Дело № 2-54/2023
УИД 75RS0015-01-2022-003378-98
Решение
именем Российской Федерации
18 мая 2023 года Краснокаменский городской суд Забайкальского края в составе: председательствующего судьи Першутова А.Г.,
с участием представителя ответчика Государственного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница» - по доверенности ФИО1,
представителя ответчика Государственного автономного учреждения здравоохранения «Краевая больница №» - по доверенности ФИО15,
третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3, ФИО4,
прокурора Родионовой Н.А.,
при секретаре Золотуевой Е.О.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Краснокаменске гражданское дело по исковому заявлению Дзюба ФИО28 к Государственному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница», Государственному автономному учреждению здравоохранения «Краевая больница №», Департаменту государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
Дзюба ФИО33 обратилась в суд с иском к Государственному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница», Государственному автономному учреждению здравоохранения «Краевая больница №», Департаменту государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, ссылаясь на то, что Дзюба ФИО34 (далее по тексту - истец) является родственником (дочерью) умершей ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 поступила в стационар ГУЗ «Краевая клиническая больница» (далее по тексту - ответчик №) для проведения операции, с диагнозом: <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ была проведена операция ФИО2, перед выпиской пациент обратился с жалобой в грудной клетке (жалобы на сердце) к лечащему врачу, после чего был вызван кардиолог, после осмотра врач сказал, что никаких проблем с сердцем у пациента нет, со ссылкой на хандроз.
После выписки ДД.ММ.ГГГГ со стационара, у пациента ФИО2 стало ухудшаться состояние здоровья в вагоне в пути следования домой в г. Краснокаменск. По прибытию утром ДД.ММ.ГГГГ на <адрес> была вызвана с г. Краснокаменска скорая медицинская помощь, так как произошел инфаркт (сердечный приступ), после чего пациент был доставлен в реанимацию КБ № (далее по тексту - ответчик №), по телефону врач проинформировал истицу о том, что ее мама подключена ко всем необходимым системам и врачи делают все от них зависящее.
ДД.ММ.ГГГГ в 21 час 30 минут наступила смерть ФИО2, о чем ДД.ММ.ГГГГ была составлена запись акта о смерти.
Согласно справки о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ, причиной смерти ФИО2 стал <данные изъяты>
Согласно сообщению ГУП ГК «Забайкалмедстрах» № от ДД.ММ.ГГГГ, в результате экспертизы качества медицинской помощи были выявлены нарушения в оказании медицинской помощи ФИО2 в ГАУЗ «КБ №» и ГУЗ «ККБ», к медицинским организациям будут применены финансовые санкции.
Согласно сообщению Министерства здравоохранения Забайкальского края № от ДД.ММ.ГГГГ, указано, что по результатам проверки, были выявлены нарушения в ГАУЗ «КБ №» при оказании скорой и специализированной помощи в части ненадлежащего оказания лечебных мероприятий ФИО2.
По заключению главного внештатного кардиолога при оказании специализированной медицинской помощи в ГУЗ «ККБ» ФИО2 выявлены грубые дефекты при оформлении медицинской документации и ненадлежащее выполнение стандарта и клинических рекомендаций при остром коронарном синдроме, в части недооценки клинической картины, изменений на электрокардиограмме.
Исполняющим обязанности главных врачей медицинских учреждений были выданы предписания об устранении нарушений.
По мнению истицы, смерть ее мамы ФИО2 наступила в результате оказания медицинских услуг ненадлежащего качества в медицинских организациях (ответчик №, №).
Размер компенсации морального вреда истица оценивает по <данные изъяты> рублей с каждого ответчика.
Просит суд: 1. Взыскать с ответчика ГУЗ «Краевая клиническая больница», ГАУЗ «Краевая больница №» в пользу истца Дзюба ФИО35 компенсацию морального вреда в размере: <данные изъяты> рублей, в солидарном порядке. 2. Взыскать с ответчика ГУЗ «ККБ», ГАУЗ «КБ №» в пользу истца Дзюба ФИО36 судебные расходы в размере: <данные изъяты> рублей, в солидарном порядке.
Судом к участию в деле привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, Частное учреждение здравоохранения «КБ «РЖД-Медицина» г. Чита», Частное учреждение здравоохранения «РЖД-Медицина» пгт. Карымское».
Истица ФИО16, извещенная о времени и месте судебного заседания, в суд не явилась, не сообщила об уважительных причинах неявки, просила рассмотреть дело в свое отсутствие. Ранее в судебном заседании пояснила, что у ее мамы болела нога, она обращалась к врачу травматологу, ей сделали назначение оперироваться. Документы были поданы на квоту, ее вызвали в город Читу в ГУЗ «Краевая клиническая больница» ДД.ММ.ГГГГ на госпитализацию для проведения операции. Она уехала, легла в больницу. Операцию должны были провести ДД.ММ.ГГГГ, но прооперировали фактически ДД.ММ.ГГГГ. После операции мама ей позвонила, сказала, что ее прооперировали. В этот день она была еще ничего, жалоб не было особо, но вот на следующий день, ДД.ММ.ГГГГ, мама ей позвонила и сказала, что ей плохо, что состояние ее ухудшилось. Сказала, что у нее болит спина, боль в груди. У нее была гипертоническая болезнь, но на сердце она не жаловалась. Потом, в этот же день перезвонила, мама сказала, что ее осмотрел кардиолог и терапевт. Кардиолог сказал, что сердце у нее здоровое и ей нужна консультация невролога, потому что у нее хондроз. Сказали, что поэтому у нее болит спина. Мама сказала, что пошла в туалет, там упала, еле встала, голова закружилась. ДД.ММ.ГГГГ мама говорила, что ей плохо. ДД.ММ.ГГГГ лечащий врач сначала пришла, ее осмотрела, сказала, что все нормально, и они ее выписывают. Медсестра позже принесла ей документы. Мама сказала, что плохо себя чувствует и попросила медсестру измерить давление, но она сказала, что сейчас придет, ушла и не пришла. Также мама общалась со своей сестрой, жаловалась, что плохо себя чувствует. Ее выписали, спустили на первый этаж. Когда они приехали, мама уже сидела в холле на первом этаже. Санитарка ее спустила и оставила. С ней за мамой приехали ее родная сестра ФИО12 и племянница ФИО13. Мама сидела на первом этаже. Сказала, что ей тяжело, что у нее болит спина. Сказала, что когда приедет домой, вызовет невролога на дом. Маме привезли коляску, посадили в нее, выкатили на улицу и посадили в машину. На ее предложение вызвать врача, мама отказалась. Сказала, что врач ее осмотрел и сказал, что нужно к неврологу, потому что болит спина, хондроз. Потом они приехали на вокзал, с сестрой двоюродной ФИО13 подошли к дежурному по вокзалу, попросили коляску, чтобы маму довезти до поезда. Когда начали подниматься в вагон, она упала в вагоне. Сказала, что у нее нет больше сил. Они ее занесли, положили на сидение. Она попросила проводника вызвать медика, чтобы смерить давление. Пришла медик с вокзала с медпункта. Смерила давление, сказала, что давление упало. Сказала, что похоже на инфаркт, но точно не скажет. Проводник спросила: может скорую вызвать? Медик сказала, что не нужно, что сейчас поставит укол, давление поднимется, все будет хорошо. Сказала, что до дома она доедет. Сказала также, что сообщит на станцию <адрес>, там придет медик и осмотрит еще раз, давление измерит. Маме медик поставила укол, но какой, она не знает. Мама ей сказала, что диклофинак и папаверин нельзя. Медик сказала, что это не то и не другое. Таблетки не давала. Документы при этом не оформляли. Когда они поехали, мама жаловалась, что болит спина. Когда приехали на станцию <адрес>, к ним в вагон зашел медик, измерил ей давление. Медик со станции Чита сообщила в <адрес>. Мужчина медик измерил маме давление, сказал, что давление поднимается, в городе Чите было №, а сейчас стало подниматься. Он сказал, что сообщит в Борзю, чтобы там подошел медик и осмотрел маму повторно. Дал ей бумаги расписаться. Они поехали до Борзи. Мама то спала, то не спала, попить просила. Жаловалась на спину. Когда они приехали на станцию <адрес>, медиков не было. Она сказала дежурной по станции, что едут до <адрес>, но выходить будут на станции <адрес>, потому что там их будут встречать. Дежурная сказала, что сообщит в <адрес>, в больницу, чтобы к вагону отправили скорую. Ближе к <адрес> маме стало хуже, начало гореть в груди. Они приехали на станцию <адрес>. Скорой помощи не было, но стояли две женщины с медицинским чемоданчиком. Одна из них была ФИО10. Они прошли в вагон, начали снимать кардиограмму, на одном аппарате кончилась лента. Ее был маленький кусок. С ФИО10 был еще один медик, она посмотрела этот кусочек, и сказала, что у мамы выраженный инфаркт, и что нужно вызывать скорую помощь. Они поставили маме укол, дали таблетку. С таблетки ее вырвало. Потом они стали вызывать скорую помощь. Скорую помощь ждали 30 - 40 минут. Потом приехала скорая помощь, зашли в вагон и стали на повышенных тонах разговаривать с медиками со станции. Спрашивали, почему ничего не делают? Человек с инфарктом. Спрашивали, какие манипуляции проводились? Медики со станции вышли на улицу, а медики со скорой начали оказывать помощь, поставили капельницу. Спросили: какие манипуляции проводили медики со станции? Писали ли какие-то бумаги? Она сказала, что не писали. Они стали ругаться, что не написали сопроводительную. Она сказала, что они ставили укол, давали таблетку. Потом поднялась медик со станции, написала сопроводительную. Когда маму повезли на скорой, у мамы произошло ухудшение состояния. Когда они приехали в приемный покой, мама лежала на каталке, лицо все впало, посинело. Она позвонила в 18-00 часов. Спросила о состоянии мамы. Женщина ответила, что она в тяжелом состоянии, что у нее инфаркт. Потом она снова позвонила, в восьмом часу вечера, трубку взял мужчина, он сказал, что мама подключена к аппаратам, что давление поддерживается аппаратами, потому что если отключить аппарат, давление сразу падает. Он сказал, что не может дать никаких гарантий, она в тяжелом состоянии, и они делают все возможное. В 22-30 часа он ей позвонил и сказал, что мама умерла. Она писала жалобу в прокуратуру <адрес>. Ответы поступили. Со страховой компании «Забайкалмедстрах» ей также приходили бумаги. Она считает, что врачи ГУЗ «Краевая клиническая больница» маме давали лекарства, которые ей нельзя – это диклофенак в таблетках. У нее было прямое противопоказание к данному препарату. В отношении ГАУЗ «Краевая больница №» у нее претензия, что на станцию <адрес> не отправили скорую. Мама проживала в <адрес>, а она в городе Краснокаменске. С мамой у нее были хорошие отношения, они не ругались, мама приезжала к ней в гости. В городе Чите, когда медик сказала, что возможно прединфарктное состояние, мама положила руку на сердце и сказала: «Вы о чем говорите? У меня сердце здоровое. Мне кардиолог в больнице сказал, что сердце здоровое, она меня осматривала и сказала, что у меня хондроз, спина болит.». Поэтому она решила не вызывать скорую помощь.
Представитель истицы адвокат Пляскин Д.И., извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, не сообщил об уважительных причинах неявки, просил рассмотреть дело в свое отсутствие.
Представитель ответчика Государственного автономного учреждения здравоохранения «Краевая больница №» (далее – ГАУЗ «Краевая больница №») ФИО15 в судебном заседании не признала исковые требования. Суду пояснила, что отсутствуют предусмотренные законом основания для возложения на них данной гражданской ответственности, поскольку их работники действовали правомерно, объективно, в той клинической ситуации, которая сложилась. Исковые требования, заявленные в солидарном порядке, полагает невозможным к взысканию именно в солидарном порядке, поскольку солидарное взыскание возможно только при совместном причинении вреда. Они оказывали пациентке помощь в совершенно разное время, разных условиях. Им в дефект оказания медицинской помощи вменили то, что не они дали ФИО2 препарат, разжижающий кровь, но это уже не имело значение на данной стадии лечения. Диагноз «<данные изъяты>» был в ДД.ММ.ГГГГ, однако ФИО14 не сообщила об этом врачам ГУЗ «Краевая клиническая больница».
Представитель ответчика Государственного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница» (далее – ГУЗ «Краевая клиническая больница») ФИО1 в судебном заседании иск не признала. Суду пояснила, что считает, что доказательств, подтверждающих причинение вреда оказанием медицинской помощи, не предоставлено, а это обязанность истца. Кроме того, недостаточно акта экспертизы, которую проводила страховая группа «Забайкалмедстрах», в связи с тем, что на момент проведения данной экспертизы и дачи заключения, не было известно о наличии еще дополнительной медицинской документации по данному делу. Поэтому полагает, что исковые требования удовлетворению не подлежат. В части дифференциации ответственности поддерживает мнение представителя ответчика ГАУЗ «Краевая больница №». В их учреждении ФИО22 лечилась по травматологии, а основное заболевание другое. На момент поступления к ним ФИО22 не сообщила о своем диагнозе «<данные изъяты>». Полагает, что пациентка и ее родственники небрежно относились к ее здоровью. Результаты гистологии показали, что по времени некроз начался в поезде.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 в судебном заседании не согласился с иском. Суду пояснил, что пациентка была выписана, уехала. В стационаре она не предъявляла жалоб. При оказании медицинской помощи они не находят нарушений. Инфаркт произошел в пути следования.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 в судебном заседании не согласилась с иском. Суду пояснила, что в их действиях нарушений нет.
Ответчик Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерство здравоохранения Забайкальского края, Государственное унитарное предприятие Забайкальского края «Государственная страховая медицинская компания «Забайкалмедстрах», ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, Частное учреждение здравоохранения «КБ «РЖД-Медицина» г. Чита», Частное учреждение здравоохранения «РЖД-Медицина» пгт. Карымское», извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд не явились, своих представителей не направили, не сообщили об уважительных причинах неявки, ответчик не просил о рассмотрении дела в свое отсутствие.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5 ранее в судебном заседании пояснила, что больная находилась на лечении с 7 декабря по 15 декабря, основной диагноз: <данные изъяты>. Поступала на плановое оперативное лечение. Она была осмотрена терапевтом, жалоб не предъявляла, состояние у нее было удовлетворительное, диагноз сопутствующий <данные изъяты>. 9 декабря была выполнена операция, после операционном периоде начали делать противовоспалительную терапию и обезболивание, предусматривалось, что после операции больная будет ходить на костылях. 10 декабря после операции пациентка жаловалась на боли в коленном суставе в зоне оперативного вмешательства, начала заниматься гимнастикой, других жалоб не предъявляла, давление было около №, пульс №. Она с трудом пользовалась костылями. Она ей посоветовала по приезд домой купить ходунки. На общем обходе врачей, во главе с заведующим отделения, было принято решение выписать ее. 14 декабря у больной развились боли в спине с радиацией в межреберье слева. Дежурным врачом вызван соответствующий специалист, больной сделана кардиограмма, изменений каких-либо не нашли, состояние больной позволяло исключить острую сердечную недостаточность, выставлен диагноз: <данные изъяты>. Больную обезболили, она успокоилась и до утра спала. Они на конференции с врачами обсудили это состояние, вызвали повторно терапевта, чтобы оценить динамику и состояние больной. Состояние оставалось удовлетворительным, больная жаловалась на боли после операции, садилась, спустив ноги, пыталась вставать. Боли появлялись при смене положения, в положении лежа боли не появлялись, при болях в сердце, они остаются постоянными, не зависят от смены положения, по интенсивности не исчезают. В положении лежа болей не было, когда только двигалась.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО8 ранее в судебном заседании пояснил, что он не согласен с иском. Пациентка поступила в приемный покой уже в тяжелом состоянии. Была госпитализирована в отделение реанимации в крайне тяжелом состоянии. Жалобы были на интенсивные боли за грудиной с радиацией в спину, дискомфорт за грудиной, слабость. Давление было очень низкое №, сатурация №, отмечалось кислородное голодание, частота дыхания 28, холодный пот, акроцианоз, цианоз шеи, лица. Начато лечение незамедлительно, назначены обезболивающие наркотические средства – <данные изъяты>. Начата поддержка артериального давления, давление поднялось до №. Состояние немного улучшилось и начато наблюдение, продолжено лечение. На момент оказания медицинской помощи имелись все необходимые препараты. У них всегда все под рукой для оказания экстренной помощи. Его дежурство началось с 16-10 часов. Лечение все необходимое было назначено. Больная была в сознании, в 18-00 часов она жаловалась на дискомфорт в грудной клетке, одышку, была не в совсем ясном сознании, заторможена. В 18-00 часов продолжена терапия для поддержания артериального давления, постоянно вводились препараты. В 20-10 часов произошло резкое ухудшение состояния, падение артериального давления, сатурации. Обеспечивалась кислородная поддержка, поскольку ей не хватало кислорода. Было принято решение о переводе больной на систему ИВЛ. Интубация трахеи ИВЛ, и в 21-00 наступила остановка сердечной деятельности, начата экстренная реанимация, введение адреналина, ИВЛ, но безуспешно. Все необходимые действия были проведены. Она поступила к ним уже в крайне тяжелом состоянии, <данные изъяты>. Была информация, что вводились препараты, обезболивание проводилось.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6 ранее в судебном заседании пояснила, что скорая помощь работает 24 часа в сутки, 7 дней в неделю, даже без права на забастовку. У них нет понятия обеденный перерыв и пересмена. С 16 на ДД.ММ.ГГГГ у нее были сутки. Звонок поступил в 07-45 часов. Она уже была на смене, готова была к работе, к выезду. Пациентка была в крайне тяжелом состоянии, при эвакуации из вагона до автомобиля ими была оказана первая помощь, доступ к вене, в вагоне сделано ЭКГ, и дополнительно в машине стабилизация, подача кислорода, полностью помощь оказана. Она поставила катетер внутривенный, провела обезболивание наркотическим анальгетиком. Дочь контактировала с ними. Она сказала, что это состояние длилось более 15 часов, что состояние нарастало, что на станциях им помощь оказывали. По поводу кардиограммы уточнялось. На руках не было никаких документов, что поэтапно оказывалась помощь. Пациентка была заторможена, неконтактна, дочь описывала им все. Вызов скорой помощи был от фельдшера станции <адрес>. В 07-44 часа поступил вызов по поводу плохо с сердцем. На ЭКГ сразу было определено <данные изъяты>. Во время транспортировки сразу было сообщено в ГАУЗ «Краевая больница №» в приемный покой, что они пребывают. По прибытию их уже встречали специалисты. Когда больную привезли, она была заторможена, но в сознании. Давление на вазопрессорах и по всему пути даже не поднялось. На контроле было № при осмотре первичном, и на вазопрессорах тоже давление оставалось №, но пульс немного уменьшился. Дефицит пульса, акрацианоз, частота сердечных сокращений была №, а пульс всего №. Было кислородное голодание. При транспортировке был подключен кислород и сделано все, что можно.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО10 ранее в судебном заседании пояснила, что их вызывал диспетчер по железной дороге. Она позвонила и сказала, что со станции <адрес> позвонили и сказали про высокое давление. Возможно, она не правильно сказала, возможно, человек, которому истица на улице говорила, он ее неправильно понял. До них дошла информация неправильная. Поэтому сначала сообщают диспетчеру, она вызывает их, они идут и оценивают ситуацию, и если им уже нужна дополнительная помощь, они вызывают специализированную бригаду скорой помощи из <адрес>. Они помощь на этапе <данные изъяты> оказать не могут, поскольку у них нет наркотических препаратов. Они находятся только на скорой помощи. Им потребовалась дополнительная помощь, и они вызвали бригаду скорой помощи. Все, что они сделали, это сняли кардиограмму. То, что кончилась лента, может пояснить, что у них кардиограф с монитором и если нет ленты, они все равно видят патологию. Они увидели инфаркт миокарда, подъем сегмента СТ. Это хорошо было видно. Дочь им тоже пояснила, что это происходит длительное время. На основании клиники, на основании кардиограммы и объективного осмотра был выставлен диагноз. Они могут только поставить обезболивающее. Поставили ей укол – <данные изъяты>, дали таблетку <данные изъяты>, но так как у нее началась рвота, данная таблетка никакой роли не сыграла. Состояние у нее ухудшалось, так как продолжалось длительное время, а дальше уже передали ее скорой помощи.
Свидетель ФИО23 суду показала, что заключение она давала только по истории болезни. Что написано в истории болезни по больному, учитывая, что это было в феврале 2022 года, она не помнит. Она проанализировала эту историю болезни, учитывая то, что ночью с 14 на 15, наверное, в час ночи, вызвали кардиолога. Пришел заведующий отделением кардиологии, больная жаловалась на болевой синдром. То есть, очень сложно интерпретировать характер болевого синдрома и провести дифференциальную диагностику. Для этого в отделение был приглашен специалист высокой квалификации. При имеющемся болевом синдроме, наличии на ЭКГ очагово-рубцовых изменений, состоянии после операции на коленном суставе, больная была осмотрена, и утром дополнительно была осмотрена врачом терапевтом. Необходимо было, с имеющимся диагнозом, оценить возможность клиники, провести дообследование. В своем заключении она предлагала исключить возможность повторного инфаркта миокарда, острого коронарного синдрома. Это было как предупреждение на будущее. В каждом случае болевого синдрома при такой клинике они всегда исключают инфаркт. У пациентки на момент выписки факторов, способствовавших смерти, не был, но была хроническая ИБС. ОКС клинически не было.
Свидетель ФИО24 суду показала, что заключение было составлено по истории болезни. По ее мнению у пациентки не было прединфарктного состояния.
Суд, руководствуясь частями 3, 4, 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.
Выслушав пояснения истицы, представителей сторон, третьих лиц, показания свидетелей, заключение прокурора Родионовой Н.А., полагавшей исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, и дав им юридическую оценку, суд приходит к следующему.
Судом установлено и из материалов дела следует, что истица Дзюба ФИО37 приходится дочерью ФИО2. (т. 1 л.д. 14-16).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 умерла в <адрес>, что подтверждается копией свидетельства о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ, копией справки о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ. (т. 1 л.д. 17, 18)
Согласно справке о смерти, причинами смерти ФИО2 являются: <данные изъяты>.
Как следует из материалов дела, ФИО14 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на лечении в ГУЗ «Краевая клиническая больница» с диагнозом: <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 проведена операция на правом коленном суставе.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 была выписана из ГУЗ «Краевая клиническая больница» и в сопровождении дочери – истицы ФИО16 убыла на поезде сообщением <адрес> домой.
На железнодорожном вокзале <адрес> и станции <адрес> ФИО2 медицинскими работниками Частного учреждения здравоохранения «КБ «РЖД-Медицина» г. Чита» и Частного учреждения здравоохранения «РЖД-Медицина» <адрес>» ФИО2 в связи с ухудшением состояния здоровья оказывалась медицинская помощь, и она продолжила следование дальше, при этом на предложение о госпитализации она ответила отказом.
По прибытии поезда ДД.ММ.ГГГГ на станцию Урулюнгуй ФИО14 работниками скорой медицинской помощи ГАУЗ «Краевая больница №» была доставлена в реанимационное отделение ГАУЗ «Краевая больница №», где умерла в этот же день от заболевания сердца.
По обстоятельствам оказания медицинской помощи и смерти ФИО2 Министерством здравоохранения Забайкальского края и Государственным унитарным предприятием Забайкальского края «Государственная страховая медицинская компания «Забайкалмедстрах» были проведены проверки.
По результатам проверки, проведенной Государственным унитарным предприятием Забайкальского края «Государственная страховая медицинская компания «Забайкалмедстрах» в отношении ГАУЗ «Краевая больница №», ГУЗ «Краевая клиническая больница», установлено следующее.
Согласно Акту экспертизы качества медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 44), при оказании медицинской помощи ГАУЗ «Краевая больница №» по скорой помощи нарушений не выявлено.
Согласно Экспертному заключению (протокол оценки качества медицинской помощи) от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 45), медицинская помощь ГАУЗ «Краевая больница №» предоставлена застрахованному лицу своевременно, в полном объеме, надлежащего качества, в соответствии с порядком оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи (приказы Министерства здравоохранения Российской Федерации № 388н от 20.06.2013 г., № 582 от 02.08.2006 г. «Об утверждении стандарта СПМ при инфаркте миокарда», № 455н от 05.07.2016 г. 2Об утверждении стандарта СМП при кардиогенном шоке»).
Согласно Акту экспертизы качества медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 46), при оказании медицинской помощи ГАУЗ «Краевая больница №»/Поликлиника (Жалобы) выявлены нарушения при оказании медицинской помощи: Ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица.
Согласно Экспертному заключению (протокол оценки качества медицинской помощи) от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 47), в ГАУЗ «Краевая больница №», поликлиника, ДД.ММ.ГГГГ Основной: <данные изъяты> Диагноз: <данные изъяты>
<данные изъяты> Основной диагноз сформулирован не полностью. Не указан диагноз: <данные изъяты> - при анализе амбулаторной карты с ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ на фоне лечения активных жалоб нет, самочувствие не страдает. Лечение принимает амбулаторно. При СМЭКГ - желудочковая зкстрасистолия, выявлена АВ блокада II ст, Мобиц 2. ДД.ММ.ГГГГ консультация кардиолога - жалобы на одышку при физической нагрузке. Диагноз: <данные изъяты> Была проведена ДД.ММ.ГГГГ через «ВК» на консультацию в ККБ к аритмологу. ДД.ММ.ГГГГ осмотр терапевта - жалобы на боли в ГОП, ШОП, иррадиирующие в правую половину грудной клетки. Поставлен диагноз: <данные изъяты> 4. Назначено адекватное лечение. ДД.ММ.ГГГГ осмотр невролога. Поставлен диагноз - <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ осмотр терапевта - на фоне АГ до 200/110 мм рт.ст., отмечались жгучие боли в сердце. Диагноз: <данные изъяты> Проведена коррекция лечения амбулаторно. ДД.ММ.ГГГГ на приеме отмечено, что пациентка состоит на учете у <данные изъяты> с января 2020 г. Диагноз - <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ осмотр травматолога диагноз: Застарелое <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ осмотр зав. 2 х о., диагноз: <данные изъяты>. Рекомендовано оперативное лечение в условиях ККБ г. Читы. ДД.ММ.ГГГГ осмотр ангиохирурга, диагноз: <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ осмотр невролога, диагноз основной: Дорсопатия. Остеохондроз шейного, грудного, поясничного отделов позвоночника, 2 период, рецидивирующее течение. Ст.обострения, выраженный мышечно-тонический синдром. Торакэлгия. Проведенный анализ показывает, что пациентка страдала хронической ишемической болезнью сердца, на приеме кардиолога диагностирована прогрессирующая стенокардия. Проводилось амбулаторное лечение. Имеющееся дорсопатия: остеохондроз шейного, грудного, поясничного отделов позвоночника, ст.обострения, выраженный мышечно-тонический синдром, торакэлгия; застарелое повреждение коленного сустава, варикозная болезнь вен нижних конечностей, онкологическое заболевание усугубило течение кардиологической патологии, возможно изменило клиническую картину. Недостаточный ЭКГ контроль, нет контроля липидного спектра. ЗАКЛЮЧЕНИЕ эксперта качества медицинской помощи: В результате экспертизы качества медицинской помощи выявлено ненадлежащее выполнение необходимых пациентке лечебных мероприятий в соответствие со стандартами медицинской помощи и клиническими протоколами лечения, медицинская помощь оказана с нарушениями. (Приказ Минздрава России от 28.04.2021 № 410н «Об утверждении стандарта медицинской помощи взрослым при стабильной ишемической болезни сердив (диагностика, лечение и диспансерное наблюдение)».
Согласно Акту экспертизы качества медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 178), при оказании медицинской помощи ГАУЗ «Краевая больница №»/Стационар (Летальность), Диагноз, установленный медицинской организацией: <данные изъяты>. Выявленные нарушения при оказании медицинской помощи: Невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица. Выводы: п. 3.2.1. Невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица. Случай снят ранее по п. 2.12. Непредставление медицинской документации, подтверждающей факт оказания застрахованному медицинской помощи в медицинской организации без объективных причин в течение 5 рабочих дней после получения медицинской организацией соответствующего запроса от страховой медицинской организации.
Согласно Акту экспертизы качества медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 48), при оказании медицинской помощи ГУЗ «Краевая клиническая больница»/ВМП (Жалобы): Диагноз, установленный медицинской организацией: <данные изъяты> Операция ДД.ММ.ГГГГ Осложнение: <данные изъяты> 3. КРАТКОЕ ЭКСПЕРТНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ. учитывая наличие очагово-рубцовых изменений в передне-перегородочной области и состояние пациентки после операции, желательно было - вынести в диагноз эти изменения, назначить дезагреганты, коронароактивные препараты, бета-блокаторы. При осмотре терапевта утром ДД.ММ.ГГГГ в 9 час., учитывая изменения на ЭКГ, состояние после операции, желательно было вынести в клинический диагноз эти изменения, назначить адекватную терапию, и рекомендовать дообследование в плане уточнения острого повреждения миокарда, тропониновый тест, ЭКГ в динамике. Выявленные нарушения при оказании медицинской помощи: Ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания. Выводы: Ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания.
Согласно Экспертному заключению (протокол оценки качества медицинской помощи) от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 49), в ГУЗ «Краевая клиническая больница», травматолого-ортопедическое отделение, установлены негативные последствия нарушений в преемственности лечения: недооценка клинической картины ИБС, неполное обследование для исключения повторного инфаркта миокарда, ОКС. ЗАКЛЮЧЕНИЕ эксперта качества медицинской помощи: Медицинская помощь оказана не в полном объеме. При имеющемся болевом синдроме, наличии на ЭКГ очагово-рубцовых изменений, состояния после операции на коленном суставе, консультантам кардиологу и терапевту необходимо было поставить в диагноз имеющиеся изменения, оценить изменения и, учитывая возможности клиники, - провести дообследование для исключения повторного инфаркта миокарда, ОКС. В результате экспертизы качества медицинской помощи выявлено: ненадлежащее выполнение необходимых пациентке лечебных мероприятий в соответствие со стандартами медицинской помощи клиническими протоколами лечения, медицинская помощь оказана с нарушениями. (Приказ МЗ РФ № 405ан от 01.07.2015. «Стандарты специализированной медицинской помощи при нестабильной стенокардии, остром и повторном инфаркте миокарда (без подъема сегмента ST электрокардиограммы»). Клинические рекомендации МЗ РФ «Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST электрокардиограммы» 2020 г.).
По результатам проверки, проведенной Министерством здравоохранения Забайкальского края в отношении ГАУЗ «Краевая больница №», ГУЗ «Краевая клиническая больница», установлено следующее.
Согласно Акту проверки органом ведомственного контроля подведомственной медицинской организации/аптечной организации от 26.09.2022 г. (т. 1 л.д. 107-109), при оказании медицинской помощи ГАУЗ «Краевая больница №» выявлены нарушения: 1. Приказа МЗ РФ от 10.06.2021 г. № 612н «Об утверждении стандарта медицинской помощи взрослым при остром инфаркте миокарда с подъемом сегмента ST электрокардиограммы (диагностика, лечение и диспансерное наблюдение)»: введение лекарственного препарата анальгин (не входит в стандарт); не проведена терапия дезагрегантами (ацетилсалициловая кислота, клопидогрель) первой бригадой СМП. 2. Клинических рекомендаций МЗ РФ «Острый коронарный синдром с подъемом сегмента ST электрокардиограммы» 2020 г.: не даны нагрузочные дозы дезегрегантов.
Согласно Акту проверки органом ведомственного контроля подведомственной медицинской организации/аптечной организации от 26.09.2022 г. (т. 1 л.д. 110-112), при оказании медицинской помощи ГУЗ «Краевая клиническая больница» выявлены нарушения: 1. Приказа МЗ РФ от 02.03.2021 г. № 158н «Стандарт медицинской помощи взрослым при остром коронарном синдроме без подъема сегмента ST электрокардиограммы (диагностика, лечение и диспансерное наблюдение)» и клинических рекомендаций МЗ РФ «Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST электрокардиограммы» 2020 г.: недооценка клинической картины ИБС; не вынесены в диагноз изменения по ЭКГ; не проведено дообследование для исключения повторного инфаркта миокарда, ОКС (тропониновый тест, ЭКГ в динамике). 2. Приказа Минздрава России от 10.05.2017 г. № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи: ведение медицинской документации (отсутствие данных ЭКГ и консультаций врача-кардиолога и врача-терапевта в выписном эпикризе). По заключению главного внештатного кардиолога при оказании медицинской помощи отсутствуют интерпретация очагово-рубцовых изменений по ЭКГ, рекомендации по терапии ИБС и гипертонической болезни, отсутствуют данные ЭКГ и консультации специалистов в выписном эпикризе.
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан – это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи – это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации 30 ноября 2005 г. № 704 утвержден стандарт медицинской помощи больным с камнями почек, где приведен перечень необходимых мероприятий для диагностики и лечения указанного заболевания.
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.
Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты>, честь и доброе имя, <данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относятся жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Как указано в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).
Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Как разъяснено в пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
Согласно пункту 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.
В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина»).
По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.
Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Из содержания искового заявления ФИО16 усматривается, что основанием для ее обращения в суд с требованиями о компенсации причиненного морального вреда послужило, по ее мнению, ненадлежащее оказание ответчиками – ГУЗ «Краевая клиническая больница» и ГАУЗ «Краевая больница №» медицинской помощи ее матери – ФИО2, приведшее к его смерти.
Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчики по настоящему делу – ГУЗ «Краевая клиническая больница» и ГАУЗ «Краевая больница №» должны доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда истице в связи со смертью ее матери, медицинская помощь которому была оказана, как утверждала истица, ненадлежащим образом.
В данном случае юридическое значение имеет и косвенная (опосредованная) причинная связь, поскольку дефекты (недостатки) оказания работниками ГУЗ «Краевая клиническая больница» и ГАУЗ «Краевая больница №» медицинской помощи ФИО2 могли способствовать ухудшению состояния ее здоровья и приведении к неблагоприятному для него исходу, то есть к смерти, в связи с наличием у ФИО2 при жизни диагноза: «<данные изъяты>» и причинами ее смерти: «<данные изъяты>». При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (постановка неправильного диагноза и, как следствие, неправильное лечение пациента, непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.) причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
Согласно частям 2, 5 статьи 70 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации» лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей для целей, установленных частью 4 статьи 47 названного Федерального закона (донорство органов и тканей человека и их трансплантация (пересадка). Рекомендации консультантов реализуются только по согласованию с лечащим врачом, за исключением случаев оказания экстренной медицинской помощи. Лечащий врач устанавливает диагноз, который является основанным на всестороннем обследовании пациента и составленным с использованием медицинских терминов медицинским заключением о заболевании (состоянии) пациента.
Рассматривая настоящее дело, суд приходит к выводу, что врачами ГУЗ «Краевая клиническая больница» и ГАУЗ «Краевая больница №» не были приняты все необходимые и возможные меры, в том числе предусмотренные стандартами оказания медицинской помощи, для своевременного и квалифицированного обследования ФИО2 в целях подтверждения диагноза – <данные изъяты>, правильного обследования и лечения, в связи с чем выявленные по результатам проверок дефекты оказания медицинской помощи способствовали развитию неблагоприятных для жизни ФИО2 последствий в виде ее смерти вследствие оказания ей ненадлежащей медицинской помощи.
Частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
ГУЗ «Краевая клиническая больница» и ГАУЗ «Краевая больница №» не представлено достаточных и допустимых доказательств, подтверждающих отсутствие своей вины в оказании ФИО2 ненадлежащей медицинской помощи, в дефектах такой помощи, которые явились одним из факторов, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также того обстоятельства, что при надлежащей квалификации врачей и правильной организации лечебного процесса не имелось возможности оказать ФИО2 необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
Таким образом, судом установлено, что в результате ненадлежащего оказания работниками ГУЗ «Краевая клиническая больница» и ГАУЗ «Краевая больница №» медицинской помощи ФИО2, что опосредованно способствовало наступлению ее смерти, близкому родственнику ФИО2 – ее дочери ФИО16 был причинен моральный вред, поскольку было нарушено ее неимущественное право как члена семьи на родственные и семейные связи, на семейную жизнь.
При рассмотрении настоящего дела судом учитывается характер отношений между истицей и умершей, при которых хотя они и проживали отдельно, но поддерживали тесные родственные отношения, истица проявляла заботу о матери, что подтверждается ее сопровождением из лечебного учреждения <адрес> в <адрес>.
Таким образом, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ГУЗ «Краевая клиническая больница» и ГАУЗ «Краевая больница №» в пользу истицы в равнодолевом порядке, исходя из характера и объема допущенных каждым из данных ответчиков нарушений в оказании медицинской помощи ФИО2, компенсации морального вреда.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию, суд также учитывает доводы стороны ответчика, подтвержденные в ходе судебного разбирательства, о том, что ФИО14, достоверно зная о наличии у нее такого заболевания как Ишемическая болезнь сердца, не сообщила об этом при поступлении на операцию в ГУЗ «Краевая клиническая больница», а при осмотре медицинским работником на железнодорожном вокзале <адрес> отказалась от госпитализации, несмотря на ухудшение самочувствия, при этом находившаяся там же истица ФИО16, непосредственно наблюдая ухудшение состояния здоровья своей матери также и на протяжении всего пути следования из <адрес> в <адрес> не приняла все возможные меры к ее госпитализации в лечебное учреждение, что в свою очередь могло способствовать неблагоприятному исходу.
При таком положении, размер взыскиваемой компенсации морального вреда должен быть уменьшен.
Учитывая изложенное, суд считает необходимым взыскать с ответчиков ГУЗ «Краевая клиническая больница» и ГАУЗ «Краевая больница №» в пользу истицы ФИО17 компенсацию морального вреда в размере по <данные изъяты> рублей с каждого.
В то же время суд полагает, что взыскание компенсации морального вреда в размере, заявленном истицей, учитывая фактические обстоятельства данного дела, не будет отвечать принципам разумности и справедливости.
Истицей также заявлены требования о взыскании судебных расходов в размере <данные изъяты> рублей, в подтверждение которых суду представлены: Договор возмездного оказания услуг правового характера от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 29-30), Расписка в получении денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 31), согласно которым ФИО16 оплатила адвокату Пляскину Д.И. за оказание услуг правового характера по данному гражданскому делу <данные изъяты> рублей.
В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Согласно статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам, расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд, расходы на оплату услуг представителей.
Если вопрос о судебных расходах решением суда не был разрешен, то он разрешается определением суда при обращении в суд заинтересованного лица, на что имеется указание в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении».
Таким образом, вопрос о судебных расходах, включая расходы, понесенные по оплате услуг представителя, должен разрешаться судом, постановившим решение, в рамках дела, по которому понесены такие расходы.
В соответствии с частями 1, 2 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. Правила, изложенные в части первой настоящей статьи, относятся также к распределению судебных расходов, понесенных сторонами в связи с ведением дела в апелляционной, кассационной и надзорной инстанциях.
В силу статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
По смыслу названной нормы разумные пределы являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности рассмотрения дела, сложившегося в данной местности уровня оплаты услуг адвокатов по представлению интересов доверителей в гражданском процессе.
Кроме того, в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2004 года № 454-О указано, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, предусматривающую, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Представитель истицы ФИО16 – адвокат Пляскин Д.И. составлял исковое заявление, участвовал в четырех судебных заседаниях.
Исходя из объема и сложности данного дела, необходимости исследовать и давать оценку имеющимся доказательствам, оно может быть отнесено к категории дел средней сложности.
Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, представленные доказательства, суд приходит к выводу, что с учетом продолжительности рассмотрения дела, объема, сложности работы, выполненной представителем истицы Пляскиным Д.И., расходы в размере <данные изъяты> за услуги Пляскина Д.И. как представителя в суде, не отвечают критерию разумности и соразмерности, являются явно завышенными и несоразмерными объему выполненной представителем работы. Поэтому суд, исходя из сложности дела и времени, затраченного на рассмотрение дела, частичного удовлетворения исковых требований, считает возможным взыскать с ГУЗ «Краевая клиническая больница» и ГАУЗ «Краевая больница №» в пользу ФИО16 судебные расходы по оказанию юридических услуг в размере по <данные изъяты> с каждого.
При недостаточности имущества ГУЗ «Краевая клиническая больница» и ГАУЗ «Краевая больница №», на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность в части компенсации морального вреда надлежит возложить на Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края.
В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчиков ГУЗ «Краевая клиническая больница» и ГАУЗ «Краевая больница №», не освобожденных от уплаты государственной пошлины, надлежит взыскать в бюджет муниципального района «Город Краснокаменск и Краснокаменский район» Забайкальского края государственную пошлину в размере по 150 рублей с каждого.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковое заявление Дзюба ФИО29 удовлетворить частично.
Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница» (ИНН <***>) в пользу Дзюба ФИО30 (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>, в возмещение судебных расходов по оказанию юридических услуг <данные изъяты>, а всего взыскать <данные изъяты>
При недостаточности имущества у Государственного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница» (ИНН <***>) субсидиарную ответственность в части компенсации морального вреда возложить на Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края (ИНН <***>).
Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения «Краевая больница №» (ИНН <***>) в пользу Дзюба ФИО31 (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>, в возмещение судебных расходов по оказанию юридических услуг <данные изъяты>, а всего взыскать <данные изъяты>
При недостаточности имущества у Государственного автономного учреждения здравоохранения «Краевая больница №» (ИНН <***>) субсидиарную ответственность в части компенсации морального вреда возложить на Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края (ИНН <***>).
В удовлетворении остальной части исковых требований Дзюба ФИО32 к Государственному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница», Государственному автономному учреждению здравоохранения «Краевая больница №», Департаменту государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края отказать.
Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница» (ИНН <***>) в бюджет муниципального района «Город Краснокаменск и Краснокаменский район» Забайкальского края государственную пошлину в размере 150 (Сто пятьдесят) рублей.
Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения «Краевая больница №» (ИНН <***>) в бюджет муниципального района «Город Краснокаменск и Краснокаменский район» Забайкальского края государственную пошлину в размере 150 (Сто пятьдесят) рублей.
Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы, представления через Краснокаменский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Председательствующий –
Решение принято в окончательной форме 22 мая 2023 года