Дело № 2-1104/2023
УИД: 29RS0014-01-2022-007439-79
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Архангельск 20 января 2023 года
Ломоносовский районный суд города Архангельска в составе председательствующего судьи Тучиной Ю.А.
при секретаре Семеновой Т.В.,
с участием помощника прокурора г. Архангельска Орлова Ю.В., истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Рыболовецкому колхозу им. М.И. Калинина о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском к Рыболовецкому колхозу им. М.И. Калинина о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов. В обоснование требований указала, что 28 декабря 2020 года при осуществлении рыболовного промысла в акватории Баренцева моря на территории административного округа Новая Земля Архангельской области произошло затопление судна <***>, порт приписки г. Мурманск, с находящимися на нем членами экипажа в количестве 19 человек. В результате 17 человек, в том числе член экипажа ФИО4, пропали без вести. Решением первомайского районного суда г. Мурманска от 05 августа 20231 года ФИО4 объявлен умершим с 28 декабря 2020 года. ФИО1 является сестрой погибшего ФИО4 Согласно акту о несчастном случае на производстве <№> от 30 декабря 2020 года, затопление судна <***> квалифицировано как несчастный случай на производстве. В акте указано, что в рыболовецком колхозе им. М.И. Калинина приказом от 28 апреля 2019 года <№> введено в действие Положение о системе управления охраной труда; при анализе Положения установлено, что на момент несчастного случая, исходя из специфики своей деятельности, работодателем не была идентифицирована опасность, представляющая угрозу жизни и здоровью работников при остойчивости судна, оверкиле, не соответствующей условиями плавания. 28 декабря 2020 года по факту затопления судна «Онега» возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 363 УК РФ, в рамках которого заместителю председателя рыболовецкого колхоза им. М.И. Калинина предъявлено обвинение. Причиной затопления судна <***> является неисполнение работодателем возложенной на него трудовым законодательством обязанности по обеспечению членам экипажа безопасных условий труда. В результате гибели брата истец испытывал нравственные и физические страдания, ей был причинен моральный вред. На основании изложенного, ФИО1 просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 2000000 рублей.
Истец ФИО1, представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали, на их удовлетворении настаивали.
Представитель ответчика ФИО3 исковые требования не признала по мотивам, изложенным в отзыве.
Помощник прокурора г. Архангельска Орлов Ю.В. полагал, что имеются основания для удовлетворения исковых требований в размере, соответствующем принципам разумности и справедливости.
Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, заключение прокурора, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.
Судом установлено, что ФИО4 осуществлял трудовую деятельность в Рыболовецком колхозе им. М.И. Калинина на судне <***> в должности старшего механика.
28 декабря 2020 г. при осуществлении рыболовного промысла в акватории Баренцева моря в 370 милях от г. Мурманска произошло затопление судна <***>, принадлежащего рыболовецкому колхозу им. М.И. Калинина, с находящимися на нем членами экипажа – 19 человек. В результате затопления судна 17 человек, в том числе ФИО4, пропали без вести, 2 члена экипажа были спасены.
30 декабря 2020 года по результатам проверки был оформлен акт о несчастном случае на производстве <№>, согласно которому в Рыболовецком колхозе им. М.И. Калинина приказом от 28 апреля 2019 года <№> введено в действие Положение о системе управления охраной труда. При анализе Положения установлено, что на момент несчастного случая, исходя из специфики своей деятельности, работодателем не была идентифицирована опасность, представляющая угрозу жизни и здоровью работников при остойчивости судна (оверкиле), не соответствующей условиями плавания.
По факту затопления судна <№> старшим следователем следственного отдела на транспорте Северо-Западного следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации ФИО5 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 263 Уголовного кодекса Российской Федерации.
В ходе расследования уголовного дела следователем была назначена экспертиза в области охраны труда по факту затопления рыболовецкого судна <***> произошедшего 28 декабря 2020 года.
Согласно выводам комиссии (Заключение <№>) к крушению, затоплению судна <***> большому числу членов экипажа, пропавших без вести, исходя из изложенных результатов экспертного исследования, привели применение опасной промысловой схемы ярусного лова, ведение лова при балльности моря, превышающем допустимую в условиях обледенения, отсутствие надлежащего контроля за судовыми коллективными спасательными плотами, (плоты спасательные, надувные), промедление с подачей тревоги по оставлению судна. В прямой причинной следственной связи с наступившими последствиями находятся нарушение своих обязанностей, допущенные председателем РК по эксплуатации флота ФИО6, капитаном рыболовного судна <***> ФИО7, старшим помощником капитана ФИО8
В материалах уголовного дела имеется заключение <№> по расследованию аварийного случая на море с рыболовным судном <***>, произошедшего в Баренцевом море 28 декабря 2020 года. Данное расследование проводилось комиссией, назначенной приказом Федеральной службы по надзору в сфере транспорта по расследованию аварии с рыболовным судном <***>
Согласно выводам комиссии, причинами аварийного случая явилось: неоправданный риск, допущенный капитаном судна <***>, при принятии решения о выборке яруса в сложных гидрометерологических условиях, постоянно увеличивающееся обледенение судна, попадания воды внутрь корпуса при неэффективно работающих водоотливных системах; потеря остойчивости судна в результате обледенения, попадание забортной воды в помещения судна при открытом лацпорте во время выборки яруса; непрофессиональные действия капитана судна и вахтенного СПКМ, ФИО8, заключающиеся в отсутствии должного контроля за остойчивостью судна и объявления судовой тревоги по оставлению судна экипажем только после потери остойчивости; нарушение требований к безопасности плавания, выразившееся в установке дополнительного нештатного крепления контейнеров с надувными плотами, исключающие возможность их всплытия после затопления судна.
Истец ФИО1 приходилась ФИО4 родной сестрой.
Истец и погибший проживали в разных городах (г. Архангельск и г. Мурманск) соответственно, однако ФИО4 часто как по роду деятельности, так и в отпуск приезжал в г. Архангельск, проживал в квартире истца, помогал по хозяйству. Кроме того, ФИО4 уделял много времени воспитанию своих племянников в детстве, помогал ФИО1, рано потерявшей супруга. Между истцом и погибшим сложились тесные лично-доверительные отношения, гибель брата стала для ФИО1 сильнейшим потрясением.
Данные обстоятельства подтвердили допрошенные в ходе рассмотрения дела свидетели ФИО9 и ФИО10
В силу статьи 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью.
Согласно статье 17 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ.
К числу основных прав человека Конституцией РФ отнесены в том числе право на жизнь (статья 20), право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).
Под защитой государства находится также семья, материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции РФ).
В силу положений абзаца четвертого и абзаца четырнадцатого части 1 статьи 21 ТК РФ, работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22ТК РФ).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 ТК РФ).
Частью 1 статьи 212 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 ТК РФ).
С учетом изложенных норм права и установленных судом фактических обстоятельств дела, вина ответчика в гибели ФИО4 является доказанной.
В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101ГК РФ).
В пункте 1 постановления Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – Постановление о компенсации морального вреда) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
При разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, суду необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п. 25 Постановления о компенсации морального вреда).
Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
По настоящему делу суд особым образом учитывает обстоятельства смерти ФИО4, который, ввиду необеспечения работодателем надлежащего контроля за состоянием крепления контейнеров с надувными спасательными плотами, будучи лишенным такого средства спасения при имевшихся метеоусловиях фактически был обречен на гибель, о чём его сестре безусловно известно. Кроме того, как указано в заключении У-06-12/07-21, единственные выжившие после гибели судна «Онега» ФИО11 и ФИО12 в своих показаниях не указывали, что в аварийной ситуации по судовой трансляции была дана команда «надеть гидрокостюмы и спасательные жилеты». Также заслуживает внимания то, что в результате произошедшей трагедии истец был лишен возможности совершить обряд погребения ФИО4, не может посещать место погребения близкого человека.
Гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи.
Определяя размер подлежащей взысканию в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень родства истца с погибшим, характер и объем причиненных нравственных страданий, конкретные обстоятельства настоящего дела и, исходя из требований разумности и справедливости, полагает, что заявленная истцом сумма является завышенной и подлежит уменьшению до 1000000 рублей.
Доводы ответчика о том, что семьям пострадавших выплачены единовременные страховые выплаты, а также оказана материальная помощь, не свидетельствуют об отсутствии оснований для компенсации причиненного истцу морального вреда в результате несчастного случая на производстве, повлекшего смерть его близкого родственника.
Ссылаясь на тяжелое материальное положение, ответчик не учитывает, что размер компенсации морального вреда не может ставиться в зависимость от возможностей причинителя вреда выплатить ту или иную сумму. Такое условие, по сути, означает освобождение причинителя вреда от обязанности компенсировать моральный вред в части не покрытой обеспечением потенциально возможного к получению юридическим лицом дохода, что противоречит компенсационной природе морального вреда, который, прежде всего, должен быть соотносим со степенью причиненных нравственных страданий. При этом возложение обязанности по компенсации морального вреда лицам, обратившимся ранее, не может являться основанием для снижения размера компенсации лицам, обратившимся позднее.
Довод ответчика о том, что работодатель исполнил свою обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда членов экипажа, опровергается имеющимися в деле доказательствами, в частности результатами расследования несчастного случая на производстве.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд
решил:
исковые требования ФИО1 к Рыболовецкому колхозу им. М.И. Калинина о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить.
Взыскать с Рыболовецкого колхоза им. М.И. Калинина <Реквизиты>) в пользу ФИО1, паспорт компенсацию морального вреда в размере 1000000 руб. 00 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб., а всего 1000300 (Один миллион триста) руб. 00 коп.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд через Ломоносовский районный суд города Архангельска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Мотивированное решение будет изготовлено в течение пяти дней со дня окончания разбирательства дела.
Председательствующий Ю.А. Тучина
Верно: Судья Ю.А. Тучина
Мотивированное решение изготовлено 27 января 2023 года