Дело № 2-911/2025
УИД № 42RS0010-01-2025-000361-05
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Киселевский городской суд Кемеровской области
в составе председательствующего судьи Амеличкиной Т.Л.,
при секретаре Астафьевой С.Р.
с участием помощника прокурора г. Киселевска Татарникова М.Ю.
истца ФИО3,
представителя ответчика ФИО1, действующего на основании доверенности от 25 апреля 2025 г.,
представителя третьего лица ФИО2, действующего на основании доверенности от 1 января 2025 г. №,
рассмотрев в открытом судебном заседании г. Киселевске
25 июня 2025 года
гражданское дело по исковому заявлению прокурора г.Киселевска в интересах ФИО3 к ООО «УгольМашСервис» о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
Прокурор г.Киселевска в интересах ФИО3 обратился с иском к ООО «УгольМашСервис» о взыскании компенсации морального вреда.
Требования мотивировав тем, что в прокуратуру города Киселевска 18 февраля 2025 г. (обращение за №) обратился ФИО3 с заявлением об оказании содействия во взыскании компенсации морального вреда в связи с произошедшим несчастным случаем на производстве.
В ходе проверки установлено, что 20 сентября 2023г. между ООО «УгольМашСервис» и ФИО3 заключен трудовой договор №, согласно условиям которого ФИО3 принимается на работу в производственный цех по адресу <адрес> на должность электросварщика на полуавтоматические и автоматические машины <данные изъяты> разряда.
ДД.ММ.ГГГГ c ФИО3 произошёл несчастный случай на производстве, в связи с чем ООО «УгольМашСервис» утвержден Акт о несчастном случае на производстве формы Н-1, из которого следует, что несчастный случай произошел на территории Шахта № 12 в границах земельного отвода на не опасном производственном объекте.
Из обстоятельств несчастного случая следует, что ДД.ММ.ГГГГ придя на работу к 08-00 электросварщики на полуавтоматических и автоматических машинах ФИО3, ФИО4, ФИО5, Л. в нарядной цеха по ремонту ООО «УгольМашСервис» от заместителя директора ФИО6 получили наряд на выполнение работ в том числе огневые работы по сварке труб водоотлива на территории ООО «Шахта № 12». Старшим в бригаде был назначен ФИО4 Для выполнения наряд-задания, на автомобиле УАЗ госномер № с водителем Т. выехали на ООО «Шахта № 12». Прибыли на место выполнения работ примерно в начале одиннадцати. Представителей ООО «Шахта № 12» на мете выполнения работ не было. Для выполнения работ для стыковки и последующей сварке труб нужен был кран. На месте выполнения работ в момент прибытия работников ООО «УгольМашСервис» уже находился кран марки №, который принадлежал ИП «ФИО12». Индивидуального предпринимателя на месте выполнение работ также не было. Управлял краном ФИО7 наряд на выполнение грузоподъёмных работ он получил по телефону от главного механика ООО «Шахта № 12» ФИО8 Инструктаж ему никто не проводил.
ФИО5 подошел к водителю автокрана ФИО7 и сказал, как надо поставить кран. УАЗ подъехал к автомобильному крану задним ходом. Бригада ООО «УгольМашСервис» начала выгружать сварочное оборудование.
После того как разложил оборудование, ФИО4 приступил к строповке водоотводной трубы диаметром 500 мм. Но поскольку накануне при очистке дорожного полотна трубы была сдвинута, немного изогнулась, примерзла к ледяному кому – строп под трубу подвести не получилось. ФИО5 решил зацепить трубу за край крюком, чтобы краном вытащит из обледенелости. В этот момент ФИО3, находившейся возле крана, решил подготовить сварочный аппарат. Взяв сварочный рукав, проследовал быстрым шагом к аппарату, который находился между трубой и автомобилем УАЗ. Водитель ФИО7, не убедившись, что все работники находятся на безопасном расстоянии, подвёл Гак к трубе для зацепа, чтобы приподнять трубу. ФИО5 зацепил крюк за трубу, а крановщик ФИО9, тем временем дал небольшую натяжку. Труба резко выпрямилась, ФИО5 успел отскочить. В это время ФИО10 стоял спиной к автомобильному крану в 5 метрах от него, подключал рукав к сварочному аппарату. Повернув голову, ФИО3, увидел, как летит в него водопроводная труба, но не успел отскочить в сторону. Труба ударила ФИО3, прижав его к правой передней двери автомобиля УАЗ.Т., услышал крик ФИО3 и побежал к нему. На месте он увидел, что ФИО3 зажат между трубой и автомобилем УАЗ. ФИО4, ФИО5 хотели высвободить ФИО3, из-под трубы с помощью автокрана, но у автокрана было неисправно поворотное устройство. Для высвобождения ФИО3, Т. отогнал УАЗ. ФИО3 положили на землю, накрыли куртками. ФИО4 позвонил ФИО6, сообщил о случившемся. ФИО6 сразу выдвинулся на ООО «Шахта № 12». Водитель автокрана ФИО7 позвонил главному механику ООО «Шахта № 12» ФИО8 и оповестил его о произошедшем несчастном случае. ФИО8 приехал на место происшествия в 11 часов 30 минут, увидев пострадавшего ФИО3, принял решение сообщить диспетчеру о случившемся и сказал, чтобы вызывали скорую помощь Прибывшая скорая медицинская помощь забрала ФИО3 и увезла его в ГБУЗ «<данные изъяты>».
В результате происшествия ФИО3 получил <данные изъяты>.
Комиссией по расследованию несчастного случая с тяжелым исходом, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с электросварщиком на полуавтоматических и автоматических машинах ФИО3, образованной приказом генерального директора ООО «УгольМашСервис» от ДД.ММ.ГГГГ №, протоколом № от ДД.ММ.ГГГГ, не установлено в действиях ФИО3 факта грубой неосторожности, повлекшего возникновение вреда, причиненного его здоровью. Вина пострадавшего составляет <данные изъяты> %.
Из пункта 11 акта по Форме № о расследовании несчастного случая следует, что комиссия по расследованию несчастного случая с электросварщиком на полуавтоматических и автоматических машинах ФИО3, квалифицировала его как несчастный случай на производстве, подлежащий регистрации и учету в ООО «УгольМашСервис».
Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести № от ДД.ММ.ГГГГ ГАУЗ <данные изъяты>» ФИО3 электросварщик на полуавтоматических и автоматических машинах поступил <данные изъяты>., диагноз: <данные изъяты>.
ФИО3 испытал и испытывает нравственные страдания, <данные изъяты>
Принимая во внимание, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, и их защита должна быть приоритетной, при исполнении ФИО3 трудовых обязанностей произошел несчастный случай, <данные изъяты>.
Причиненный ФИО3 моральный вред в целях восстановления законности и справедливости должен быть компенсирован в денежном выражении в сумме 1 000 000 рублей.
Согласно информации, предоставленной ООО «УгольМашСервис», ФИО11 произведены следующие выплаты: <данные изъяты>. Иные выплаты произведены не были.
Просит взыскать с ООО «УгольМашСервис» в счет компенсации морального вреда 1 000 000 рублей в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
С учетом уточнения исковых требований ФИО3 просил взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей.
В судебном заседании представитель истца Татарников М.Ю. уточненные исковые требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении.
В судебном заседании истец ФИО3 уточненные исковые требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении дополнительно пояснив, что <данные изъяты>. Ответчик обещал выплачивать ежемесячно по <данные изъяты> рублей, однако выплатил два раза по <данные изъяты> рублей, на этом выплаты прекратились. При этом выплаты по <данные изъяты> рублей не были добровольными со стороны ответчика, истец писал заявления о выплате ему материальной помощи в связи с произошедшим с ним несчастным случаем на производстве. Также ответчик приобрел для истца <данные изъяты> и выплатил <данные изъяты> рублей. <данные изъяты>. Полагал, что ответственным за возмещение причиненного его морального вреда является его работодатель ООО «УгольМашСервис».
Представитель ответчика ФИО1, действующий на основании доверенности от 25 апреля 2025 г., исковые требования признал частично, не оспаривая наличие вины ООО «УгольМашСервис» в произошедшем с истцом несчастном случае на производстве, полагал, что сумма, предъявляемая истцом к взысканию, чрезмерно завышена. Указал, что ответчик, учитывая обстоятельства произошедшего несчастного случая с ФИО3, согласен выплатить в счет компенсации морального вреда истцу 300 000 рублей с учетом произведенных ранее выплат, а именно: <данные изъяты> рублей, два раза по <данные изъяты> рублей в счет компенсации морального вреда и <данные изъяты> рублей <данные изъяты>.
Определением суда от 13 мая 2025 г. в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика к участию в деле привлечены ФИО4, ФИО7, ФИО8, ФИО5, ФИО6, индивидуальный предприниматель ФИО12, ООО «Шахта №12» (л.д.172 том 1).
Представитель третьего лица ФИО2, действующий на основании доверенности от 1 января 2025 г. №, поддержал доводы письменных пояснений относительно заявленных требований, оставляя разрешение иска на усмотрение суда, указывая на то, что в данном процессе интересы его доверителя ООО «Шахта №12» не затрагиваются.
Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика ФИО4, ФИО7, ФИО8, ФИО5, ФИО6, индивидуальный предприниматель ФИО12 надлежащим образом извещались о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, сведений об уважительных причинах своей неявки в судебное заседание не представили, об отложении судебного заседания не ходатайствовали.
Третьим лицом ФИО8 представлено ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие (.л.д.197 том 1).
В соответствии с положениями части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.
Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, исследовав письменные доказательства по делу, приходит к следующему.
В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть первая статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части первой статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью первой статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части второй статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части первой статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).
Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда.
При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.
В силу абзаца второго пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаях на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
В абзаце 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний2 осуществляется причинителем вреда.
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац 4 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.
Как следует из материалов дела, 20 сентября 2023г. между ООО «УгольМашСервис» и ФИО3 заключен трудовой договор №, согласно условиям которого ФИО3 принимается на работу в производственный цех по адресу <адрес> на должность электросварщика на полуавтоматические и автоматические машины № разряда (л.д.25-28 том 1).
ДД.ММ.ГГГГ c ФИО3 произошёл несчастный случай на производстве, в связи с чем ООО «УгольМашСервис» утвержден Акт о несчастном случае на производстве формы Н-1, из которого следует, что несчастный случай произошел на территории Шахта № 12 в границах земельного отвода на не опасном производственном объекте (л.д.28-36 том1).
Согласно акту о несчастном случае на производстве формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ причинами несчастного случая являются нарушение технологического процесса в том числе, неправильная эксплуатация оборудования, инструмента, выразившаяся в нарушении схемы строповки трубопровода и использования автокрана не по назначению (высвобождение примерзшей трубы из льда). Нарушение ст. 215 ТК РФ и приказа Минтруда РФ от 28 октября 2020 г. № 753н об утверждении правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов. Основная Код №.
Неудовлетворительная организация производства, в том числе, нарушения допуска к работам с повышенной опасностью выразившееся в выдаче наряд- допуска с нарушением приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 15 декабря 2020 г. N 528; ст. 214 ТК РФ. Код Основная №.
Недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда в том числе: непроведение инструктажа по охране труда, выразившееся допуске работников подрядных организаций на ООО «Шахта 12» без проведения вводного инструктажа, не проведение целевого инструктажа перед началом работ повышенной опасности статья 214, 219 ТК РФ и Постановление Правительства РФ от 24.12.2021 № 2464 (ред. от 12.06.2024) «О порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда» (вместе с «Правилами обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда»).Сопутств.2.10.1.
Неудовлетворительная организация производства, в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, выразившееся в отсутствии должностных лиц ООО «Шахта 12» ООО «УгольМашСервис» и ИП «ФИО12» на месте выполнения работ по монтажу трубопровода. Сопутств.№.
Лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, являются ФИО4- электросварщик на автоматических и полуавтоматических машинах ООО «УгольМашСервис», который допустил нарушение схем строповки при строповке трубопровода нарушение пп. 1.6.1; 2.2.24- инструкции по охране труда при выполнении погрузочно-разгрузочных работ.
ФИО5- электросварщик на автоматических и полуавтоматических машинах ООО «УгольМашСервис», нарушение инструкции по охране труда при выполнении погрузочно-разгрузочных работах п.2, п.п.2.2.2, п.п. 2.2.3, п.п.2.4 недостаточная осмотрительность в зоне проведения работ. п. 2.6.
ФИО7- водитель крана ИП «ФИО12» приступил к работе не убедившись в соблюдении схемы стропоки груза, не убедившесь в отсутствии людей на территории участка ООО «Шахта № 12»,что является нарушением инструкции по охране труда п.3, п.3.5 для крановщиков ИП «ФИО12».
ФИО6- выдал наряд-допуск с нарушением норм правил, установленных Приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 15 декабря 2020 г. № 528, не провел целевой инструктаж на проведение огневых работ и стропальных работ в числе не обеспечение контроля за ходом выполнения работы чем нарушил п.п. 2.5; 2.7, должностной инструкции заместителя директора по производства и ст. 214 ТК РФ.
ФИО8 не выдал наряд-допуск на проведение огневых и грузоподъемных работ, не обеспечил контроля за ходом выполнения работы чем нарушил п.п. 1.9; 2.3; 2.16; 2.46 должностной инструкции главного механика и приказа «О нарядной системе» № от 09.01.2024 и ст. 214 ТК РФ.
Индивидуальный предприниматель ФИО12 допустил до выполнение погрузо-разгрузочных работ гражданина не прошедшего обучение по ОТ, без проведение инструктажей по охране труда и без проведения стажировки, не обеспечил контроль за ходом выполнения работы.
Факта грубой неосторожности в действиях пострадавших не выявлено. Степень вины пострадавшего <данные изъяты> %.
Организация (работодатель), работниками которой являются данные лица ООО «Шахта №12», ИП «ФИО12», ООО «УгольМашСервис» (л.д.29-36).
Согласно медицинскому заключению№ о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени ее тяжести от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 установлен диагноз: <данные изъяты> (л.д.43 том 1).
Согласно платежным поручениям от 14 марта 2025 г., 4 апреля 2025 г. ООО «УгольМашСервис» ФИО3 переведено по <данные изъяты> рублей, 14 января 2025 г. <данные изъяты> рублей в счет оказания материальной помощи, 30 января 2025 г. <данные изъяты> рублей <данные изъяты> (л.д.120-123 том 1).
16 октября 2020 г. ООО «Шахта №12» и ИП ФИО12 заключили договор № на оказание услуг транспортными средствами и механизмами (л.д.199-211 том 1).
22 мая 2017 г. между ООО «Шахта №12» и ООО «УгольМашСервис» заключен договор на ремонт узлов и агрегатов (л.д.212-223 том 1).
Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 причинен <данные изъяты> (л.д.6-8 том 2)
В ходе судебного заседания в качестве свидетеля был допрошен отец ФИО3 – К., который пояснил, что его сын ФИО3 проживает <данные изъяты>.
Опрошенная в качестве свидетеля Т. пояснила, что <данные изъяты>.
При разрешении исковых требований ФИО3 о компенсации морального вреда, причиненного при исполнении им трудовых обязанностей в ООО «УгольМашСервис» вследствие несчастного случая на производстве ДД.ММ.ГГГГ, установив, что несчастный случай, произошедший с истцом в результате необеспечения ответчиком безопасных условий труда, повлек причинение вреда здоровью истца в виде <данные изъяты>, вина истца в произошедшем с ним несчастном случае отсутствует, что подтверждается актом о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу о том, что ООО «УгольМашСервис» несет ответственность за возмещение истцу морального вреда.
Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзац четвертый пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1).
Согласно разъяснениям абзаца 3 пункта 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, степень вины ответчика ООО «УгольМашСервис», наличие вины в произошедшем с истцом несчастном случае ООО «Шахта №12» и ИП ФИО12, что подтверждается актом о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ №. степень, характер физических и нравственных страданий ФИО3 в связи с полученной травмой, <данные изъяты>, сумму компенсации морального вреда, выплаченную ответчиком добровольно, в связи с чем с учетом требований разумности и справедливости, считает возможным определить компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с ООО «УгольМашСервис» в пользу ФИО3 в размере 400 000 рублей, не усматривая оснований для взыскания в счет компенсации морального вреда в пользу истца 5 000 000 рублей.
При этом судом учитывается, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.
Согласно ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.
В связи с чем с ответчика ООО «УгольМашСервис» в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковые требования прокурора г.Киселевска в интересах ФИО3 к ООО «УгольМашСервис» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.
Взыскать с к ООО «УгольМашСервис»в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда 400 000 рублей.
ФИО3, в удовлетворении исковых требований к ООО «УгольМашСервис» о взыскании компенсации морального вреда в размере 4 600 000 рублей отказать.
Взыскать с ООО «УгольМашСервис» в доход бюджета государственную пошлину в размере 3 000 (три тысячи) рублей.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Киселевский городской суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения.
Мотивированное решение составлено 9 июля 2025 г.
Председательствующий Т.Л. Амеличкина
Решение в законную силу не вступило.
В случае обжалования судебного решения сведения об обжаловании и о результатах обжалования будут размещены в сети «Интернет» в установленном порядке.