Решение по делу № 2-165/2025 от 23.01.2025 - о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, по встречному исковому заявлению <ФИО> к <ФИО> Азер оглы о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Мотивированное решение составлено 23 января 2025 года

66RS0020-01-2024-001287-58

Дело № 2-165/2025 (2-2364/2024)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 января 2025 года пгт. Белоярский

Белоярский районный суд Свердловской области в составе председательствующего Коняхина А.А., при секретаре судебного заседания Дильмиевой В.А., помощнике судьи Анфаловой Е.Н., с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2 и ее представителя ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 Азер оглы к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, по встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО4 Азер оглы о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО4 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением, в котором просит установить вину ФИО2 в совершении ДТП с участием ФИО4, произошедшего 11 марта 2024 года на улице Учителей в районе дома № 10 в г. Екатеринбурге, взыскать с ФИО2 в свою пользу возмещение убытков в сумме 676 875 рублей, расходы на оплату государственной пошлины в размере 9968 рублей 75 копеек.

В обосновании иска указано, что 11 марта 2024 года в 16:05 час. произошло ДТП с участием автомобиля марки Мазда, г/н <номер>, принадлежащего на праве собственности истцу под его управлением, и автомобиля марки Субару, г/н <номер>, принадлежащего на праве собственности ФИО2 и под ее управлением. Водитель ФИО2 при повороте на парковку налево из крайней левой полосы не убедилась в безопасности маневра и допустила лобовое столкновение с автомобилем истца, двигавшимся во встречном направлении по правой полосе. Стоимость годных остатков согласно заключению эксперта № КУ53 от 13 апреля 2024 года составила 135 300 рублей, рыночная стоимость автомобиля составляет 812 175 рублей, стоимость восстановительного ремонта автомобиля составляет 1 352 000 рубля, таким образом, ремонт автомобиля считается нецелесообразным. Гражданская ответственность ФИО2 и ФИО4 на момент ДТП застрахована не была. Также истцом были понесены расходы по оплате государственной пошлины, которые подлежат возмещению ответчиком.

Определением суда от 11 ноября 2024 года, изложенным в протоколе судебного заседания, к производству суда для совместного рассмотрения принято встречное исковое заявление, в котором ФИО2 с учетом принятого судом уменьшения размера исковых требований просит взыскать с ФИО4 в возмещение ущерба, причиненного в результате ДТП, 1 098 000 рублей, в возмещение расходов на оплату услуг специалистов – 58 000 рублей, в возмещение расходов по оплате государственной пошлины – 38 420 рублей.

В обоснование встречного искового заявления указано, что автомобиль Субару под управлением собственника ФИО2 на регулируемом перекресте улиц Учителей и Ирбитская совершал левый поворот в сторону парковки ТЦ Парк Хаус. Въехав в разрез разделительной полосы ул. Учителей, которая делит встречные потоки, автомобиль Субару остановился, пропуская встречный поток автомобилей. После того, как загорелся запрещающий (желтый) сигнал светофора в попутном и встречном направлении по ул. Учителей, автомобиль Субару приступил к завершению маневра поворота, подразумевавшего пересечение встречной полосы движения. В этом время автомобиль Мазда под управлением ФИО4 двигался со встречного направления в сторону улицы Сулимова в крайнем правом ряду по ходу своего движения прямо, выехал на перекресток на запрещающий сигнал светофора и допустил столкновение с автомобилем Субару, который только начал движение. Водитель ФИО4 имел техническую возможность остановиться перед стоп-линией, не прибегая к экстренному торможению. В момент последнего мигания зеленого сигнала светофора автомобиль Мазда находился на расстоянии 65,25 м от стоп-линии. Водитель ФИО4 проигнорировал окончание цикла мигания зеленого света светофора, выехал на перекресток уже на желтый, пытался пересечь перекресток на скорости 49,3 км/ч, в результате чего допустил столкновение, именно его действия находятся в причинно-следственной связи с ДТП. Стоимость восстановительного ремонта автомобиля Субару составляет 3 086 959 рублей. Рыночная стоимость автомобиля составляет 1 292 000 рублей, что свидетельствует о конструктивной гибели автомобиля. Стоимость годных к реализации остатков автомобиля составляет 194 000 рублей. Таким образом, сумма причиненного ФИО2 ущерба составляет 1 098 000 рублей (1 292 000 рублей – 194 000 рублей). Также ФИО2 понесены расходы на оплату услуг специалиста в размере 50 000 рублей и 8000 рублей, на оплату государственной пошлины за подачу встречного иска в сумме 28 420 рублей и за подачу ходатайства об обеспечении иска на сумму 10 000 рублей.

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержала по доводам искового заявления, встречные исковые требования не признала, пояснила, что при движении участников ДТП приоритет за тем, кто двигался прямо, ФИО4 начал и продолжил движение на разрешающий сигнал светофора, ФИО2 выполняла маневр поворота, она должна была убедиться в полной безопасности своего маневра. Кроме того, ФИО2 не включила сигнал поворота.

В судебном заседании ответчик встречные исковые требования поддержала по доводам встречного искового заявления, исковые требования не признала, пояснила, что сигнал поворота был включен, начала движение, когда был желтый сигнал светофора, необходимо было закончить маневр. На светофоре в левом ряду стояла машина, которая выполняла левый поворот, автомобиль ФИО4 ответчик не видела из-за другой машины, полагает, что ФИО4 ее тоже не видел.

Представитель ответчика участвовал в судебном заседании до перерыва, пояснений по обстоятельствам дела не дал.

Выслушав пояснения представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

На основании абзаца 2 пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В силу статьи 1064 названного кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Правовые основы обеспечения безопасности дорожного движения на территории Российской Федерации определяются Федеральным законом от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» и Правилами дорожного движения. Данные Правила, принятые в целях обеспечения безопасности дорожного движения, являются составной частью правового регулирования отношений, возникающих в сфере дорожного движения, задачами которого являются охрана жизни, здоровья и имущества граждан, защита их прав и законных интересов, а также защита интересов общества и государства путем предупреждения дорожно-транспортных происшествий, снижения тяжести их последствий (статья 1 указанного Федерального закона).

В соответствии с пунктом 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – Правила, ПДД) участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Пунктом 6.2 Правил установлено, что круглые сигналы светофора имеют следующие значения: зеленый сигнал разрешает движение; зеленый мигающий сигнал разрешает движение и информирует, что время его действия истекает и вскоре будет включен запрещающий сигнал (для информирования водителей о времени в секундах, остающемся до конца горения зеленого сигнала, могут применяться цифровые табло); желтый сигнал запрещает движение, кроме случаев, предусмотренных пунктом 6.14 Правил, и предупреждает о предстоящей смене сигналов; желтый мигающий сигнал разрешает движение и информирует о наличии нерегулируемого перекрестка или пешеходного перехода, предупреждает об опасности; красный сигнал, в том числе мигающий, запрещает движение. Сочетание красного и желтого сигналов запрещает движение и информирует о предстоящем включении зеленого сигнала.

Водителям, которые при включении желтого сигнала или поднятии регулировщиком руки вверх не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению в местах, определяемых пунктом 6.13 Правил, разрешается дальнейшее движение (пункту 6.14 данных Правил).

Таким образом, приведенные выше положения устанавливают однозначный запрет движения транспортных средств на желтый сигнал светофора, единственным исключением из данного запрета является случай, при котором транспортное средство не может остановиться, не прибегая к экстренному торможению.

В силу положений пункта 8.1 приведенных Правил перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно пункту 10.1 Правил водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В соответствии с пунктом 10.2 Правил в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч.

Согласно пункту 13.4 Правил при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте положений пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законодатель закрепляет дискреционное полномочие суда по оценке доказательств, необходимое для эффективного осуществления правосудия.

Согласно приведенной норме суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы; суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При обращении с иском о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, истец должен доказать, что ответчик является лицом, причинившим ему вред, либо лицом, ответственным за причинение вреда, размер вреда и причинно-следственную связь между действиями ответчика и возникновением вреда.

Обстоятельством, имеющим значение для настоящего спора, является правомерность действий каждого из разрешения участвовавших в указанном дорожно-транспортном происшествии водителей с позиции Правил дорожного движения Российской Федерации, а ответ на данный вопрос относится к компетенции суда, который посредством исследования и оценки представленных сторонами доказательств должен определить лицо, неправомерные действия которого находятся в причинно-следственной связи с произошедшим столкновением.

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, что 11 марта 2024 года в 16:05 час. по адресу: <...> произошло ДТП с участием автомобиля марки Мазда, г/н <номер>, принадлежащего на праве собственности истцу ФИО4 (л.д. 36) и под его управлением и автомобиля марки Субару г/н <номер>, принадлежащего на праве собственности ответчику ФИО2 (л.д. 35) и под ее управлением.

В объяснениях ФИО4 от 11 марта 2024 года (л.д. 40) указано, что он двигался на автомобиле Мазда по ул. Учителей со стороны ул. Вилонова в сторону ул. Сулимова по правому ряду, возле дома № 10 проезжал перекресток на зеленый сигнал светофора со скоростью 60 км/ч, водитель ехавший на встречу начал поворачивать налево, не уступил дорогу и допустил столкновение.

В объяснениях ФИО2 от 11 марта 2024 года (л.д. 41) указано, что она двигалась на автомобиле Субару по ул. Учителей со стороны ул. Сулимова в сторону ул. Вилонова в левом ряду со скоростью 10 км/ч, остановилась на светофоре, чтобы совершить поворот налево, напротив на светофоре также стояла машина. При включении желтого сигнала светофора начала маневр поворота налево, в это время в нее врезался автомобиль из правого ряда встречной полосы, выехавший на перекресток на запрещающий сигнал светофора.

В судебном заседании ФИО2 пояснила, сигнал поворота был включен, она начала движение, когда был желтый сигнал светофора, необходимо было закончить маневр. На светофоре в левом ряду стояла машина, которая выполняла левый поворот, автомобиль ФИО4 не видела из-за другой машины, полагает, что ФИО4 ее тоже не видел.

В материалы дела приобщены видеозаписи, предоставленные стороной истца – на CD и стороной ответчика – на флеш-накопителе, при этом видеозапись, предоставленная ответчиком более информативна, поскольку ракурс видеозаписи находится под меньшим углом к улице Учителей, на видеозаписях запечатлен непосредственно момент столкновения, а также движение автомобилей до столкновения, виден светофор и его сигналы.

Из заключения специалиста ФИО5 № 102/24 от 22 октября 2024 года, который покадрово исследовал видеозапись столкновения, следует, что скорость автомобиля Мазда составляла 49,3 км/ч, между моментом включения запрещающего сигнала светофора и моментом столкновения прошло 3,4 с, транспортное средство в момент включения желтого сигнала светофора находилось на расстоянии 25,1 м до стоп-линии; зеленый мигающий сигнал светофора начал гаснуть, когда транспортное средство Мазда находилось на расстоянии 65,25 м от стоп-линии.

Специалистом проведен расчет, исходя из которого у водителя автомобиля Мазда была техническая возможность остановиться на запрещающий сигнал светофора, не допустив столкновения.

Также специалистом указано, что с технической точки зрения водитель автомобиля Мазда в сложившейся дорожной ситуации должен был руководствоваться пунктами 1.5, 6.2, 6.14, 10.1 Правил, а водитель автомобиля Субару – пунктами 8.1, 8.2, 8.8, 10.1 Правил.

Представленная видеозапись опровергает доводы стороны истца о том, что истец пересекал перекресток на зеленый сигнал светофора.

Суд полагает, что в конкретной дорожной ситуации истец ФИО4, заблаговременно увидев включение зеленого мигающего сигнала светофора, предупреждающего о скором включении запрещающего сигнала, не принял мер к снижению скорости и последующей остановке, а затем увидев включение желтого сигнала светофора, имея техническую возможность остановиться, в нарушение пункта 6.2 Правил продолжил движение и пересек перекресток на запрещающий красный сигнал светофора.

Доказательств того, что ФИО4 не мог остановиться без применения экстренного торможения, а значит вправе был руководствуясь пунктом 6.14 Правил проехать перекресток, им суду не представлено.

Из видеозаписи также следует, что на мигающий зеленый сигнал светофора (на 8 секунде видеозаписи) ответчик ФИО2 еще не пересекла стоп-линию, маневр поворота завершила на запрещающий сигнал светофора (на 9 секунде видеозаписи), не убедившись в безопасности своего маневра, при том, что видимость в направлении встречного движения была ограничена находящимся на перекрестке в левой полосе встречного движения транспортным средством, остановившимся перед совершением маневра поворота налево, не уступила дорогу двигавшемуся во встречном направлении транспортному средству под управлением ФИО4, то есть допустила нарушение пунктов 8.1, 13.4 Правил.

То обстоятельство, что ФИО4 пересекал перекресток на красный сигнал светофора, не освобождало ФИО2 от обязанности уступить ему дорогу.

Таким образом, судом установлено, что как в действиях ФИО4, так и в действиях ФИО2 имеется нарушение Правил дорожного движения, при этом указанные действия находятся в причинно-следственной связи с причинением ими другу материального вреда в виде повреждения принадлежащих им транспортных средств.

На наличие причинно-следственной связи указывает то обстоятельство, что при соблюдении Правил дорожного движения хотя бы одним из участников ДТП, оно бы не произошло, т.к. траектория движения ФИО4, не пересекавшего перекресток на запрещающий сигнал светофора, а остановившегося на стоп-линии, и траектория движения ФИО2, предоставившей преимущество движущемуся по встречном полосе транспортному средств и не совершившей маневр поворота налево, не пересеклись бы одномоментно в одной точке.

Определяя степень вины каждого участника ДТП, суд полагает очевидным, что в большей стпени ответственность должна лежать на лице, совершавшем маневр, при этом исходя из конкретных обстоятельств дела, такая вина не является в значительной степени большей, поскольку у второго участника ДТП было больше времени для оценки дорожной обстановки и соблюдения требования ПДД, т.к. мигающий зеленый сигнал светофора погас, когда ФИО4 находился в 65 м от стоп-линии, тогда как ФИО2 совершала свой маневр одновременно со встречным транспортным средством, закрывавшим ей обзор на приближающееся к перекрестку транспортное средство под управление ФИО4

С учетом изложенного, суд полагает возможным определить степень вины ФИО2 и ФИО4 как 60 % на 40 %.

Гражданская ответственность ФИО2 и ФИО4 в установленном законом порядке, предусмотренном Федеральным законом от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», застрахована не была.

Таким образом, у ФИО4 возникло право требования возмещения ущерба с ФИО2, а у ФИО2 – с ФИО4 пропорционально степени вины другого участника ДТП.

В подтверждение размера материального ущерба в виде восстановительного ремонта автомобиля стороной истца представлено заключение эксперта-техника ФИО6 № КУ53 от 13 апреля 2024 года, согласно которому стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Мазда, г/н <номер> составляет 1 352 000 рублей, стоимость годных остатков составляет 135 300 рублей, рыночная стоимость автомобиля – 812 175 рублей.

Учитывая, что стоимость восстановительного ремонта превышает рыночную стоимость автомобиля, имеет место полная гибель транспортного средства истца, при которой размер ущерба определяется как разница между рыночной стоимостью автомобиля на день ДТП и стоимостью годных остатков.

Каких-либо оснований не доверять заключению специалиста у суда не имеется, ответчиком представленное заключение не оспаривается.

В подтверждение размера материального ущерба стороной ответчика представлено заключение специалиста ФИО5 № 102/24 от 16 октября 2024 года, согласно которому стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Субару г/н <номер> составляет 3 086 959 рублей, а также заключение специалиста ФИО5 № 102/24-1 от 16 октября 2024 года, согласно которому рыночная стоимость транспортного средства по состоянию на день ДТП составляет 1 292 000 рублей, а также заключение специалиста ФИО5 № 102/24-2/1 от 16 октября 2024 года, согласно которому рыночная стоимость годных остатков составляет 194 000 рублей.

Учитывая, что стоимость восстановительного ремонта превышает рыночную стоимость автомобиля, имеет место полная гибель транспортного средства ответчика, при которой размер ущерба определяется как разница между рыночной стоимостью автомобиля на день ДТП и стоимостью годных остатков.

Каких-либо оснований не доверять заключениям специалиста у суда не имеется, истцом представленные заключения не оспариваются.

Относительно объема повреждений, полученных транспортными средствами в ДТП, представленных оценок стоимости восстановительного ремонта, рыночной стоимости автомобилей и стоимости годных остатков, спор между сторонами отсутствует.

Таким образом, с ответчика в пользу истца следует взыскать в возмещение ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 407 325 рублей (676 875 рублей, рассчитанные как рыночная стоимость автомобиля в размере 812 175 рублей за вычетом стоимости годных остатков в размере 135 300 рублей, пропорционально степени вины ответчика в ДТП в размере 60 %).

А с истца в пользу ответчика следует взыскать в возмещение ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 439 200 рублей (1 098 000, рассчитанные как рыночная стоимость автомобиля в размере 1 292 000 рублей за вычетом стоимости годных остатков в размере 194 000 рублей, пропорционально степени вины истца в ДТП в размере 40 %).

Из положений статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что для зачета по одностороннему заявлению необходимо, чтобы встречные требования являлись однородными, срок их исполнения наступил (за исключением предусмотренных законом случаев, при которых допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил).

Подача заявления о зачете является выражением воли стороны односторонней сделки на прекращение встречных обязательств и одновременно исполнением требования закона, установленного к процедуре зачета (статьи 154, 156, 410 Гражданского кодекса Российской Федерации). Дата такого заявления не влияет на момент прекращения обязательства, который определяется моментом наступления срока исполнения того обязательства, срок которого наступил позднее.

Предъявление встречного иска, направленного к зачету первоначальных исковых требований, является, по сути, тем же выражением воли стороны, оформленным в исковом заявлении и поданном в установленном процессуальным законодательством порядке. Изменение порядка оформления такого волеизъявления – подача искового заявления вместо направления заявления должнику/кредитору – не должно приводить к изменению момента прекращения обязательства, поскольку предусмотренные статьей 410 Гражданского кодекса Российской Федерации основания для зачета (наличие встречных однородных требований и наступление срока их исполнения) остаются прежними. В ином случае материальный момент признания обязательства прекращенным ставится в зависимость от процессуальных особенностей разрешения спора, на которые эта сторона повлиять не может.

Таким образом, учитывая, что встречное требование ФИО2 направлено к зачету первоначального требования ФИО4, что являлось условием принятия встречного иска (статья 138 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), суд полагает возможным провести зачет требований и определить ко взысканию с ФИО4 в пользу ФИО2 в возмещение ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 31 875 рублей (439 200 рублей – 407 325 рублей).

В силу статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В случае частичного удовлетворения как первоначального, так и встречного имущественного требования, по которым осуществляется пропорциональное распределение судебных расходов, судебные издержки истца по первоначальному иску возмещаются пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Судебные издержки истца по встречному иску возмещаются пропорционально размеру удовлетворенных встречных исковых требований (пункт 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Истцом при рассмотрении настоящего дела понесены расходы в виде оплаты государственной пошлины в размере 9 968 рублей 75 копеек, что подтверждается чеком-ордером от 28 января 2022 года. Указанные расходы подлежат возмещению истцу ответчиком пропорционально удовлетворенной части требований, то есть в размере 5981 рубль 25 копеек (9 968 рублей 75 копеек * 60%).

Ответчиком при подаче встречно иска оплачена государственная пошлина в размере 28 420 рублей, что подтверждается чеком по операции от 07 ноября 2024 года.

Учитывая, что судом принято уменьшение размера исковых требований, излишне уплаченная государственная пошлина подлежит возврату ответчику в размере 2440 рублей из расчета 28 420 рублей (размер оплаченной государственной пошлины) за вычетом 25 980 рублей (размер пошлины, соответствующий размеру поддерживаемых ответчиком требований с учетом принятого уменьшения).

В невозвращенной части расходы на оплату государственной пошлины подлежат возмещению ответчиком истцу пропорционально удовлетворенной части встречных исковых требований, то есть в размере 10 392 рубля (25 980 рублей * 40%).

Кроме того, ответчиком была оплачена государственная пошлина за подачу заявления об обеспечении иска в размере 10 000 рублей, что подтверждается чеком по операции от 25 ноября 2024 года.

Однако, несение указанных расходов не связано с нарушением истцом каких-либо прав ответчиков, расходы понесены ответчиком на добровольной основе и возмещению за счет истца не подлежат.

Кроме того, ответчик просила взыскать с истца расходы на оплату услуг специалиста в размере 58 000 рублей.

Между ООО «Астра» и ФИО2 заключен договор № 102/24 от 10 октября 2024 года, предметом которого является проведение авто-технической экспертизы по материалам административного дела (исследование обстоятельств ДТП от 11 марта 2024 года).

Стоимость услуг согласована сторонами в размере 50 000 рублей, факт оплаты подтверждается чеком от 26 октября 2024 года на сумму 50 000 рублей.

Кроме того, между ООО «Астра» и ФИО2 заключен договора № 102/24 от 16 октября 2024 года, предметом которого является оценка транспортного средства Субару, г/н <номер>.

Стоимость услуг согласована сторонами в размере 8000 рублей, факт оплаты подтверждается чеком от 23 декабря 2024 года на сумму 8000 рублей.

Ответчиком в материалы дела было представлено четыре заключения специалиста ФИО5 (ООО «Астра»), которые приняты судом в качестве доказательств, с их помощью установлены обстоятельства, входящие в предмет доказывания по делу, соответственно, расходы на подготовку указанных заключений являются судебными и подлежат возмещению истцом ответчику пропорционально удовлетворенной части встречных исковых требований, то есть в размере 23 200 рублей (58 000 рублей * 40 %).

В результате зачета возмещения сторонами друг другу судебных расходов следует взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 27 610 рублей 75 копеек (23 200 рублей + 10 392 рубля – 5981 рубль 25 копеек).

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО4 Азер оглы к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, и встречный иск ФИО2 к ФИО4 Азер оглы о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (паспорт серии <номер>) в пользу ФИО4 Азер оглы (паспорт серии <номер>) в возмещение ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 407 325 рублей, в возмещение расходов на оплату государственной пошлины - 5981 рубль 25 копеек.

Взыскать с ФИО4 Азер оглы (паспорт серии <номер>) в пользу ФИО2 (паспорт серии <номер>) в возмещение ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 439 200 рублей, в возмещение расходов на оплату государственной пошлины - 10 392 рубля, на оплату услуг специалиста – 23 200 рублей.

В удовлетворении остальной части иска ФИО4 Азер оглы и встречного иска ФИО2 отказать.

Произвести зачет исковых требований ФИО4 Азер оглы и встречных исковых требований ФИО2.

Определить ко взысканию с ФИО4 Азер оглы (паспорт серии <номер>) в пользу ФИО2 (паспорт серии <номер>) в возмещение ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 31 875 рублей, в возмещение судебных расходов – 27 610 рублей 75 копеек.

Вернуть ФИО2 (паспорт серии <номер>) государственную пошлину в размере 2440 рублей, излишне уплаченную при подаче встречного искового заявления согласно чеку по операции от 07 ноября 2024 года.

Разъяснить истцу, что в соответствии с пунктом 3 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации ему необходимо обратиться с заявлением о возврате суммы государственной пошлины в МИФНС России № 29 по Свердловской области.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белоярский районный суд Свердловской области.

Судья А.А. Коняхин