дело № 2а-1226/2022 ***

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 августа 2022 года город Кола, Мурманской области

Кольский районный суд Мурманской области в составе председательствующего судьи Н.Д. Кочешевой,

при секретаре Васьковой А.В.,

с участием административного истца ФИО2,

представителя административных соответчиков по доверенностям ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием видеоконференц-связи административное дело по административному исковому заявлению ФИО2 к ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области и ФСИН России о признании незаконными условий содержания, присуждении компенсации в порядке ст. 227.1 КАС РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с указанным административным иском, в обоснование заявленных требований указал, что в настоящее время отбывает наказание в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области. Ранее, отбывая наказание в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области в *** гг, не был обеспечен надлежащими условиями содержания, поскольку как в карантинном отделении, так и в помещениях отряда № и ШИЗО, отсутствовала горячая вода, надлежащее и достаточное освещение, приточно-вытяжная вентиляция. Кроме того, отбывая наказание в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области в *** он также не был обеспечен надлежащими условиями содержания, поскольку как в помещениях отряда № и ШИЗО, так и в отряде строгих условий содержания, отсутствовала горячая вода, надлежащее и достаточное освещение, приточно-вытяжная вентиляция. Кроме того, помещение в отряде СУОН была нарушена норма жилой площади. Просил суд признать незаконными условия содержания и взыскать с административного ответчика в его пользу компенсацию в размере 200 000 рублей. Указал также ходатайство о восстановлении процессуального срока обращения в суд в отношении заявленных требований.

Определением от *** к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены УФСИН России по Мурманской области и ФСИН России.

В судебном заседании административный истец требования иска поддержал в полном объёме, полагал, что допущенные административным ответчиком нарушения условий его содержания являются основанием для взыскания компенсации. Указал, что к нему не приезжала общественная наблюдательная комиссия, он не имел возможности узнать о том, что его права нарушаются, просил восстановить срок для обращения с данным иском в суд, поскольку о такой возможности ему стало известно лишь в *** года.

Представитель административных соответчиков УФСИН России по Мурманской области и ФСИН России ФИО3 требования не признала, указав, что ФИО2, отбывая наказание в виде лишения свободы, полагая, что его права нарушаются, имел возможность обратиться к правозащитникам, членам общественной наблюдательной комиссии ознакомиться не только с ПВР ИУ, но и с УИК РФ, а после освобождения имел возможность не только воспользоваться услугами адвоката, но и самостоятельно изучить нормативно-правовую базу. Полагала, что нарушений условий содержания административного истца исправительным учреждением допущено не было. Просила отказать в удовлетворении иска и применить последствия пропуска срока для обращения в суд с заявлением.

Представитель административного ответчика - ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения административного дела извещен судом надлежаще. Представил письменные возражения о несогласии с доводами, изложенными в иске, поскольку нарушений в *** и в *** в ходе проверок ФКУ ИК-18 не выявлялось. Здание ПКТ, ШИЗО ФКУ ИК-18 построено в *** году, а Общежития № (отряд №) – в *** году, пристройка к общежитию № (отряд №) - в *** году, административное здание, где расположено карантинное отделение - в *** году. Техническая документация на указанные здания утверждена в *** и в *** гг, здания реконструкции и перепланировке не подвергались. Доводы административного истца о ненадлежащих условиях содержания оценивает критически. Просил применить последствия пропуска срока для обращения в суд с заявлением и отказать в удовлетворении исковых требований ФИО2

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО1 сообщил, что с *** года работает заместителем начальника по коммунально-бытовому обеспечению в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, с период с *** работал начальником центральной базы при ФКУ ИК-18. В круг его должностных обязанностей всегда входило обеспечение коммунально-бытовых условий содержания во всех помещениях исправительного учреждения, в том числе, проведение ремонтных работ, обеспечение осужденных питанием и вещевым довольствием. Он ведёт приём осужденных, а также два раза в неделю обходит все помещения ФКУ ИК-18 и им существенных и критичных нарушений никогда не выявлялось. Ремонтные работы проводятся в учреждении согласно соответствующему плану, а также на основании жалоб осужденных. Выявленные нарушения, дефекты, в том числе замена перегоревших лампочек, устраняются в течении суток. Случаев значительных залитий в учреждении не имелось. Норма жилой площади в помещениях отряда СУОН всегда соблюдалась, случаев стесненного проживания не имелось. От осужденных не поступало жалоб на духоту в помещениях, вентиляция обеспечивается путём прохождения свежего воздуха через окна в вентиляционные шахты. Поскольку здания исправительного учреждения построены в *** г, на них не распространяются правила по обеспечению приточно-вытяжной вентиляцией и горячим водоснабжением, в них предусмотрена только естественная вентиляция. В исправительном учреждении горячей водой обеспечен только банно-прачечный комбинат и столовая. Ранее осужденные выводились в банно-прачечный комбинат 01 раз в неделю.

В ШИЗО имеется раздевалка, душевое помещение, душ на 2 лейки, который обеспечен горячей водой, также имеется скамейка для переодевания и вешалка. Воспользоваться душевым помещением можно по графику вывода на помывку, ранее - 01 раз в неделю. Осужденным 03 раза в день во время приёма пищи предоставляются горячие напитки. В отличие от помещений ШИЗО, отрядах СУОН разрешено использовать и они обеспечены кипятильниками и чайниками. Косметический ремонт в запираемых помещениях проводится раз в три года.

Выслушав участников процесса, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ч. 2 ст. 10 УИК РФ, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В силу ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 (ратифицированной Россией в соответствии с федеральным законом от 30.03.1998 № 54-ФЗ), никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Из пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ» следует, что в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учётом практических требований режима содержания.

В соответствии с положениями ст. 12.1 УИК РФ, лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном КАС РФ, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (ч. 1).

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учётом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (ч. 2).

Механизм содержания под стражей или отбывания наказания урегулирован законодательно, реализуется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, и лиц, ответственных за их содержание.

С учётом изложенного и в силу общего признания допустимости государственного ограничения прав и свобод человека и гражданина при реализации в отношении него принудительных мероприятий по его исправлению и защите от него общества в силу совершения им общественно опасных деяний, содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью не только содержания в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом ограничение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения, при соблюдении установленного законом объема предоставления ограниченных прав.

В соответствии с положениями ст. 227.1 КАС РФ, лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (ч. 1).

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учётом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (ч. 3).

Из материалов административного дела следует и сторонами не оспаривается, что ФИО2 отбывал наказание в виде лишения свободы по приговору *** суда *** от *** в ФКУ ИК-18, откуда был освобожден по отбытию срока наказания ***.

Кроме того, в период с *** по *** ФИО2 также отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-18 по приговору *** суда *** от ***. Освобожден по отбытию срока наказания ***.

ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области является юридическим лицом, осуществляет деятельность по исполнению наказания в виде лишения свободы, расположено по адрес*** и является исправительной колонией строгого режима.

Согласно возражениям начальника ФКУ ИК-18, копиям технических паспортов и план-схемам на здания, расположенное на территории ФКУ ИК-18 здание ПКТ, ШИЗО построено в *** году, его отопление и горячее водоснабжение происходит от местной котельной, вентиляция – естественная, оно оборудовано помещением душевой и преддушевой. Техническая документация на указанное здание утверждена в *** году.

Здание пристройки к общежитию № (отряд №) построено в *** году, его отопление и горячее водоснабжение происходит от местной котельной, вентиляция – естественная, оно оборудовано умывальным помещением. Техническая документация на указанное здание утверждена в *** году.

Административное здание, где расположено карантинное отделение, построено в *** году, его отопление и горячее водоснабжение происходит от местной котельной, вентиляция – естественная, оно оборудовано душевыми и умывальными помещениями. Техническая документация на указанное здание утверждена в *** году.

Здание Общежития № (отряд №) построено в *** году, его отопление и горячее водоснабжение происходит от местной котельной, вентиляция – естественная, оно оборудовано умывальными помещениями. Техническая документация на указанное здание утверждена в *** году.

Согласно справке главного инженера ФКУ ИК-18 от *** (л.д. 101), в здание общежития №, в пристройку к общежитию № и в карантинное отделение горячее водоснабжение не подведено. Осужденные, проживающие в данных отрядах, моются в банно-прачечном комплексе, согласно графику помывки. В здании ШИЗО, ПКТ горячее водоснабжение присутствует в душевых помещениях. Что также подтверждено показаниями свидетеля ФИО4 и не отрицалось административным истцом.

Согласно информации, поступившей из ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области (л.д. 69), от Мурманского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях (л.д. 17), а также из ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России (л.д.11), в ответ на требование суда предоставить сведения об условиях содержания в исправительном учреждении в период *** гг, предоставить документацию за указанный период не представляется возможным в связи с истечением срока её хранения. Таким образом, факт обращения суд спустя более 12 лет после освобождения административного истца из ФКУ ИК-18 повлиял на невозможность получения необходимых документов, подтверждающих факт ненадлежащих условий содержания.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, с *** по *** ФИО2 также отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-18, где содержался в отряде №, в период с *** по ***, с *** по *** и с *** по *** водворялся в помещение ШИЗО для отбывания назначенной меры взыскания, *** был признан злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания и переведен в строгие условия отбывания наказания (СУОН). По сообщению ФИО2 в СУОН он находился в камере №, а также в расположенной напротив камере №

Как следует из акта санитарно-эпидемиологического обследования ФКУ ИК-18 УФСИН России по МО от *** (л.д. 12-14), согласно заключению внеплановой выездной проверки режимного корпуса ФКУ ИК-18 уровень искусственной освещенности в камере № СУОН соответствует требованиям п. 20.33 «Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста России», утвержденной приказом Минюста РФ от 02.06.2003 № 130-дсп (СП-17-02), при этом в камере № СУОН – не соответствует; параметры микроклимата (температура воздуха и относительная влажность воздуха) в камерах режимного корпуса ФКУ ИК-18 соответствует допустимым нормам п. 106 «Инструкции о надзоре за осужденными, содержащимися в исправительных колониях», утвержденной приказом Минюста РФ от 13.07.2006 № 252-дсп и приложению № 2 СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях».

Согласно копии представления от *** (л.д. 51-54), Мурманской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях совместно со специалистами филиала ЦГСЭН ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России *** проведена проверка условий содержания осужденных к лишению свободы в ФКУ ИК-18 и установлено в том числе, что в камере СУОН № стена возле умывальника имеет повреждения покрытия.

Судом установлено, что Мурманской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях и специалистами филиала ЦГСЭН ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России при проведении регулярных проверок в период *** гг не были установлены факты нарушения и несоблюдения материально-бытовых требований или иных условий отбывания наказания со стороны ФКУ ИК-18 в отношении административного истца в указанный им период и перечисленных помещениях. При этом, суд учитывает, что согласно показаниям свидетеля ФИО1 замена перегоревших лампочек в исправительном учреждении устраняются в течении нескольких часов.

Сам ФИО2 с жалобами на условия содержания в исправительном учреждении не обращался.

Фактов отсутствие освещения, горячего водоснабжения, отсутствия вентиляции, а также нарушений норм жилой площади в период нахождения там административного истца надзорными органами, в том числе органами прокуратуры не фиксировалось. Иных доказательств, свидетельствующих об обратном суду не представлено. Таким образом, в данной части права и законные интересы административного истца не были нарушены бездействием администрации ФКУ ИК-18.

Суд считает необходимым отметить, что доводы истца об отсутствии в отрядах и камерах ШИЗО системы вентиляции является несостоятельными.

Согласно пункту 11 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными, в помещениях, где живут и работают заключенные, окна должны быть достаточно велики для того, чтобы заключенные могли читать и работать при дневном свете, и сконструированы так, чтобы обеспечить доступ свежего воздуха, независимо от того, существует ли или нет искусственная система вентиляции.

По смыслу положений раздела IV Постановления Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 10.06.2010 № 64 «Об утверждении СанПиН 2.1.2.2645-10», действовавшему до 01.03.2021, системы вентиляции должны обеспечивать допустимые условия микроклимата и воздушной среды помещений. Естественная вентиляция жилых помещений должна осуществляться путем притока воздуха через форточки, фрамуги, либо через специальные отверстия в оконных створках и вентиляционные каналы. Вытяжные отверстия каналов должны предусматриваться на кухнях, в ванных комнатах, туалетах и сушильных шкафах. Устройство вентиляционной системы должно исключать поступление воздуха из одного помещения в другое. Вентиляция объектов, размещенных в жилых зданиях, должна быть автономной.

Из показаний свидетеля ФИО1, а также технической документации, представленной ФКУ ИК-18, следует, что вентиляция в зданиях общежитий, где проживают осужденные в отрядах, а также в помещениях ШИЗО и СУОН, осуществляется посредством внутристенных вытяжных каналов, а также естественным путём через оконные и дверные проёмы, при этом, в зданиях общежитий наличие принудительной механической вытяжной вентиляции не предусмотрено.

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что пунктом 8.1.1 СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы», утвержденных постановлением Главного государственного врача РФ от 10.06.2010 № 64, предусматривается в жилых зданиях хозяйственно-питьевое и горячее водоснабжение.

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях предусмотрены также Инструкцией по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста РФ, утвержденной Приказом Минюста РФ от 02.06.2003 № 130-ДСП, которая впоследствии была признана утратившей силу приказом Минюста России от 22.10.2018 № 217-дсп. Согласно п. 1.1 данной Инструкции её положения должны были соблюдаться при разработке проектов на строительство, реконструкцию, расширение и техническое перевооружение зданий, помещений и сооружений исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы, за исключением тюрем.

Между тем, здания, где расположены отряды № и № (нумерация по состоянию *** гг), административное здание, где расположено карантинное отделение, а также здание ПКТ, ШИЗО строились в период с *** по *** гг и вышеуказанные нормы не могли быть применены в то время. Тем более их трудно применять к уже построенным объектам ретроспективно.

С учётом того, что при проектировании и строительстве зданий ФКУ ИК-18 применялись действовавшие на тот момент правовые акты, которыми горячее водоснабжение не предусматривалось, ссылка на необходимость оборудования помещений горячей водой, сама по себе, не подтверждает факта нарушения стандартов, поскольку административный истец в спорный период обеспечивался возможностью поддерживать личную гигиену в душевых комнатах и банно-прачечном комбинате.

Доказательств наличия ограничений на помывку в бане административным истцом не представлено. В материалы дела не представлены сведения о том, что административный истец обращался в адрес администрации учреждения по вопросу предоставления горячей воды, как и не представлено сведений о том, что администрацией исправительного учреждения было отказано в удовлетворении его обращения.

Кроме того, как неоднократно указывал Европейский Суд по правам человека в своей практике (Постановление ЕСПЧ от 24.05.2016 «Дело «Макшаков (Makshakov) против Российской Федерации» (жалоба № 52526/07); Постановление ЕСПЧ от 10.01.2012 «Дело «А. и другие (Ananyev and others) против Российской Федерации» (жалоба № 42525/07, 60800/08); Постановление ЕСПЧ от 08.01.2013 по делу «Торреджани и другие (Torreggiani and Others) против Италии» (жалоба № 43517/09 и др.)) отсутствие, в том числе горячей воды, может расцениваться как существенное отклонение от стандартов, причиняющее нравственные страдания и умаляющее человеческое достоинство, лишь при установлении иных, более серьезных нарушений, в том числе нехватки пространства и переполненности камер.

При этом, суд также учитывает, что в период *** гг органами прокуратуры нарушения в части нехватки пространства и переполненности камер не выявлялись, в том числе и по обращениям административного истца.

При таких обстоятельствах довод административного истца об отсутствии горячего водоснабжения подлежит отклонению, поскольку не превышает минимальный уровень страданий при отбывании наказания в виде лишения свободы и не свидетельствует о наличии оснований для взыскания денежной компенсации.

Поскольку судом не установлено нарушений условий содержания административного истца в период *** гг, оснований полагать, что указанные нарушения были допущены ФКУ ИК-18 в *** гг также не имеется.

У суда оснований не доверять доказательствам, представленным административными соответчиками, отвечающим требованиям допустимости, относимости и достоверности, не имеется.

Не имеется у суда таких оснований и в отношении показаний сотрудника уголовно-исполнительной системы ФИО1, поскольку данные показания получены при рассмотрении дела, являются последовательными, свидетель предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, административным истцом допустимыми доказательствами не опровергнуты, согласуются с иными доказательствами, представленными в материалы дела.

Кроме того, указанный свидетель является действующим сотрудником учреждения уголовно-исполнительной системы, находился при исполнении своих должностных обязанностей, данные о заинтересованности свидетеля в исходе дела не представлены, доказательств наличия причин для оговора ФИО5 не приведено, а судом не добыто.

Административным истцом заявлено ходатайство о восстановлении срока подачи административного искового заявления в порядке ст. 227.1 КАС РФ, в обоснование которого указано, что он является юридически не грамотным и не знал о сроках и о факте нарушения его прав.

В письменных возражениях на исковое заявление, а также в ходе судебного заседания представителями административных соответчиков заявлено о пропуске административным истцом срока для обращения в суд с иском о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении заявленного ходатайства суд обращает внимание на то обстоятельство, что указанное нарушение прав и свобод административного истца имело место быть до вступления в силу Федерального закона от 27.12.2019 № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Федеральным законом от 27.12.2019 № 494-ФЗ в КАС РФ введена ст. 227.1 «Особенности подачи и рассмотрения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении». Закрепление законодателем указанной нормы в главе 22 КАС РФ указывает на то, что на дела данной категории распространяются предусмотренные данной главой особенности, в том числе о сроках обращения в суд.

В силу ч. 1 ст. 219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Согласно ч. 7 ст. 219 КАС РФ, пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом.

В силу ч. 9 ст. 226 КАС РФ при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, выяснению подлежит вопрос о соблюдении сроков обращения в суд, поскольку в силу ч. 8 ст. 219 КАС РФ пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

Суд полагает, что административным истцом указанный срок пропущен, поскольку о нарушении своего права на надлежащие условия содержания административному истцу было достоверно известно в период его нахождения в ФКУ ИК-18 в периоды с *** по *** и с *** по ***.

Таким образом, в данном случае нарушения прав ФИО2 со стороны административного ответчика ФКУ ИК-18 длящийся характер не имеют, поскольку прекратились с момента его освобождения по окончании срока лишения свободы.

Между тем, административное исковое заявление, датированное ***, в суд поступило ***, то есть спустя более двенадцати лет восьми месяцев с момента его освобождения из исправительного учреждения в *** году, и спустя более пяти лет с момента его освобождения из исправительного учреждения в *** году. Тем самым, на момент подачи административного искового заявления установленный законом срок был пропущен.

Доказательств наличия уважительных причин, подтверждающих невозможность обратиться в суд ранее, в материалы дела административным истцом не представлены.

Обращаясь в суд с рассматриваемым административным иском, административный истец не сообщил суду причины, по которым он не имел объективной возможности оспорить неправомерные, по его мнению, действия службы исполнения наказаний в сроки и порядке, установленные названными процессуальными кодексами.

Доводы о юридической неграмотности являются несостоятельными, поскольку ФИО5 периодически находился на свободе и не был ограничен в возможностях обращения, как за оказанием необходимой юридической помощи, так и в суд.

Суд также учитывает, что административный истец, имея возможность осуществить защиту своих прав, предусмотренными гражданским законодательством способами защиты, на протяжении длительного периода времени в суд с данным иском не обращался, что свидетельствует о низкой степени значимости для ФИО2 исследуемых обстоятельств, отсутствии глубоких переживаний и страданий из-за перенесенных неудобств. Указанное даёт суду основание полагать о наличии злоупотребления административным истцом правом на судебную защиту.

В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» даны разъяснения о том, что в силу частей 2 и 3 статьи 62 КАС РФ обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Вместе с тем, на административном истце, в силу положений п. п. 1, 2 ч. 9, ч. 11 ст. 226 КАС РФ, лежит обязанность доказать нарушение прав, соблюдение срока на обращение в суд.

Кроме того, Европейским судом по делам данной категории сформулировано правило о шестимесячном сроке для обращения с жалобой, который начинает течь с момента окончания последнего нахождения заявителя под стражей в одном и том же исправительном учреждении при одних и тех же нарушающих его права условиях (Постановления от 16.01.2007 по делу от 16.01.2007 по делу «Солмаз (Solmaz) против Турции», от 10.01.2012 по делу «Дело» А. и другие (Ananyev and others) против Российской Федерации»).

Предъявление ФИО2 административного иска имело место по истечении около 05 лет и около 12 лет со дня выбытия из ФКУ ИК-18. Значительный пропуск срока для обращения в суд повлиял на невозможность получения необходимых документов, подтверждающих факт ненадлежащих условий содержания.

Конституционный суд Российской Федерации неоднократно указывал, что установление в законе сроков для обращения в суд с административным исковым заявлением, а также момент начала их исчисления относится к дискреционным полномочиям федерального законодателя, его установление обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность публичных правоотношений, а также получение реальной судебной защиты в целях эффективного восстановления в правах посредством правосудия в случае их нарушения (определения от 20.12.2016 № 2599-О, от 28.02.2017 № 360-О, от 27.09.2018 № 2489-О, от 25.06.2019 № 1553-О и др.).

Таким образом, ФИО5 пропущен установленный трёхмесячный срок на обращение в суд, в удовлетворении ходатайства административного истца о восстановлении пропущенного срока, суд отказывает, что в силу ч. 8 ст. 219 КАС РФ является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

При изложенных обстоятельствах основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

руководствуясь ст. ст. 175-180, 227, 227.1 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО2 к ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области и ФСИН России о признании незаконными условий содержания, присуждении компенсации в порядке ст. 227.1 КАС РФ, отказать в полном объёме.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кольский районный суд Мурманской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

***

*** Судья Н.Д. Кочешева