№ 2-176/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
3 июня 2025 года п. Тазовский, ЯНАО
Тазовский районный суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего судьи Елисеевой Н.М., при секретаре Казымовой Л.А., с участием помощника прокурора Тазовского района Русского В.Д., представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью «Кастор» по доверенности ФИО1, представителя ответчика акционерного общества «Тюменнефтегаз» по доверенности ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению прокурора Тазовского района в интересах ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Кастор», акционерному обществу «Тюменнефтегаз», третье лицо - Государственная инспекция труда в Ямало-Ненецком автономном округе, о компенсации морального вреда,
установил:
прокурор Тазовского района в интересах ФИО3 обратился в суд с указанным иском ссылаясь на то, что прокуратурой Тазовского района проведена проверка исполнения ООО «Кастор» и АО «Тюменнефтегаз» требований трудового законодательства. Установлено, что ФИО3, осуществляет трудовую деятельность в ООО «Кастор» в должности водителя, 6 мая 2024 года, находясь на рабочей смене на пункте налива ПСП «Заполярное», расположенный по адресу: ЯНАО, Тазовский район, площадка налива газоконденсата приемо-сдаточного пункта «Заполярное» АО «Тюменнефтегаз», координаты – 66.69095:79.21029, выполнял работы в соответствии с заключенным между ООО «СибСервис» и АО «Тюменнефтегаз» договором подряда, согласно выданному заданию. Около 23 часов 45 минут указанного дня ФИО3 во время налива автоцистерны, поднялся на верхнюю площадку полуприцепа-цистерны с целью открытия люка автоцистерны. В момент открытия люка произошел выброс газовоздушной среды, в результате чего ФИО3 потерял равновесие и упал с высоты 3 метров на землю. В результате несчастного случая ФИО3 причинен тяжкий вред здоровью в виде: закрытого перелома 4, 5, 6, 7, 8, 12 ребер справа; закрытого перелома акромиального конца правой ключицы в удовлетворительном состоянии отломков; закрытого перелома поперечного отростка L1, L2, L3 позвонков поясничного отдела позвоночника в удовлетворительном состоянии отломков; закрытого перелома обеих ветвей лонной кости справа без смещения отломков. Согласно заключению ГКУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы <адрес>» № от ДД.ММ.ГГГГ установлены телесные повреждения повлекшие тяжкий вред здоровью. Вследствие полученной травмы ФИО3 испытал физические и нравственные страдания, связанные с утратой трудоспособности, неспособностью на протяжении длительного времени работать и содержать свою семью.
Просит взыскать с ООО «Кастор», АО «Тюменнефтегаз» солидарно в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей
В судебном заседании помощник прокурора Тазовского района Русский В.Д. поддержал заявленные требования, просил их удовлетворить.
ФИО3, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела без его участия, заявленные исковые требования поддержал в полном объеме.
Представитель ООО «Кастор» по доверенности ФИО1 в судебном заседании с заявленными исковыми требованиями не согласилась по основаниям, изложенным в письменном отзыве, пояснив, что сумма компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей является завышенной, при этом ООО «Кастор» как работодатель обеспечивал надлежащие условия труда ФИО3 - проводил инструктаж, обучение, оценку знаний, обеспечил работника необходимыми средствами индивидуальной защиты, также в действиях ФИО3 имела место грубая неосторожность, поскольку причиной несчастного случая явились, в том числе, действия самого работника, который допустил нарушения инструкций по технике безопасности и охране труда. Работодатель не мог повлиять на нарушение технологии проведения налива груза в автоцистерну и соблюдение правил охраны труда на территории ПСП «Заполярное». В настоящее время ФИО3 является сотрудником ООО «Кастор», трудовые отношения не прекращались, по факту выздоровления после несчастного случая ФИО3 приступил к работе, каких-либо документов, подтверждающих наличие противопоказаний или ограничений к осуществлению трудовой деятельности в должности водителя, по результатам лечения не предоставлял.
Представитель АО «Тюменнефтегаз» по доверенности ФИО2 в судебном заседании полагал заявленную сумму компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей завышенной, с учетом требований разумности и справедливости, просил снизить заявленную сумму компенсации морального вреда, так как причиной несчастного случая явилась, в том числе, и вина ФИО3, который допустил нарушения требований правил по охране труда. Полагал необходимым отступить от солидарного порядка взыскания с ответчиков компенсации морального вреда, поскольку в данном случае действия ответчиков, которые причинили ФИО3 вред здоровью, не являются совместными.
Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Ямало-Ненецком автономном округе в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился. В представленном письменном ходатайстве врио руководителя ФИО4 просил рассмотреть дело без его участия, указав, что каких-либо обращений ФИО3 в инспекцию не поступало.
Заслушав стороны, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.
Судом установлено, что ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ работает в службе автоколонны ООО «Кастор» в должности водителя, что подтверждается трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ, приказом (распоряжением) о приеме работника на работу №-лс от ДД.ММ.ГГГГ.
Из рапорта начальника смены ДЧ ОМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в 7 часов 51 минуту этого же дня поступило сообщение из приемного отделения ГБУЗ ЯНАО НЦГБ от врача ФИО8 о том, что за медицинской помощью обратился ФИО3 с диагнозом: закрытый оскольчатый перелом правой ключицы со смещением, госпитализирован.
Из акта № о несчастном случае на производстве (форма Н-1) следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 19 часов 30 минут ФИО3 прошёл предрейсовый осмотр и к 23 часам прибыл на пункт налива ПСП «Заполярное» на налив газоконденсата, при этом он не был проинструктирован о порядке действий при выполнении технологической операции. Прибыв на пункт налива, ФИО3 обнаружил, что эстакада верхнего налива отсутствует, а сам налив происходит через сливную горловину автоцистерны. В то время, когда водитель ФИО3 ходил за пломбами, оператор подключил рукав для налива к сливной горловине автоцистерны и включил насосы на налив, не открыв верхний люк автоцистерны. По возвращении ФИО3 увидел, что оператор уже начал налив, и услышал громкий свист дыхательного клапана автоцистерны. Крикнув оператору о том, что необходимо выключать насосы, водитель ФИО3, начал подниматься на площадку автоцистерны, чтобы открыть люк. При попытке открыть люк произошел резки выброс газовоздушной среды, в результате которого водитель ФИО3 упал с автоцистерны.
Из пунктов 10, 11 акта № о несчастном случае на производстве следует, что основными причинами несчастного случая явились:
- неудовлетворительная организация производства работ, в том числе: 1) необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины 2) нарушения допуска к работам с повышенной опасностью 3) несогласованность действий исполнителей, отсутствие взаимодействия между службами и подразделениями;
- нарушение технологического процесса, в том числе, неправильная эксплуатация оборудования, инструмента;
Сопутствующими причинами несчастного случая явились:
- недостатки организации и проведении подготовки работников по охране труда и программ проведения инструктажа, недостатки в изложении требований безопасности;
- неприменение работником средств индивидуальной защиты.
Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, являются:
- ФИО9, мастер цеха подготовки и перекачки нефти Участка приемо-сдаточного пункта ПСП «Заполярное» АО «Тюменнефтегаз», не выполнил изложенные на него должностные обязанности, а именно не провел контроль выполнения подчиненными работ повышенной опасности по заранее разработанному плану или наряд-допуску, что является нарушений требований п. 5 Таблицы 4 «Функции мастера» Должностной инструкции мастера цеха подготовки и перекачки нефти «АО «Тюменнефтегаз», а также не обеспечил соблюдение подчиненными рабочими исполнения требований правил и инструкций по безопасному ведению работ, технологических режимов и регламентов, допустил работы на непредназначенных для того инструментах и приспособлениях, не прекратил работы по наливу при возникшей угрозе жизни и здоровью работника, что является нарушением п. 12 Таблицы 5 «Промышленная безопасность, охрана труда и окружающей среды» Должностной инструкции мастера цеха подготовки и перекачки нефти АО «Тюменнефтегаз».
- ФИО10, начальник автоколонны ООО «Кастор», не проконтролировал соблюдение требований охраны труда и техники безопасности подчиненного ему водителя, что является нарушением требований п. 9 Должностных обязанностей начальника автоколонны Профессионального стандарта структурного подразделения «Служба автоколонны» ООО «Кастор».
- ФИО11, оператор налива АО «Тюменнефтегаз» не убедившись в том, что верхний люк автоцистерны открыт включил насосы на налив вследствие чего образовалось избыточное давление в автоцистерне. Данный факт является нарушением п.п. 4.12, 6.13 Таблицы 5 инструкции по охране труда АО «Тюменнефтегаз» «При сливочных операциях нефти в автоцистерны» № П1-01.05 ИОТ-000002 ЮЛ-416 Версия 1, утвержденной приказом АО «Тюменнефтегаз» от ДД.ММ.ГГГГ №.
- ФИО3, водитель ООО «Кастор» не применил средства индивидуальной защиты при работе на высоте, что является нарушением п. 2.10 инструкции ООО «Кастор» № ИОТ-22-002 «По охране труда для водителя грузового автомобиля, задействованного в перевозке опасных грузов», утвержденной директором ООО «КАСТОР» ДД.ММ.ГГГГ.
Изложенные в акте обстоятельства несчастного случая и выводы о причинах происшествия (основных и сопутствующих) сторонами не оспаривались и подтверждаются: актом о расследовании тяжелого несчастного случая (форма №), протоколом опроса пострадавшего при несчастном случае от ДД.ММ.ГГГГ, актом внутреннего расследования происшествия от ДД.ММ.ГГГГ АО «Тюменнефтегаз» (подрядная организация ООО «СибСервис»), приказом директора ООО «Кастор» №-БДД об организации проведения целевого инструктажа водительскому составу ООО «Кастор», Профессиональным стандартом структурного подразделения «Служба автоколонны», утвержденного приказом директора ООО «Кастор» № от ДД.ММ.ГГГГ, Инструкцией № ИОТ-22-002 (ред. 2) по охране труда для водителей грузового автомобиля, задействованного в перевозке опасных грузов, утвержденной директором ООО «Кастор» ДД.ММ.ГГГГ, введенной в действие с ДД.ММ.ГГГГ, протоколом №-ПЗ-В заседания квалификационной комиссии по проверке знаний ООО «Кастор» от ДД.ММ.ГГГГ, а также иными материалами дела.
Согласно медицинского заключения ГБУЗ ЯНАО «Новоуренгойская центральная городская больница» ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО3 поступил в хирургическое отделение ГБУЗ ЯНАО «НЦГБ», диагноз и код диагноза по МКБ-10 T06, S 22.4 Основной: сочетанная травма. Закрытый перелом 4, 5, 6, 7, 8, 12 ребер справа. Закрытый перелом акромиального конца правой ключицы в удовлетворительном состоянии отломков. Закрытый перелом поперечного отростка L1, L2, L3 позвонков поясничного отдела позвоночника в удовлетворительном состоянии отломков. Закрытый перелом обеих ветвей лонной кости справа без смещения отломков. Осложнение основного: Травматический шок I <адрес> недостаточность I <адрес> тяжести травмы: тяжелая.
Согласно заключению эксперта №, у ФИО3 были установлены телесные повреждения: Тупая сочетанная травма тела: перелом акромиального конца правой ключицы, перелом 4, 5, 6, 7, 8, 12 ребер справа, перелом поперечных отростков 1, 2, 3 поясничных позвонков справа с минимальным смещением отломков – по признаку длительного расстройства здоровья, продолжительностью более трех недель (свыше 21 дня) расцениваются как повреждения, причинившие средней тяжести вред здоровью; перелом обеих ветвей лобковой кости справа без смещения отломков - по признаку опасности для жизни расценивается как повреждение, повлекшее тяжкий вред здоровью (пункт 6.1.23 Приказа МЗ и СР РФ № 194н от 24 апреля 2008 года «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).
В силу статей 20, 41 Конституции Российской Федерации, статьи 150 Гражданского Кодекса Российской Федерации, жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам, принадлежащим гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.
В силу положений абзаца 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
В соответствии со статьей 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, при этом работодатель должен обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.
Общие основания возникновения обязательств вследствие причинения вреда, регулируются нормами главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (пункт 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Таким образом, поскольку при причинении вреда жизни или здоровью гражданина умаляются его личные нематериальные блага, что влечет физические или нравственные страдания, потерпевший наряду с возмещением ему имущественного вреда имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.
Оценивая представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу о том, что полученная ФИО3 травма ДД.ММ.ГГГГ является производственной. Так, в момент получения травмы истец находился на территории АО «Тюменнефтегаз», исполнял свои должностные обязанности в должности водителя ООО «Кастор».
Вопреки доводам представителя ответчика ООО «Кастор» суд считает, что ответственность за причиненный истцу моральный вред также должна быть возложена и на работодателя ООО «Кастор», который, в силу приведенного выше правового регулирования, а также в соответствии с условиями трудового договора, заключенного с истцом, обязан обеспечить работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, при этом бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе.
В судебном заседании установлены меры, принятые работодателем для обеспечения безопасных условий труда, в частности проведение инструктажа, стажировки, обучения по охране труда, периодического медицинского осмотра, прохождение работником необходимых проверок знаний в области охраны труда по его профессии.
При этом актом о несчастном случае на производстве установлено, что одной из основных причин несчастного случая на производстве явилась неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствии контроля за соблюдением требований охраны труда и техники безопасности работника.
Таким образом, поскольку вред здоровью ФИО3 был причинен в результате осуществления трудовой функции водителя ООО «Кастор» на рабочей смене на пункте налива ПСП «Заполярное» АО «Тюменнефтегаз», в силу вышеприведенных норм и обстоятельств ответственность за причиненный истцу моральный вред несут АО «Тюменнефтегаз», на территории которого произошёл несчастный случай, а также ООО «Кастор», как работодатель, на которого законом возложена обязанность создать условия труда, отвечающие требованиям безопасности.
Согласно пункту 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», основанием для уменьшения размера возмещения вреда применительно к требованиям пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации являются только виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда.
Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Судом установлены обстоятельства получения травмы при наличии вины как ответчиков ООО «Кастор», АО «Тюменнефтегаз», так и самого водителя ФИО3, поскольку он не применил средства индивидуальной защиты при работе на высоте.
Таким образом, в действиях ФИО3 суд усматривает грубую неосторожность, способствовавшую причинению вреда.
В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
В судебном заседании установлено, что ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, находится в трудоспособном возрасте, состоит в браке, в настоящее время продолжает осуществлять трудовую деятельность в ООО «Кастор».
Вместе с тем суд учитывает, что в соответствии с пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
Учитывая обстоятельства дела, тяжесть вреда, степень вины ответчиков и самого потерпевшего, характер и степень перенесенных ФИО3 физических и нравственных страданий, его семейное положение, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании компенсации морального вреда в размере 250 000 рублей с каждого из ответчиков, поскольку в данном случае действия ответчиков, которые причинили истцу вред здоровью, не являются совместными.
В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ООО «Кастор» и АО «Тюменнефтегаз» в бюджет муниципального образования Тазовский район подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 рублей с каждого.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Кастор» (ИНН <***>, ОРГН 1137746546629) в пользу ФИО3 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.
Взыскать с акционерного общества «Тюменнефтегаз» (ИНН <***>, ОРГН 1027200774974) в пользу ФИО3 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Кастор» (ИНН <***>, ОРГН 1137746546629) в бюджет муниципального образования Тазовский район государственную пошлину в размере 3 000 рублей.
Взыскать с акционерного общества «Тюменнефтегаз» (ИНН <***>, ОРГН 1027200774974) в бюджет муниципального образования Тазовский район государственную пошлину в размере 3 000 рублей.
Решение может быть обжаловано в суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционных жалобы, представления через Тазовский районный суд Ямало-Ненецкого автономного округа.
Мотивированное решение изготовлено 18 июня 2025 года.
Председательствующий Н.М. Елисеева