Дело №

УИД 11RS0№-13

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ Р.Ф.

Сыктывдинский районный суд Республики Коми в составе судьи Сурниной Т.А.,

при секретаре Габовой Е.А.,

с участием с участием прокурора Нестеровой А.С., истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчика ФИО4, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в <адрес>

05 июля 2023 года гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 200 000 руб., причиненного преступлением. В обоснование искового заявления указано, что приговором мирового судьи Зеленецкого судебного участка <адрес> Республики Коми ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 118 Уголовного кодекса РФ, в отношении ФИО1 В результате преступных действий ответчика истцу причинен тяжкий вред здоровью по неосторожности.

Судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечен ФИО5

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме. Указали, что в результате виновных действий ответчика истцу причинены телесные повреждения в виде зажатия манипулятором и отрыва правой кисти. Истец не может вести привычный образ жизни, осуществлять прежнюю трудовую деятельность, ему присвоена третья группа инвалидности. Ответчиком в счет возмещения морального вреда никаких денежных сумм истцу не выплачено. В остальном позиция стороны истца повторяла доводы, изложенные ею при рассмотрении уголовного дела.

Ответчик ФИО4, его представитель ФИО3 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились по доводам отзыва. Сославшись на принципы разумности и справедливости, с учетом конкретных обстоятельств причинения вреда, материального положения ответчика и состояния его здоровья, полагали достаточным определить размер компенсации морального вреда в размере 100000 руб. В остальном позиция стороны ответчика повторяла доводы, изложенные ею при рассмотрении уголовного дела.

Прокурор в судебном заседании полагал, что имеются основания для удовлетворения иска в разумных и справедливых пределах.

Иные лица в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, позиции по спору не выразили.

Руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд определил рассмотреть дело при имеющейся явке.

Заслушав объяснения сторон, заключение прокурора, показания свидетелей, исследовав письменные материалы настоящего дела, материалы уголовного дела № Зеленецкого судебного участка <адрес> Республики Коми, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 52 Конституции РФ права потерпевших от преступлений охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (п.32).

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленумов Верховного Суда РФ в их взаимосвязи следует, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, а, следовательно, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Вступившим в законную силу приговором мирового судьи Зеленецкого судебного участка <адрес> Республики Коми от <дата> по делу № ФИО4 признан виновным в совершении преступления в отношении ФИО1, предусмотренного ч. 1 ст. 118 Уголовного кодекса РФ, ему назначено наказание в виде штрафа в размере 40 000 руб.

Приговором суда установлено, управляя манипулятором, который является источником повышенной опасности, учитывая, что ФИО1 находится в непосредственной близости от манипулятора, ФИО4 не убедился в безопасности проводимых работ перед непосредственным сжатием клешни манипулятора, что привело к причинению травмы ФИО1, однако при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть наступление общественно опасных последствий. Указано, что то обстоятельство, что в данном случае ФИО4 выполнял работы как физическое лицо, не освобождало его от обязанности соблюдать все необходимые меры предосторожности при выполнении работ с источником повышенной опасности с целью недопущения причинения вреда иным лицам, в том числе требования руководства по эксплуатации манипулятора. Между тем, при рассмотрении уголовного дела ФИО4 подтвердил, что он ранее не проходил обучение на работе с гидроманипулятором и не изучал инструкцию по его эксплуатации. Оценив доводы защитника о том, что ФИО1 сам засунул руку в клешню манипулятора, суд пришел к выводу, что указанное не исключает виновности ФИО4 в совершении вменяемого ему преступления, поскольку данное преступление характеризуется неосторожной формой вины. Подсудимый, подтвердив в судебном заседании, что он просил потерпевшего отойти от котла, видя, что ФИО1 все равно остался стоять в непосредственной близости от котла, несмотря на это стал выполнять работы по зажиму клешни манипулятора, не удостоверившись в безопасности своих действий.

В результате действий ответчика истцу причинены следующие телесные повреждения: оскольчатый перелом нижней трети лучевой и локтевой костей со смещением отломков, вывих ладьевидной кости, смещение полулунной, трехгранной, гороховидной кости, размозжение мягких тканей, множественное повреждение (тракционного характера) сухожилий сгибателей разгибателей, повреждение нервно-сосудистых пучков с развитием сухого некроза кист до уровня лучезапястного сустава. Повреждения по признаку опасности для жизни, значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее, чем на одну треть, в данном случае 65 % квалифицированы как тяжкий вред здоровью.

При назначении наказания мировой судья учитывал характер и степень общественной опасности совершенного ФИО4 преступления. Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому, суд признал наличие на иждивении малолетнего и совершеннолетнего ребенка, состояние здоровья подсудимого, иные действия, направленные на заглаживание вреда, выразившиеся в принесении извинений потерпевшему, оказании бытовой помощи, принятии мер по оказанию содействия в организации медицинской помощи потерпевшему. Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому ФИО4, судом не установлено.

Апелляционным постановлением Сыктывдинского районного суда Республики Коми от <дата> приговор мирового судьи Зеленецкого судебного участка <адрес> Республики Коми от <дата> оставлен без изменения, апелляционная жалоба подсудимого – без удовлетворения.

Из апелляционного постановления следует, что судом первой инстанции достоверно установлено, что ФИО4, управляя гидроманипулятором, который является источником повышенной опасности, учитывая, что ФИО1 находится в непосредственной близости от манипулятора не убедился в безопасности проводимых работ перед непосредственным сжатием клешни манипулятора, что привело к причинению травмы ФИО1, однако при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть наступление общественно опасных последствий. Суд указал, что только предупреждения ФИО1 о необходимости отойти от манипулятора, как показали ФИО4 и свидетель ФИО6, не достаточно.

Также судом апелляционной инстанции указано, что мировым судьей обоснованно принято во внимание, что ФИО4, выполняя работы как физическое лицо, не освобождался от обязанности соблюдать все необходимые меры предосторожности при выполнении работ с источником повышенной опасности с целью недопущения причинения вреда иным лицом, в том числе требованиям по эксплуатации манипулятора.

При этом, довод стороны защиты о том, что тяжкий вред здоровья ФИО1 наступил ввиду несчастного случая, который произошел именно вследствие активных действий самого потерпевшего, и ФИО4 не мог предусмотреть, что потерпевший будет их совершать, признан несостоятельным.

В силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Из разъяснений, данных в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», следует, что в силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Судом установлено и следует из уголовного дела, что автомобиль марки КАМАЗ №, на котором установлен гидроманипулятор марки Фискарс находится в собственности ФИО5, который около 10 лет назад передал транспортное средство в пользование ФИО4, имеющего навыки работы на манипуляторах, при этом в письменном виде документов между ними не оформлено. В подтверждение факта нахождения манипулятора на дату <дата> в законном владении ФИО4 стороной ответчика представлен страховой полис на 2021 год, в котором ФИО4 вписан в качестве лица, допущенного к управлению указанным транспортным средством. Как указал в судебном заседании ответчик, необходимые документы для использования им манипулятора на законных основаниях, в том числе полис, оформлялись ежегодно.

Из материалов настоящего дела следует, что ФИО1 установлена третья группа инвалидности, назначена страховая пенсия по инвалидности с <дата> по <дата>, семья ФИО1 признана малоимущей (в подтверждение представлена справка ГБУ РК «ЦСЗН <адрес>»), ООО №», в котором истец является директором, находится в стадии ликвидации.

Согласно выписному эпикризу ответчик ФИО4 находился на лечении с <дата> по <дата> с диагнозом: тромбоз центральной вены сетчатки правого глаза; с <дата> по <дата> с диагнозом: вторичная глаукома правого глаза. Сведений о присвоении ФИО4 инвалидности в материалы дела не представлено.

Из представленных документов следует, что у ФИО4 двое детей: несовершеннолетний ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р., а также ФИО8, 2001г.<адрес> этом, как следует из пояснений ФИО4, данных в рамках уголовного дела, ФИО8 находится на иждивении ФИО4, поскольку проходит обучение в учебном заведении.

При рассмотрении настоящего дела судом получены доказательства, свидетельствующие о нарушении со стороны ответчика ФИО4 нематериальных благ ФИО1

Суд, с учетом установленных по делу обстоятельств и правоотношений сторон, и подлежащих применению норм права, а также исходя из доказанности факта причинения ФИО1 со стороны ФИО4 вреда здоровью, приходит к выводу, что факт причинения истцу нравственных и физических страданий установлен, в связи с чем, на ответчике лежит обязанность по компенсации морального вреда.

В нарушение положений п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ и ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ стороной ответчика в ходе рассмотрения дела не было представлено доказательств, свидетельствующих об отсутствии оснований для возложения на него ответственности за причиненный потерпевшему моральный вред.

Оценивая доводы стороны ответчика о том, что причинение вреда истцу повлекли, в том числе и виновные действия самого истца, суд приходит к следующему.

Из вышеприведенных правовых норм следует, что при определении размера компенсации морального вреда гражданину в связи с причинением вреда его здоровью источником повышенной опасности необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных этому лицу физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, соблюдение баланса интересов сторон.

В силу норм п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса РФ, п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

С учетом установленных по настоящему делу и в рамках уголовного дела обстоятельств, суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае имела место грубая неосторожность самого потерпевшего.

Так, из показаний ФИО1, отраженных в вступившем в законную силу приговоре суда от <дата>, следует, что при перемещении второго котла возникли трудности, стропы с клешни манипулятора все время соскальзывали. ФИО4 отвел клешни в сторону и приоткрыл их, после чего спустился на землю, подошел к котлу, просунул стропу в дырку в котле, получившиеся проушины закинул на клешни манипулятора, объяснив ФИО1, как закрепить котел, на что он согласился. После этого ФИО4 сел в кресло манипулятора, подвел клешни к котлу, однако стропы с клешни снова соскользнули, клешня качалась от ветра. ФИО1 решил остановить ее рукой, но как только он задел клешню рукой, произошел зажим.

Из показаний ФИО4 следует, что он находился за рулем гидроманипулятора, а ФИО1 прикреплял стропу внизу, стоял на чурке возле котла, однако у него ничего не получалось. Тогда ФИО4 спустился с манипулятора, зацепил стропы и сел обратно в кресло манипулятора. Убедившись, что стропа на месте, ФИО4 начал осуществлять захват, при этом он видел, что ФИО1 находился рядом на расстоянии 1 метра, не предупредил его о том, что будет осуществлять захват, однако не думал, что ФИО1 будет пытаться произвести какие-то действия, поскольку необходимости в этом не было.

Также из материалов уголовного дела следует, что ни истец, ни ответчик ранее не проходили обучение на работе с гидроманипулятором, руководство по эксплуатации данного транспортного средства не изучали. Вместе с тем, в рассматриваемом случае технику безопасности должны были соблюдать как ответчик, так и истец. По убеждению суда, ФИО1 должен был предвидеть с большой степенью вероятности наступление вредоносных последствий своих действий, находясь рядом с манипулятором и решив остановить клешню рукой. Указанное свидетельствует о грубой неосторожности истца.

Согласно положениям п. 3 ст. 1083 Гражданского кодекса РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

С учетом вышеизложенных правовых норм, при определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание установленные обстоятельства, а также обстоятельства, при которых произошло причинение вреда здоровью истца, тяжесть вреда и причиненных ФИО1 физических или нравственных страданий, грубую неосторожность истца, наличие на иждивении ФИО4 детей, состояние его здоровья и имущественное положение, действия, направленные на заглаживание вреда, выразившиеся в принесении извинений истцу в рамках уголовного дела, оказании бытовой помощи, принятии мер по оказанию содействия в организации ему медицинской помощи, требования разумности и справедливости, оговоренные в п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ, и приходит к выводу о том, что с ФИО4 в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 600 000 руб., что соразмерно последствиям нарушения прав и позволяет соблюсти баланс интересов сторон.

Руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Взыскать с ФИО4 (паспорт серии № №) в пользу ФИО1 (паспорт серии № №) компенсацию морального вреда в размере 600 000 руб.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Коми через Сыктывдинский районный суд Республики Коми в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Т.А. Сурнина

В окончательной форме решение принято <дата>.