК РФ в отношении всех трех подсудимых в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ ввиду непричастности подсудимых к совершению преступления. Также государственный обвинитель Нестеренко Е.Г. в ходе судебного разбирательства изменил обвинение ФИО5, ФИО7 и ФИО6 в соответствии со ст. 247 ч. 6 УПК РФ в сторону смягчения путем переквалификации действий подсудимых со ст. 159 ч. 2 п.п. «а, б, в, г» УК РФ на ст. 200 ч. 2 п.п. «б, в» УК РФ - обман потребителей. С 11 декабря 2003 г. вступил в силу Федеральный Закон от 08 декабря 2003 г. № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ» и в соответствии с п. 125 ст. 1 указанного закона статья 200 УК РФ признана утратившей силу, поэтому государственный обвинитель просил уголовное дело в отношении всех троих подсудимых производством прекратить в соответствии с ч. 2 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в их деянии состава преступления». 01 октября 2002 г. Постановлением старшего следователя СЧ СУ УВД г. Саратова ФИО8 с согласия прокурора г. Саратова в отношении нее было возбуждено уголовное дело № 74262 по ст. 160 ч.2 п. «б», «в» УК РФ. С этого дня ее привычный образ жизни навсегда изменился, на протяжении почти полутора лет (1 год 4 месяца 15 дней) в отношении нее проводились многочисленные следственные действия: 01 октября 2002 г. - постановление об избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде; 01 октября 2022 г. - обыск в квартире по месту моего проживания по адресу: <адрес>, который проходил в присутствии ее соседей; 05 ноября 2002 г. - задержана в качестве подозреваемой; 06 ноября 2002 г. вынесено постановление об избрании в отношении нее меры пресечения в виде заключения под стражу. Истца заключили под стражу прямо в больнице, в которой она лежала на стационарном лечении с травмой шейного отдела позвоночника, так как ранее - 04 июля 2002 г. она попала в аварию, находилась около месяца на лечении в Центральной районной больнице г. Аткарска Саратовской области с диагнозом: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, ушиб шейного отдела позвоночника с подвывихом С6 позвонка с синдромом цервикалгии и с болевым радикулярным синдромом. После выписки из больницы с рекомендацией о постоянном наблюдении травматолога по настоянию руководства вопреки рекомендациям врачей она вынуждена была выйти на работу, ходила с шейным бандажом. И в связи с нарушением режима, возникло обострение, 14 октября 2002 г. она была госпитализирована в Саратовский научно-исследовательский институт травматологии и ортопедии и в момент задержания находилась там на стационарном лечении в лежачем положении с шиной - воротником («Воротник Шанца»), до окончания лечения была арестована. Перенесенные травмы вызывали сильное головокружение, тошноту, онемение левой руки, нарушение координации движений, периодическое удушье и ряд других негативных явлений. Однако данные обстоятельства не повлияли на выбор и назначение ей меры пресечения в виде содержания под стражей. В связи с чем, ее отцом вместе с адвокатом было подано немыслимое количество жалоб, ходатайств и обращений: в прокуратуру г. Саратова; прокуратуру Саратовской области; Генеральную прокуратуру РФ; Главное управление внутренних дел Саратовской области МВД России; ФСБ РФ; депутатам Госдумы РФ; Уполномоченному по правам человека в Саратовской области и т.д. 25 ноября 2002 г. срок предварительного следствия был продлен прокурором г. Саратова до четырех месяцев, то есть до 01 февраля 2003 г., без учета состояние здоровья истца, неоднократные обращения и обжалования, избранная с 06 ноября 2002 г. в отношении нее мера пресечения в виде заключения под стражей трижды продлялась: 30 декабря 2002 г. до 01 февраля 2003 г.; с 29 января 2003 г. до 01 апреля 2003 г.; с 27 марта 2003 г. до 01 мая 2003 г. Истцу необходимо было находиться в лежачем положении, однако в тюрьме не положено лежать в течение дня, разрешается только сидеть, кроме того ее постоянно перевозили из СИЗО в ИВС на 10 суток для допросов и иных следственных действий, в ночь обратно в СИЗО, а утром опять в ИВС, при таком распорядке не было не только возможности для восстановления здоровья, но даже для соблюдения элементарных гигиенических процедур, так как душ возможен только один раз в неделю в СИЗО, а в следственный изолятор ее привозили только переночевать, при этом, учитывая, что она женщина, возникали дополнительные сложности и из - за отсутствия средств гигиены, зеркала, ножниц и т.д. Ее постоянно переводили из камеры в камеру, при этом и так скудный запас разрешенных вещей и предметов терялся при «переезде», который происходил зачастую в ее отсутствие. И без того, сама тюремная обстановка и порядки для девушки из хорошей интеллигентной семьи, воспитанной отцом - кандидатом технических наук, научным и педагогическим работником, заслуженным изобретателем, четырехкратным лауреатом всесоюзных и международных конкурсов, явилась крайне сложным испытанием, а учитывая, состояние здоровья - немыслимым, оказавшись в следственном изоляторе с травмой позвоночника, она испытывала больше чем отчаяние.
С 19 октября 1994 г. она работала в должности бухгалтера по финансам в бухгалтерии Бюро судебно-медицинской экспертизы, пользовалась уважением в коллективе. В 2004 г. после прекращения уголовного дела испытания также не закончились, она столкнулась с неприязнью знакомых, соседей и коллег, была подорвана ее репутация, опорочено ее честное и доброе имя, она потеряла уважение близких людей, коллег и сослуживцев, а проживание в прежней квартире, где соседи являлись понятыми при обыске и были в курсе всех событий, стало невыносимым, с работы ей пришлось уволиться и искать новое место работы. В связи со сложившимися обстоятельствами она была вынуждена сменить место жительства и место работы. Прошло 18 лет, но события тех лет не оставляют и сейчас, что невозможно забыть и вычеркнуть из памяти, а отголоски преследуют и по настоящее время, и не только в виде бессонницы или ночных кошмаров, но и вредят работе: не так давно один из сотрудников из личных мотивов поднял информацию 2002 г. и разослал ее всем коллегам посредством электронной почты, что опять явилось для истца стрессом и проблемами на рабочем месте. Семейная жизнь у нее также не сложилась, воспитываю дочь одна. Различные комплексы и фобии до конца она так и не смогла побороть за все эти годы.
В связи с изложенным истец просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в пользу ФИО1 в размере 4 155 000 руб.
Истец ФИО1, представитель истца по ордеру ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме и просили их удовлетворить.
Представитель ответчика по доверенности ФИО3 в ходе судебного заседания просил отказать в удовлетворении исковых требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях (л.д. 69-73).
Представитель третьего лица прокуратуры Саратовской области по доверенности ФИО4 в ходе судебного заседании не возражала против заявленных требований, полагая возможным определить размер компенсации морального вреда исходя из принципов разумности и справедливости, поддержала позицию, изложенную в письменном отзыве на исковое заявление.
Суд, выслушав объяснения истца, представителей ответчика и третьего лица, пояснения свидетелей, исследовав материалы дела, установил следующие обстоятельства.
В соответствии со ст. 123 Конституции Российской Федерации, ст. 56 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе равенства и состязательности сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она основывает свои требования и возражения.
В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Всеобщая Декларация прав человека, принятая Генеральной Ассамблеей ООН 10. декабря 1948 г., установила, что каждый человек имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами в случае нарушения его основных прав, предоставленных ему конституцией и законом. Право на судебную защиту закрепляется также в ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах и ч. 1 ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
В силу ч.3 ст. 123 Конституции РФ, ч. 1 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее по тексту ГПК РФ), правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
В соответствии со ст. 3 ГПК РФ, заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой своих прав, свобод и законных интересов.
Согласно ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
В судебном заседании установлено и не оспаривалось сторонами, что 01 октября 2002 г. ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (л.д. 19).
01 октября 2002 г. у ФИО1 произведен обыск в квартире по адресу: <адрес> (л.д. 20-21).
<дата> истец была задержана, о чем был составлен протокол задержания подозреваемого (л.д. 22).
Постановлением об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу от 06 ноября 2002 г. ФИО1 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу с содержанием в СИЗО № 1 г. Саратова (л.д. 23), 30 декабря 2002 г. избранная мера пресечения была продлена до 01 февраля 2003 г. (л.д. 24), а затем 29 января 2003 г. срок содержания под стражей продлен до 01 апреля 2003 г. (л.д. 25), а затем, 28 марта 2003 г., продлен до 01 мая 2003 г. (л.д. 26).
07 мая 2003 г. мера пресечения была изменена с заключения под стражу на подписку о невыезде и надлежащем поведении (л.д. 27).
За период нахождения ФИО1 под стражей неоднократно направлялись ходатайства и обращения о замене меры пресечения ввиду состояния здоровья, а именно наличие диагноза у ФИО1 после аварии, это закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, ушиб шейного отдела позвоночника с подвывихом С6 позвонка с синдромом цервикалгии и с болевым радикулярным синдромом, что подтверждается медицинскими документами (л.д. 39-43), а также 10 ноября 2002 г. направлено письмо сотрудников ГУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы министерства здравоохранения Саратовской области» (л.д. 28-33).
В ответ на обращения были получены ответы из прокуратуры г. Саратова, прокуратуры Саратовской области, уполномоченного по правам человека в Саратовской области и Кировского районного суда г. Саратова были предоставлены ответы о том, что оснований для изменения меры пресечения в отношении ФИО1 не имеется, поскольку ФИО1 обвиняется в совершении тяжкого преступления, предварительное следствие по делу не окончено (л.д. 33-38).
В соответствии со статьями 2, 7, 8 Всеобщей декларации прав человека, принятой на третьей Генеральной Ассамблеи ООН 10 декабря 1948 г., каждый человек должен обладать всеми правами и свободами, провозглашенной настоящей Декларацией, без какого то ни было различия. Все люди равны перед законом и имеют право без всякого различия на равную защиту закона. Каждый человек имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами в случае нарушения его основных прав, предоставленных ему Конституцией или законом.
Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.
Из ст. ст. 45 Конституции Российской Федерации следует, что государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется, каждый вправе защищать свои права всеми способами, не запрещенными законом.
В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) должностных лиц.
Согласно правовой позиции Конституционного суда, изложенной в Определении от 16 февраля 2006 г. № 19-0, ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не содержит положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, которое было оправдано по приговору суда или в отношении которого было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования, на том лишь основании, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении другого преступления. По смыслу закона, в таких ситуациях суд, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и руководствуясь принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина, может принять решение о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства.
Таким образом, доводы представителя ответчика об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, суд полагает несостоятельными, основанными на неверном толковании норм материального права.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает следующее.
Согласно ч. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны РФ, казны субъекта РФ или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.
В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, среди прочего в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде и надлежащем поведении, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.
Из ст. 1101 ГК РФ следует, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда также должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» установлено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
Моральный вред причинен истцу действиями органа предварительного следствия, то есть государственного органа, подлежит возмещению независимо от вины должностных лиц.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае и иных заслуживающих внимания обстоятельств.
Из материалов дела следует, что производство по уголовному делу в отношении ФИО1 в части обвинения в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б, в» ч. 2 ст. 160 УК РФ прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, а также в части обвинения по ст. 200 ч. 2 п.п. «б, в» УК РФ на основании ч. 2 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления (л.д. 18).
Согласно положениям ст. 1070 ГК РФ в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, возмещение вреда осуществляется в полном объеме за счет казны РФ независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны РФ, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.
Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из характера причиненных истцу нравственных страданий, конкретных обстоятельств дела, учитывает факт незаконного привлечения истца к уголовной ответственности.
При этом, суд также учитывает личность истца, характеризующий материал, доводы стороны истца о причинении ему моральных страданий, которые ему пришлось претерпевать.
Степень моральных страданий истца подтверждена её пояснениями, приведенными выше, а также показаниями свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО11, из которых следует, что истец претерпела нравственные и физические страдания, была подорвана ее репутация, была вынуждена сменить место работы и жительства, в настоящее время коллективу стала известна информация о возбуждении уголовного дела, что привило к нервозному состоянию истца, к ее подавленности, скрытности, недоверие к окружающим людям.
Кроме того, судом учитывается, что согласно п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность уголовного преследования с 01 октября 2002 г. по 16 февраля 2004 г., длительность и условия содержания под стражей, под подпиской о невыезде и надлежащим поведении, проведения обыска по месту жительства истца, частичная реабилитации истца и прекращение в отношении неё уголовного преследования также, что истец ранее к уголовной ответственности не привлекался, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.
Обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.
При этом, определяя размер компенсации морального вреда, суд, применив положения ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.
Приняв во внимание указанные обстоятельства, а также обстоятельства при которых причинен моральный вред, степень и глубину нравственных переживаний истца, ее доводы, в том числе о состоянии здоровья, прохождении лечения во время предварительного следствия, о том, что были затронуты ее деловая репутация и доброе имя, с учетом принципов разумности и справедливости суд считает необходимым и достаточным взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу истца в счет компенсации последней морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, сумму в размере 500 000 руб.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд
решил:
исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управлению Федерального казначейства по Саратовской области о компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 500 000 руб.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Саратовского областного суда через Октябрьский районный суд г. Саратова в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья С.И. Долгова
В окончательной форме решение суда изготовлено 16 ноября 2022 г.