Судья ФИО1 Дело №22-1711/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Иваново 22 сентября 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Ивановского областного суда

в составе:

председательствующего Герасимовой С.Е.,

судей Селезневой О.Н. и Сафронова В.А.,

при секретарях Байрамовой Ф.М., Микушовой А.В.,

с участием:

прокурора Краснова С.В.,

осужденного ФИО1,

защитника-адвоката Котковой А.Ю.,

потерпевшего ФИО2,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы потерпевшего ФИО2, защитника-адвоката Котковой А.Ю. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Фрунзенского районного суда г. Иваново от 27 апреля 2023 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>

осужден по ч. 3 ст. 159 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года, с применением ст. 73 УК РФ, условно, с испытательным сроком 3 года, с возложением обязанностей являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, один раз в месяц, не менять в течение испытательного срока места жительства без уведомления этого органа.

Приговором также решены вопросы о дальнейшей судьбе вещественных доказательств.

Также приговором частично удовлетворены исковые требования потерпевшего ФИО2, с ФИО1 в счет компенсации материального ущерба взыскано <данные изъяты>.

Заслушав доклад судьи Сафронова В.А., выступления осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Котковой А.Ю., поддержавших доводы жалобы адвоката и возражавших против удовлетворения доводов жалобы потерпевшего ФИО2, мнение прокурора Краснова С.В., полагавшего приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитника и потерпевшего без удовлетворения, потерпевшего ФИО2 полагавшего приговор в части наказания оставить без изменения, изменив его в части рассмотрения гражданского иска, который подлежит удовлетворению в полном объеме, судебная коллегия

установил а:

ФИО1 признан виновным в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием в крупном размере.

Преступление было совершено в период с 9 сентября 2019 года по 5 октября 2019 года в г. Иваново при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в инкриминируемом ему преступлении не признал.

В апелляционной жалобе сторона защиты выражают несогласие с приговором ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела и существенного нарушения уголовно-процессуального закона.

Так, о передачи денег от ФИО2 ФИО2 ФИО1 не договаривался. ФИО2 по собственной инициативе оставил конверт в кабинете ФИО1, попросив последнего передать его отцу – ФИО3, в случае, если что-нибудь случится, что ФИО1 и сделал 11 октября 2019 года. О содержимом конверта ФИО1 не знал, поскольку тот был не прозрачным, а фразы «забрал что смог» при передаче конверта отцу потерпевшего, не произносил, равно как и фразу «утром деньги, вечером стулья» при общении с потерпевшим 3 и 4 октября 2019 года. Таким образом, наличие в конверте суммы денег, известно лишь со слов потерпевшего и его отца. Доводы подсудимого о свободном доступе в его кабинет не опровергнуты и подтверждаются показаниями свидетелей ФИО4 и ФИО5

По мнению защиты в материалах дела отсутствуют документальные подтверждения получения ФИО2 займа в сумме <данные изъяты>, а также документов подтверждающих факт погашения кредита. Смс – сообщение о получении ФИО2 <данные изъяты> не может заменить собой надлежаще оформленные документы.

Судом не дана оценка доводам стороны защиты о возбуждении в отношении ФИО2 уголовного дела, связанного с присвоением им денежных средств в сумме <данные изъяты>, что негативно характеризуют последнего и свидетельствуют о наличии у него проблем материального характера, которые по времени совпадают с обращением ФИО2 за займом.

Все телефонные переговоры между ФИО1 ФИО2 происходили по инициативе последнего, являются провокацией и не подтверждают предъявленное ФИО1 обвинение. Ни в одном из разговоров ФИО1 не сообщал о необходимости передачи ему денежных средств для последующей передачи кому-либо. Напротив, свидетель ФИО6 подтвердил, что настойчивость и навязчивость в телефонных звонках ФИО2 были похожи на провокацию.

Вывод суда о наличии между ФИО1 и ФИО2 доверительных отношений, не соответствует исследованным в суде доказательствам, поскольку ФИО1 с потерпевшим не общался на протяжении 20 лет и не знал его телефона, а утверждения суда о том, что ФИО1 сообщал потерпевшему информацию не соответствующую действительности, не конкретизированы и не подтверждаются доказательствами. Вывод суда о желании ФИО1 создать видимость оказания ФИО2 необходимой помощи, не обоснован и опровергается стенограммами телефонных переговоров из которых следует, что ФИО1 всячески избегает общения с ФИО2, пытается избавиться от навязчивых звонков формальными обещаниями, а также заключением специалиста-лингвиста, которое необоснованно, по мнению защиты, не было принято судом. Защита полагает, что заключение специалиста-лингвиста произведено надлежащим лицом, имеющим соответствующие сертификаты соответствия и на законных основаниях. Вывод суда об отсутствии юридической силы указанного заключения лингвиста не соответствует требованиям закона.

Кроме того, довод защиты о провокационных действиях семьи ФИО2 в отношении ФИО1 свидетельствует и тот факт, что об отсутствии части денег в конверте ФИО3 сообщил ФИО1 лишь по истечении девяти месяцев после возвращения конверта с содержимым, при их разговоре 6 июля 2020 года, состоявшимся при сопровождении оперативных служб, в ходе которого ФИО3 провокационно выстраивал вопросы с целью получения нужных ответов от ФИО1

Указывает, что действия отца потерпевшего направлены исключительно в его интересах, поскольку 30 апреля 2020 года ФИО2 дал показания в рамках досудебного соглашения о сотрудничестве о передаче им взятки сотруднику УФСБ через посредника – ФИО1

Полагает, что все сомнения должны трактоваться в пользу ФИО1, приговор Фрунзенского районного суда г. Иваново от 27 апреля 2023 года подлежит отмене, а уголовное дело прекращению в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления.

В апелляционной жалобе потерпевший ФИО2 просит приговор Фрунзенского районного суда г. Иваново от 27 апреля 2023 года изменить в части рассмотрения его исковых требований. Выражает несогласие с отказом суда о взыскании с ФИО1 <данные изъяты> стоимости страховки при получении займа, а также морального вреда, полагая, что общую сумму необходимо взыскать с осужденного учетом ставки рефинансирования. Кроме того, в апелляционной жалобе, в подтверждение причинения ему морального вреда указывает, что следственные действия проводились на протяжении длительного времени, он чувствовал недоверие со стороны следователя, на протяжении судебного разбирательства он содержался в следственном изоляторе, выслушивал ложь, унижение и домыслы со стороны ФИО1 и его адвоката. ФИО1 играл на его нервах и психологическом состоянии. Зная о его тяжелом материальном положении, ФИО1 не мешало вернуть только часть денег. Его жена осталась одна, без денег. Ей приходилось работать на двух работах, жертвуя воспитанием детей. Его отец пытался вернуть деньги, но алчность ФИО1 не знала понимания и сострадания. Поведение ФИО1 убило в нем доверие к людям.

Полагает, что приговор Фрунзенского районного суда г. Иваново от 27 августа 2023 года необходимо изменить, исковые требования ФИО2 удовлетворить в полном объеме.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника – адвоката Котковой А.Ю. потерпевший ФИО2 считает доводы защиты несостоятельными и не подлежащими удовлетворению.

Рассмотрев материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, заслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вывод суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, является правильным, соответствующим фактическим обстоятельствам дела и основанным на совокупности доказательств, исследованных судом первой инстанции и приведенных в приговоре.

Приговор основан на доказательствах, полученных с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, и постановлен в соответствии с требованиями закона.

Сомневаться в объективности положенных в основу приговора доказательств оснований не имеется, поскольку каждое из них согласуется и подтверждается совокупностью других доказательств, а также получено с соблюдением требований закона.

Доводы стороны защиты о невиновности ФИО1 в инкриминированном деянии судом первой инстанции обоснованно признаны несостоятельными, поскольку опровергаются исследованными доказательствами.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя по предъявленному обвинению не признал, показал, что денежные средства в размере <данные изъяты> от ФИО2 не получал, а встретился с ним в начале сентября 2019 года по его же просьбе. При встрече, ФИО2 рассказал ему о том, что у него проблемы с девушкой. Он посоветовал ему всё решить мирным путем, помирившись с ней. ФИО2 настаивал на том, что ему необходима его помощь, в том числе и от сотрудников правоохранительных органов, с которыми он просил организовать встречу. Сообщив ФИО2 о невозможности исполнить его просьбу, а именно как то повлиять на его проблему, последний многократно звонил ему, пришел 5 октября 2019 года к нему на работу в спортшколу и оставил не прозрачный конверт на столе у другого тренера, пояснив, что это на какие-то расходы или для передачи его отцу. Содержимое конверта он не проверял и оставил его на месте, где он оставался до 10 октября 2019 года. В этот день ему позвонил отец ФИО2 и попросил отдать конверт, что он и сделал при их встрече. От отца ФИО2 он узнал, что последний арестован и он решил прекратить общение с данной семьей. В июне 2020 года отец ФИО2 позвонил ему и потребовал встречи. Он отказался, однако ФИО3 подкараулил его у магазина и стал расспрашивать о недостающей сумме в размере <данные изъяты>, которая была в возвращенном им конверте, пояснив, что было возвращено только <данные изъяты>. Просил вернуть недостающие деньги. Он пояснил ФИО3, что вернул конверт в том виде, в котором ему его отдал его сын. Одновременно ФИО1 показал, что о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 узнал только от его отца в октябре 2019 года. О том, что в оставленном ФИО2 конверте находятся деньги, он также не знал. Умысла на завладение чужим имуществом у него не было. В разговорах с ФИО2 денег от него не просил и не требовал.

Несмотря на занятую осужденным позицию защиты, его вина в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, полностью подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами.

Выводы суда о виновности ФИО1 основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, анализ и правовая оценка которых приведены в приговоре, в том числе:

- показаниях потерпевшего ФИО2, согласно которым весной 2019 года в отношении него было возбуждено уголовно дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 135 УК РФ. Желая избежать ответственности, он обращался за помощью к своим знакомым, в том числе к тренеру по карате ФИО1, который тренировал сотрудников правоохранительных органов и имел обширные связи. После встречи с ФИО1 последний обещал узнать чем он сможет помочь. В дальнейшем он попросил ФИО1 обратиться к сотруднику ФСБ ФИО6, что тот и сделал, однако каких-либо изменений в его ситуации не происходило. Он сам решил встретиться со ФИО6 и на встрече последний расспросил его о результатах расследования и оперативном сопровождении дела. ФИО6 обещал что-нибудь сделать. После этой встречи ФИО1 попросил его подъехать и при встрече сообщил, что ФИО6 готов помочь и просит за это <данные изъяты>. Он ответил ФИО1, что данная сумма его устраивает. Через несколько дней он перезвонил ФИО1 и спросил решается ли его вопрос, на что ФИО1 дал ему понять, что сначала ему необходимо отдать деньги. Поскольку наличных денежных средств у него не было, 4 октября 2019 года он сразу взял кредит в организации <данные изъяты> в размере <данные изъяты>, заплатив еще страховой сбор в размере <данные изъяты>. На следующий день он принес деньги ФИО1 на работу, положил перед ним в прозрачном файле, однако он сказал переложить их на соседний стол. ФИО1 сказал, что передаст деньги ФИО7 и тот все решит. Однако время шло, его проблема не решалась и он, заподозрив обман рассказал обо всем отцу и попросил его в случае задержания, забрать у ФИО1 деньги;

- показаниях свидетелей ФИО8 и ФИО9 к которым обращался ФИО2 и, сообщив о возбуждении в отношении него уголовного дела, просил решить эту проблему, но получив отказ, спрашивал телефоны лиц, способных ему помочь, в том числе ФИО1 и ФИО6;

- показаниях свидетеля ФИО6, который показал, что никаких договорённостей о получении денежныых средств с ФИО2 между ним и ФИО1 не было и последний ему ничего не передавал;

- показаниях свидетеля ФИО3, из которых следует, что в отношении его сына было возбуждено уголовное дело. В октябре 2019 года от сына он узнал, что его могут задержать, но он заплатил нужным людям <данные изъяты> и надеется, что этого не случится, однако на всякий случай оставил номер телефона ФИО1 После задержания, сын попросил его забрать у ФИО1 деньги и сообщил, что его обманули. Спустя некоторое время супруга его сына рассказала ему, что обнаружила документы на получение ФИО2 кредита на <данные изъяты>. 10 октября 2019 года он встретился с ФИО1 и тот отдал ему конверт с деньгами, сказав, что здесь <данные изъяты> и это всё что удалось вырвать. Спустя некоторое время он пытался обговорить с ФИО1 возврат оставшейся суммы, однако он избегал разговоров. При встрече в июле 2020 года на улице он спросил у ФИО1 о возврате недостающей суммы денег, однако разговор ни к чему не привел.

- показаниях свидетелей ФИО10, ФИО4, ФИО11, ФИО5 и ФИО12, коллег ФИО1 по спортивной школе согласно которым кабинет последнего запирается и свободного доступа не имеет. О пропаже крупной суммы денег ФИО1 не сообщал.

У суда первой инстанции не было оснований ставить под сомнение достоверность фактов, сообщенных указанными свидетелями и потерпевшим, в связи с чем обосновано положил в основу осуждения подсудимого приведенные показания.

Данных о какой-либо их заинтересованности при даче ими показаний в отношении ФИО1 и причин для оговора виновного судом не установлено, их показания, вопреки доводам жалоб, не являются противоречивыми, согласуются между собой, соответствуют обстоятельствам, сведения о которых содержатся в других собранных по делу доказательствах. Потерпевший последовательно сообщал об обстоятельствах получения ФИО1 денежных средств в размере <данные изъяты>. Суд обосновано указанные показания признал допустимыми доказательствами, поскольку они были получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, и положил их в основу обвинительного приговора.

Кроме того, судом исследовались протокол осмотра места происшествия – кабинета ФИО1, в котором ФИО2 передавал ему деньги, протоколы осмотра предметов, в том числе планшета ФИО2 содержащего смс переписку последнего с ФИО9, ФИО1 и ФИО6, а также сведения о зачислении ФИО2 денежных средств в размере <данные изъяты> из организации <данные изъяты> стенограммы разговоров ФИО2 со свидетелями и ФИО1

Суд в приговоре привел и другие доказательства виновности ФИО1

Довод стороны защиты о том, что ФИО1 узнал о возбужденном в отношении ФИО2 уголовном деле в октябре 2019 года от отца последнего, а также отсутствия у ФИО1 корыстного умысла и требований с его стороны денежных средств, опровергается, в том числе, исследованным судом первой инстанции протоколом осмотра предметов, а именно компакт-диска с аудиозаписями телефонных переговоров, в ходе которых уже 9 сентября 2019 года ФИО2 сообщил ФИО1 о возбуждении в отношении него уголовного дела Следственным комитетом, а 25 сентября 2019 года, обсуждая влиятельность сотрудника ФСБ ФИО6 ФИО1 сообщает ФИО2, что просто так к ФИО6 не подойдешь, на что ФИО2 отвечает ФИО1, что «он не просто так», «он готов». (т. 3 л.д. 80-95)

Суд проверил версию осужденного об отсутствии корыстного мотива и умысла на хищение имущества потерпевшего, и нашел ее несостоятельной, оценив показания осужденного критически, как стремление смягчить ответственность за содеянное. Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции.

Довод осужденного о том, что материалами дела не подтверждено наличие у ФИО2 денежных средств в размере <данные изъяты>, опровергаются протоколом осмотра планшета ФИО2, где в переписке с организацией <данные изъяты> имеется сообщение об отправлении ему перевода в сумме <данные изъяты>, протоколом выемки у свидетеля ФИО3 договора займа на сумму <данные изъяты> и сопутствующих документов, подтверждающих получение ФИО2 указанной суммы. (т. 2 л.д. 29-46)

Следует отметить, что указанный займ был оформлен ФИО2 после разговора с ФИО1, состоявшимся 25 сентября 2019 года, в котором последний акцентировал внимание ФИО2 о том, что просто так к ФИО6 не подойдешь.

Судом первой инстанции правильно установлено, что передача денежных средств ФИО1 была осуществлена ФИО2 на следующий день после получения им займа, т.е. 5 октября 2019 года, по месту работы ФИО1

Доводы защиты об отсутствии у ФИО1 осведомленности о содержимом пакета, оставленного ему ФИО2 5 октября 2019 года опровергаются, в том числе, показаниями самого ФИО1, данными им в ходе осмотра места происшествия 20 августа 2020 года, согласно которым на вопрос к ФИО2 о содержимом пакета, он ответил, что это деньги на расходы или передадите отцу. То есть сам ФИО1, в присутствии защитника сообщил о передаче ему именно денежных средств. (т. 1 л.д. 191-200)

Вопреки доводам защиты судом обоснованно не принято во внимание лингвистическое заключение, проведенное по инициативе защитника, как не соответствующее требованиям закона и не имеющее юридической силы с приведением соответствующих мотивов, с которыми судебная коллегия соглашается.

Возбуждение в отношении ФИО2 уголовного дела по ч. 1 ст. 165 УК РФ, вопреки доводам защиты, не свидетельствует о невозможности получения ФИО2 заемных денежных средств для передачи ФИО1 и не свидетельствует о непричастности последнего в получении денежных средств от потерпевшего.

Доводы осужденного ФИО1 и стороны защиты о провокационных действиях ФИО2 и его отца, об отсутствии у него умысла на получение денежных средств от потерпевшего, а соответственно о непричастности к совершению инкриминируемого преступления, аналогичные изложенным в жалобах, тщательно проверялись судом первой инстанции и обоснованно признаны не достоверными, поскольку вина осужденного в совершении вышеуказанного преступления бесспорно доказана совокупностью приведенных в приговоре доказательств.

Необходимо отметить, что оперативно-розыскные мероприятия проведены в строгом соответствии с законом. Каких-либо провокационных действий со стороны сотрудников правоохранительных органов не установлено, поскольку они действовали в строгом соответствии с требованиями ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», одной из задач которого является выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, а также выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших; при проведении оперативно-розыскных мероприятий каких-либо нарушений Федерального Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» допущено не было.

Органами следствия при производстве предварительного расследования нарушений закона, влекущих отмену или изменения приговора или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, допущено не было, дело расследовано объективно в соответствии с законом.

Все ходатайства по делу судом первой инстанции разрешены после их тщательного обсуждения с участниками процесса, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и принципами состязательности сторон.

Доказательства по делу суд первой инстанции оценил в соответствии с требованиями ст.ст. 17,88 УПК РФ, каждое доказательство с точки зрения допустимости и достоверности, а все имеющиеся доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела, поэтому правильность оценки доказательств по делу сомнений не вызывает.

Суд первой инстанции правильно квалифицировал действия ФИО1 как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием в крупном размере – по ч. 3 ст. 159 УК РФ, приняв во внимание, что умысел ФИО1 был направлен на завладение <данные изъяты>, путем сообщения потерпевшему информации не соответствующей действительности, а также злоупотребляя доверием потерпевшего и используя доверительные отношения, возникшие в связи с тем, что ранее он был его учеником, ФИО1 фактически принял на себя обязательства по передаче указанных денежных средств людям, способным решить проблемы ФИО2, не имея намерения в действительности их исполнять.

Доводы апелляционной жалобы осужденного об отсутствии умысла на совершение вышеуказанного преступления, судебная коллегия не может признать обоснованными, поскольку данные доводы были тщательно проверены судом первой инстанции, и суд, основываясь на совокупности собранных по делу доказательств, пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления.

Доводы апелляционной жалобы о невиновности ФИО1 в инкриминированном деянии аналогичны тем, что были приведены подсудимым и его защитником в качестве аргументов защиты от предъявленного обвинения в ходе судебного разбирательства по уголовному делу в суде первой инстанции и по существу направлены на переоценку исследованных судом доказательств, которые были проверены с достаточной полнотой и объективностью, на основе состязательности сторон и равенства их процессуальных прав, и признаны несостоятельными, с чем суд апелляционной инстанции соглашается, не находя оснований согласиться с предложенной осужденным оценкой доказательств.

Иные доводы защитника, приведенные в жалобе, в обоснование незаконности постановленного приговора, являются производными и вытекающими от рассмотренных выше, вследствие чего не могут являться основаниями к его отмене или изменению.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6,60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, конкретных обстоятельств дела и данных о его личности, а также влияния назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Суд правильно указал в приговоре, что обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, являются: активное способствование расследованию преступления, частичное возмещение имущественного ущерба, наличие заболеваний, всевозможных наград, его возраст и уход за близкими, имеющими хронические заболевания.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Также судом верно принято во внимание, что ФИО1 ранее не судим, имеет постоянное место жительства, осуществляет трудовую деятельность, характеризуется положительно, имеет благодарности, грамоты, ведомственные медали.

Оснований полагать, что указанные обстоятельства учтены судом первой инстанции не в полной мере, не имеется, т.к. назначенное наказание максимальным не является, его вид и применение ст. 73 УК РФ мотивированы.

Учитывая конкретные обстоятельства содеянного, тяжесть совершенного преступления, суд пришел к правильному выводу о назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы, при этом исследованные обстоятельства, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, обоснованно позволили суду прийти к выводу о возможности его исправления без изоляции от общества и применении положений ст. 73 УК РФ.

Как и суд первой инстанции, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для изменения категории совершенного ФИО1 преступления на менее тяжкую на основании ч. 6 ст. 15 УК РФ.

При таких обстоятельствах осуждённому назначено справедливое наказание, поскольку оно соразмерно содеянному и данным о его личности, назначено с учетом всех конкретных обстоятельств дела, определено с учетом целей наказания, установленных ч. 2 ст. 43 УК РФ, в пределах, установленных уголовным законом.

Анализируя доводы апелляционной жалобы потерпевшего, коллегия приходит к следующим выводам.

Вопреки доводам апелляционной жалобы потерпевшего, решение по гражданскому иску принято судом в соответствии с нормами уголовно-процессуального и гражданского права, решение суда в этой части мотивировано.

Судом правильно отказано во взыскании с ФИО1 суммы в <данные изъяты> страховой премии, поскольку оплата страховки при получении займа выходит за рамки предъявленного ФИО1 преступления и не находится в прямой причинно-следственной связи с преступными действиями подсудимого.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 о пересчете взысканной с ФИО1 суммы с учетом ставки рефинансирования удовлетворению не подлежат, поскольку в соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 23 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 17 от 29 июня 2010 года «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», заявление гражданского истца об индексации рассматривается судом в порядке гражданского судопроизводства.

Вопреки доводам апелляционной жалобы потерпевшего ФИО2, судом сделан правильный вывод об отказе в удовлетворении его исковых требований в части компенсации морального вреда, поскольку последним в этой части не приведено никаких доводов. В соответствии с требованиями закона, гражданский истец должен обосновать перед судом свои требования о размере компенсации причиненного преступлением морального вреда.

Утверждения ФИО2 о лишении его возможности обосновать гражданский иск в судебном заседании не соответствует действительности. Судом первой инстанции подробно разъяснялись ФИО2 права гражданского истца, в том числе право выступать в обоснование гражданского иска. Таким правом ФИО2 не воспользовался, доводов в подтверждение причиненного морального вреда суду первой инстанции не привёл, не приведено им таковых и в суде апелляционной инстанции.

Оснований для отмены приговора в части разрешения гражданского иска не имеется.

По изложенным основаниям апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Нарушений норм процессуального или материального права, влекущих в соответствии со ст. 389.15 УПК РФ отмену или изменение приговора, по делу судом апелляционной инстанции не усматривается.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определил а:

приговор Фрунзенского районного суда г. Иваново от 27 апреля 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы защитника - адвоката Котковой А.Ю. и потерпевшего ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента оглашения и может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу.

В случае подачи кассационной жалобы или кассационного представления, осужденный вправе ходатайствовать об обеспечении участия в их рассмотрении судом кассационной инстанции и об участии адвоката.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования, может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном ч.5 ст.401.3 УПК РФ. В случае пропуска срока, установленного ч.4 ст.401.3 УПК РФ, или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор подается непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст.401.10-401.12 УПК РФ.

Председательствующий С.Е. Герасимова

Судьи О.Н. Селезнева

В.А. Сафронов