Дело №
РЕШЕНИЕ
ИФИО1
15 июня 2022 года
Буйнакский районный суд Республики Дагестан в составе: председательствующего судьи Омарова А.О., при секретаре судебного заседания ФИО6, с участием истца – ФИО3 его представителя ФИО4 действующего по доверенности, прокурора ФИО8, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,
установил:
ФИО3 в лице своего представителя ФИО4 обратился в суд с иском о взыскании денежной компенсации морального вреда причиненного в результате незаконного уголовного преследования, мотивируя свои требования тем, что в связи с возбуждением 09.01.2007г. в отношении него уголовного дела по ч.1 ст. 105 УК РФ ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Приговором Каспийского городского суд Республики Дагестан от 14.07.2008г. он осужден по ч.1 ст.108 УК РФ и назначено наказание в виде двух лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии поселения. Полагает, что в связи с неправильной квалификации действий ФИО3, ухудшавшей его положение, в отношении него была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок по которой в ходе судебного разбирательства дела неоднократно продлевался. Общий срок нахождения ФИО3 под стражей составил 1(один) год и 8 (восемь) месяцев.
Основным и единственным мотивом, послужившим основанием для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу и последующего её продления, была тяжесть предъявленного обвинения, т.е. обвинение ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.
В связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности по ч.1 ст. 105 УК РФ и незаконным применением меры пресечения в виде заключения под стражу, ФИО3 причинен моральный вред, вызванный душевными и нравственными переживаниями в связи с утратой возможности вести обычный образ жизни, прекращения общения с семьей, родственниками и коллегами по работе. Он длительное время был оторван от семьи и дома, на иждивении у него находились двое малолетних детей, одному на тот момент было 8 лет, второму 10 лет, он не мог принять участие в их воспитании, работать, обеспечить им нормальные условия жизни, что причиняло страдания ему и членам его семьи.
Кроме того, ФИО3 вынужден был терпеть оскорбления и прочие проявления отрицательного отношения со стороны других лиц, содержащихся под стражей, порожденных в свою очередь, предвзятым отношением указанных лиц к задержанным за совершение умышленного убийства, глубоко переживал сложившуюся ситуация, находился в состоянии постоянного стресса, повлекшее ухудшение самочувствия и здоровья.
В ноябре 2008 года ФИО3 для отбытия наказания по приговору Каспийского городского суда от 14.07.2008г. был направлен в ФКУ Колония-Поселение № УФСИН России по РД, тогда как в соответствии с ч. 3 ст. 80 УИК РФ следовало направить его в специализированное исправительное учреждение для бывших работники правоохранительных органов. В данной колонии ФИО3 пребывал десять дней. Всё это время его, как бывшего сотрудника полиции, не допускали в жилое помещение колонии, он жил на улице - во дворе карантинного помещения, осужденные грубо с ним обращались, избивали неоднократно, плохо кормили, передачу от родственников не давали. В результате чего простудил лёгкие и почки, его поместили в Ново-Чиркейскую сельскую больницу , где находился на лечении с ноября 2008 г. по ДД.ММ.ГГГГ В период прохождения лечения в этой больнице в один из дней из-за резкого ухудшения состояния здоровья не смог удержатся на ногах и упал с лестницы, получив перелом обеих ног в области стопы. По завершении лечения он был отпущен в связи с отбытием наказания.
Из-за перенесённых нравственных и физических страданий состояние здоровья ФИО3 стало ухудшаться. В 2013 году у него выявили заболевания, которыми раннее не страдал: сахарный диабет 2 типа, среднетяжёлое течение, диабетическая полинейропатия, гепатопатия, кардиомиопатия, ангиопатия, хронический гепатит. С 14.11. 2013 г. он состоит на диспансерном учёте в поликлинике № . С 19.11.2013г. по 03.12.2013г. находился на лечении в отделении гастроэнтерологии Республиканской Клинической больницы по поводу заболевания - хронический активный гепатит.
Более того, ситуация, в которой оказался ФИО3, отразилась и на состоянии здоровья его супруги ФИО2, из-за перенесённых ею нравственных страданий и переживаний. С 24.03.2011г. она состоит на диспансерном учёте в поликлинике № с диагнозом: сахарный диабет 2 тип, среднетяжёлое течение, диабетическая полинейропатия, гепатопатия, кардиомиопатия, ангиопатия, гипертоническая болезнь 3 степени, АГ2 степени, риск 4. ИБС: стенокардия напряжения 111 ф. к., хроническая сердечная недостаточность 2-го функционального класса по NYHA, выраженные нарушения ритма сердца, недостаточность кровообращения 2а степени. ДОА, двухсторонний гонаротроз 1-, до возбуждения уголовного дела в отношении ее мужа ФИО3, она не страдала этими заболеваниями.
Если бы орган следствия изначально предъявил ФИО3 обвинение по ч. 1 ст. 108 УК РФ, то не последовал бы его арест, т.к. данное деяние относится к преступлениям небольшой тяжести и нормами уголовно-процессуального закона, по нему не предусмотрена возможность избрания меры пресечения в виде заключения под стражу.
ФИО5 мог бы избежать наказания в виде лишения свободы, так как санкция ч.1 ст.108 УК РФ помимо лишения свободы предусматривает и иные наказания. С учётом того, что он ранее не был судим, на иждивении имел двоих малолетних детей, по работе характеризовался положительно, мог быть осужден условно. Назначение наказания в виде лишения свободы было продиктовано фактом нахождения ФИО5 под стражей в течение длительного времени.
Из вышеизложенного следует, что ФИО5 имеет право на реабилитацию, в соответствии с главой 18 УПК РФ, а наличие такого права и нахождение его под стражей дает ему право на компенсацию морального вреда, независимо от того, что в приговоре отсутствует указание на такое признание.
То обстоятельство, что приговором в срок наказания зачтено содержание истца под стражей с 09.01.2007г. не может быть препятствием для получения компенсации морального вреда, поскольку сам по себе факт содержания под стражей, как меры пресечения существенно ограничивающей права и свободы истца, при том, что такая мера не могла быть избрана исходя из тяжести содеянного, подтверждает нарушение личных неимущественных прав истца. Данный вред подлежит возмещению независимо от вины должностного лица.
Таким образом, учитывая вышеизложенные обстоятельства, перенесённые ФИО5 нравственные и физические страдания за время его незаконного привлечения, к уголовной ответственности по ч.1 ст.105 УК РФ и незаконного применения в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу считает возможным взыскать с ответчика компенсации морального вреда в размере 10 000 000 (десяти миллионов) рублей.
В судебном заседании ФИО5 свои требования поддержал по изложенными в иске доводам и основаниям, просил взыскать в свою пользу сумму компенсации причиненного ему морального вреда в размере 10 миллионов рублей. При этом пояснил, что в результате незаконного содержания под стражей, причинен вред его здоровью, он уже не в состоянии жить полноценной жизнью.
Представитель истца-Шерипов Д.С. исковое заявление поддержал, просил удовлетворить заявленные требования по изложенным в нем основаниям. При этом пояснил, что ФИО5 дважды осужден по ч.1 ст.105 УК РФ, затем его действия переквалифицированы на ч.1 ст.108 УК РФ. За все это время истец перенес нравственные страдания. Поскольку по ст.108 УК РФ не предусмотрено применение меры пресечения в виде заключения под стражей, при правильной квалификации действий истца, последний не находился бы под стражей. Ранее истец работал в правоохранительных органах и был здоров, после заключения его под стражу, состояние его здоровья стало ухудшаться, ежемесячно стал обращаться в медицинские учреждения, обнаружился гепатит. В связи с несправедливым отношением к себе и нахождением в состоянии стресса ФИО3 05.03.2005г. и 11.04.2006г. нанес себе ранения в виде порезов вен. Указанное, подтверждается представленными в материалами дела медицинскими документами.
Ответчик Министерство финансов РФ надлежащим образом извещенный о времени, дате и месте рассмотрения дела, своего представителя не направил, о рассмотрении дела в свое отсутствие не просил.
Прокурор г. Буйнакска Гамидов М.М. просил частично удовлетворить исковые требования, определение размера компенсации морального вреда оставил на усмотрение суда.
Дело рассмотрено судом в порядке ст. 167 ГПК РФ в отсутствие неявившихся участников процесса.
Заслушав пояснения стороны, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд находит исковое заявление подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям
В ч.1 ст.17 Конституции Российской Федерации указано, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией
В соответствии с ч.1 ст.46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.
В соответствии со ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.
Согласно части 2 статьи 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.
Согласно ч.1 ст.20 Конституции Российской Федерации все равны перед законом и судом. Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления (ч.1 ст.21 Конституции Российской Федерации). Конституция Российской Федерации гарантирует права каждого человека на свободу и личную неприкосновенность (ст. 22).
Конституцией Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст.53)
Согласно УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.
Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (с последующими изменениями и дополнениями) разъяснено, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.
Кроме того, необходимо учитывать, что Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 4 ноября 1950 г., с изменениями от 13 мая 2004 г.) признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации.
Из положений статьи 46 Конвенции, статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» следует, что правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.
Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции.
Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.
Статьёй 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
Согласно абзацу 3 статьи 1100 данного кодекса компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, если вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.
Как усматривается из материалов дела и не оспаривается сторонами по делу, 09 января 2007 прокурором Карабудахкентского района РД в отношении ФИО5 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, в этот же день истец задержан в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ.
Постановлением Карабудахкентского районного суда РД от 11.01.2006г. в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок содержания которой неоднократно продлевался.
28.03.2007г. приговором Карабудахкентского районного суда Республики Дагестан ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ и ему назначено наказание восемь лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Мера пресечения ФИО5 оставлена без изменения.
07.05.2007г. кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Дагестан, приговор Карабудахкентского районного суда от 28.03.2007г. в отношении ФИО5, оставлен без изменения.
Согласно справке Карабудахкентского районного суда приговор от 28.03.2007г. в отношении ФИО5 вступил в силу 07.05.2007г.
11.10.2007г. Постановлением Президиума Верховного суда Республики Дагестан приговор Карабудахкентского районного суда РД от 28.03.2007г. и определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РД от 07.05.2007г. в отношении ФИО5 отменены и дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.
В этом же постановлении указывается - меру пресечения в отношении ФИО5 оставить без изменения.
По постановлению Карабудахкентского районного суда РД от 26.10.2007г. осуждённый ФИО5 этапирован из УФСИН РФ по Рязанской области в СИЗО-1 г. Махачкала. По имеющимся записям в постановлении об этапировании ФИО5 доставлен в СИЗО -1 г. Махачкала 10.12. 2007г.
Постановлением Карабудахкентского районного суда РД о назначении судебного заседания без проведения предварительного слушания от 07.12.2007г. судебное заседание по уголовному делу в отношении ФИО5 назначено на 10ч.11.01.2008г. Этим же постановлением мера пресечения ФИО5 оставлена без изменения.
24.01.2008г. приговором Карабудахкентского районного суда РД ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ и назначено ему наказание семь лет и шесть месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Мера пресечения оставлена без изменения.
Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Дагестан от 21.04.2008г. приговор Карабудахкентского районного суда РД от 24.01.2008г. в отношении ФИО5 отменён, дело направлено на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.
Постановлением заместителя Председателя Верховного суд Республики Дагестан от 30.05.2008г. территориальная подсудность уголовного дела по обвинению ФИО5 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ изменена. Дело направлено для рассмотрения по существу в Каспийский городской суд РД.
02.06.2008г. уголовное дело поступило в Каспийский городской суд РД. Постановлением Каспийского городского суда от 06.06.2008г. срок содержания подсудимого ФИО5 под стражей продлён до 07.12.2008г. включительно.
Приговором Каспийского городского суда от 14.07.2008г. действия ФИО5, обвиняемого по ч.1 ст.105 УК РФ, переквалифицированы на ч.1 ст. 108 УК РФ - убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, по которой он осужден к двум годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии поселении. При этом в срок отбытия наказания ФИО5 включено время содержания последнего под стражей с 09.01.2007г. Мера пресечения - заключение под стражей оставлена без изменения.
При переквалификации судом действий ФИО5 право на частичную реабилитацию за ним признано не было.
Кассационным определением Верховного Суда РД от 06.10.2008г. приговор Каспийского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ оставлен без изменения.
Согласно распоряжению председателя Каспийского городского суда приговор вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.
В соответствии с частью 3 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, (реабилитация) имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.
Разъясняя применение данной нормы Верховный Суд Российской Федерации в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснил, что к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (например, осужденный при переквалификации содеянного со статьи 105 УК РФ на часть 4 статьи 111 УК РФ), а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого (абз.1п. 4).
Если указанным лицам при этом был причинен вред, вопросы, связанные с его возмещением, в случаях, предусмотренных частью 3 статьи 133 УПК РФ (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного с части 1 статьи 111 УК РФ на статью 115 УК РФ, по которой данная мера пресечения применяться не могла), разрешаются в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ (абз. 2 п. 4).
Истец обосновал свои требование тем, что ему была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей, при этом возможность избрания такой мер пресечения обуславливалась обвинением по части 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, тогда как судом его действия были переквалифицированы на часть 1 статьи 108 Уголовного кодекса Российской Федерации, обвинение по которой не предусматривает избрание меры пресечения в виде содержание по стражей.
Исходя из приведенных норм суд приходит к выводу, что истец имеет право на реабилитацию, в соответствии с главой 18 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, а наличие такого права и содержание истца, под стражей (при подтвержденном приговором деянии при совершении которого такая мер пресечения невозможна), даёт истцу право на компенсацию морального вреда, независимо от того, что в приговоре отсутствует указание на такое признание.
Вместе с тем, то обстоятельство, что приговором суда при исчислении наказания в виде двух лет лишения свободы с отбыванием в колонии поселения зачтено содержание истца под стражей с 09.01.2007г. не может являться основанием для отказа в компенсации морального вреда, поскольку сам по себе факт содержания под стражей, как меры пресечения существенно ограничивающей права и свободы истца, при том, что такая мера не могла быть избрана исходя из тяжести содеянного, подтверждает нарушение личных неимущественных прав истца. Данный вред подлежит возмещению независимо от вины должностного лица.
Таким образом, независимо от отсутствия формальных оснований для признания незаконным содержания истца под стражей, причинённый ему моральный вред подлежит возмещению.
При определении размера компенсации морального вреда, причиненного гражданину в данной ситуации, необходимо учитывать иные заслуживающие внимания обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а именно содержание под стражей, как меры пресечения существенно ограничивающей права и свободы истца.
Наличие указанных фактических обстоятельств сомнений не вызывает в силу их очевидности и необходимости учета при решении вопроса о размере компенсации морального вреда и степени понесенных нравственных страданий.
В пунктах 2 и 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 (с последующими изменениями и дополнениями) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъясняется, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
Требования о компенсации морального вреда истцом были мотивированны, в частности причинением нравственных и физических страданий, выразившихся в возникновении серьезных заболеваний в период незаконного содержания под стражей, по поводу которых он неоднократно проходил амбулаторное и стационарное лечение. Истцом суду представлены медицинские документы, свидетельствующие о перенесенных им заболеваниях.
Из медицинской карты ФИО3 от 17.01.2007г. следует, что ФИО3 при нахождении под стражей неоднократно обращался с жалобами на состояние здоровья. При обследовании были поставлены диагнозы гепатит, колит в фазе обострения, ОРЗ, острый двухсторонний конъюктивит, уретрит, хронический гастрит, острый цистит, острая задержка мочи, грибковое поражение правой стопы, острый бронхит, невротическое состояние. Боле того, ФИО3 был приглашен в кабинет следователя, для беседы, в связи с нанесением им себе порезов, при этом объяснять причины таких действий последний отказался.
В частности, из выписного эпикриза из истории болезни № от 30.07.2015г., следует, что ФИО3 находился на стационарном лечении в Республиканской клинической больнице в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.2013, с диагнозом хронический активный гепатит. Стеатогепатит минимальной степени, хронический гастродуоденит в стадии умеренного обострения. Согласно ответа на запрос адвоката РБУ «поликлиника №» сообщает, что ФИО3 состоит на диспансерном учете с 14.11.2013г. с диагнозами: сахарный диабет второго типа. Среднетяжелое течение, диабетическая полинейропатия, гепатопатия, кардиомиопатия, ангиопатия, хронический гепатит.
Из указанного ответа также следует, что супруга истца ФИО2, с 24.03.2011г. состоит на диспансерном учёте в поликлинике № с диагнозом: сахарный диабет 2 тип, среднетяжёлое течение, диабетическая полинейропатия, гепатопатия, кардиомиопатия, ангиопатия, гипертоническая болезнь 3 степени, АГ2 степени, риск 4. ИБС: стенокардия напряжения 111 ф. к., хроническая сердечная недостаточность 2-го функционального класса по NYHA, выраженные нарушения ритма сердца, недостаточность кровообращения 2а степени. ДОА, двухсторонний гонаротроз 1-ст. По мнению истца одной из причин перенесенных заболеваний у него и его супруги является полученный ими стресс на нервной почве, вызванный изоляцией истца от общества, утратой семейно-родственных, дружеских связей.
В то же время, сумму компенсации морального вреда, заявленную истцом, суд считает чрезмерной, не соответствующим принципам разумности и справедливости компенсации морального вреда, а также характеру и степени нравственных и физических страданий истца, с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
Одной из причин переносимых заболеваний является полученный истцом стресс на нервной почве, вызванный изоляцией от общества, утратой семейно-родственных, дружеских связей.
На степень страдания влияла и длительность судебного разбирательства, ограничение его конституционных прав на свободу передвижения (575 дней).
В результате уголовного преследования ФИО3 пребывал в постоянном нервном напряжении и испытывал чувство моральной подавленности из-за осуществления в отношении него уголовного преследования, постоянной угрозы быть осужденным к лишению свободы, невозможности жить свободной жизнью, из-за того, что были поставлены под сомнение его честное имя и репутация добропорядочного человека. Нравственные страдания истца длились продолжительное время в течение всего периода уголовного преследования.
Также при определении размера компенсации морального вреда суд берет во внимание личность истца, который ранее никогда не привлекался к уголовной ответственности, являлся добропорядочным членом общества, в связи с чем незаконное привлечение его к уголовной ответственности за особо тяжкое преступление и длительное нахождение под стражей явилось существенным психотравмирующим фактором.
В то же время, сумму компенсации морального вреда, заявленную истцом, суд считает чрезмерной, не соответствующим принципам разумности и справедливости компенсации морального вреда, а также характеру и степени нравственных и физических страданий истца, с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
Учитывая все вышеизложенные обстоятельства, тяжесть, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий в связи с незаконным уголовным преследованием, данные о личности истца, длительность нахождения истца под уголовным преследованием, причинно-следственную связь между действиями органов предварительного расследования (возбуждение уголовного дела по ст. 105 УК РФ, избрание меры пресечения, предъявление обвинения) и перенесенными истцом нравственными переживаниями и страданиями, а также сложившуюся практику Европейского Суда по правам человека, суд полагает необходимым взыскать компенсацию морального вреда в размере 1 035 000 рублей, который, по мнению суда, соответствует перенесенным истцом нравственным страданиям и заболеваниям, а также принципам разумности и справедливости.
Именно с учетом сложившейся практики Европейского Суда по правам человека, согласно которой средний размер взыскиваемой ЕСПЧ денежной компенсации морального вреда составляет 42-44 евро за сутки содержания под стражей, суд определил его на 30 % ниже размера взыскиваемого ЕСПЧ, т.е. исходя из расчета 1800 руб. за сутки содержания под стражей.
В силу ч. Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В частности, истцом суду не представлены доказательства, свидетельствующие о столь тяжелых нравственных переживаниях и обстоятельствах, унижающих его честь и достоинство, в связи с чем требования истца подлежат частичному удовлетворению.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
решил:
исковые требования ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования по ч.1 ст. 105 УК РФ, удовлетворить частично.
Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца РД компенсацию причиненного в результате уголовного преследования морального вреда в размере 1 035 000 (один миллион тридцать пять тысяч) рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда отказать.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан в апелляционном порядке через Буйнакский районный суд Республики Дагестан в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Резолютивная часть решения оглашена 15.06.2022г.
Мотивированное решение составлено 17.06.2022г.
Председательствующий:
отпечатано в совещательной комнате