Дело № 2-2-84/2023 УИД 51RS0008-02-2023-000067-07
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
02 мая 2023 года г.Заозерск Мурманской области
Мотивированное решение
составлено 04 мая 2023 года
Кольский районный суд Мурманской области (постоянное судебное присутствие в закрытом административно-территориальном образовании город Заозерск Мурманской области) в составе: председательствующего судьи Новокщёновой Н.Г., при секретаре Кулаксизовой А.Н., с участием старшего помощника прокурора Кольского района Мурманской области Мазнева Д.В., истца ФИО9, представителяистца –адвоката Петровского И.Л., действующего на основании доверенности, представителей ответчика АО «Центр Судоремонта «Звездочка» ФИО10 и ФИО11, действующих на основании доверенностей, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО9 ответчику АО «Центр Судоремонта «Звездочка» (филиал «Судоремонтный завод «Нерпа») о взыскании компенсации морального вреда, причиненного производственной травмой,
установил:
истец ФИО9 обратился с иском к ответчику АО «Центр Судоремонта «Звездочка» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного производственной травмой. В обоснование исковых требований истец указал, что работает у ответчика по трудовому договору <***>. ДАТА при исполнении своих трудовых обязанностей он получил травму, вследствие которой ему была проведена <***>. В результате травмы он с ДАТА по ДАТА находился на стационарном лечении, а затем с ДАТА по ДАТА был временно нетрудоспособен. Вина работодателя подтверждена в ходе расследования и связана с нарушением работодателем и его должностными лицами организации труда. Ссылаясь на нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 151, 1064, 1101), на нормы Трудового кодекса Российской Федерации (статьи 21, 212, 220, 237), указывая на причиненные ему физические страдания, нарушенный привычный уклад жизни, истец просит взыскать с ответчика в качестве компенсации морального вреда 600 000 руб.
В судебном заседании истец и его представитель поддержали исковые требования, просили удовлетворить. Из пояснений истца в судебном заседании следует, что физические страдания он испытал не только непосредственно в момент причинения травмы и в период лечения, но и продолжает испытывать боль в настоящее время, по рекомендациям врачей принимает болеутоляющие препараты. По причине <***> ему сложно в полной мере владеть <***>, сложности возникают как в быту, так и на работе. Работа истца связана с физическим трудом, при этом отсутствие <***> и физическая боль при манипуляциях <***> требуют особых усилий и напряжения. Кроме того, истец испытывает стеснение от осознания, что ему причинено увечье, являющееся неизгладимым. По мнению истца и его представителя, ответчик не только безразлично отнесся к произошедшему с истцом несчастному случаю, но и стал допускать по отношению к истцу дискриминацию, которая выразилась в том, что мастер цеха перестал ставить истца в график работы в выходные дни, что ранее давало истцу дополнительный заработок, т.к. работа в выходные дня оплачивается в повышенном размере.
Представители ответчика в судебном заседании не оспаривали факта нечастного случая, вины предприятия в несчастном случае, который явился следствием нарушений требований организации работы по охране труда, контроля со стороны мастера цеха и старшего строителя кораблей, характера травмы, полученной истцом при выполнении своих должностных обязанностей, а также не оспаривали свою обязанность по выплате компенсации морального вреда истцу. Однако сумма компенсации, по мнению представителей ответчика, является завышенной. Ссылаясь на нормы коллективного договораАО «Центр Судоремонта «Звездочка» представители ответчика полагали, что бесспорной является компенсация морального вреда, подлежащая выплате истцу в размере 69 540 руб. с учетом утраты 10 % трудоспособности, но ответчик готов выплатить компенсацию морального вреда в размере 169 540 руб. Из пояснений следует, что в конце ДАТА предприятие предлагало истцу представить медицинские документы для получения компенсации морального вреда в указанном размере согласно коллективному договору, однако истец не откликнулся.Компенсация предусмотрена в коллективном договоре АО «Центр Судоремонта «Звездочка», в то время как в коллективном договоре филиала «Судоремонтный завод «Нерпа», где трудоустроен истец, компенсация морального вреда не прописана.
Заслушав объяснения сторон, заключение прокурора,согласно которому иск подлежит удовлетворению, при этом сумма компенсации морального вреда подлежит определению судом в разумных пределах, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации и главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации («Обязательства вследствие причинения вреда» статьи 1064-1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Если действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, гражданину был причинен моральный вред (физические или нравственные страдания), то суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Закрепив в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, законодатель не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16 октября 2001г. № 252-О).
К нематериальным благам относится, в частности, здоровье гражданина (пункт 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина(пункт 1постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
На основании абзаца 1 пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающий ответственность за вред, причиненный гражданину, направлен на обеспечение полного возмещения вреда, причиненного личности гражданина (Определение от 27 октября 2015г. № 2525-О).
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Положение пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляет в рамках общих оснований ответственности за причинение вреда презумпцию вины причинителя вреда и возлагает на него бремя доказывания своей невиновности (Определения Конституционного Суда от 28 мая 2009г. № 581-О-О и от 27 октября 2015г. № 2525-О).
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации). Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений (часть 1). Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение (часть 2).
Как установлено судом,ФИО9 трудоустроен на основании трудового договора № от ДАТА в филиале «Судоремонтный завод «Нерпа» акционерного общества «Центр судоремонта «Звездочка» <***>, цех №. Договор заключен на неопределённый срок, срок действия трудового договора с ДАТА.
Согласно положениям Устава АО «ЦС «Звездочка» общество может создавать филиалы. Филиалы общества осуществляют свою деятельность от имени общества. Общество несет ответственность за деятельность своих филиалов. Филиалы не являются юридическими лицами. Филиал «Судоремонтный завод «Нерпа» создан в <адрес> Мурманской области (раздел 6 Устава).
Из акта №, утвержденного ДАТА, в цехе № филиала «Судоремонтный завод «Нерпа» ДАТА в 11.50 произошел несчастный случай, пострадавший – ФИО9, работающий <***>. Стаж работы пострадавшего на момент несчастного случая - <***>. Повторный инструктаж по охране труда был проведен с пострадавшим работником ДАТА, обучение проводилось с ДАТА по ДАТА.
Как указано в акте, при выполнении работ на пострадавшего воздействовал опасный производственный фактор – вероятность защемления <***> между элементами насоса. В указанном акте подробно отражены обстоятельства несчастного случая, в результате которого в ходе выполняемой ФИО9 работы по заданию мастера цеха № ФИО1, произошло защемление ФИО9 <***> между элементами насоса.
Согласно медицинскому заключению ФГБУЗ «ЦМСЧ №120» ФМБА результатом несчастного случая явилась <***> у ФИО9 Согласно Схеме определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве данное повреждение относится к категории легких.
В ходе расследования несчастного случая лицами, проводившими расследование, установлено, что работы проводились по сменно-суточному заданию и ПУЕ, в котором отсутствуют четкие и подробные указания о безопасных способах выполнения данного вида работ и требованиях безопасности. Выполняемый ФИО9 вид работы с применением ручной тали проводился без прохождения соответствующего обучения. Применение ручной тали в ПУЕ не определено.В районе производства этого вида работы отсутствует место, на котором крепление тали возможно с обеспечением требуемого уровня безопасности. Контроль за ходом работ со стороны мастера цеха № и старшего строителя корабля не осуществлялся.
Причинами несчастного случая в акте № указано на запуск мастером цеха № ФИО1 в производство работы при отсутствии четких, подробных указаний безопасных и безвредных способов её проведения; на отсутствие контроля со стороны мастера цеха № ФИО1 за соблюдением технологического процесса, выразившееся в использовании персоналом приспособления не указанного в технологии; на отсутствие контроля со стороны старшего строителя кораблей ФИО12 за безопасным ведением работ.
В ходе проведения расследования несчастного случая было отмечено на необходимость проведения мероприятий по устранению причин, способствующих наступлению несчастного случая: оформить приказ директора филиала по несчастному случаю с ФИО9 со сроком исполнения ДАТА; провести внеплановый инструктаж с работниками филиала (с записью в журнале инструктажей по безопасности труда) по произошедшему несчастному случаю со сроком исполнения ДАТА
При проведении расследования несчастного случая были опрошены потерпевший ФИО9 и очевидцы несчастного случая: ФИО3, ФИО4, ФИО5, чьи письменные объяснения прилагаются.
Из анализа содержания акта № суд приходит к выводу о том, что виновные действия ФИО9 в несчастном случае отсутствуют. При этом вина ответчика подтверждена, и самим ответчиком не оспаривается.
В судебном заседании исследованы доказательства, подтверждающие факт увечья ФИО9
Так, согласно карте вызова скорой медицинской помощи № от ДАТА в 11.49 принят вызов по адресу: Гаджиево, военный городок 10 пирс; больной – ФИО9; повод по вызову: несчастный случай <***>, место вызова: рабочее место; травму получил на рабочем месте при разборе насоса, упала железная деталь. Диагноз: частичная <***>. ФИО9 доставлен в больницу № МСЧ №120.
Согласно выписному эпикризу из медицинской карты стационарного больного № ФМБА ЦМСЧ №120 <адрес> у ФИО9 диагноз: <***>. Лист нетрудоспособности выдан с ДАТА по ДАТА
Из выводов заключения эксперта (экспертизы освидетельствуемого) №, проведенной на основании постановления от ДАТА УУП отделения полиции по обслуживанию <адрес> ОМВД России по ЗАТО <адрес>, следует, что в медицинском документе (карта вызова скорой медицинской помощи № от ДАТА, выписной эпикриз из медицинской карты стационарного больного №) указан некорректный диагноз. Имеющиеся у ФИО9 повреждения: рана и <***> оцениваются в совокупности по проценту стойкости утраты общей трудоспособности в 10% (значительная стойкая утрата общей трудоспособности менее чем на одну треть – стойкая утрата общей трудоспособности от 10 до 30 процентов включительно), п.7.2 приказа Министерства здравоохранения и социального развития 194н, п.100б (культя на уровне проксимального межфалангового сустава), согласно таблице процентов утраты общей трудоспособности (приложение к критериям приказа Министерства здравоохранения и социального развития 194н), квалифицируются как повреждения, причинившие средней тяжести вред здоровью человека.
Критерии оценки тяжести вреда здоровью для целей гражданско-правовой и уголовно-правовой ответственности различны. Это связано с тем, что для привлечения лица к уголовной ответственности достаточно установить нижнюю границу степени утраты трудоспособности (стойкая утрата общей трудоспособности свыше 10%), при которой вред здоровью признается средней тяжести для целей уголовного преследования, а для целей гражданско-правовой ответственности этого может быть не достаточно, так как такие критерии тяжести вреда здоровью хотя и подтверждают, что вред является средней тяжести, но не дают реального представления о действительной степени утраты трудоспособности в пределах от 10% до 30% такой утраты, что может иметь значение в зависимости от характера разрешаемого в гражданском деле спора. В настоящем гражданском деле на размер причитающейся истцу компенсации морального вреда влияет степень тяжести причиненного здоровью вреда.
Различие в критериях оценки тяжести вреда здоровью для целей гражданско-правовой и уголовно-правовой ответственности само по себе не дает оснований проигнорировать при рассмотрении настоящего дела выводы судебно-медицинского эксперта, сделанные в рамках проверки по сообщению о преступлении, о том, что при получении работником производственной травмы причинен вред здоровью средней тяжести.
Для определения степени тяжести вреда здоровью ФИО9 суд признает необходимым применение Приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», поскольку, как указано в пункте 2 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, медицинские критерии являются медицинской характеристикой квалифицирующих признаков, которые используются для определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, при производстве судебно-медицинской экспертизы в гражданском, административном и уголовном судопроизводстве на основании определения суда, постановления судьи, лица, производящего дознание, следователя. Такая экспертиза была проведена на основании постановления УУП отделения полиции по обслуживанию <адрес> ОМВД России по ЗАТО Александровск в рамках процессуальной проверки по сообщению о преступлении. Кроме того, суд отмечает, что согласно выводам судебно-медицинского эксперта в медицинских документах ФИО9 указан некорректный диагноз.
Учитывая, что ФИО9 в результате несчастного случая утратил орган – <***>, оставшаяся <***> не может полноценно компенсировать функции всего <***>, а утрата этого органа является невосполнимой, суд полагает, что повреждение здоровья истца возможно считать повреждением здоровья средней тяжести.
Произошедшее лишило ФИО9 возможности вести привычный для него образ жизни: в настоящее время он продолжает испытывать боль в месте утраченного органа, вынужден принимать обезболивающие препараты по рекомендациям врачей. Отсутствие <***> затрудняет выполнение любых физических действий (<***>), а также действий, связанных с мелкой моторикой, необходимых как в работе, так и в быту. Отсутствие <***> рукиявляется очевидным для окружающих, что причиняет истцу психологический дискомфорт, вызывает стеснение перед окружающими людьми, заставляет истца прятать пострадавшую руку от посторонних. Все эти обстоятельства являются для истца серьезной психотравмирующей ситуацией, причинившей и причиняющей по настоящее время нравственные и физические страдания.
Из исследованных в судебном заседании документов, представленных суду Фондом пенсионного и социального страхования Российской Федерации ФИО9 являлся нетрудоспособным с ДАТА по ДАТА
Для определенияразмера компенсации морального вреда, который являлся бы достаточным и в тоже время разумным, суд обращает внимание на материальное положение истца и исходит из его среднемесячного заработка, который составляет около 90 000 рублей.
Также суд обращает внимание на то, что предпринятые ответчиком меры по предотвращению в дальнейшем подобных несчастных случаев на производстве носят формальный характер. Так, согласно приказу от ДАТА № «О результатах расследования несчастного случая на производстве с работником ц.15 ФИО9»руководителям подразделений и цехов, в том числе и цеха №, приказано провести внеплановый инструктаж (с записью в журналах регистрации инструктажей) по несчастному случаю на производстве с ФИО9 в части проработки обстоятельств и причин несчастного случая. Срок выполнения приказа в этой части определен – ДАТА, т.е. на два дня ранее, чем издан указанный приказ. В судебное заседание доказательств проведения внепланового инструктажа ДАТА представители ответчика не представили. Поскольку дата издания приказа 9 декабря, а инструктаж по этому приказу необходимо провести 7 декабря, суд ставит под сомнение реальность его проведения.
В судебном заседании проверены доводы ФИО9 о том, что после случившегося несчастного случая на производстве, одним из виновников которого являлся мастер цеха № ФИО1, истцаперестали привлекать к добровольным работам в выходные дни, оплата работы в которые производится в повышенном размере. Судом установлено, что спискиработников для выхода на работу в связи с производственной необходимостью в выходные дни формирует мастер соответствующего цеха, т.е. мастер цеха № ФИО1
Из выписки из журнала посещения заказа видно, что с ДАТА по ДАТА в связи с производственной необходимостью в выходные дни ФИО9 не привлекался ни одного раза, в то время, как иные сотрудники цеха № выходили для работы в выходной день неоднократно – по два и по три выходных дня, например, ФИО6, ФИО7, ФИО8 работали в выходные дня ДАТА, ДАТА, ДАТА. Таким образом доводы ФИО9 о том, что в отношении него работодатель стал допускать дискриминацию в связи с полученной им травмой и его обращением с иском в суд, нашли своё подтверждение в судебном заседании.
Кроме того, суд отмечает, что коллективным договором АО «ЦС «Звездочка»(Приложение № 4 к коллективному договору) предусмотрена выплата компенсации морального вреда работникам, получившим травму на производстве, размер такой компенсации определяется предусмотренным коллективным договором расчетом по утвержденной формуле. Производится выплата компенсации морального вреда по заявлению работника. Согласно указанной в приложении №4 к коллективному договору формуле бесспорный размер компенсации морального вреда, причитающейся выплате ФИО9 по его заявлениюс учетом 10% утраты трудоспособности, составляет 69 540 руб.
Из пояснений представителей ответчика следует, что у филиала СРЗ «Нерпа», где работает ФИО9, также имеется коллективный договор, однако в коллективном договоре филиала условие о выплате компенсации морального вреда не предусмотрено. Из пояснений истца следует, что ему о возможности получить компенсацию морального вреда на основании его заявления по коллективному договору небыло известно. Лишь после предъявления иска в суд работодатель стал предпринимать меры по урегулированию спорной ситуации и изъявил желание произвести выплату компенсации, что подтверждается письмами работодателя от ДАТА, ДАТА Более ранние письма отсутствуют.
Таким образом, суд соглашается с позицией истца о том, что ответчик после произошедшего несчастного случая, и получения ФИО9 травмы, повел себя безразлично и мер для заглаживания своей вины перед работником не предпринял, самоустранившись даже от разъяснения ФИО9 его прав на обращение с заявлением о выплате компенсации морального вреда.
Для определения размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, суд руководствуется положениями статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, которой установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен, моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Из анализа положений статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Оценка разумности и справедливости размера компенсации морального вреда относится к компетенции суда.
Как отмечается в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101Гражданского кодекса Российской Федерации).В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Таким образом, данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы закона, с учетом степени вины ответчика и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.
Принимая во внимание все вышеуказанные обстоятельства дела - продолжительный период работы истца на предприятии ответчика до получения травмы;характер и глубину нравственных страданий и переживаний истца, находившегося в течение месяца на стационарном и амбулаторном лечении;характер причиненной травмы – утрата органа, не подлежащего восстановлению; постоянно и длительное время испытываемую истцом боль;затруднения при работе и в быту в связи с отсутствием <***>; выводы судебно-медицинского эксперта о наличии у ФИО9 вреда здоровью средней тяжести вследствие полученной травмы с утратой трудоспособности в 10 %; физические страдания как непосредственно в момент травмирования, так и в последующем; индивидуальные особенности истца; уровень его ежемесячного дохода; нарушение права истца на безопасный труд и здоровье;характер и степень вины работодателя, которым не обеспечена надлежащим образом безопасность трудового процесса, не соблюдены требования охраны труда, отсутствие контроля за соблюдением работником требований охраны труда; отсутствие вины истца в несчастном случае; поведение работодателя после несчастного случая, выраженное в допущении дискриминации истца при распределении в случае производственной необходимости работы в выходные дни, несообщении ему о его правах на компенсацию морального вреда по коллективному договору, в формальном подходек устранению причин несчастного случая, очевидной недостаточности предпринятых мер для последующего обеспечения безопасности трудового процесса, суд находит разумным и необходимым взыскание в пользу истца компенсации морального вреда в размере 400 000 руб.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковыетребования ФИО9 к ответчику АО «Центр Судоремонта «Звездочка» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного производственной травмой, - удовлетворить.
Взыскать с ответчика АО «Центр Судоремонта «Звездочка» в пользу ФИО9 компенсацию морального вреда, причиненного производственной травмой, в размере 400 000 рублей.
Взыскать с ответчика АО «Центр Судоремонта «Звездочка» государственную пошлину в размере 300 руб. в доход бюджета муниципального образования ЗАТО г. Заозерск Мурманской области.
Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кольский районный суд Мурманской области (постоянное судебное присутствие в закрытом административно-территориальном образовании город Заозерск Мурманской области) в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Н.Г.Новокщёнова