Судья Мальцева Е.Е. Дело № 22-816/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Йошкар-Ола 18 сентября 2023 года

Верховный Суд Республики Марий Эл в составе:

председательствующего Майоровой C.М.,

судей Шитовой И.М., Чередниченко Е.Г.,

при секретаре Суворовой К.А.,

с участием прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Республики Марий Эл Жариновой О.С.,

осужденного ФИО1, участие которого обеспечено путем применения систем видеоконференц-связи,

защитника – адвоката Хамидуллина М.С., представившего удостоверение <№> и ордер <№>,

потерпевшего М.Г.М.,

представителя потерпевшего - адвоката Богатова В.Г., представившего удостоверение <№> и ордер <№>,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе представителя потерпевшего М.Г.М. – адвоката Богатова В.Г. на приговор Сернурского районного суда Республики Марий Эл от 19 июля 2023 года, которым

ФИО1, <...>, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 5 лет 3 месяца с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 оставлена без изменения.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с 13 февраля 2023 года до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Майоровой С.М., обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, выслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным и осужден за совершение убийства, то есть умышленного причинения смерти Р.Г.Р., <дата> года рождения.

Судом первой инстанции установлено, что 12 февраля 2023 года в период с 21 часа до 21 часа 34 минут ФИО1 и Р.Г.Р. находились <...> в квартире по адресу: Республика Марий Эл, <адрес>, где между ними из-за высказанных Р.Г.Р. оскорблений в отношении <...> А.В.П. произошла обоюдная драка, которая продолжилась на веранде указанной квартиры. После завершения драки у ФИО1 в результате личных неприязненных отношений к Р.Г.Р., а также из-за отказа последнего покинуть жилище, возник преступный умысел, направленный на убийство Р.Г.Р.

Осуществляя преступный умысел, ФИО1 взял со стола на веранде дома нож, подошел к Р.Г.Р., который сидел на диване, и умышленно нанес один удар клинком ножа в область расположения жизненно важных органов Р.Г.Р. – в переднюю поверхности грудной клетки, в результате чего пострадавшему были причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью. От полученных повреждений Р.Г.Р. скончался в течение короткого промежутка времени во дворе <адрес> Республики Марий Эл. Смерть Р.Г.Р. наступила от <...>.

Обстоятельства совершенного преступления подробно изложены в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 вину по предъявленному обвинению не признал, пояснив, что его действия не являлись умышленными, он оборонялся от погибшего Р.Г.Р.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего М.Г.М. – адвокат Богатов В.Г. выражает несогласие с приговором, считает его необоснованным, а назначенное ФИО1 наказание несправедливым вследствие чрезмерной мягкости, поскольку оно не соответствует тяжести совершенного преступления и личности виновного.

Ссылаясь на положения ст. 297 УПК РФ, а также на санкцию ч. 1 ст. 105 УК РФ, которая предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от 6 до 15 лет с ограничением свободы на срок до 2-х лет либо без такового и относится к категории особо тяжких преступлений, представитель потерпевшего просит принять во внимание, что осужденный ФИО1 вину в совершении убийства Р.Г.Р. не признал, извинений родственникам погибшего не принес, моральный и материальный вред не компенсировал и не проявлял намерений это сделать.

По мнению автора апелляционной жалобы, суд необоснованно применил положения ст. 64 УК РФ, мотивировав возможность назначения наказания в виде лишения свободы ниже низшего предела санкции статьи, по которой ФИО1 признан виновным, противоправным и аморальным поведением потерпевшего Р.Г.Р., с которым у осужденного произошел конфликт и обоюдная драка. Между тем, судом также установлено, что ФИО1 нанес ножевое ранение Р.Г.Р. в момент, когда конфликт между ними прекратился, Р.Г.Р. сидел на диване, то есть угрозы жизни и здоровью ФИО1 не представлял. Помимо изложенного, приговором установлено, что допрошенные в судебном заседании родственники ФИО1 пытались ввести суд в заблуждение относительно обстоятельств произошедшего, с целью избежания ФИО1 заслуженного наказания.

Приводя положения ч. 1.1. ст. 63 УК РФ, представитель потерпевшего указывает, что в момент совершения преступления ФИО1 находится в состоянии опьянения, в связи с чем указанное обстоятельство следует признать отягчающим наказание обстоятельством, поскольку, по мнению потерпевшего ФИО2, состояние опьянения ФИО1 оказало существенное влияние на его поведение и факт совершения преступления.

Просит приговор в отношении ФИО1 изменить, исключить указание о применении ст. 64 УК РФ, признать отягчающим наказание обстоятельством совершение осужденным преступления в состоянии опьянения, усилить назначенное ему наказание.

В возражениях на апелляционную жалобу и.о. прокурора Параньгинского района Республики Марий Эл ФИО3 считает, что приговор суда является законным и обоснованным, а назначенное ФИО1 наказание - справедливым и соразмерным содеянному. Просит приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу представителя потерпевшего без удовлетворения.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденный ФИО1 указал на необоснованность приведенных в ней доводов, просил оставить жалобу без удовлетворения, настаивая, что его состояние опьянения не повлияло и не могло повлиять на смерть Р.Г.Р., так как последний напал на него с ножом, а он защищался.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции потерпевший М.Г.М. и его представитель – адвокат Богатов В.Г. просили приговор в отношении ФИО1 изменить по доводам апелляционной жалобы.

Прокурор Жаринова О.С. указала, что основания для отмены или изменения приговора отсутствуют.

Осужденный ФИО1 и его защитник – адвокат Хамидуллин М.С. выразили несогласие с доводами апелляционной жалобы представителя потерпевшего, при этом отметили, что все произошло в ночное время, когда Р.Г.Р. незаконно проник в чужое жилище и действовал с прямым умыслом, намереваясь реализовать угрозу убийством ФИО1, высказанную им ранее А.В.П. Полагают, что указание в приговоре о ноже, который ФИО1 взял со стола на веранде дома, являются предположением суда, поскольку осужденный данный нож не опознавал, из показаний свидетеля Н.Ф.Н. следует, что из дома ножи не пропали, их количество не изменилось. Полагают, что в ходе судебного разбирательства доводы стороны защиты не опровергнуты, суду не представлено достаточных доказательств виновности ФИО1 в совершении убийства, в связи с чем просили переквалифицировать его действия на ч. 1 ст. 109 УК РФ как причинение смерти по неосторожности.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о доказанности вины осужденного ФИО1 в совершении с прямым умыслом убийства Р.Г.Р. при обстоятельствах, изложенных в приговоре, являются правильными, соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и исследованным в судебном заседании доказательствам. Суд полно и всесторонне оценил собранные по делу доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для постановления обвинительного приговора.

Все доводы стороны защиты были предметом исследования в судебном заседании, в приговоре они получили надлежащую оценку с изложением мотивов принятых решений.

Оснований подвергать сомнению правильность изложенных в приговоре выводов суд апелляционной инстанции не находит.

Виновность ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, кроме оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 276 УПК РФ признательных показаний самого ФИО1, данных на первоначальном этапе предварительного расследования по уголовному делу, подтверждается показаниями потерпевшего М.Г.М. свидетелей Н.Ф.Н., А.В.П., А.З.А., А.И.Г., И.Н.И., Р.Х.Р., Ф.В.Ф., Д.А.Д., И.М.И., протоколами осмотра места происшествия, выемки, заключениями судебных экспертиз, прослушанной аудиозаписью телефонного разговора свидетеля Н.Ф.Н. со службой «112».

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 утверждал о своей невиновности в совершении инкриминируемого ему преступления. По обстоятельствам дела ФИО1 показал, что, находясь на веранде его дома, Р.Г.Р. взял в руки нож, который, вероятно, принес с собой. Опасаясь возможного удара ножом, он (ФИО1) схватил Р.Г.Р. за его правую руку, попятился назад и споткнулся, в результате чего они оба упали, и нож воткнулся в тело Р.Г.Р. Предположил, что если бы не схватился за нож, то Р.Г.Р. мог его убить (т.3 л.д.95).

Доводы осужденного о причинении смерти Р.Г.Р. по неосторожности проверялись судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты с приведением убедительных мотивов принятого решения.

Суд положил в основу приговора показания, данные ФИО1 в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого 15 февраля 2023 года, в которых ФИО1 полностью признавал свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Так, из показаний ФИО1 от 15 февраля 2023 года следует, что 12 февраля 2023 года около 21 часа Р.Г.Р. пришел к нему в дом, где между ними завязалась драка. Желая напугать Р.Г.Р., он (ФИО1) достал из ящика кухонного стола нож с деревянной рукоятью, обмотанной изолентой, но в этот момент к нему подошла <...> – Н.Ф.Н., выбила указанный нож и разняла драку. Далее они с Р.Г.Р. <...>, выходили курить на веранду дома, где между ними снова возникла конфликтная ситуация из-за того, что Р.Г.Р. стал оскорблять <...> А.В.П., между ними вновь завязалась драка. Разозлившись на Р.Г.Р., он взял со стола на веранде дома нож с черной рукоятью, подошел к сидящему на диване Р.Г.Р. и умышленно нанес ему один удар ножом в область тела, возможно, попал в грудь, так как потерпевший в это время сидел на диване. Ему было безразлично, в какую часть тела он попадет, поскольку понимал, что от удара ножом Р.Г.Р. умрет. Р.Г.Р. схватился за его руку, в результате чего нож сломался. После нанесения удара рукоятку ножа он выкинул на пол (т.1 л.д. 96-99).

Таким образом, из указанных показаний ФИО1 следует, что он не отрицал факт нанесения в ходе ссоры целенаправленного удара ножом в область грудной клетки Р.Г.Р.

Принимая во внимание, что после появления в деле нового адвоката при допросах в качестве обвиняемого 4 апреля 2023 года, а также в судебном заседании ФИО1 изменил свои показания, суд первой инстанции указал, по каким основаниям признает достоверными и допустимыми показания, данные ФИО1 в ходе допроса в качестве обвиняемого 15 февраля 2023 года.

Судом дана верная оценка показаниям ФИО1, полученным в ходе его допроса в качестве обвиняемого 4 апреля 2023 года и в судебном заседании. Показания ФИО1 об отсутствии умысла на убийство Р.Г.Р., о том, что он лишь оборонялся от действий пострадавшего, который хотел лишить его жизни, неоднократно хватался за нож, ранее угрожал по телефону расправой, обоснованно признаны судом недостоверными, связанными с желанием осужденного ввести органы следствия и суд в заблуждение с целью умаления своей вины и смягчения ответственности за содеянное, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Судебная коллегия также принимает во внимание, что показания от 15 февраля 2023 года были даны ФИО1 в полном соответствии с уголовно-процессуальным законом, в присутствии защитника, перед допросом ФИО1 разъяснялись его права, в том числе право не свидетельствовать против самого себя. Правильность показаний ФИО1, а также иных сведений, указанных в протоколе, удостоверена подписями участвовавших в ходе допроса лиц, каких-либо жалоб и замечаний от участников следственного действия, в том числе от ФИО1, в момент допроса не поступало. Данные ФИО1 15 февраля 2023 года показания соответствуют в части совершенных объективных действий заключению судебно-медицинской экспертизы о количестве и локализации телесных повреждений у пострадавшего, не противоречат другим доказательствам по делу.

Доводы стороны защиты о недопустимости этих показаний проверялись судом первой инстанции и не нашли своего подтверждения. Судом достоверно установлено, что допрос от 15 февраля 2023 года проводился следователем, указанным в протоколе, в период времени, соответствующий сведениям из журнала регистрации выводов подозреваемых и обвиняемых из камер изолятора временного содержания ОП <№> (по <адрес>). Оснований сомневаться в данных выводах судебная коллегия не находит.

Допрошенный свидетель А.З.А. также подтвердил соблюдение процедуры производства следственного действия 15 февраля 2023 года с участием ФИО1 Оснований для самооговора обвиняемого ФИО1 им не установлено.

Помимо положенных в основу приговора показаний ФИО1, его причастность к убийству Р.Г.Р. подтверждается показаниями свидетеля Н.Ф.Н., которая присутствовала в доме в момент конфликта между осужденным и пострадавшим Р.Г.Р., и на предварительном следствии в ходе допросов 13 февраля и 1 марта 2023 года показала, что 12 февраля 2023 года около 21 часа в <...> дом пришел Р.Г.Р., который вместе с <...> ФИО1 стал <...>, после чего между мужчинами произошла словестная ссора из-за <...> А.В.П. Она видела, как в ходе ссоры <...> схватился за кухонный нож с деревянной рукоятью, обмотанной изолентой, и пытался нанести удар ножом Р.Г.Р., но она успела вмешаться и не дала нанести удар. Через некоторое время, когда мужчины вышли на веранду дома, чтобы покурить, она услышала грохот, шум и нецензурную лексику. Выбежав на веранду, увидела, как Р.Г.Р. стоял в согнутом положении и держался за живот, на веранде увидела следы крови и рукоять от кухонного ножа, которая была сломана. Затем Р.Г.Р. вышел во двор, прошел около 5-6 метров в сторону ворот и упал на снег, не подавая признаков жизни. После этого она позвонила по телефону «112», чтобы вызвать скорую помощь и полицию. До приезда сотрудников полиции <...> рассказал, что в ходе ссоры ударил ножом в грудь Р.Г.Р. (т.1 л.д.102-104, 174-176).

Несмотря на то, что свидетель Н.Ф.Н. в судебном заседании не подтвердила вышеуказанные показания, суд первой инстанции обоснованно взял их в основу приговора, поскольку данные показания были получены в соответствии с требованиями закона спустя небольшой период времени после совершения противоправных действий в отношении Р.Г.Р., являются последовательными и подтверждаются иными исследованными судом доказательствами.

Оснований для признания недопустимыми доказательствами по делу протоколы допросов свидетеля Н.Ф.Н. от 13 февраля и 1 марта 2023 года суд не усмотрел, с чем соглашается суд апелляционной инстанции. Оснований для оговора осужденного свидетелем Н.Ф.Н. не имеется.

Из свидетельских показаний участкового полиции А.И.Г. и следователя А.З.А. судом установлено, что допросы Н.Ф.Н. 13 февраля 2023 года и 1 марта 2023 года проводились ими после разъяснения свидетелю процессуальных прав. В момент допросов Н.Ф.Н. <...> жалобы на здоровье не высказывала, показания давала добровольно, без оказания на нее какого-либо давления. Замечаний на протоколы допроса от свидетеля не поступило, непониманий не возникало, о необходимости <...> (т.3 л.д.96-97, 98-102).

Оценив показания свидетелей А.И.Г. и А.З.А., суд обоснованно и мотивированно пришел к выводу, что оснований не доверять им не имеется. То обстоятельство, что указанные лица являются сотрудниками правоохранительных органов и в ходе предварительного расследования по факту смерти Р.Г.Р. исполняли свои служебные обязанности, не свидетельствует об их заинтересованности по уголовному делу, каких-либо оснований, позволяющих сделать вывод о том, что указанные свидетели дали недостоверные показания, в судебном заседании не установлено.

Также судом проверялись показания свидетеля Н.Ф.Н. о том, что <...>. Выводы суда в данной части являются мотивированными, суд апелляционной инстанции не находит оснований не согласиться с ними.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что изменение показаний свидетелем Н.Ф.Н. связано с защитой <...> ФИО1 от предъявленного обвинения в связи с <...> и ее заинтересованностью в благоприятном для него исходе дела.

Кроме того, в судебном заседании свидетель Н.Ф.Н. не отрицала, что конфликт между <...> и Р.Г.Р. мог возникнуть из-за А.В.П., <...>. В день убийства она (Н.Ф.Н.) рассказала <...> пострадавшего - М.Г.М., что первый раз нож схватил <...>, но она забрала у него нож (т.3 л.д.58-77).

Указанные сведения подтвердил в судебном заседании потерпевший М.Г.М., из показаний которого судом установлено, что 12 февраля 2023 года в связи с сообщением о смерти <...> Р.Г.Р. в результате ножевого ранения, он прибыл во двор дома в <адрес>, где Н.Ф.Н. рассказала, что она выхватила нож из рук <...>, когда тот в первый раз схватил нож. Ранее от знакомых ему было известно, что ФИО1 по телефону угрожал Р.Г.Р., говорил, что зарежет его. <...> Р.Г.Р. охарактеризовал с положительной стороны, указал, что тот общался с А.В.П. <...>, в состоянии алкогольного опьянения агрессию не проявлял, старался оказывать всем помощь (т.3 л.д.32-34, 40-41, 63).

Свидетели С.И.С. и И.Г.В., которые были знакомы с Р.Г.Р. на протяжении длительного периода времени, также охарактеризовали его как общительного, добродушного, неконфликтного человека (т.3 л.д.44, 49-51).

Согласно показаниям свидетеля А.В.П. <...> В ходе телефонных разговоров мужчины ругались друг с другом. 12 февраля 2023 года ФИО1 <...>. В тот же день после 23 часов со слов <...> ФИО1 ей стало известно, что ФИО1 и Р.Г.Р. подрались, после чего последний скончался от ножевого ранения (т.3 л.д.34-40).

Показаниями свидетелей Д.А.Д. и И.М.И. – фельдшеров бригады скорой медицинской помощи и показаниями сотрудников вневедомственной охраны - свидетелей Р.Х.Р. и Ф.В.Ф. установлены обстоятельства обнаружения 12 февраля 2023 года после 21 часа трупа Р.Г.Р. во дворе дома по адресу: <адрес>. На месте преступления находилась Н.Ф.Н., которая переживала за пострадавшего Р.Г.Р., спрашивала жив ли он, после чего рассказала, что <...> ФИО1 и Р.Г.Р. не могли <...>, у них возник конфликт, в ходе которого ФИО1 нанес удар ножом в область груди Р.Г.Р. (т.1 л.д.222-224, т.2 л.д.18-20, т.3 л.д.47-49, 52-54).

Показания допрошенных в судебном заседании по ходатайству стороны защиты свидетелей Ф.Ф.Н. и Т.Т.Р. –<...> свидетеля Н.Ф.Н. не свидетельствуют о непричастности ФИО1 к совершению преступления в отношении Р.Г.Р.

К показаниям свидетеля защиты Н.Г.Ф., которая подтвердила показания <...> - свидетеля Н.Ф.Н., данные ею в судебном заседании, суд первой инстанции обоснованно отнесся критически, признав, что они обусловлены желанием помочь <...>.

Вина ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления полностью подтверждается иными изложенными в приговоре доказательствами.

Так, из прослушанной в судебном заседании аудиозаписи телефонного разговора Н.Ф.Н. со службой «112» судом установлено, что <...> осужденного сообщила оператору экстренной службы о том, что по адресу: <адрес>, <...> «пырнул» ножом в живот или грудь знакомого (<...>), у того течет кровь (т.3 л.д.75-77).

Протоколом осмотра места происшествия (т.1 л.д.8-24), протоколом выемки (т.1 л.д.75-78), протоколами получения образцов для сравнительного исследования (т.1 л.д.68, 122-123), протоколами осмотра предметов и признания их вещественными доказательствами по уголовному делу (т.2 л.д.25-36, 37-38), заключениями судебно-биологических и судебно-трассологической экспертиз (т.1 л.д.153-162, 167-169, 203-212, 217-220) установлено, что на брюках и левой галоше ФИО1, изъятой после совершения преступления, обнаружена кровь, которая может принадлежать Р.Г.Р.; на клинке ножа с места преступления обнаружена кровь Р.Г.Р.; на рукояти ножа с места преступления обнаружены кровь, пот, эпителиальные клетки, которые произошли от ФИО1 и Р.Г.Р.; рукоять ножа с фрагментом клинка ножа, изъятые с места происшествия, ранее составляли единое целое, то есть представляли собой нож общей длиной 188 мм, при этом следы разделения на рукояти и клинка ножа являются следами разлома.

Судом исследованы показания эксперта Т.В.В. относительно обнаружения следов биологического происхождения на клинке и рукояти ножа с места преступления. При этом эксперт пояснила, что след на рукояти ножа является смешанным – состоит из крови, пота и эпителиальных клеток человека. Учитывая высоту пиков при проведении экспертного исследования, кровь произошла от Р.Г.Р. Кровь содержит значительно большее количество ДНК и сохраняется пригодной для анализа в течение длительного времени, а концентрация ДНК в поте и эпителиальных клетках в десятки раз меньше. Кровь нередко подавляет пот и эпителиальные клетки, поэтому возникает разница в высоте пиков при проведении экспертного исследования. По указанной причине высказаться о происхождении пота и эпителиальных клеток от ФИО1 и Р.Г.Р. по косвенным признакам ДНК-анализа не представляется возможным (т. 2 л.д.39-41).

Из заключения судебно-медицинской экспертизы № 8 от 10 марта 2023 года следует, что смерть Р.Г.Р. наступила от <...>. При экспертизе трупа обнаружены следующие повреждения, возникшие незадолго до смерти: <...>. Указанные повреждения повлекли за собой вред здоровью, опасный для жизни человека и по этому критерию относится к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью, и состоит в прямой причинной связи со смертью (т.1 л.д.135-138).

Согласно выводам судебно-медицинской экспертизы № 12 от 13 февраля 2023 года у ФИО1 была обнаружена поверхностная рана на <...>, которая возникла от травматического воздействия тупого твердого предмета, чем мог быть кулак или любой подобный ему предмет, в срок 10-12 февраля 2023 года, и относится к повреждениям, не причинившим вред здоровью человека (т.1 л.д.130-131).

Допрошенный в судебном заседании суда первой инстанции эксперт В.Б.Б. полностью подтвердил выводы проведенных им судебно-медицинских экспертиз №№ 8, 12 и пояснил, что смерть Р.Г.Р. наступила от <...> в результате колото-резаного ранения левой половины грудной клетки. С указанным повреждением человек может прожить около 3-5 минут, при этом совершать активные действия (двигаться, разговаривать). В ходе проведения экспертизы ФИО1 был полностью осмотрен, жалоб не предъявлял (т.3 л.д.77-80).

Приведенные по уголовному делу экспертные заключения, исследованные в судебном заседании суда первой инстанции, достаточно мотивированы, выводы экспертов ясны и понятны, обоснованы исследованными обстоятельствами, компетентность экспертов сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает. Оснований для признания проведенных по уголовному делу экспертиз недопустимыми доказательствами по доводам стороны защиты, как и оснований сомневаться в обоснованности заключений экспертов, не имеется.

Приведенные доказательства в своей совокупности согласуются между собой, не имеют существенных противоречий, были исследованы в ходе судебного разбирательства и получили надлежащую оценку в приговоре.

Суд не установил существенных противоречий в представленных сторонами доказательствах относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, которые могли бы поставить под сомнение виновность ФИО1 в совершенном преступлении.

Исследованная в ходе судебного разбирательства совокупность доказательств обоснованно признана судом достаточной для принятия по делу итогового решения.

Вопреки утверждениям стороны защиты, каких-либо нарушений при сборе доказательств, позволяющих усомниться в их допустимости и достоверности, органами следствия не допущено.

Судом первой инстанции верно установлен мотив преступления – личная неприязнь, возникшая между ФИО1 и Р.Г.Р. в результате произошедшего между ними конфликта из-за высказанных Р.Г.Р. оскорблений в отношении <...> А.В.П., а также из-за отказа Р.Г.Р. покидать жилище ФИО1

Изложенные стороной защиты доводы о том, что по уголовному делу отсутствуют объективные доказательства, свидетельствующие об умысле ФИО1 на причинение смерти Р.Г.Р., судебная коллегия находит несостоятельными.

Решая вопрос о направленности умысла осужденного на совершение убийства, суд первой инстанции исходил из совокупности всех обстоятельств содеянного, учел орудие преступления – нож, способ, характер и локализацию телесных повреждений, предшествовавшее преступлению и последующее поведение ФИО1 и Р.Г.Р.

Судом правильно установлено, что об умысле ФИО1 на причинение смерти Р.Г.Р. свидетельствуют их конфликтные взаимоотношения на момент преступления, связанные с <...> Р.Г.Р., что не нравилось ФИО1, а также то, что Р.Г.Р. пришел домой к ФИО1 <...>, устроил драку, не желал уходить из жилища ФИО1 по его просьбе. Об умысле на убийство Р.Г.Р. свидетельствует последующий характер действий осужденного, который нанес Р.Г.Р. удар клинком ножа в область расположения жизненно важных органов – переднюю поверхность левой половины грудной клетки, отчего наступила смерть пострадавшего.

В результате нанесенного Р.Г.Р. ножевого ранения глубина раневого канала составила не менее 8 см, что свидетельствует о нанесении удара ФИО1 со значительной силой, то есть умышленном и целенаправленном характере действий осужденного, направленном на лишение жизни человека.

Наличие между ФИО1 и Р.Г.Р. конфликтной ситуации непосредственно перед совершением преступления, примененное орудие преступления, локализация телесных повреждений, тяжесть причиненного вреда здоровью пострадавшему правильно оценены судом первой инстанции как совокупность обстоятельств, свидетельствующих о наличии у ФИО1 умысла на причинение смерти Р.Г.Р.

Нанося ножевое ранение в область передней поверхности грудной клетки человека, ФИО1 в силу своего возраста и жизненного опыта, а также, исходя из того, что он является вменяемым лицом, осознавал, что его действия могут причинить смерть и желал этого, то есть действовал с прямым умыслом, направленным на убийство Р.Г.Р. При установленных обстоятельствах у ФИО1 не было оснований рассчитывать на то, что смерть Р.Г.Р. от его действий не наступит.

Вопреки доводам стороны защиты, судом в приговоре мотивировано опровергнута версия о неосторожном отношении осужденного к смерти пострадавшего. Оснований не согласиться с изложенными выводами суд апелляционной инстанции не находит.

Доводы стороны защиты о неправильной квалификации действий ФИО1 органом предварительного расследования были тщательно исследованы судом первой инстанции и признаны несостоятельными с указанием мотивов принятого решения, основания не согласиться с которыми отсутствуют.

Допустимость приведенных в приговоре доказательств в обоснование выводов о виновности ФИО1 сомнений не вызывает, поскольку они собраны с соблюдением требований ст. ст. 74, 86 УПК РФ.

Приговор соответствует требованиям ст. ст. 302, 307 УПК РФ, каких-либо предположений и не устраненных противоречий в доказательствах, требующих их истолкования в пользу осужденного, не содержит. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, в том числе, время, место и иные обстоятельства совершенного преступления, судом установлены правильно. Они позволили суду прийти к правильному выводу о доказанности вины ФИО1

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273-291 УПК РФ, объективно, без обвинительного уклона. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами.

Все заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства ходатайства разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, принятые судом по ходатайствам решения мотивированы и аргументированы.

Каких-либо ограничений в представлении и исследовании доказательств стороне защиты судом не создано, право на защиту было реализовано в полном объеме.

Существенных нарушений в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, которые могли повлиять на решение суда, судом апелляционной инстанции не установлено.

Действия осужденного ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Психическое состояние осужденного проверено в ходе судебного заседания. Оценив заключение комплексной амбулаторной судебной психолого-психиатрической экспертизы № 313 от 7 марта 2023 года (т.1 л.д.144-147) в совокупности с другими доказательствами, суд правильно признал ФИО1 вменяемым лицом относительно инкриминируемого ему преступления.

Как обоснованно указано судом первой инстанции, реального посягательства со стороны пострадавшего на жизнь и здоровье ФИО1 в момент их конфликта 12 февраля 2023 года не имелось. Учитывая поведение осужденного в момент совершения преступления и сразу после его совершения, а также нахождение его в состоянии простого алкогольного опьянения, признаков совершения ФИО1 преступления в состоянии сильного душевного волнения, то есть в состоянии аффекта, как и данных, указывающих на применение ФИО1 насилия в отношении Р.Г.Р. в состоянии необходимой обороны, при превышении ее пределов, либо по неосторожности суд обоснованно не усмотрел.

Доводы стороны защиты, изложенные в суде апелляционной инстанции, являются полностью аналогичными доводам, приводимым осужденным ФИО1 и его защитником в ходе судебного разбирательства. Они были предметом исследования и проверки суда первой инстанции. Всем доводам стороны защиты судом дана убедительная мотивированная оценка в приговоре. Оснований сомневаться в правильности этих выводов судебная коллегия не усматривает.

Оснований для иной квалификации действий ФИО1 или вынесения в отношении него оправдательного приговора не имеется.

При назначении ФИО1 наказания суд обоснованно учел данные о личности осужденного, который ранее не судим, <...>.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств ФИО1 суд признал: в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ противоправность и аморальность поведения потерпевшего Р.Г.Р., явившаяся поводом для преступления, поскольку в период нахождения в квартире ФИО1 потерпевший дважды вступал с ним в драку, оскорблял <...> А.В.П., на просьбу ФИО1 покинуть его квартиру отказывался это делать; в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ совершение ФИО1 преступления впервые, состояние его здоровья, а также состояние здоровья <...>, которой оказывает помощь, положительные характеристики с места жительства и данные в судебном заседании свидетелями Н.Ф.Н. и А.В.П.

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств судом не выявлено.

В отношении доводов апелляционной жалобы о необходимости признания в соответствии с ч. 1.1. ст. 63 УК РФ в качестве обстоятельства, отягчающего ФИО1 наказание, совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, судебная коллегия учитывает, что выводы суда первой инстанции в данной части являются обоснованными и мотивированными, не согласиться с ними оснований у суда апелляционной инстанции не имеется.

Каких-либо обстоятельств, влияющих на назначение ФИО1 наказания, которые не были учтены при постановлении приговора, не установлено.

Суд пришел к правильному выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы и обоснованно не усмотрел оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы. Не усматривает оснований для их применения и суд апелляционной инстанции.

Суд правильно определил вид исправительного учреждения для отбытия наказания ФИО1 и зачел срок содержания его под стражей до вступления приговора в законную силу в счет отбытия наказания в виде лишения свободы.

Вопрос о вещественных доказательствах судом первой инстанции разрешен верно.

Вместе с тем, приведенные в апелляционной жалобе представителя потерпевшего доводы о чрезмерной мягкости назначенного осужденному ФИО1 наказания, то есть о несправедливости приговора, заслуживают внимания.

Так, в соответствии с ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части УК РФ, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.

Аналогичный подход к справедливости приговора содержится и в ст. 6 УК РФ, согласно которой наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу совершившему преступлению, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру, степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

По смыслу закона при учете характера общественной опасности преступления следует иметь в виду направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред, а степень общественной опасности преступления зависит от конкретных обстоятельств содеянного, в частности от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, от вида умысла. При этом обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание (ст. ст. 61 и 63 УК РФ) и относящиеся к совершенному деянию, также учитываются при определении степени общественной опасности преступления.

Приняв во внимание обстоятельства совершенного преступления и совокупность смягчающих наказание обстоятельств, в том числе противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившуюся поводом для преступления, суд первой инстанции принял решение о назначении осужденному ФИО1 наказания с применением ст. 64 УК РФ, то есть ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Однако, приведенные в приговоре выводы не могут быть признаны обоснованными, поскольку не отвечают требованиям ст. 64 УК РФ и не имеют соответствующей мотивировки. Судом не указано, какая именно совокупность исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления, а также другие обстоятельства существенно уменьшают степень общественной опасности совершенного преступления.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что при определении размера наказания ФИО1 судом первой инстанции не в полной мере учтены требования ст. ст. 6, 60 УК РФ, а именно характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое относится к категории особо тяжких и направлено против жизни человека, совокупность фактических обстоятельств содеянного и личность осужденного, которая не может быть признана исключительной, поскольку из материалов дела не усматривается их связь с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления. Назначение ФИО1 наказания с применением ст. 64 УК РФ не отвечает целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Назначенное ФИО1 наказание по ч. 1 ст. 105 УК РФ в виде лишения свободы на срок 5 лет 3 месяца, учитывая высокую степень общественной опасности совершенного осужденным преступления, фактические обстоятельства, установленные судом, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств, суд апелляционной инстанции признает явно несправедливым вследствие чрезмерной мягкости, что в силу п. 4 ст. 389.15, ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ является основанием для изменения приговора.

В соответствии с ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ обвинительный приговор суда первой инстанции может быть изменен в сторону ухудшения положения осужденного по представлению прокурора либо по жалобам потерпевших и их представителей, а согласно п. 2 ч. 1 ст. 389.26 УПК РФ, суд апелляционной инстанции вправе и усилить назначенное осужденному наказание.

С учетом изложенного, принятое судом решение о применении при назначении ФИО1 наказания ст. 64 УК РФ не может быть признано обоснованным, в связи с чем судебная коллегия считает необходимым приговор изменить, исключив из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора указание на применение положений указанной статьи.

При определении размера наказания ФИО1 суд апелляционной инстанции учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства преступления, данные положительно характеризующие его личность, указанные в приговоре, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условиях жизни его семьи.

В остальной части приговор суда является законным, обоснованным и справедливым. Нарушений уголовно-процессуального закона в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, влекущих отмену или изменение приговора по другим основаниям, по делу не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.18, 389.20, 389.24, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

Апелляционную жалобу представителя потерпевшего М.Г.М. – адвоката Богатова В.Г. удовлетворить частично.

Приговор Сернурского районного суда Республики Марий Эл от 19 июля 2023 года в отношении ФИО1 изменить: исключить указание на применение ст. 64 УК РФ и усилить назначенное ФИО1 наказание за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, до 7 лет лишения свободы.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу представителя потерпевшего – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ч. 2 ст. 401.3 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) в течение 6 месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, через суд первой инстанции, вынесший итоговое судебное решение.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции, вынесшего итоговое судебное решение, по ходатайству лица, подавшего кассационную жалобу (представление).

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба (представление) может быть подана в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 401.3 УПК РФ непосредственно в суд кассационной инстанции - в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции.

Осужденный ФИО1 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий С.М. Майорова

Судьи: И.М. Шитова

Е.Г. Чередниченко