Дело № 2-3172/2025

18RS0003-01-2025-002297-18

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 августа 2025 года г. Ижевск

Октябрьский районный суд г.Ижевска в составе

председательствующего судьи Салова А.А.,

при секретаре Галкиной Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ШВА к ОСФР по Удмуртской Республике о признании права на страховую пенсию по старости и взыскании неполученной пенсии,

УСТАНОВИЛ :

ШВА обратилась в суд с иском к ОСФР по Удмуртской Республике о признании права на страховую пенсию по старости и взыскании неполученной пенсии.

Исковые требования мотивированы следующим. С 24 октября 2024 года истцу на основании п. 1 ч. 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" назначена страховая пенсия по старости. 25 января 2025 года истец обратилась в пенсионный орган с заявлением о назначении указанной пенсии с 11 ноября 2017 года, однако в его удовлетворении отказано, поскольку истец в указанный день, то есть по достижении возраста 50 лет не обращалась с заявлением о назначении пенсии. С таким отказом истец не согласна потому, что с заявлением о назначении пенсии не обращалась по независящим от нее обстоятельствам, поскольку не была проинформирована пенсионным органом о наличии права для обращения за пенсией по достижении возраста 50 лет.

На основании изложенного истец с учетом заявления об изменении исковых требований просила суд:

- признать право на страховую пенсию по старости с момента возникновения права с 11 ноября 2017 года;

- обязать ОСФР по Удмуртской Республике выплатить недополученную пенсию с момента возникновения права на досрочный выход на пенсию.

Истец ШВА в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, по основаниям, указанным в иске, просила иск удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО1 полагала иск не подлежащим удовлетворению, поскольку доказательств обращения в пенсионный орган за разъяснениями по вопросам пенсионного обеспечения истец не представила, при отсутствии обращения истицы к ответчику, сотрудники Отделения не знали и не могли знать о возникновении у истца права на досрочное назначение страховой пенсии.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что ШВА, <дата> г.р., приходится матерью КТП, <дата> г.р., что подтверждается свидетельством о рождении <номер> от <дата>.

25 ноября 2014 года ШВА обратилась в пенсионный орган с заявлением о переходе из Пенсионного фонда Российской Федерации в негосударственный пенсионный фонд, осуществляющий обязательное пенсионное страхование.

22 ноября 2022 года ШВА обратилась в пенсионный орган с заявлением о назначении страховой пенсии по старости, как родителю инвалида с детства, воспитавшему его до достижения возраста 8 лет.

Решением пенсионного органа от 22 февраля 2023 года истцу отказано в назначении страховой пенсии по старости по п. 1 ч. 1 ст. 32 Федерального закона № 400-ФЗ, поскольку в распоряжении пенсионного органа отсутствовали документы, подтверждающие инвалидность ребенка.

Решением Лаишевского районного суда Республики Татарстан от 13 сентября 2024 года установлен факт инвалидности КТП, <дата> года рождения, в период с <дата> по <дата>.

24 октября 2024 года ШВА вновь обратилась в пенсионный орган с заявлением о назначении страховой пенсии по старости, как родителю инвалида с детства, воспитавшему его до достижения возраста 8 лет.

Решением ответчика № 266976/24 от 25 декабря 2024 года истцу с 24 октября 2024 года бессрочно установлена страховая пенсия по старости по п. 1 ч. 1 ст. 32 Федерального закона № 400-ФЗ.

23 января 2025 года ШВА обратилась в ОСФР по Удмуртской Республике с заявлением о возможности назначения страховой пенсии с более ранней даты.

14 апреля 2025 года ответчиком вынесено решение об обнаружении ошибки, допущенной при установлении (выплате) пенсии, которым изменена дата назначения истцу пенсии: с 24 октября 2024 года на 22 ноября 2022 года.

На основании чего истцу выплачена страховая пенсия по старости за период с 22 ноября 2022 года.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 32 Федерального закона № 400-ФЗ страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 следующим гражданам:

- женщинам, родившим пять и более детей и воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж не менее 15 лет; одному из родителей инвалидов с детства, воспитавшему их до достижения ими возраста 8 лет: мужчинам, достигшим возраста 55 лет, женщинам, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж соответственно не менее 20 и 15 лет; опекунам инвалидов с детства или лицам, являвшимся опекунами инвалидов с детства, воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет, страховая пенсия по старости назначается с уменьшением возраста, предусмотренного статьей 8 настоящего Федерального закона, на один год за каждые один год и шесть месяцев опеки, но не более чем на пять лет в общей сложности, если они имеют страховой стаж не менее 20 и 15 лет соответственно мужчины и женщины.

Таким образом, условиями назначения такой пенсии для женщин являются факт рождения у женщины ребенка – инвалида с детства, его воспитание данным лицом до достижения возраста 8 лет, в совокупности с достижением возраста 50 лет, наличием страхового стажа 15 лет и ИПК – не менее 30.

При этом как указано в Определении Конституционного Суда РФ от 03.11.2009 N 1365-О-О "По запросу Государственного Собрания - Курултая Республики Башкортостан о проверке конституционности подпункта 1 пункта 1 статьи 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" для назначения досрочно трудовой пенсии одному из родителей возраст ребенка, в котором он был признан инвалидом с детства (например, после достижения ребенком 8-летнего возраста), продолжительность периода, в течение которого он был инвалидом, а также то, что на момент установления пенсии одному из родителей (опекуну) ребенок уже не является инвалидом с детства (либо умер), значения не имеют.

Наличие у истца указанной выше совокупности юридически значимых обстоятельств, в том числе по состоянию на 11 ноября 2017 года (день достижения истцом 50 лет), сторона ответчика при рассмотрении дела не оспаривала, при этом изложенное подтверждается полученными в материалы дела доказательствами, в том числе: объяснениями истца, свидетельством о рождении ФИО2, решением Лаишевского районного суда Республики Татарстан от 13 сентября 2024 года, медицинским заключением № 14 от 29 октября 1990 года, решением ОСФР по Удмуртской Республике о назначении истцу пенсии и об обнаружении ошибки, выпиской из ИЛС истца, письмом ОСФР по Удмуртской Республике от 02 июля 2025 года, ответами ОСФР по Удмуртской Республике на обращения истца, копией трудовой книжки истца.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что 11 ноября 2017 года у истца возникло право на досрочное пенсионное обеспечение на основании п. 1 ч. 1 ст. 32 Федерального закона № 400-ФЗ, в связи с чем исковые требования в данной части подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, удовлетворение указанных требований не влечёт за собой возложение на ответчика обязанности выплатить истцу пенсию за период с 11 ноября 2017 года по 21 ноября 2022 года.

Конституция Российской Федерации, в соответствии с целями социального государства (статья 7, часть 1) гарантируя каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1), относит определение порядка реализации данного конституционного права, в том числе правил обращения за пенсией и сроков, с которых она назначается, к компетенции законодателя (статья 39, часть 2).

Страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 статьи 22 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию (часть 1 статьи 22 Федерального закона "О страховых пенсиях").

Исходя из части 2 статьи 22 Федерального закона "О страховых пенсиях" днем обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем.

Согласно части 6 статьи 21 Федерального закона "О страховых пенсиях" правила обращения за страховой пенсией и ее назначения устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.

Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 17.11.2014 N 884н в соответствии с частью 6 статьи 21 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ утверждены Правила обращения за страховой пенсией, фиксированной выплатой к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, накопительной пенсией, в том числе работодателей, и пенсией по государственному пенсионному обеспечению, их назначения, установления, перерасчета, корректировки их размера, в том числе лицам, не имеющим постоянного места жительства на территории Российской Федерации, проведения проверок документов, необходимых для их установления, перевода с одного вида пенсии на другой в соответствии с Федеральными законами "О страховых пенсиях", "О накопительной пенсии" и "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации" (далее - Правила N 884н, действовавшие в 2019 году, утратили силу 31 декабря 2021 г.).

Пункт 18 Правил N 884н устанавливал, что граждане могут обращаться за пенсией в любое время после возникновения права на нее без ограничения каким-либо сроком.

Пунктом 19 Правил N 884н было предусмотрено, что заявление о назначении пенсии по старости может быть принято территориальным органом Пенсионного фонда Российской Федерации и до наступления пенсионного возраста гражданина, но не ранее чем за месяц до достижения соответствующего возраста.

Пунктом 23 указанных Правил определено, что решения и распоряжения об установлении или об отказе в установлении пенсии принимаются территориальным органом Пенсионного фонда Российской Федерации на основе всестороннего, полного и объективного рассмотрения всех документов, имеющихся в распоряжении территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации.

Аналогичные нормы содержатся в Правилах обращения за страховой пенсией, фиксированной выплатой к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, накопительной пенсией, в том числе работодателей, и пенсией по государственному пенсионному обеспечению, их назначения, установления, перерасчета, корректировки их размера, в том числе лицам, не имеющим постоянного места жительства на территории Российской Федерации, проведения проверок документов, необходимых для их установления, перевода с одного вида пенсии на другой в соответствии с федеральными законами "О страховых пенсиях", "О накопительной пенсии" и "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации", утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 05.08.2021 N 546н, действующих с 1 января 2022 г.

Таким образом, по смыслу положений части 1 статьи 22 Федерального закона Российской Федерации от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", необходимыми условиями назначения страховой пенсии являются не только наличие права на указанную пенсию, но и волеизъявление застрахованного лица, выраженное в заявлении о назначении пенсии, поданном в установленном законом порядке.

Согласно пунктам 1, 2, 9 и 11 Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации, утвержденного постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2122-I (действовавшего на момент возникновения спорных правоотношений и утратившего силу с 1 января 2023 года в связи с изданием Федерального закона от 14.07.2022 N 236-ФЗ "О Фонде пенсионного и социального страхования Российской Федерации"), Пенсионный фонд Российской Федерации осуществляет государственное управление финансами пенсионного обеспечения в Российской Федерации. Пенсионный фонд Российской Федерации и его денежные средства находятся в государственной собственности Российской Федерации. Пенсионный фонд Российской Федерации ведет свою деятельность через региональные отделения.

Пенсионный фонд Российской Федерации обеспечивает разъяснительную работу среди населения и юридических лиц по вопросам, относящимся к компетенции Пенсионного фонда Российской Федерации (пункт 3 Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации).

Исходя из изложенного выше, реализация целей социальной политики Российской Федерации является одной из основных конституционных обязанностей государства, осуществляемых им через соответствующие органы.

Обязанности по реализации социальной политики Российской Федерации в области государственного пенсионного обеспечения возложены на Пенсионный фонд Российской Федерации, в рамках исполнения которых Пенсионный фонд Российской Федерации и его региональные отделения в числе прочего обеспечивают разъяснительную работу среди населения по вопросам, относящимся к компетенции Пенсионного фонда Российской Федерации.

Следовательно, гражданин, при обращении в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации по вопросам пенсионного обеспечения или в связи с иными жизненными событиями имеет право на получение от пенсионного органа информации о его правах, в том числе о праве на досрочное назначение пенсии по старости, о порядке определения ее размера и условиях перерасчета, и этому праву корреспондирует обязанность пенсионного органа предоставить гражданину указанную информацию.

В случае невыполнения пенсионным органом названной обязанности, приведшего к несвоевременному обращению гражданина, достигшего возраста, дающего право на назначение страховой пенсии по старости, в пенсионный орган с заявлением установленной формы о назначении страховой пенсии по старости, указанное лицо применительно к части 2 статьи 26 Федерального закона "О страховых пенсиях" имеет право на выплату недополученных сумм страховой пенсии по старости за прошедшее время без ограничения каким-либо сроком. В противном случае будут нарушены государственные гарантии в области пенсионного обеспечения граждан.

Между тем, каких-либо надлежащих доказательств обращения в пенсионный орган за разъяснениями по вопросам пенсионного обеспечения истец суду не представила, соответственно, при отсутствии обращения истца к ответчику, сотрудники пенсионного органа не знали и не могли знать о возникновении у истца права на досрочное назначение страховой пенсии.

Истцом в материалы дела представлена расписка правопредшественника ответчика от 25 ноября 2014 года в получении заявления истца о переходе из Пенсионного фонда Российской Федерации в негосударственный пенсионный фонд, осуществляющий обязательное пенсионное страхование.

Однако, во-первых, такое обращение не было связано с вопросом о назначении пенсии, во-вторых, имело место задолго до возникновения у истца права на пенсионное обеспечение, в-третьих, сведений о том, что пенсионный орган располагал какой-либо информацией о наличии всей совокупности обстоятельств, дающих истцу право на назначение страховой пенсии по старости ранее общеустановленного возраста, не представлено, в-четвертых, пенсионный орган на тот момент не располагал сведениями о желании истицы получать страховую пенсию по старости.

При таком положении суд приходит к выводу о том, что у пенсионного органа не возникла обязанность провести с истцом разъяснительную работу по вопросу о назначении страховой пенсии по старости, а соответственно отсутствует вина в неполучении истцом пенсии с 11 ноября 2017 года.

Суд отмечает, что само по себе не информирование о праве истца на страховую пенсию, в соответствии с действующим пенсионным законодательством, не дает истцу оснований для назначения страховой пенсии по старости с момента возникновения такого права, поскольку законодателем дата назначения пенсии определена датой подачи соответствующего заявления со всеми необходимыми документами в соответствии с частью 1 статьи 22 Федерального закона N 400-ФЗ.

Поскольку реализация права на назначение пенсии носит заявительный характер и обусловлена законодателем датой обращения за ее назначением, учитывая, что ШВА впервые обратилась в пенсионный орган с заявлением о назначении страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" 22 ноября 2022 г., ранее с письменными заявлениями по вопросу назначения пенсии не обращалась, то отсутствуют предусмотренные законом основания для возложения на ответчика обязанности назначить страховую пенсии по старости начиная с 11 ноября 2017 года.

Указанное согласуется с позицией Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой, установленное указанными нормами правовое регулирование не ущемляет пенсионные права граждан - напротив, закрепленные в них сроки, с которых назначается пенсия, как и возложение на граждан обязанности обратиться с заявлением о ее назначении, обеспечивают им возможность реализации субъективных пенсионных прав по собственному свободному волеизъявлению и способствуют своевременному обращению за пенсией (Определения от 23.05.2006 N 159-О и от 26.03.2020 N 583-О).

Доказательств того, что ШВА обращалась в пенсионный орган по вопросу назначения ей пенсии, однако, пенсионный орган не разъяснил ей ее право на назначение пенсии - материалы не содержат и суду не представлено.

На основании изложенного суд находит исковые требования ШВА о возложении обязанности выплатить недополученную пенсию с момента возникновения права на досрочный выход на пенсию не подлежащими удовлетворению.

От уплаты государственной пошлины стороны освобождены.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ШВА (СНИЛС <номер>) к ОСФР по Удмуртской Республике (ИНН <***>) о признании права на страховую пенсию по старости удовлетворить.

Признать за ШВА право на страховую пенсию по старости по п. 1 ч. 1 ст. 32 Федерального закона № 400-ФЗ от 28 декабря 2013 года «О страховых пенсиях» с 11 ноября 2017 года.

Исковые требования ШВА к ОСФР по Удмуртской Республике о взыскании неполученной пенсии оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме через районный суд.

Решение в окончательной форме принято 15 августа 2025 года.

Судья А.А. Салов