Дело № 2-2-68/2023 (33-3804/2023) судья Н.А. Костецкая

УИД 69RS0006-03-2023-000137-82

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 сентября 2023 года г. Тверь

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда в составе председательствующего судьи Зоровой Е.Е.,

судей Кулакова А.В., Лозиной С.П.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Соколовой Л.О., рассмотрела в открытом судебном заседании

по докладу судьи Зоровой Е.Е.,

гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Администрации Фировского городского поселения Фировского района Тверской области о компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Вышневолоцкого межрайонного суда Тверской области (постоянное судебное присутствие в пгт. Фирово Фировского района Тверской области) от 10 июля 2023 года,

Судебная коллегия

установила

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к Администрации Фировского городского поселения Фировского района Тверской области о компенсации морального вреда в размере 4 000 000 рублей.

В обоснование иска указала, что Постановлением Администрации Фировского городского поселения Фировского района Тверской области от 13.10.2017 № 56 ее семья признана малоимущей и поставлена на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении.

ФИО1 имеет в собственности жилое помещение - квартиру общей площадью 51,2 кв.м, расположенную по адресу: <адрес>. Семья ФИО1 состоит из 4 человек.

20 февраля 2023 года от ответчика ФИО1 получила уведомление о проведении перерегистрации граждан, состоящих на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма.

3 марта 2023 года представителем ФИО1- ФИО2 в адрес ответчика был направлен пакет документов, указанный в уведомлении. 6 апреля 2023 года от ответчика на адрес электронной почты представителя истца поступило уведомление от 04.04.2023, согласно которому ФИО1 снята с учета в качестве нуждающихся в жилых помещениях по основанию, предусмотренному п. 6 ст. 56 ЖК РФ, в связи с выявлением в представленных документах сведений, не соответствующих действительности, и послуживших основанием для принятия ФИО1 на учет, а так же ввиду неправомерных действий должностных лиц органа, осуществляющего принятие на учет, при решении вопроса о принятии на учет. К указанному уведомлению так же приложено Постановление Администрации Фировского городского поселения Фировского района Тверской области от 31.03.2023 № 11, согласно п.2 которого семья ФИО1 снята с учета в качестве нуждающихся в жилом помещении на основании п. 6 ст. 56 ЖК РФ. Представителем истца были получены от ответчика пояснения, согласно которым на основании решения Собрания депутатов Фировского района Тверской области от 15 апреля 2010 года № 68, учетная норма площади жилого помещения установлена в размере 12 кв.м общей площади на человека.

Имеющееся в собственности ФИО1 жилое помещение – квартира, имеет общую площадь 51,2 кв.м. Поскольку семья ФИО1 состоит из 4 человек размер учетной нормы жилого помещения принадлежащей ей квартиры составляет 12,8 кв.м общей площади на человека, что превышает учетную норму, установленную вышеуказанным решением Собрания депутатов № 68. Указанные обстоятельства послужили основанием для снятия семьи ФИО1 с учета в качестве нуждающейся в жилом помещении, предоставляемом по договору социального найма.

При таких обстоятельствах, по мнению истца, должностные лица ответчика не имели законных оснований для постановки ее семьи на учет, однако приняли такое решение и на учет семью поставили.

На протяжении 5 лет ФИО1 получала от ответчика подтверждающие ее статус справки. Получив уведомление о снятии семьи истца с учета, ФИО1 обратилась с многочисленными жалобами в государственные и надзорные органы, в том числе в прокуратуру Фировского района Тверской области.

Из ответа прокуратуры от 24.04.2023 года следует, что должностные лица администрации Фировского городского поселения Фировского района Тверской области, располагая данными об отсутствии у ФИО1 оснований для постановки на учет, в нарушение требований жилищного законодательства приняли решение о постановке ее на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении, предоставляемом по договору социального найма.

Таким образом прокуратурой района была установлена неправомерность действий должностных лиц ответчика, которая кем-либо не оспорена.

Ввиду неправомерных действий ответчика ФИО1 и ее семье были даны ложные надежды в части получения жилого помещения. Указанные ложные надежды ежегодно подтверждались справками ответчика о порядковом номере семьи в очереди. При этом очередь на получение жилого помещения, предоставляемого по договорам социального найма, двигалась активно, за год порядковый номер ФИО1 изменился с «60» на «37».

Определяя размер компенсации морального вреда в 4000000 рублей, истец указывает на то, что она является матерью - одиночкой, имеет невысокий размер дохода в среднем <данные изъяты> рублей в месяц, длительность нарушения ее прав.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 в судебное заседание не явились, ходатайствовали о рассмотрении дела без своего участия.

Ответчик администрация Фировского городского поселения Фировского района Тверской области в судебное заседание своего представителя не направил, ходатайствовал о рассмотрении дела без участия представителя.

Третье лицо Администрация Фировского района Тверской области в судебное заседание своего представителя не направило, в деле имеется заявление о рассмотрении дела без участия представителя.

Решением Вышневолоцкого межрайонного суда Тверской области (постоянное судебное присутствие в пгт. Фирово Фировского района Тверской области) от 10 июля 2023 года исковые требования ФИО1 к Администрации Фировского городского поселения Фировского района Тверской области о компенсации морального вреда в размере 4000000 рублей, возникшего в результате незаконного снятия с учета в качестве нуждающейся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе представитель ФИО1, по доверенности ФИО2, ставит вопрос об отмене решения суда, принятии по делу нового решения об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что прокуратурой района установлена неправомерность действий должностных лиц ответчика, которая кем-либо не оспорена. Судом первой инстанции также установлены неправомерные действия ответчика по постановке ФИО1 на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении, однако не учтены положения действующего законодательства.

Получение жилья по договору социального найма относится к мерам социальной поддержки, а соответственно незаконные действия ответчика повлекли за собой нарушение прав ФИО1

В остальной части доводы жалобы полностью повторяют позицию заявителя в суде первой инстанции.

Представителем ответчика администрации Фировского района Тверской области ФИО3 представлены возражения на апелляционную жалобу, согласно которым просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель ФИО1, по доверенности ФИО2, участвующая в судебном заседании суда апелляционной инстанции по средствам ВКС, доводы апелляционной жалобы поддержала в полном объеме, пояснила, что в ходе прокурорской проверки установлен факт незаконных действий сотрудников администрации при постановке ФИО1 на учет. Действия по снятию с учета не обжалуются.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, в связи с чем на основании ст.ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия находит возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Судебная коллегия, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ № 23 от 19 декабря 2003 года решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Данным требованиям закона решение суда первой инстанции соответствует в полном объеме.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 принадлежит на праве собственности жилое помещение - квартира, общей площадью 51,2 кв.м, расположенная по адресу: <адрес>. Семья ФИО1 состоит из 4 человек.

Постановлением Администрации Фировского городского поселения Фировского района Тверской области от 13.10.2017 № 56 семья ФИО1 признана малоимущей и поставлена на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении.

При этом, согласно решению Собрания депутатов Фировского района Тверской области от 15 апреля 2010 года № 68, учетная норма площади жилого помещения установлена в Фировском районе в размере 12 кв.м общей площади на человека.

Имеющееся в собственности ФИО1 жилое помещение (квартира) имеет общую площадь 51,2 кв.м., размер учетной нормы жилого помещения принадлежащей ей квартиры составляет 12,8 кв.м общей площади на человека, что превышает учетную норму, установленную вышеуказанным решением собрания депутатов № 68. Указанные обстоятельства, а так же непредоставление истцом сведений, подтверждающих статус ее семьи как малоимущей, послужили основанием для снятия ответчиком семьи ФИО1 с учета в качестве нуждающейся в жилом помещении, предоставляемом по договору социального найма, что подтверждается Постановлением Администрации Фировского городского поселения Фировского района Тверской области от 31.03.2023 № 11, согласно п. 2 которого семья ФИО1 снята с учета в качестве нуждающихся в жилом помещении. Указанное постановление является действующим, сторонами по делу не оспаривалось.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, истец указала о причинении ей физических и нравственных страданий, в связи с незаконной постановкой на учет.

Отказывая в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из того, что требования ФИО1 носят имущественный характер и вытекают из правоотношений по заключению договора социального найма, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они являются правомерными, основанными на представленных в дело доказательствах, которым дана оценка на основании норм действующего законодательства, применимых к спорным правоотношениям.

Статья 7 Конституции Российская Федерация провозглашает, что Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека.

Жилищное законодательство основывается на необходимости обеспечения органами государственной власти и органами местного самоуправления условий для осуществления гражданами права на жилище, а также на признании равенства участников регулируемых жилищным законодательством отношений (ч. 1 ст. 1 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Пунктами 2, 3 ст. 2 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что органы государственной власти и органы местного самоуправления в пределах своих полномочий обеспечивают условия для осуществления гражданами права на жилище, в том числе используют бюджетные средства и иные не запрещенные законом источники денежных средств для улучшения жилищных условий граждан, в том числе путем предоставления в установленном порядке субсидий для приобретения или строительства жилых помещений; в установленном порядке предоставляют гражданам жилые помещения по договорам социального найма или договорам найма жилых помещений государственного или муниципального жилищного фонда.

Статья 151 ГК РФ предусматривает, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. Так, например, судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного в случае разглашения вопреки воле усыновителей охраняемой законом тайны усыновления (пункт 1 статьи 139 Семейного кодекса Российской Федерации); компенсация морального вреда, причиненного незаконными решениями, действиями (бездействием) органов и лиц, наделенных публичными полномочиями; компенсация морального вреда, причиненного гражданину, в отношении которого осуществлялось административное преследование, но дело было прекращено в связи с отсутствием события или состава административного правонарушения либо ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение (пункты 1, 2 части 1 статьи 24.5, пункт 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, далее – КоАП РФ).

Согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33, под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями – страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Жилищный кодекс Российской Федерации, а также другие федеральные законы, регулирующие жилищные отношения, не содержат норм, которые предусматривали бы возможность компенсации морального вреда в связи с нарушением имущественных прав гражданина в сфере указанных отношений.

Из вышеизложенного следует, что возможность компенсации морального вреда, причиненного гражданину в связи с нарушением его жилищных прав, зависит от того, какой характер носят те права, которые нарушены: если заявленное требование о компенсации морального вреда связано с нарушением жилищных прав гражданина, которые носят имущественный характер, то моральный вред компенсации не подлежит; если нарушены права, носящие неимущественный характер, то моральный вред подлежит компенсации.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 150, 151, 1064, 1099 Гражданского кодекса РФ, статей 52, 60 Жилищного кодекса РФ, правомерно исходил из того, что правоотношения по предоставлению жилого помещения по договору социального найма носят имущественный характер, и права гражданина по такому договору являются имущественными правами, при этом Жилищный кодекс РФ и иное жилищное законодательство не содержат норм, предусматривающих возможность компенсации морального вреда в связи с нарушением прав гражданина на своевременное предоставление жилого помещения по договору социального найма, нарушение прав истца по договору социального найма само по себе не является безусловным основанием для удовлетворения исковых требований о компенсации морального вреда.

При этом ФИО1, обращаясь в суд с настоящим иском, указывала о причинении ей морального вреда в связи с незаконными действиями должностных лиц органа местного самоуправления при постановке ее семьи на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении.

На основании пункта 2 статьи 1099 данного Кодекса моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В соответствии со статьей 1069 указанного Кодекса вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной им в Определении от 16 октября 2001 г. № 252-О, отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда. Таким образом, часть первая статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации не исключает возможности возложения судом на нарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), ущемляющими имущественные права гражданина.

Прямая обязанность компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в случаях, предусмотренных законом, закреплена в пункте статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Однако современное правовое регулирование не исключает возможности компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 4 июня 2009 г. № 1005-О-О, в соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Из содержания данной конституционной нормы следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании разъяснений, данных в пункте 37 настоящего Постановления, моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

Постановление Администрации Фировского городского поселения Фировского района Тверской области №56 от 13.10.201, которым семья ФИО1 была признана малоимущей и поставлена на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении, не обжаловалось.

Проверяя законность признания семьи малоимущей и нахождения на учете в качестве нуждающихся в жилом помещении, учитывая наличие у ФИО1 в собственности квартиры, общей площадью 51,2 кв.в., исходя из решения собрания депутатов Фировского района Тверской области №68 от 15.04.2010, согласно которому установлена учетная норма площади жилого помещения в размере 12 кв.м. общей площади на 1 человека, Администрацией Фировского городского поселения Фировского района Тверской области обоснованно вынесено постановление №11 от 31.03.2023 года в части снятия с учета семьи ФИО1 в качестве нуждающихся в жилых помещениях на основании п. 6 ст. 56 ЖК РФ, то есть выявления в представленных документах в орган, осуществляющий принятие на учет, сведений, не соответствующих действительности и послуживших основанием принятия на учет, а также неправомерных действий должностных лиц органа, осуществляющего принятие на учет, при решении вопроса о принятии на учет.

Учитывая обоснованность действий должностных лиц при принятии решения о снятии семьи ФИО1 с учета в качестве нуждающихся в жилых помещениях, судебная коллегия полагает, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о причинении ей физических и нравственных страданий, являющихся основанием для удовлетворения исковых требований о компенсации морального вреда.

Доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм материального права, в связи с чем не дают оснований отмены решения суда.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судебной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого решения суда, постановленного в соответствии с нормами действующего законодательства.

Иное толкование заявителем апелляционной жалобы положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

В соответствии со ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает. Нарушений норм ГПК РФ, влекущих отмену решения, по делу не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия,

определила

решение Вышневолоцкого межрайонного суда Тверской области (постоянное судебное присутствие в пгт. Фирово Фировского района Тверской области) от 10 июля 2023 года, оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 12 сентября 2023 года.

Председательствующий

Судьи