УИД 71RS0025-01-2022-002733-51 судья Соколова А.О.
Дело №33-2878/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
04 сентября 2023 года город Тула
Судебная коллегия по гражданским делам Тульского областного суда в составе: председательствующего Бобковой С.А.,
судей Алексеевой Т.В., Быковой Н.В.,
при секретаре Соколовой Е.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Зареченского районного суда г. Тулы от 27 февраля 2023 года по гражданскому делу №2-196/2023 по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки.
Заслушав доклад судьи Алексеевой Т.В., судебная коллегия
установила:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки.
В обоснование иска указано, что по договору от 20.07.2019 ФИО1 подарила 1/3 доли в праве на <адрес>, расположенную по адресу: <адрес> своей матери ФИО2, при этом продолжала проживать в указанном жилом помещении. После оформления договора дарения в августе 2019г. ФИО1 была инициирована процедура признания ее банкротом, в ноябре 2019г. подано соответствующее заявление в Арбитражный суд Тульской области; определением от 18.01.2021 завершена процедура реализации имущества должника по делу о несостоятельности (банкротстве), и она (истец) освобождена от дальнейшего исполнения имевшихся на дату обращения в суд требований кредиторов.
Поскольку договор дарения был совершен ею с целью сокрытия имущества от реализации в период процедуры банкротства, действительной воли на отчуждение имущества у нее не имелось, истец ссылаясь на мнимость совершенной сделки и свое заблуждение относительно того, что единственное жилье может быть реализовано, на основании положения статей 166-168, 170 Гражданского кодекса РФ, просила о признании договора дарения от 20.07.2019 недействительным; применении последствий недействительности сделки в виде исключения из ЕГРН записи о регистрации права собственности за ФИО2 на 2/3 доли в праве на квартиру, восстановлении в ЕГРН записи о праве собственности ФИО2 и ФИО1 на 1/3 доли в праве на квартиру за каждой (Т.1, л.д. 2-5).
Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО3 в судебном заседании суда первой инстанции заявленные требования поддержала.
Ответчик ФИО2 в судебном заседании суда первой инстанции иск не признала.
Третье лицо ФИО4 в суд первой инстанции не явился, письменно просил о рассмотрении дела в его отсутствие.
Решением Зареченского районного суда города Тулы от 27.02.2023 в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.
В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда отменить как принятое с неправильным применением норм материального права, неверной оценкой собранных доказательств, ввиду несоответствия выводов суда обстоятельствам дела.
В возражениях на апелляционную жалобу, ответчик ФИО2 просила об оставлении обжалуемого решения без изменения.
Определением от 23.08.2023 судебная коллегия по гражданским делам перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ.
В суде апелляционной инстанции, в заявлении от 25.08.2023 истец ФИО1 изменила основание иска, требование о признании сделки недействительной по основанию, предусмотренному статьей 170 Гражданского кодекса РФ просила не рассматривать, заявила о признании недействительной сделки как совершенной под влиянием обмана, угрозы, стечения тяжелых жизненных обстоятельств (кабальной сделки) (статья 179 Гражданского кодекса РФ) (Т.3, л.д. 72-75).
В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО1, ее представитель в порядке ч.6 ст. 53 ГПК РФ ФИО5, иск поддержали.
Истец ФИО1 пояснила, что сделку дарения совершила по предложению своего сына- должника по кредитным обязательствам, оформленным на ее истца имя. Настаивала на том, что совершила сделку при стечении тяжелых жизненных обстоятельств – тяжелой болезни, потере работы, наличия долговых кредитных обязательств, в целях спасения от кредиторов единственного жилья для своей семьи; под влиянием обмана со стороны ответчика, обещавшей возвратить собственность после завершения процедуры освобождения от долгов; под влиянием угроз со стороны кредиторов сына.
Ответчик ФИО2 в суде апелляционной инстанции исковые требования не признала, пояснила, что инициатором сделки не являлась, какого-либо обмана, угрозы с ее стороны в адрес истца допущено не было; просила о применении последствий пропуска истцом срока исковой давности.
Третьи лица ФИО4, привлеченный судом первой инстанции к участию в деле определением от 25.01.2023, ФИО6, привлеченный к участию в деле определением судебной коллегии от 23.08.2023, представитель ППК «Роскадастр» в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом.
Изучив материалы дела, выслушав позицию истца ФИО1, ее представителя по доверенности ФИО5, поддержавших доводы апелляционной жалобы, объяснения ответчика ФИО2, возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, исследовав письменные доказательства, допросив свидетеля, судебная коллегия приходит к следующему.
Собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (статьи 209 Гражданского кодекса РФ).
В порядке, предусмотренном статьей 218 Гражданского кодекса РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
По договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом (статья 572 Гражданского кодекса РФ).
Как следует из материалов дела, на основании договора передачи от 10.04.1993 № в совместную собственность ФИО2, ФИО4, ФИО1 передана <адрес>, общей площадью 50,7 кв.м, в том числе жилой площадью 28,2 кв.м, расположенная по адресу: <адрес>.
25.10.2016 между участниками совместной собственности заключено соглашение об установлении долей, в соответствии с которым ФИО2, ФИО4 и ФИО1 установили долевое участие – по 1/3 доли в праве за каждым из собственников (Т,1, л.д. 74-77).
20.07.2019 между ФИО1 и ФИО2 заключен договор дарения 1/3 доли в праве на указанную квартиру, удостоверенный нотариусом города Тулы ФИО7 (в реестре № (Т.1, л.д. 12,13).
При заключении вышеуказанного договора, его участники подтвердили, что договор не является мнимой или притворной сделкой, не совершен под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угрозы или стечения тяжелых обстоятельств (п.8 договора).
В договоре дарения имеется отметка о том, что его содержание участникам зачитано вслух; стороны договора понимают разъяснения нотариуса о правовых последствиях совершаемой сделки; условия сделки соответствуют действительным намерениям сторон.
Договор собственноручно подписан ФИО1 и ФИО2, что не оспаривалось ими в ходе судебного разбирательства.
Право собственности ФИО2 на 2/3 доли в праве на <адрес>, расположенную по адресу: <адрес>, зарегистрирован в ЕГРН 22.07.2019 (Т.1, л.д.9-11).
Решением Арбитражного суда Тульской области от 17.02.2020 ФИО1 признана несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина на 4 месяца (до 10.06.2020).
Определением Арбитражного суда Тульской области от 11.01.2021 завершена процедура реализации имущества должника по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1, последняя освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина (Т.1, л.д. 23-25).
29.10.2021 между ФИО2 и ФИО6 заключен договор займа суммы 450 000 руб. сроком до 29.10.2022, а также договор залога имущества, предметом которого является <адрес> по адресу: <адрес>.
Ограничение прав и обременение объекта недвижимости – <адрес>, расположенной по адресу: <адрес>, зарегистрировано в ЕГРН 02.11.2021, что усматривается из выписки из ЕГРН от 03.08.2023 (Т.1, л.д. 83-90, Т.3 л.д.41-43).
29.03.2022 между ФИО4, ФИО2 и ФИО6 подписаны соглашение о внесение изменений в договора займа и соглашение о внесении изменений в договор залога, увеличении займа до 950 000 руб., сроком до 29.03.2023, с условиями внесения ежемесячно платы в размере 47500 руб. и возвратом суммы займа 950 000 руб. не позднее 29.03.2023 (по окончании срока действия договора) (Т.3, л.д. 54-57).
Согласно графика-расписки (приложение к договору займа от 29.10.2021), погашение задолженности после заключения соглашения о внесении изменений в договор займа не производится (Т.3, л.д. 53).
Разрешая требования ФИО1, основания которых уточнены с учетом положений статьи 39 ГПК РФ в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия исходит из следующего.
В соответствии со статьей 179 Гражданского кодекса РФ, сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
В ходе судебного разбирательства истец пояснила, что сделку дарения доли квартиры с ФИО2 она совершила под влиянием убеждения со стороны своего сына, поскольку опасалась того, что лишится принадлежащего ей имущества из-за значительных долгов по кредитным договорам и договорам займа, оформленных на ее имя.
Обман по ее мнению со стороны ответчика заключается в невыполнении обещания возвратить квартиру по завершении процедуры банкротства; а стечение тяжелых жизненных обстоятельств вызвано невозможностью исполнения долговых обязательств.
В пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
С учетом обстоятельств дела, исходя из вышеприведенных разъяснений, судебная коллегия считает, что доказательства тому, что сделка дарения доли совершена под влиянием обмана со стороны ответчика, отсутствуют.
При этом исходит из того, что истец сама подтвердила, что совершение сделки было обусловлено ее намерением скрыть принадлежащее ей имущество от кредиторов накануне инициирования процедуры банкротства.
Данное обстоятельство свидетельствует о недобросовестности самой ФИО1 в понимании положений статьи 10 Гражданского кодекса РФ.
Оснований полагать, что одаряемая ФИО2 является лицом, виновным в обмане истца, поскольку обладала познаниями в области разрешения споров по делам о банкротстве, а следовательно сообщила дарителю недостоверную информацию о необходимости отчуждения принадлежащего имущества, в том числе единственного жилья, не имеется.
В силу положения части 3 статьи 179 Гражданского кодекса РФ кабальной сделкой является сделка, совершенная на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась.
По смыслу закона для признания сделки кабальной необходимо установить совокупность следующих условий: стечение тяжелых обстоятельств для потерпевшего; явно невыгодные для потерпевшего условия для совершения сделки; причинная связь между стечением у потерпевшего тяжелых обстоятельств и совершением им сделки на крайне невыгодных для него условиях; осведомленность другой стороны о перечисленных обстоятельствах и их использование к своей выгоде.
Судебная коллегия считает, что указанной совокупности условий по данному делу не установлено, исходя из намерения самой ФИО1 произвести отчуждение перед инициированием процедуры банкротства всего своего имущества, т.е. не только спорного объекта, но и автомобиля <данные изъяты> который по договору купли-продажи от 16.07.2019 также передала в собственность ФИО2 (Т.1, л.д. 128).
Наличие долговых обязательств в данном случае не может быть расценено как стечение тяжелых жизненных обстоятельств, поскольку как указано выше безвозмездное отчуждение истцом доли в праве на жилое помещение является следствием собственных недобросовестных действий.
Утверждение истца о потере работы, тяжелом заболевании по состоянию на июль 2020г. в суде какими-либо документами не подтверждено.
Наоборот с мая 2019г. ФИО1 была трудоустроена в <данные изъяты> где продолжала и в последующем, что усматривается из справок 2-НДФЛ за 2019,2020г.г.; иных документов относительно трудовой деятельности ФИО1 суду представлено не было (Т.1, л.д. 133,134).
Что касается такого основания недействительности сделки, как ее совершение под влиянием угрозы, то самой ФИО1 не отрицалось того, что угрозы исходили не от одаряемой ФИО2, а от третьих лиц – кредиторов ее сына.
Предоставленные в материалы дела распечатки смс-сообщений, поступающих на телефон истца от неустановленных лиц в период судебного разбирательства в суде первой инстанции (ноябрь 2022г.- февраль 2023г.), какого-либо правового значения для разрешения спора между дарителем и одаряемым не имеют (Т.3, л.д. 83).
Данные угрозы не содержат требования об отчуждении доли в пользу ФИО2, не совпадают по времени с датой подписания договора дарения – 20.07.2019, и обусловлены исключительно неисполнением ФИО1 долговых обязательств.
Таким образом, судебная коллегия полагает, что волеизъявление ФИО1, выраженное в договоре дарения соответствовало ее действительным намерениям, и оснований для признания этой сделки недействительной по основаниям, перечисленным выше, не имеется.
Показания свидетеля ФИО8 судебная коллегия не может принять во внимание, поскольку фактические обстоятельства совершения сделки дарения ей не известны, основаны на информации, полученной со слов истца ФИО1
По заявлению ответчика суд в соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ к требованиям, заявленным истцом, подлежит применению срок исковой давности, поскольку по требованию о признании оспоримой сделки недействительной (статья 179 Гражданского кодекса РФ) и о применении последствий ее недействительности срок исковой давности составляет один год, и в рассматриваемом споре он истек 20.07.2020, тогда как с настоящим иском ФИО1 обратилась только 28.11.2022.
Оснований исчислять срок исковой давности с 2022г., т.е. с того времени когда истцу стало известно о передаче ответчиком жилого помещения в залог ФИО6 не имеется, поскольку ФИО1 не является собственником жилого помещения с 20.07.2019, и заключение договора залога не может свидетельствовать о нарушении ее прав как сособственника.
Исчислять срок исковой давности со времени, когда по утверждению истца со стороны ответчика стали поступать требования о выселении, т.е. с 2022г. также оснований не имеется, поскольку требование о выселении связано с возможным нарушением права пользования жилым помещением, но не права собственности.
Таким образом, судебная коллегия считает, что договор дарения от 20.07.2019 соответствует требованиям закона, предъявляемым к такой сделке, составлен в надлежащей форме (нотариальной, письменной), условия сделки соблюдены, переход права собственности на спорное имущество зарегистрирован в установленном законом порядке, сделка реально исполнена сторонами, при этом истцом не представлено надлежащих и достаточных доказательств, которые бы свидетельствовали о недействительности договора дарения от 20.07.2019, заключенного между ней и ее матерью ФИО2
С учетом всех обстоятельств дела, также суд апелляционной инстанции полагает правильным отметить.
В соответствии с ч. 3 ст. 17 Конституции РФ осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Пунктом 3 ст. 1 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.
Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса РФ).
По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.
При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.
В соответствии с п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.
В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания и наоборот, в оспаривании сделок по его отчуждению.
В суде истец ФИО1 настаивала на том, что совершение спорной сделки 20.07.2019 было обусловлено принятием мер к сохранению жилого помещения семьи.
В настоящее время имеет место неисполнение договора займа, заключенного 29.10.2021 между ФИО9 и ФИО6, что влечет возможное обращение взыскания на предмет залога, каковым является спорное жилое помещение.
С учетом изложенного, обжалуемое решение подлежит отмене, с принятием нового решения об отказе ФИО1 в иске к ФИО2 о признании недействительным договора дарения доли в праве на квартиру по основаниям, предусмотренным в статье 179 Гражданского кодекса РФ и применении последствий недействительности сделки.
определила:
решение Зареченского районного суда города Тулы от 27 февраля 2023 года отменить, постановить по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения доли в праве на квартиру недействительным отказать.
Председательствующий
Судьи