Судья: Критинина И.В. № 33-6385/2023

УИД 24RS0048-01-2022-006435-56

2.170

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

03 июля 2023 года город Красноярск

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего Крятова А.Н.

судей Славской Л.А., Полянской Е.Н.

при ведении протокола помощником судьи Койновой Д.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Крятова А.Н.

дело по иску ФИО1 к ПАО Сбербанк в лице Красноярского отделения № 8646 о защите прав потребителя

по апелляционной жалобе представителя ФИО1 – ФИО2

на решение Советского районного суда г. Красноярска от 09 февраля 2023 года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО1 к Красноярскому отделению № 8646 ПАО «Сбербанк» о защите прав потребителей, оставить без удовлетворения».

Заслушав докладчика, судебная коллегия

установил а:

ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО Сбербанк о защите прав потребителя.

Требования мотивированы тем, что 17 декабря 2021 года он обратился в ПАО Сбербанк (дополнительный офис № 8646/46, <...>) с целью заключения договора, а именно открытия расчетного счета и внесения на него денежной суммы в размере 2350000 рублей для погашения требований кредиторов должника ООО «КУБА» в размере 2269003 рубля 93 копейки в деле о банкротстве <данные изъяты>. При открытии счета он предполагал, что помимо платежа на сумму 2269003 рубля 93 копейки, необходимо будет уплатить банку комиссию за перечисление средств, а также предположил, что арбитражным судом сумма может быть увеличена, и внес в кассу ответчика наличными 2 350 000 рублей на свой счет № <данные изъяты>, о чем ему был выдан приходный кассовый ордер. Однако, 21 декабря 2021 года с телефонного номера <данные изъяты> истцу поступил звонок, звонящая представилась как заместитель руководителя дополнительного офиса №8646/46 <данные изъяты>, и пояснила, что после внесения им денежных средств выяснилось, что внесенная сумма фактически составляет 2 250 000 рублей, а не 2 350 000 рублей, также потребовала внести якобы недостающие 100 000 рублей. Он отказался, поскольку был уверен о внесении им правильной суммы, проассоциировал звонок как мошеннические действия неустановленных лиц. 22 декабря 2021 года он лично приехал в банк, предоставил документы, подтверждающие внесение 2 350 000 рублей в кассу банка, в связи с чем посчитал урегулированным инцидент, поскольку произвел перевод денежных средств по назначению. 23 декабря 2021 года с телефонного номера <данные изъяты> ему снова поступил звонок, звонящий представился <данные изъяты>, сотрудником службы безопасности банка, который обвинил его в том, что он умышленно внес сумму на 100000 рублей меньше указанной, и потребовал внести якобы недостающие 100 000 рублей, уведомил о намерении банка обратиться в следственные органы с заявлением. Определением Арбитражного суда Красноярского края от 28 декабря 2021 года по делу № <данные изъяты> сумма платежа была увеличена на 399292 рубля 75 копеек, в связи с чем им была внесена дополнительная сумма и перечислены 399292 рубля 75 копеек. В феврале 2022 года он обратился в ПАО Сбербанк с заявкой на кредит, при рассмотрении которой узнал, что был внесен банком в список неблагонадежных клиентов. Обращение в иные банки с заявкой о предоставлении кредита, в частности в АО «Альфа-Банк», подтвердило, что истец внесен в список неблагонадежных клиентов не только в рамках организации ПАО Сбербанк, и таковым по инициативе ответчика представлен для иных сторонних банков. Вместе с тем, он никогда ранее с заявками на кредит не обращался, кредитов и займов не брал, просроченных или иных задолженностей не имел и оснований получить статус неблагонадежного клиента банка иных, кроме как изложенная выше спорная ситуация, не имелось. В связи с указанными обстоятельствами он испытывал искусственно вызванные неправомерными действиями банка затруднения с реализацией деловых задач, что ухудшило качество его жизни и вызвало беспокойство, глубокие моральные переживания и нравственные страдания. Действия ответчика по формированию и распространению об истце заведомо ложных сведений как о неблагонадежном заемщике и недобросовестном клиенте является как порочением деловой репутации истца, так и признаком некачественно оказанной услуги. Досудебное обращение истца 17 марта 2022 года в ПАО Сбербанк оставлено без удовлетворения.

Просил (с учетом уточнений) обязать ПАО Сбербанк в срок 10 дней с момента вступления решения суда в законную силу произвести опровержение порочащей информации, а именно направить его в БКИ, банки-партнеры, ЦБ РФ, и иные организации в которые порочащая информация была распространена; обязать ПАО Сбербанк в срок 10 дней с момента вступления решения суда в законную произвести опровержение порочащей информации, а именно изготовить и выдать истцу информационное письмо, подтверждающее, что задолженности в размере 100000 рублей у истца перед банком не имеется и никогда не имелось, уведомление и истребование у истца 100000 рублей являлось ошибочным действием ответчика, а истец является благонадежным и добросовестным клиентом банка; взыскать с ПАО Сбербанк компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, штраф.

Судом первой инстанции постановлено вышеприведенное решение.

В апелляционной жалобе представитель ФИО1 – ФИО2 просит решение отменить. Указывает, что факт нарушения его прав как потребителя не нашел свое подтверждение, судом не дана оценка незаконному отказу ответчика в использовании услуг истцом. Ответчик неоднократно ссылался на наличие у него доказательств, подтверждающих его доводы о недостаче 100000 рублей по вине истца, но видеозаписи так и не были представлены на обозрение суду.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела по апелляционной жалобе заказными письмами с уведомлением о вручении.

Проверив материалы дела и решение суда в пределах, предусмотренных ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав объяснения ФИО1, поддержавшего жалобу, представителя ПАО Сбербанк - ФИО3, согласившейся с решением, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как установлено судом первой инстанции и усматривается из материалов дела, 14 февраля 2022 года ФИО1 обратился в ПАО Сбербанк с заявкой на предоставление кредита в сумме 500000 рублей, однако в предоставлении кредита банком было отказано.

Обращаясь в суд, истец настаивал на том, что отказ в предоставлении кредита был обусловлен внесением его в список неблагонадежных клиентов.

Ответчик, не оспаривая информацию об указанном в исковом заявлении факте кассового просчета на сумму 100000 рублей 17 декабря 2021 года, ссылался на то, что банк не направлял информации об этом в бюро кредитных историй, другие банки и организации. Также ссылался на то, что банк не имеет возможности принести извинения, так как законом не предусмотрен такой способ защиты права. Из искового заявления не усматривается, какие права истца были нарушены, так как банк вправе отказать в выдаче кредита без объяснения причин, поскольку кредитный договор не является публичным.

Отказывая в иске в полном объеме, руководствуясь ст. 845, 848 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 15, 29 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», суд первой инстанции пришел к выводу о том, что банком не допущено нарушения прав ФИО1 как потребителя финансовых услуг.

При этом суд исходил из того, что предоставление кредита является правом, а не обязанностью кредитной организации, а доводы истца о том, что банк распространил о нем сведения как о неблагонадежном заемщике и недобросовестном клиенте в БКИ, ЦБ РФ и иным банкам, не нашли своего подтверждения. Банк России не вправе вмешиваться с оперативную деятельность кредитных учреждений, которые самостоятельно определяют требования к потенциальному заемщику.

Одновременно суд оставил без удовлетворения требование о взыскании компенсации морального вреда, поскольку материалами дела не установлено нарушение прав истца.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда об отказе в удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда исходя из следующего.

В соответствии с п. 3 и 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ основанием для отмены решения суда первой инстанции в апелляционном порядке является несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, а также неправильное применение норм материального права.

В силу ст. 15 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Согласно п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

На основании п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

В случае предоставления кредита гражданину в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (в том числе кредита, обязательства заемщика по которому обеспечены ипотекой), ограничения, случаи и особенности взимания иных платежей, указанных в абзаце первом настоящего пункта, определяются законом о потребительском кредите (займе).

В соответствии с ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных этим законом.

Банк в качестве кредитора вправе проверять платежеспособность клиента, а также при предоставлении кредита учитывать сведения, которые влияют на возможность выдачи кредита конкретному лицу.

В рассматриваемом деле основанием для введения банком ограничения в отношении ФИО1 по пользованию продуктами банка (а об этом в ответах на обращения истца указывает сам ответчик) стала ситуация, произошедшая 17 декабря 2021 года.

Из материалов дела следует, что 17 декабря 2021 года ФИО1 в дополнительном офисе № 8646/046 ПАО Сбербанк по ул. 78 Добровольческой бригады, д. 3 в г. Красноярске в качестве вкладчика производил внесение наличных денежных средств на банковский счет для последующего их перевода, что подтверждается выпиской из лицевого счета (л.д. 8).

По результатам проведения операции внесения наличных денежных средств истцу был выдан приходный кассовый ордер № <данные изъяты> на сумму 2350000 рублей.

Впоследствии 21-23 декабря 2021 года сотрудники ПАО Сбербанк неоднократно в телефонном режиме и лично сообщали ФИО1 о том, что в кассе банка произошла недостача денежных средств в сумме 100000 рублей, что они объясняли ошибкой счетной техники, кассовым просчетом и внесением истцом фактически только 2250000 рублей. На предложение внесения средств в сумме 100000 рублей ФИО1 ответил отказом, так как для погашения обязательств ему требовалась сумма на счете не менее 2269003 рубля 93 копейка, указанная в документах дела о банкротстве организации, которую ему и предстояло погасить за счет внесенных наличных денежных средств с учетом комиссии банка.

По счету истца в документах банка, а также в программном обеспечении системы дистанционного обслуживания операция внесения денежных средств отобразилась в сумме 2350000 рублей.

Также материалами дела подтверждается, что 14 февраля 2022 года ФИО1 обратился в другой офис ПАО Сбербанк в г. Красноярске с заявкой на получение потребительского кредита, в чем ему было отказано со ссылкой на наличие наложенных банком ограничений.

18 февраля 2022 года ФИО1 обратился в ПАО Сбербанк с требованием об отмене ограничений и восстановлении кредитной истории (л.д. 44).

28 февраля 2022 года ПАО Сбербанк на заявление истца от 18 февраля 2022 года сообщило о проверке его обращения о снятии наложенных ограничений, в ходе которой было установлено, что 17 декабря 2021 года при внесении наличных через кассу офиса банка ФИО1 ошибочно зачислены денежные средства в размере 100 000 рублей. Решение по обращению: снятие ограничений возможно после возмещения ущерба, нанесенного банку (л.д. 47).

Не согласившись с данным ответом, ФИО1 направил в ПАО Сбербанк досудебное обращение от 17 марта 2022 года, в котором истец указал, что по состоянию на 17 марта 2022 года банк с заявлением о хищении 100000 рублей в правоохранительные органы не обратился, на основании ложных сведений ввел в отношении него ограничения, которые он потребовал отменить, а отказ в кредитовании – связанным исключительно с возникшей ситуацией недостачи в кассе, к которой он отношения не имеет (л.д. 40).

12 апреля 2022 года ПАО Сбербанк на указанное досудебное обращение истца сообщило, что проведенной проверкой установлено: 17 декабря 2021 года в офисе банка на сберегательный счет истцом были внесены денежные средства в размере 2 250 000 рублей в этот же день на сберегательный счет истца зачислены денежные средства в размере 2 350 000 рублей, из которых 100 000 рублей зачислено ошибочно. 14 февраля 2022 года истец обратился с заявкой на кредит и в тот же день в заявке было отказано. Решение банка по досудебному обращению: 17 декабря 2021 года при внесении наличных через кассу банка дополнительного офиса № 8646/046, расположенного по адресу: <...>, ФИО1 были ошибочно зачислены денежные средства в сумме 100000 рублей. После отказа в возврате денежных средств информация была передана в службу безопасности банка. При рассмотрении кредитной заявки ПАО Сбербанк оценивает все возможные риски. Решение о выдаче кредита принимается индивидуально. Банк вправе отказать в выдаче кредита без объяснения причин. Банк готов вернуться к рассмотрению вопроса о снятии ограничений на пользование продуктами банка после возмещения ФИО1 денежных средств.

29 апреля 2022 года истец направил жалобу в Центральный банк Российской Федерации.

Из ответа Центрального Банка РФ от 27 июня 2022 года следует, что в целях уточнения информации по обращению в ПАО Сбербанк был направлен запрос. ПАО Сбербанк в ответе на запрос сообщило, что 17 декабря 2021 года ФИО1 обратился в офис ПАО Сбербанк №8646/046, где был приглашен к сотруднику Банка для проведения приходной операции на сберегательный счёт *<данные изъяты>, и сообщил, что вносит на сберегательный счёт *<данные изъяты> сумму в размере 2350000 рублей. Для проведения операции ФИО1 был перенаправлен в операционное окно кассы, где он передал сотруднику денежную наличность в размере 2240000 рублей (4 полных корешка (по 100 шт. каждый) по 5 000 рублей и неполный корешок 5 000 рублей), после ФИО1 передал сотруднику дополнительно 10 000 рублей. В итоге принятая сумма от ФИО1 составила 2 250 000 рублей. При пересчете принятой от ФИО1 денежной наличности произошел кассовый просчет купюросчетной машинки в сумме 100 000 рублей. По результату пересчета сотрудником на сберегательный счёт <данные изъяты> была внесена сумма 2 350 000 рублей. По результатам операционного дня у сотрудника кассы была выявлена недостача в сумме 100 000 рублей. По факту недостачи банком проведена внутренняя проверка, выгружены просчитанные суммы с купюросчетной машинки. В результате выгрузки отчета из купюросчетной машинки и сравнении с операциями из журнала аудита была выявлена операция, по которой прошел кассовый просчет на сумму 100 000 рублей. По данным из купюросчетной машинки сумма, просчитанная 2235000 рублей и 15 000 рублей (просчитаны сотрудником полистно вручную) итого сумма, принятая от ФИО1 - 2 250 000 рублей. Вместе с тем, приходная операция проведена ФИО1 на сумму 2 350 000 рублей как показала купюросчетная машинка при проведении операции. Сотрудниками ПАО Сбербанк были осуществлены звонки ФИО1 о том, что приходная операция была проведена ему в сумме 2 350 000 рублей, что на 100 000 рублей больше чем он фактически вносил. Также сотрудник ПАО Сбербанк указал ФИО1, что на 07 июня 2022 года информация по его ситуации передана в службу безопасности банка, правоохранительные органы, а также направлена на рассмотрение в суд. Относительно запроса ФИО1 в банк о предоставлении доступа к записям камер видеонаблюдения ПАО Сбербанк уведомил, что данные сведения относятся к коммерческой тайне, охраняемой в соответствии с положениями Федерального закона от 29 июля 2004 года №98-ФЗ «О коммерческой тайне». В связи с указанным по результатам рассмотрения заявки ФИО1 от 14 февраля 2022 года на получение потребительского кредита банком принято отрицательное решение.

Таким образом, ответчик настаивает на том, что ФИО1 имеет неисполненное обязательство перед банком по внесению на депозитный счет недостающей суммы 100000 рублей.

При этом, приложением № 4 к Указанию Банка России от 30 июля 2014 года № 3352-У определено содержание приходного кассового ордера по <данные изъяты>.Так, в приходном кассовом ордере <данные изъяты>, оформляемом при приеме наличных денег от физического лица в реквизите (поле) «Получатель» указывается полное фирменное (сокращенное фирменное) наименование кредитной организации, полное (сокращенное) наименование филиала, наименование и (или) номер внутреннего структурного подразделения (при их наличии) либо иные идентифицирующие признаки внутреннего структурного подразделения (при отсутствии наименования и номера) с указанием на его принадлежность кредитной организации (филиалу), реквизиты (поля) «Счет №», «Наименование банка-вносителя», «БИК», «Наименование банка-получателя» Проставляются наименование должности, подпись, фамилии, инициалы кассового работника кредитной организации, осуществлявшего прием наличных денег.

Предоставленный истцом приходный кассовый ордер (л.д. 8 оборот) в полной мере соответствует данным требованиям и в нем указано, что от истца приняты ответчиком денежные средства в размере 2350000 рублей.

Наличие указанной суммы позволило истцу 24 декабря 2021 года совершить операцию по переводу денежных средств в размере 2269003 рубля 93 копейки с удержанием дополнительно 1500 рублей комиссии, а всего 2270503 рубля 93 копейки.

Это подтверждает объяснения истца о том, что при внесении им 2250000 рублей этой суммы оказалось бы недостаточно для перечисления средств по делу о банкротстве, о чем истцом представлена копия определения Арбитражного суда Красноярского края от 02 февраля 2022 года по делу № <данные изъяты> года, согласно которой истец действительно обращался 19 ноября 2021 года в арбитражный суд с заявлением о погашении требований за должника ООО «КУБА», общая сумма третьей очереди которых и составляет 2269003 рубля 93 копейки.

Как в суде первой инстанции, так и в суде апелляционной инстанции представитель ПАО Сбербанк признал тот факт, что недостача в сумме 100000 рублей была отнесена на счет кассира банка и была погашена ею за счет собственных средств.

Так, согласно ответу банка (л.д. 68) службой безопасности ПАО Сбербанк акт проверки по ситуации от 17 декабря 2021 года не составлялся и служебное расследование не проводилось; кассир добровольно восполнила недостачу денежной наличности в сумме 100000 рублей 11 января 2022 года.

Конституция Российской Федерации гарантирует свободу экономической деятельности в качестве одной из основ конституционного строя (статья 8). Конкретизируя это положение в статьях 34 и 35, Конституция Российской Федерации устанавливает, что каждый имеет право на свободное использование своих способностей и свободное использование имущества для не запрещенной законом экономической деятельности.

Из смысла приведенных норм вытекает конституционное признание свободы договора как одной из гарантируемых государством свобод человека и гражданина, которая гражданским законодательством провозглашается в числе основных начал гражданского законодательства (п. 1 ст. 1 ГК РФ). При этом конституционная свобода договора не является абсолютной, не должна приводить к отрицанию или умалению других общепризнанных прав и свобод (статьи 17 и 55 Конституции РФ) и может быть ограничена федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, прав и законных интересов других лиц (статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации).

В качестве способов ограничения конституционной свободы договора на основании федерального закона предусмотрены, в частности, институт публичного договора, исключающего право коммерческой организации отказаться от заключения такого договора.

В соответствии с гражданским законодательством кредитный договор не является публичным и банк без объяснения причин имеет право отказать обратившемуся за кредитом гражданину без объяснения причин.

Суд первой инстанции, ссылаясь на указанное право банка, не обратил внимания на то, что в ответах на обращение истца от 28 февраля 2022 года и 12 апреля 2022 года банк объяснил причину отказа (хотя мог этого и не делать), но действуя как экономически более сильная сторона объявил ФИО1 о введенных банком ограничениях и поставил возможность пользования истцом банковскими услугами в зависимость от внесения им суммы 100000 рублей, поскольку банк полагал, что при совершении приходной операции 17 декабря 2021 года ФИО1 передал меньшую сумму, чем была указана в выданном ему кассовом приходном кассовом ордере.

Между тем, доказательства сбережения истцом суммы 100000 рублей при совершении операции 17 декабря 2021 года отсутствуют, так как у истца имеется выданный банком приходный кассовый ордер от 17 декабря 2021 года на сумму 2350000 рублей, что подтверждает факт внесения именно указанной суммы, который не опровергнут банком.

В случае отказа в оплате денежных средств клиентом в добровольном порядке, основанием для возложения на ФИО1 имущественной ответственности может быть только судебное постановление, которое исполняется принудительно.

Однако, с заявлениями в правоохранительные органы или в суд с иском о взыскании с ФИО1 100000 рублей банк не обращался, признал это обстоятельство проступком своего сотрудника, который не произвел надлежащий пересчет купюр и к моменту обращения истца 14 февраля 2022 года в банк за рассмотрением кредитной заявки недостача денежных средств как таковая отсутствовала.

Банк своими ответами на обращения ФИО1 прямо признал факт введения ограничений в пользовании банковскими услугами, а также поставил в зависимость возможность их предоставления от предварительного внесения истцом денежных средств в сумме 100000 рублей, тем самым принял меры к навязыванию внесения этой суммы без судебного постановления и без волеизъявления истца, понудив потребителя к совершению действий, которые не предусмотрены положениями ст. 807, 819 ГК РФ, а также Федеральным законом от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» в качестве условия доступа к финансовой услуге предоставления кредита.

Данный факт банк признал и при истребовании у него сведений Центральным банком Российской Федерации при проверке жалобы истца.

В Законе Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» указано, что отношения в области защиты прав потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации, настоящим Законом, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Основания и порядок ограничения прав потребителей финансовых услуг предусмотрены Федеральным законом от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма».

Центральным Банком Российской Федерации утверждено Положение о требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» от 02 марта 2012 года № 375-П.

В соответствии с пунктом 1.2 Положения № 375-П правила внутреннего контроля разрабатываются кредитной организацией в целях обеспечения выполнения кредитной организацией требований Федерального закона № 115-ФЗ и поддержания эффективности системы внутреннего контроля кредитной организации на уровне, достаточном для управления риском легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма.

При этом указанные правила внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма являются комплексным документом кредитной организации или комплектом документов, определяемым кредитной организацией, регламентирующим ее деятельность по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма и содержащим описание совокупность принимаемых кредитной организацией мер и предпринимаемых процедур, определенных программами осуществления внутреннего контроля (пункт 1.3 Положения № 375-П).

Судебной коллегией с учетом мнения сторон был направления запрос ответчику о применении к ФИО1 мер, предусмотренных Правилами внутреннего контроля ПАО Сбербанк.

Согласно ответу ПАО Сбербанк на запрос судебной коллегии от 25 мая 2023 года банк в лице ПЦП «Центр комплаенс» не вносил информацию о физическом лице ФИО1 в автоматизированную систему «Стоп-Лист» и ограничительные меры к данному клиенту не применялись. Касаемо ситуации недостачи в кассе банка денежных средств в сумме 100000 рублей, обнаруженной по итогам операционного дня 17 декабря 2021 года, сведения в отношении ФИО1 в Бюро кредитных историй банком не направлялась, так как недостача денежных средств кассе банка не относится к информации, которая направляется в Бюро кредитных историй в соответствии с требованиями Федерального закона от 30 декабря 2004 года № 218-ФЗ «О кредитных историях».

Истцом был представлен кредитный отчет (кредитная история) от 23 июня 2023 года, подготовленный АО «Объединенное кредитное бюро», который принят судом апелляционной инстанции в качестве дополнительного доказательства, так как содержащиеся в нем сведения входили в предмет доказывания.

Согласно кредитной истории истца в нее внесена информация о том, что 14 февраля 2022 года он обращался в ПАО Сбербанк с заявлением о предоставлении кредита в сумме 500000 рублей в чем ему было отказано. Причина отказа: кредитная политика займодавца (кредитора).

Таким образом, кредитная история истца не содержит сведений о ситуации от 17 декабря 2021 года, когда в кассе дополнительного офиса № 8646/46 ПАО Сбербанк в г. Красноярске произошла недостача, а банк признал истца не внесшим полную сумму платежа, на которую ему был выдан приходный кассовый ордер.

С учетом изложенного, в установленном названными федеральными законами порядке сведения о введенных банком ограничениях не вносились в АС «Стоп-Лист» и не направлялись в Бюро кредитных историй, поэтому истец лишен возможности оспорить такие ограничения путем исключения сведений о них.

Названные банком ограничения в виде условия об обязательной предварительной уплате 100000 рублей по ситуации от 17 декабря 2021 года затруднили доступ истца к получению банковских услуг, о чем прямо указано в ответах банка от 28 февраля 2022 года и 12 апреля 2022 года.

Более того, на момент 28 февраля 2022 года недостача в кассе уже была восполнена и оснований для принятия от истца денежных средств в сумме 100000 рублей не имелось.

Согласно позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлениях от 23 февраля 1999 года № 4-П, от 04 октября 2012 года № 1831-О, потребители лишены возможности влиять на содержание условий договора, что является ограничением свободы договора и как таковое требует соблюдения принципа соразмерности, в силу которой гражданин как экономически слабая сторона в этих правоотношениях нуждается в особой защите своих прав.

При таких обстоятельствах, когда сам банк объявил о наличии введенных в отношении истца ограничений в предоставлении банковских услуг, такие ограничения в виде условия в доступе к услугам банка в виде предварительной оплаты суммы 100000 рублей в отсутствие согласия истца и судебного решения ущемляют права истца по сравнению с другими потребителями, чем нарушается принцип равенства граждан перед законом, судебная коллегия не может согласиться с выводом суда первой инстанции о том, что банком не допущено нарушения прав ФИО1 как потребителя финансовых услуг.

С учетом изложенного, решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении искового требования о взыскании компенсации морального вреда нельзя признать законным и обоснованным, решение в этой части подлежит отмене.

Разрешая указанное требование по существу, судебная коллегия на основании ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителя» считает необходимым его удовлетворить в полном объеме, взыскав с ПАО Сбербанк в пользу ФИО1 5000 рублей в счет компенсации морального вреда, так как введенное ограничение на пользование финансовыми продуктами банка вызвано понуждением к внесению средств в сумме 100000 рублей в отсутствие объективных данных о наличии у истца такого обязательства перед банком, ставит истца в неравное положение с другими потребителями финансовых услуг, то есть является дискриминационным.

Законом (ст. 16 Закона РФ «О защите прав потребителей») установлен запрет обуславливать получение услуг обязательным приобретением иных услуг; в равной степени в рассматриваемой ситуации недопустимы действия банка, который обусловил доступ ФИО1 к финансовым услугам обязательным предварительным внесением им суммы 100000 рублей в отсутствие волеизъявления последнего и вступившего в законную силу судебного постановления о взыскании этой суммы.

Банк вправе осуществлять проверку и оценку финансовых рисков невозврата кредита, однако принимаемые ответчиком меры должны быть предусмотрены законом или иным нормативно-правовым актом, не ставить потребителя в неравное положение с иными гражданами. Доводы апелляционной жалобы истца об ограничении его прав как потребителя нашли свое подтверждение.

Судебная коллегия полагает, что факт нарушения прав ФИО1 как потребителя установлен при апелляционном рассмотрении дела, а сумма компенсации причиненных ему нравственных страданий 5000 рублей является разумной и справедливой и поводов для ее уменьшения не имеется.

В силу п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» с банка в пользу ФИО1 подлежит взысканию штраф в сумме 2500 рублей, а также 300 рублей государственной пошлины в доход местного бюджета.

Вместе с тем, судебная коллегия не видит оснований для отмены решения суда первой инстанции в остальной части, так как факт направления банком порочащей истца информации в БКИ, банки-партнеры и иные организации материалами дела не подтвержден.

Указанные сведения стали известны ЦБ РФ при рассмотрении жалобы истца от 29 апреля 2022 года и были запрошены в ПАО Сбербанка в порядке проведения проверки, то есть не являются распространением порочащих сведений как о том указывается в ст. 152 ГК РФ, поскольку ответчик обязан был ответить на запрос ЦБ РФ, и изложил в нем свою позицию относительно ситуации от 17 декабря 2021 года. Ответом на обращение истца ЦБ РФ не распространял информацию неопределенному кругу лиц, а довел позицию ПАО Сбербанк до истца.

Также правомерным является отказ в удовлетворении требования о подготовке банком и выдаче истцу информационного письма, подтверждающее отсутствие задолженности в сумме 100000 рублей, так как фактически данное требование сводятся к понуждению ответчика принести извинения, хотя такой способ защиты права не предусмотрен законом. Банк в лице органов управления не может быть понужден к отказу во мнении, сложившегося у него по ситуации от 17 декабря 2021 года.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

определил а:

решение Советского районного суда г. Красноярска от 09 февраля 2023 года в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ПАО Сбербанк о взыскании 5000 рублей в счет компенсации морального вреда и штрафа - отменить.

Принять в данной части новое решение, которым взыскать со ПАО Сбербанк (ИНН <***>) в пользу ФИО1 <данные изъяты> 5000 рублей в счет компенсации морального вреда, 2500 рублей штрафа, а также 300 рублей государственной пошлины в доход местного бюджета.

В остальной части решение оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Изготовлено в окончательной форме 06 июля 2023 года