Дело № 2-1267/2025

УИД 03RS0063-01-2025-001082-82

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 июля 2025 года г. Туймазы РБ

Туймазинский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Назаровой И.В.,

при секретаре Третьяковой З.Ш.,

с участием ст.помощника Туймазинского межрайонного прокурора РБ – Сунагатуллина Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Акционерному обществу «Сибирская Сервисная Компания», АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз», АО «Научно-исследовательский и проектный центр газонефтяных технологий» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с исковым заявлением к АО «Сибирская Сервисная Компания», АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз», АО «Научно-исследовательский и проектный центр газонефтяных технологий» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, в обоснование иска указав, что ДД.ММ.ГГГГ на территории кустовой площадки № 18 Еты-Пуровского месторождения в Пуровском районе Ямало-Ненецкого автономного округа работниками ФРС АО «Сибирская Сервисная Компания» проводились работы, связанные с ремонтом скважины №.

В ходе выполнения ремонтных работ скважины № произошло газонефтеводопроявление (ГНВП) с последующим возгоранием подъемного агрегата «АПР-80», в результате которого помощник бурильщика ФРС «АО «Сибирская Сервисная Компания» ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., получил телесные повреждения в виде термических ожогов поверхности тела. После непродолжительного лечения ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 скончался в лечебном учреждении ГБУЗ «НИИ СП им. Н.Б. Склифосовского».

В результате указанного пожара на месте работ погиб бурильщик ФИО4 в ДД.ММ.ГГГГ, после непродолжительного лечения в лечебном учреждении ГБУЗ «НИИ СП им. Н.Б. Склифосовского» скончался помощник бурильщика ФИО5 в ДД.ММ.ГГГГ

В целях расследования причин аварии и группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая, со смертельным исходом) Северо-Уральское управление Ростехнадзора издало приказ от ДД.ММ.ГГГГ № ПР-322-390-о.

Комиссионно было проведено расследование несчастного случая, по результатам которого выдан Акт формы Н-1 № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ В произошедшем несчастном случае на производстве каких-либо нарушений требований технической безопасности со стороны ФИО3 не установлено, пострадавший в состоянии алкогольного или наркотического опьянения не находился.

Актом № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ установлена вина в нарушении норм охраны труда и промышленной безопасности со стороны следующих юридических и должностных лиц:

- АО «Сибирская Сервисная Компания» - менеджер по ремонту скважин ФИО6; старший мастер по ремонту скважин (капитальному, подземному) ТиКРС – ФИО7; мастер по ремонту скважин (капитальному, подземному) ТиКРС – ФИО8;

- АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» - начальник отдела супервайзинга внутрискважинных работ – ФИО9; начальник ЦДНГ-10 – ФИО10

- АО «Научно-исследовательский и проектный центр газонефтяных технологий» (АО «НИПЦ-ГНТ») – заместитель технического директора – ФИО11; инженер-технолог по ТиКРС (супервайзер) – ФИО12

Согласно п. 9.1.1 Акта техническими причинами несчастного случая являются – «Комиссией по пуску в работу смонтированной подъемной установки № и оборудования для ремонта скважин № № куста № 18 Еты-Пуровского месторождения, не выявлен факт работоспособности ножа отсекателя кабеля КРБК на ролике, как вследствие чего отсутствие возможности отрубания кабеля в момент возникновения аварийной ситуации».

Также имеют место и организационные причины несчастного случая на производстве, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ которые отражены в Акте от ДД.ММ.ГГГГ

Пуровским межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета РФ по ЯНАО ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 217 УК РФ. Вынесен обвинительный приговор.

На основании изложенного, истец считает правомерным заявить требование о взыскании компенсации морального вреда с ответчиков, виновных в гибели ее брата, поскольку ей причинены нравственные страдания и переживания, связанных с гибелью родного человека.

Потеря близкого и родного человека в столь молодом возрасте является огромным горем, сопровождающемся тоской. С погибшим братишкой истец имела близкую духовную и родственную близость. Длительный стресс негативно сказался на ее здоровье, в связи с чем она вынуждена неоднократно обращаться за медицинской помощью.

Принимая во внимание обстоятельства гибели ее брата, учитывая его основные причины, тяжесть перенесенных нравственных страданий, которые длятся по настоящее время в связи с нанесением ей глубокой неизгладимой душевной раны, поскольку прервана связь между братом и сестрой, которую никогда больше не восстановить, учитывая, что испытывать чувство потери – это пожизненно, считает, что у истца имеются правовые основания для предъявления требования к ответчикам, с учетом разумности и справедливости, о выплате компенсации причиненного морального вреда в размере 6 000 000 руб.

На основании изложенного, истец просит взыскать с АО «Сибирская Сервисная Компания» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб., с АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» в размере 1 500 000 руб., с АО «Научно-исследовательский и проектный центр газонефтяных технологий» в размере 1 500 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО2 и ее представитель ФИО14 поддержали иск, просили удовлетворить в полном объеме, истец пояснила в суде, что их было трое: две сестры и брат, сейчас остались две сестры, после смерти родителей она была для братишки Ратмира вместо мамы. Жили они дружно. Братишка был очень светлый человек, его все любили в её семье. Братишка регулярно, все выходные и праздники жил у них, помогал во всем по хозяйству, помогал по жизни, всегда шел на помощь. Для нее гибель брата – невосполнимая потеря, горе не залечат никакие деньги. После гибели брата ее здоровье ухудшилось, она вынуждена постоянно проходить обследования и лечение.

В суде третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно исковых требований, ФИО15 иск поддержала, пояснила в суде, <данные изъяты>

Ответчики Акционерное общество "Сибирская Сервисная Компания", Акционерное общество "Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз", Акционерное общество "Научно-исследовательский и проектный центр газонефтяных технологий" (АО «НИПЦ-ГНТ») в суде явку своих представителей не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежаще, представили письменные возражения (отзывы) на иск, также просили организовать ВКС для участия в суде. В ходатайстве отказано в связи с отсутствием технической возможности.

Определением суда к участию в деле привлечены третьи лица: ФИО6 , ФИО16, ФИО8 , ФИО17 Ав , ФИО9 ФИО10 , ФИО11 , ФИО12, а также Государсвенная инспекция труда в Ямало-Ненецком автономном округе, которые извещены о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд не явились.

На основании ст.167 ГПК РФ суд определил возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, заслушав пояснения истца, представителя истца, третье лицо, исследовав материалы дела, заключение ст.помощника Туймазинского межрайонного прокурора РБ Сунагатуллина Н.А., полагавшего исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в части, в размере 3000000 руб., с каждого ответчика по 1000000 руб., исследовав материалы дела и иные представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 2, 7, ч. 1 ст. 20, ст. 41 Конституции РФ право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека.

В развитие положений Конституции Российской Федерации приняты соответствующие законодательные акты, направленные на защиту здоровья граждан и возмещение им вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья. Общие положения, регламентирующие условия, порядок, размер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, содержатся в Гражданском кодексе Российской Федерации (глава 59).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ (ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и <данные изъяты>, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Таким образом, помимо общих правил для возмещения вреда, специальным законом определяются особые условия (основания) для его возмещения.

Согласно ст. 214 Трудового кодекса РФ работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ст. 216.1 ТК РФ).

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Кроме того, ответственность за причиненный вред может наступить и в силу ст. 1079 ГК РФ, согласно п. 1 которой: юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 116-ФЗ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов" разрабатываются специальные нормы и правила безопасности в области нефтяной и газовой промышленности. Настоящий федеральный закон определяет правовые, экономические и социальные основы обеспечения безопасной эксплуатации опасных производственных объектов и направлен на предупреждение аварий на опасных производственных объектах и обеспечение готовности эксплуатирующих опасные производственные объекты юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.

В соответствии с п. 1 ст. 2 данного Закона, опасными производственными объектами являются предприятия или их цехи, участки, площадки, а также иные производственные объекты, указанные в приложении № к Закону №116-ФЗ. Опасными производственными объектами нефтегазодобывающих производств в соответствии с Законом являются объекты бурения и добычи, расположенные в границах горного отвода (участка недр) или земельного отвода. К объектам добычи относится площадка месторождения.

В соответствии с приложением № к Федеральному закону №116-ФЗ, признаками опасности объектов бурения и добычи являются: ведение горных работ (п.5); образование опасных веществ – выход углеводородов, содержащихся в недрах (п.1); использование оборудования, работающего под избыточным давлением более 0,07 мегапаскаля (п.2); использование стационарных грузоподъемных механизмов (п.3).

Из смысла указанных норм закона, нефтегазодобывающая деятельность в целом, и, в частности, её структурные элементы –объекты добычи, специальные площадки, механизмы, в том числе нефтяные скважины с соответствующим оборудованием, относятся к опасным производственным объектам.

Деятельность сотрудников по выполнению трудовых функций в сфере нефтегазодобывающей промышленности сопряжена с повышенной опасностью для себя и окружающих, в связи с чем разрабатываются многочисленные нормы и правила по технике безопасности, вводятся инструктажи.

В связи с изложенным, деятельность с использованием объектов, механизмов по добычи нефти и газа, объектов месторождения нефти и газа относятся к опасным видам деятельности.

Нефтяная скважина по смыслу изложенных выше норм закона, - опасный производственный объект, представляющий реальные угрозы и требующий специальные меры безопасности.

В суде установлено, следует из материалов дела, что ФИО3 был принят на работу в филиал ремонта скважин АО «Сибирская Сервисная Компания» ДД.ММ.ГГГГ помощником бурильщика капитального ремонта скважин.

ДД.ММ.ГГГГ около ДД.ММ.ГГГГ кустовой площадки № Еты-Пуровского месторождения в <адрес> работниками ФРС АО «Сибирская Сервисная Компания» проводились работы, связанные с ремонтом скважины №.

В ходе выполнения ремонтных работ скважины № произошло газонефтеводопроявление (ГНВП) с последующим возгоранием подъемного агрегата «АПР-80», в результате которого помощник бурильщика ФРС «АО «Сибирская Сервисная Компания» ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., получил телесные повреждения в виде термических ожогов поверхности тела. После непродолжительного лечения ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 скончался в лечебном учреждении ГБУЗ «НИИ СП им. Н.Б. Склифосовского».

Трудовой договор между ФИО3 и ФРС «АО «Сибирская Сервисная Компания» прекращен в связи со смертью ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из акта формы Н-1 о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ, установлены следующие обстоятельства произошедшего с ФИО3 несчастного случая.

Воздействие неконтролируемого огня (пожара) вне здания или сооружения, в том числе пламя от костра (код 102). Из объяснительных и протоколов опроса очевидцев аварии, документации, видеоматериалов, комиссией установлены следующие обстоятельства: между АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» (Заказчик) и ФРС АО «Сибирская Сервисная Компания» (Подрядчик) (далее по тексту – ФРС АО «ССК») заключен договор № ННГ-21/07000/01712/Р от ДД.ММ.ГГГГ на проведение текущего, капитального ремонта и освоения скважин на месторождениях Заказчика (приложение №). В соответствии с данным договором, заказчиком выдан План-работ № от ДД.ММ.ГГГГ (приложение №) на ремонт скважины № кустовой площадки № Еты-Пуровского месторождения. План работ № на текущий ремонт скважины № кустовой площадки № Еты-Пуровского месторождения от ДД.ММ.ГГГГ не утвержден техническим руководителем (главным инженером) организации, проводящей данные работы (ФРС АО «ССК»). План работы не согласован с заказчиком (АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз») или представителем Заказчика, а в нарушение требований нормативных правовых актов, согласован менеджером по ремонту скважин ФРС АО «ССК» ФИО1 и утвержден начальником ЦДНГ-10 ФИО10

В акте о несчастном случае, со ссылкой на справку о смерти №, указан характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению, медицинское заключение о тяжести повреждения, согласно которому причиной смерти ФИО13 явилось <данные изъяты>

Причиной несчастного случая послужили: комиссией по пуску в работу смонтированной подъемной установки АПР-80, зав. №, и оборудования для ремонта скважин № куста № Еты-Пуровского месторождения, не выявлен факт работоспособности ножа отсекателя кабеля КРБК на ролике, как вследствие чего отсутствие возможности отрубания кабеля в момент возникновения аварийной ситуации.

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, являются: ФИО6 – менеджер по ремонту скважин ФРС АО «ССК», ФИО7 – старший мастер по ремонту скважин (капитальному, подземному) ТиКРС, являясь должностным лицом ФРС АО «ССК», ФИО8 – мастер по ремонту скважин (капитальному, подземному) ТиКРС ФРС АО «ССК», являясь должностным лицом, ФИО9 – начальник отдела супервайзинга внутрискважинных работ, являясь должностным лицом АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз», ФИО10 – начальник ЦДНГ-10, являясь должностным лицом АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз», АО «Научно-исследовательский и проектный центр газонефтяных технологий» (АО «НИПЦ ГНТ»), ФИО11 – заместитель технического директора АО «НИПЦ ГНТ», ФИО12 – технолог по ТиКРС (супервайзер) АО «НИПЦ ГНТ», являясь должностным лицом организации, контролирующей выполнение работ на объекте Заказчика.

Обстоятельства несчастного случая на производстве и его причины ответчиками не оспариваются, в акте о несчастном случае на производстве перечислены работники АО «ССК», АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз», АО «НИПЦ ГНТ», допустившие нарушения требований должностных инструкций и требований охраны труда.

ДД.ММ.ГГГГ Пуровским районным судом <адрес> в отношении ответственных лиц - ФИО8, ФИО17 вынесен обвинительный приговор, по которому последние признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 217 УК РФ, с назначением им уголовного наказания. Гражданский иск ФИО2 в рамках данного дела не заявлен и не рассматривался.

Между АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» и АО «Сибирская Сервисная Компания» заключен договор № ННГ-21/07000/01712/Р от ДД.ММ.ГГГГ на проведение текущего, капитального ремонта и освоения скважин на месторождениях Заказчика, в том числе скважину № кустовой площадки № Еты-Пуровского месторождения.

Недропользователем кустовой площадки № скважины № Еты-Пуровского месторождения является АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз».

Как следует из акта о несчастном случае на производстве, организационными причинами несчастного случая явились нарушения, допущенные АО «Научно-исследовательский и проектный центр газонефтяных технологий», организация, оказывающая супервайзерские услуги при ремонте скважин на месторождениях Заказчика, на основании договора № ННГ-20/10407/00105/Р от ДД.ММ.ГГГГ между АО «НИПЦ-ГНТ» и недропользователем АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз».

Так же было установлено, что работники бригады № ФРС АО «ССК» ФИО18 – помощник бурильщика по капитальному ремонту скважин (далее – КРС), ФИО19 – помощник бурильщика КРС, ФИО5 – помощник бурильщика КРС, ФИО3 – помощник бурильщика КРС, ФИО4 - бурильщик КРС не ознакомлены с Планом мероприятий (приложение № 105, 106).

Таким образом, из материалов дела следует, что организацию трудовой деятельности и конкретной работы (организацию места работы). В том числе на момент несчастного случая, осуществляли работодатель погибшего - Акционерное общество "Сибирская Сервисная Компания", заказчик и подрядная организация в силу договора по ремонту и освоению скважин на месторождениях - Акционерное общество "Сибирская Сервисная Компания" и Акционерное общество "Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз", а также привлеченная для оказания супервайзерских услуг по ремонту скважин научно-исследовательская организация - Акционерное общество "Научно-исследовательский и проектный центр газонефтяных технологий", в действиях которых выявлены нарушения норм и правил в области обеспечения безопасности трудовой деятельности в сфере газонефтедобывающей промышленности. В связи с чем, ответственность за возмещение вреда должны нести все участвующие в организации трудовой деятельности организации – ответчики по делу.

Вред, причиненный источником повышенной опасности, обязан возместить его владелец, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего (п. 1 ст. 1079 ГК РФ). Таким образом, вина не входит в состав оснований ответственности при причинении вреда источником повышенной опасности.

Таким образом, основанием для возмещения вреда в настоящем деле служат как виновные действия со стороны работодателя и организаций, участвующих в организации непосредственно с работодателем площадки для трудовой деятельности погибшего с точки зрения нормативного и технического обеспечения, так и при отсутствии вины действия ответчиков по введению в эксплуатацию объектов нефтегазодобывающей промышленности, которые являются источником повышенной опасности.

Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично по основаниям, предусмотренным п. п. 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ.

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При этом, из представленных работодателем документов следует, что ФИО3 в процессе своей трудовой деятельности надлежащим образом проходил все положенные виды инструктажей, что подтверждается имеющимся листом ознакомления с «Перечнем производственных инструкций по ПБ и ОТ для работников филиала ремонт скважин АО «ССК».

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Согласно решению Туймазинского межрайонного суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ, по обстоятельствам несчастного случая, рассматриваемого в настоящем деле, суд установил обязанность всех троих ответчиков по компенсации морального вреда в связи с гибелью на производстве ФИО3 в пользу сестры погибшего- ФИО15 Апелляционным определением Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ решение Туймазинского межрайонного суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ отменено и принято новое решение в части размеров компенсации морального вреда, суд принял решение что Акционерное общество "СибирскаяСервисная Компания", Акционерное общество "Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз", Акционерное общество "Научно-исследовательский и проектный центр газонефтяных технологий", несут ответсивенность по возмещению морального вреда, каждая в соответствующем размере. Определением Шестого кассационного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения.

Исходя из положений ст. 14 Семейного кодекса РФ, к близким родственникам относятся родственники по прямой восходящей и нисходящей линии - родители и дети, дедушка, бабушка и внуки, полнородные и неполнородные (имеющие общих отца или мать) братья и сестры.

Судом установлено, что истец ФИО2 является сестрой ФИО3, что подтверждается копиями свидетельства о рождении, актовыми записями о рождении, то есть близким родственником.

Суд принимает во внимание, что гибель человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие его близких родственников, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в случае истца, которая лишилась своего брата, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, причинившим глубокие нравственные страдания.

Поскольку несчастный случай произошел во время исполнения ФИО3 трудовых обязанностей и по вине работников ответчиков, истец вправе требовать возмещения морального вреда работодателем, которым в нарушение требований трудового законодательства и требований охраны труда не были обеспечены безопасные условия труда, в том числе безопасность работника при эксплуатации оборудования и осуществлении технологических процессов, а также с привлеченных подрядных и научно-исследовательских организаций, причастных к организации трудовой деятельности в месте несчастного случая, работники которых также нарушили нормы законодательства по обеспечению безопасности. Кроме того, ответственность по возмещению вреда ответчиков следует и в силу ст. 1079 ГК РФ как организаций, выполнявших каждая свою сферу функций по организации деятельности в области нефтегазодобывающей промышленности, являющейся опасным видом деятельности.

Как следует из материалов гражданского дела, после произошедшего несчастного случая на производстве ответчиком АО «ССК» произведены оплата расходов, связанных с погребением и транспортировкой погибшего ФИО3, выплата материальной помощи в размере <данные изъяты>, выплата единовременной компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> второй сестре погибшего.

Размер компенсации истцу морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и <данные изъяты> его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Судом установлено, что истец является близким родственником погибшего, старшей сестрой, проживая в одном районе, фактически одной семьей, утрата последнего повлекла для истца сильные душевные страдания, невосполнимую боль и страдания.

Судом не установлено, ответчиками не представлено суду сведений и доказательств о получении истцом ФИО2 (родственником погибшего) каких либо страховых, компенсационных и иных выплат (в том числе компенсации морального вреда) от страховых организаций и самих ответчиков в связи с гибелью на производстве сотрудника ФИО3

В силу абз.2 п. 3 ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Судом учитывается и поведение ответчика АО «ССК», оказавшего семье истца после произошедшего несчастного случая материальную помощь и принявшего на себя оплату расходов, связанных с погребением и транспортировкой погибшего ФИО3

Суд также учитывает степень ответственности по возмещению морального вреда близкому родственнику в зависимости от степени ответственности каждого, роли в произошедшем несчастном случае и имеющихся правоотношений между ответчиками и погибшим, в частности, принимает во внимание, что АО «ССК» является непосредственным работодателем погибшего при исполнении им своих трудовых обязанностей.

Доводы ответчиков, изложенных в возражениях на иск, суд находит несостоятельными, поскольку в гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (п. 1 ст. 150 ГК РФ). К мерам по защите указанных благ относится также содержащееся в абзаце втором ст. 1100 ГК РФ положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда.

В связи с этим, суд считает, что имеются все предусмотренные законом основания для взыскания компенсации морального вреда, размер которого с учетом характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий как родной сестре погибшего, индивидуальными особенностями её личности, с учетом всех конкретных обстоятельств причинения вреда, обстоятельств дела, с учетом требований разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, суд определяет в сумме 2000000 рублей с АО «ССК», а также по 1000000 рублей с АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» и АО «Научно-исследовательский и проектный центр газонефтяных технологий», что, по мнению суда, отвечает требованиям разумности и справедливости.

По требованиям ст. 98 ГПК РФ, стороне в пользу, которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально удовлетворенным требованиям.

Согласно ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст.103 ГПК РФ суд взыскивает с ответчиков госпошлину в доход государства в размерах: с Акционерного общества «Сибирская Сервисная компания» - 3000 рублей, с Акционерного общества «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» - 3000 рублей, с Акционерного общества «Научно-исследовательский и проектный центр газонефтяных технологий» - 3000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Хазеевой СО к Акционерному обществу «Сибирская Сервисная Компания», АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз», АО «Научно-исследовательский и проектный центр газонефтяных технологий» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Сибирская Сервисная Компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу Хазеевой СО (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 2000000 рублей.

Взыскать с АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу Хазеевой СО (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

Взыскать с АО «Научно-исследовательский и проектный центр газонефтяных технологий» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу Хазеевой СО (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Сибирская Сервисная Компания», Акционерного общества «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз», Акционерного общества «Научно-исследовательский и проектный центр газонефтяных технологий» в доход государства госпошлину в размере по 3000 рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения через Туймазинский межрайонный суд Республики Башкортостан.

Судья Назарова И.В.

Решение в окончательной форме изготовлено 30.07.2025.