66RS13-01-2022-001010-64

Дело № 2-47/2013

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 февраля 2023 года город Каменск-Уральский

Каменский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего Подгорбунских Ю.Б.,

при секретаре судебного заседания Мурзиной П.О., с участием

истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

помощника прокурора Каменского района Свердловской области Егорова А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО2 о компенсации морального и материального вреда, причиненного преступлением, возмещении расходов на погребение,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась с уточненным иском к ответчикам ФИО3, ФИО2 о компенсации морального вреда, взыскании материального ущерба. В обоснование требований указала, что <*** г.> ответчик ФИО3 при обстоятельствах описанных в постановлении суда от <*** г.>, нанес Л.О.В. не менее 36 ударов ножом в область головы, шеи, туловища, верхних конечностей, от чего последний скончался на месте. Постановлением суда ФИО3 освобожден от уголовной ответственности, ему назначена принудительная мера медицинского характера. В связи со смертью близкого человека истцу причинены глубокие нравственные страдания и душевные переживания. Указанное явилось основанием для обращения в суд к ответчику – матери ФИО3, поскольку ей было известно о болезненном состоянии здоровья ФИО3, но она не ставила вопрос о признании его недееспособным. Просит с ФИО2 взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда 1 000 000 рублей. Поскольку причинение вреда жизни и здоровью не освобождает от ответственности лицо, которое совершило преступление в состоянии невменяемости, просит взыскать с ФИО3 компенсацию морального вреда 1 000 000 рублей, а также расходы на погребение в размере 42 443 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 настаивала на иске по тем же доводам и основаниям.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признала в полном объеме, просила в их удовлетворении отказать, поскольку она является пенсионером по возрасту.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании не присутствовал, извещен надлежащим образом лично, просит рассмотреть дело в свое отсутствие, направил в суд письменные возражения, суть которых сводится к несогласию с иском.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив письменные доказательства, имеющиеся в материалах гражданского дела, а также материалы уголовного дела №***, заслушав заключение помощника прокурора Егорова А.В., полагавшего удовлетворение иска подлежит в части взыскания компенсации морального вреда с ответчика ФИО3, суд приходит к следующему.

В силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Постановлением Каменского районного суда Свердловской области от <*** г.>, вступившим в законную силу <*** г.>, ФИО3 освобожден от уголовной ответственности за совершенное в состоянии невменяемости запрещенное уголовным законом деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании ч. 1 ст. 21 УК РФ., к нему применены принудительные меры медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа.

Судебным актом установлено, что ФИО3 в период с <*** г.> час. <*** г.> мин. <*** г.> по <*** г.> час. <*** г.> мин. <*** г.>, находясь на территории садового участка, расположенного по адресу: <адрес>, будучи в состоянии алкогольного опьянения, в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений, с целью причинения смерти Л.О.В., взяв в руку нож и используя его в качестве орудия преступления, нанес не менее 36 ударов ножом в области головы, шеи, туловища, верхних конечностей Л.О.В.

Так, судом было установлено, что все повреждения прижизненные, в совокупности сопровождались острой кровопотерей в виде наружного и внутреннего кровотечений, что и обусловило наступление смерти, поэтому состоят в прямой причинной связи с его наступлением, и квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Смерть Л.О.В. наступила на месте происшествия через непродолжительный период времени, от множественных (26) проникающих и непроникающих слепых колото-резаных ранений шеи, туловища, верхних конечностей, часть с повреждением долей легких, сердечной сорочки, правого желудочка сердца, левой почки, и резаных (10) ран в области лица, шеи, верхних конечностей с повреждением мягких тканей, которые в совокупности осложнились острой кровопотерей в виде наружного и внутреннего кровотечений.

Погибший Л.О.В. является супругом ФИО1, которой предъявлены требования о возмещении вреда к лицу его причинившему ФИО3

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с абзацем 1 пункта 1 статьи 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации дееспособный гражданин или несовершеннолетний в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, причинивший вред в таком состоянии, когда он не мог понимать значения своих действий или руководить ими, не отвечает за причиненный им вред.

Между тем абзац 2 пункта 1 приведенной правовой нормы закрепляет, что если вред причинен жизни или здоровью потерпевшего, суд может с учетом имущественного положения потерпевшего и причинителя вреда, а также других обстоятельств возложить обязанность по возмещению вреда полностью или частично на причинителя вреда.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100ГК РФ).

Вместе с тем, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из материалов дела следует, что погибший Л.О.В. являлся супругом ФИО1 Супруги Л-вы проживали до описанных выше обстоятельств одной семьей.

Суд учитывает пожилой возраст истца ФИО1, безвозвратно потерявшей своего супруга с которым в течении долгих лет состояла в семейных отношениях, воспитывала детей, и внуков, и лишившаяся поддержки супруга в будущем.

Безусловно гибель близкого человека, а в рассматриваемом случае гибель супруга само по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие близких родственников погибшего, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи.

Таким образом, тот факт, что в связи с гибелью Л.О.В. истцу причинен моральный вред, является очевидным.

Оценивая нравственные страдания ФИО1, которые были ею испытаны и являются одним из критериев при определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает, что истцу были причинены тяжкие телесные повреждения.

Поскольку ФИО3 совершил запрещенное уголовным законом общественно опасное деяние, причинив вред жизни Л.О.В., находясь в состоянии невменяемости, принимая во внимания обстоятельства при которых совершены тяжкие преступления, суд полагает, что к спорным правоотношениям применимы положения абзаца 2 пункта 1 статьи 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации и учитывая наряду с другими обстоятельствами имущественное положение потерпевшего и причинителя вреда, в том числе являющегося получателем пенсии, полагает необходимым возложить на ответчика обязанность по возмещению вреда в виде компенсации морального вреда в 1 000 000 рублей.

Также истцом заявлены требования о возмещении расходов на погребение в размере 42 443 руб.

Согласно п. 1 ст. 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 12.01.1996 N 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» данный Закон определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

Согласно ст. 9 Федерального закона РФ от 12.01.1996 № 8-ФЗ к услугам по погребению относятся: 1) оформление документов, необходимых для погребения; 2) предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения; 3) перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); 4) погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом). Услуги по погребению оказываются специализированной службой по вопросам похоронного дела.

В обоснование требований ФИО1 представлен: квитанция №*** от <*** г.> (л.д. 58 том 2 уголовного дела №***), кассовый чек к ней на сумму 34 453 руб. (л.д. 59 том 2 уголовного дела №***), кассовые чеки на сумму (л.д. 59 том 2 уголовного дела №***) на сумму 4 490 рублей, товарная накладная на сумму 3 500 рублей и кассовый чек к ней, всего на сумму 42 443 рубля.

В ходе судебного заседания в качестве свидетеля была допрошена свидетель №1, которая пояснила, что она является матерью погибшего Л.О.В. Все квитанции, которые имеются в материалах дела были представлены ею, поскольку именно она несла расходы на похороны своего сына. ФИО1 данные расходы ей не возместила, материального участия в похоронах сына не несла.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 в данной части не имеется, в возмещении расходов на погребение ей надлежит отказать.

Рассматривая требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда с ФИО2 суд приходит к следующим выводам.

Частью 3 ст. 1078 ГК Российской Федерации предусмотрено, что если вред причинен лицом, которое не могло понимать значения своих действий или руководить ими вследствие психического расстройства, обязанность возместить вред может быть возложена судом на проживающих совместно с этим лицом его трудоспособных супруга, родителей, совершеннолетних детей, которые знали о психическом расстройстве причинителя вреда, но не ставили вопрос о признании его недееспособным.

Данная норма закона относительно необходимости возложения обязанности по возмещению вреда на других лиц не носит императивного характера.

Таким образом, обязанность возместить вред может быть возложена судом на лицо, проживающее совместно с лицом, причинившим вред в состоянии невменяемости, только при условии их совместного проживания, трудоспособности данного лица, а также, что оно знало о невменяемости, но не ставило вопрос о признании его недееспособным.

Разрешая требования истца о возложении обязанности по возмещению морального вреда на мать причинителя вреда – ответчика ФИО2 суд учитывает следующие обстоятельства.

Вышеприведенным судебным актом установлена доказанность совершения при описанных в постановлении от <*** г.> обстоятельствах ФИО3 деяний, запрещенных уголовным законом, то есть деяний, предусмотренных частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов №*** от <*** г.> (л.д. 148-152 том 1) ФИО3 каким-либо хроническим психическим расстройством психотического уровня, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдал и не страдает, а обнаруживает признаки Органического расстройства личности и поведения смешанной этиологии.

В период совершения инкриминируемого ему деяния у ФИО3, на фоне имеющегося у него органического поражения головного мозга и алкогольной интоксикации развилось временное психическое расстройство психотического уровня в виде патологического варианта острого алкогольного опьянения. Имевшие место у ФИО3 в структуре перенесенного психоза помрачение сознания, галлюцинаторные искажения восприятия, сопровождающиеся аффектом страха, импульсивное высокоагрессивное поведение ФИО3 в отношении потерпевшего, обусловили патологическую мотивацию правонарушения, и лишали его возможности в период совершения инкриминируемого ему деяния осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий и руководить ими.

Учитывая наличие у ФИО3 патологической почвы в виде Органического расстройства личности и поведения, наличия в клинической картине эквивалентов эпилептических припадков, в том числе с аутоагрессивным поведением, склонность к злоупотреблению спиртным, что сохраняет вероятность повторного возникновения временных психотических состояний, в связи с чем он по своему психическому состоянию представляет опасность для себя и других лиц; снижение критических и прогностических способностей, и как по своему психическому состоянию представляет социальную опасность для себя и окружающих лиц с возможностью причинения иного существенного вреда и, нуждается в стационарном наблюдении и лечении у психиатра, но не требует постоянного интенсивного наблюдения, т.е. нуждается в применении к нему принудительных мер медицинского характера в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа.

ФИО3 в установленном порядке недееспособным признан не был.

Судом установлено, что ФИО3 до описываемых в настоящем деле и постановлении от <*** г.> событий, проживал совместно с матерью ФИО2

В соответствии с действующим и ранее действовавшим законодательством, предусматривающим пенсионное обеспечение граждан, право на пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

При этом в ст. 3 ФЗ от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» указано, что страховая пенсия - ежемесячная денежная выплата в целях компенсации застрахованным лицам заработной платы и иных выплат и вознаграждений, утраченных ими в связи с наступлением нетрудоспособности вследствие старости (в том числе). При этом наступление нетрудоспособности и утрата заработной платы и иных выплат и вознаграждений в таких случаях предполагаются и не требуют доказательств.

Аналогичная норма содержалась и в ст. 2 ФЗ от 17 декабря 2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Как следует из материалов дела, ФИО2, <*** г.> года рождения, является пенсионером по старости с <*** г.>, размер пенсии составляет 15 927,06 рублей, то есть нетрудоспособна, ввиду чего не выполняется одно из условий, предусмотренных пунктом 3 статьи 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем на ФИО2 не может быть возложена ответственность по возмещению вреда, причиненного ФИО1 ее сыном – ФИО3.

При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований для удовлетворения иска, с принятием решения об отказе в удовлетворении исковых требований в данной части.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК Российской Федерации с ответчика ФИО3 подлежит взысканию госпошлина в доход местного бюджета в размере 300 рублей (ст. 333.19 НК РФ, ст.61.1 БК РФ).

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ФИО3 в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Каменский районный суд.

Судья Ю.Б. Подгорбунских

Решение в окончательной форме изготовлено 02.03.2023 года.