К делу №2-323-2023

61RS0022-01-2022-009292-86

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 января 2023 года г.Таганрог РО

Таганрогский городской суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Одинцовой Л.Н.,

при секретаре судебного заседания Демьянюк И.Е.,

с участием помощника прокурора г.Таганрога Холодовой А.С.,

при участии представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности,представителя ответчика ООО «Кирпичный» в лице адвоката Кирьяновой Е.В., действующей на основании доверенности и ордера, третьих лиц ФИО2, ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4. к обществу с ограниченной ответственностью «Кирпичный» о взыскании компенсации морального вреда в связи с утратой близкого родственника, возмещении вреда, понесенного в случае смерти кормильца,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО4 обратился в Таганрогский городской суд с иском к ООО «Кирпичный» о взыскании компенсации морального вреда в связи с утратой близкого родственника, возмещении вреда, понесенного в случае смерти кормильца, В обоснование иска указал, что истец приходится сыном ФИО8, которая с 2019 года работала оператором линии упаковки кирпича в ООО «Кирпичный». <дата> в <данные изъяты>. в результате самопроизвольного опускания манипулятора с ней произошел несчастный случай на производстве. Приказом ООО «Кирпичный» № 3 от 15.03.2022 создана комиссия по расследованию несчастного случая, произошедшего см его матерью, этим же днем в ФСС было направлено сообщение о страховом случае. Письмом Государственной инспекции труда в Ростовской области ООО «Кирпичный» от 25.03.2022 №.3-12/1-144/1 было поручено провести с привлечением экспертной организации техническую экспертизу для установления причин тяжелого несчастного случая. 01.04.2022 его мать скончалась в ФИО19, причина смерти: <данные изъяты>.

01.04.2022 ФИО18 выдано медицинское свидетельство о смерти серии №, согласно которому причина смерти ФИО8 явилась: <данные изъяты>.

01.04.2022 ООО «Кирпичный» заключило договор №0089 со специализированным частным учреждением <данные изъяты> на проведение технической экспертизы с целью установления причин несчастного случая.

14.04.2022 работодателем было организовано заседание комиссии по расследованию несчастного случая на производстве с участием председателя комиссии - начальника отдела-главного государственного инспектора труда и членов комиссии. Заключением комиссией по расследованию несчастного случая на производстве на основании материалов расследования несчастный случай со смертельным исходом, произошедший с оператором линии упаковки ООО «Кирпичный», квалифицирован как несчастный случай, связанный с производством и подлежащий учету и регистрации в ООО «Кирпичный».В результате несчастного случая на производстве, истец потерял мать. В связи с невосполнимой утратой близкого родственника – матери он получил душевную травму, испытывает нравственные страдания.

В силу пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2018 года № 41 «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов» судам разъяснено, что при разрешении вопроса об отнесении определенного производства к опасным производственным объектам судам следует руководствоваться Федеральным законом от 21 июля 1997 года № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов».

ООО «Кирпичный» является опасным производственными объектом, в цехах и на площадках которого стационарно установлены грузоподъемные механизмы для операций по пакетированию, перемещению, погрузке кирпича, по смыслу вышеуказанного Закона от 21.07.1997 N 116-ФЗ.

Статьей 17.1 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»предусмотрена ответственность за причинение вреда жизни или здоровью граждан в результате аварии или инцидента на опасном производственном объекте: в соответствии с пунктом 1 эксплуатирующая организация или иной владелец опасного производственного объекта, ответственные за причиненный вред, обязаны обеспечить выплату компенсации в счет возмещения причиненного вреда: гражданам, имеющим право в соответствии с гражданским законодательством на возмещение вреда, понесенного в случае смерти потерпевшего (кормильца), - в сумме два миллиона рублей.

Согласно ст. 1088 ГК РФ право на возмещение вреда в случае смерти потерпевшего (кормильца) право на возмещение вреда имеют нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания.

В силу ст. 22 ТК РФ работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены указанным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с п.1 и п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» и на основании изложенных выше обстоятельств и руководствуясь нормами действующего законодательства РФ, истец просил взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в связи с утратой близкого родственника в размере 1 000 000 рублей.

Обязать ООО «Кирпичный» в соответствии с пунктом 1 статьи 17.1 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов" возместить вред, причиненный смертью матери, в сумме 2 000 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО4 не явился, направил в суд заявление о рассмотрении дела в его отсутствие с участием его представителя ФИО1 Дело рассмотрено судом в отсутствие истца в порядке ст.167 ГПК РФ.

Представитель истца - ФИО1, действующий на основании доверенности, поддержал исковые требования, просил их удовлетворить в полном объеме. Утверждал в суде, что ответчик – ООО « Кирпичный» в своей деятельности использует стационарно установленные грузоподъемные механизмы, в связи с чем он должен был признан опасными производственным объектом в соответствии ФЗ от 21.07.1997 года №116-ФЗ Полагал, что отсутствие регистрации в государственном реестре опасных производственных объектов предприятия ответчика, не может служить основанием для освобождения ответчика от материальной ответственности в виде выплаты возмещения в размере 2000000 рублей. Факт оказания материальной помощи ООО «Кирпичный» на сумму 544 116 рублей не отрицал.

В судебном заседании представитель ответчика адвокат Кирьянова Е.В., действующая на основании ордера и доверенности, исковые требования признала частично, не отрицала ответственности работодателя за вред, причиненный истцу в связи с гибелью матери. При определении размера компенсации морального вреда просила учесть поведение работника, которая нарушила технологическую дисциплину, допустила нарушение, выразившиеся в ее нахождении под манипулятором при работе линии пакетирования в автоматическом режиме. Обратила внимание суда на действия ответчика по заглаживанию причиненного вреда : покупка медицинских препаратов, несение расходов на ритуальные услуги, покупка и установка памятника. Возражала против возложении обязанности на ответчика возместить вред в размере 2 000 000 рублей, поскольку ООО «Кирпичный» не является опасным производственным объектом, так как технические устройства ООО «Кирпичный» не зарегистрированы и не подлежат регистрации в государственном реестре технических устройств Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору. Кроме того, считала, что истец не является лицом, которое имеет право на возмещение вреда, поскольку не мог находится на иждивении у умершей, о чем свидетельствует размер заработной платы погибшей.

Третьи лица – ФИО2, ФИО3 поддержали исковые требования, просили их удовлетворить в полном объеме. Подтвердили суду, что истец проживал вместе с матерью в доме, принадлежащем родителям его отца.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО5, показала суду, что работала на одном участке с ФИО8, дружила с нею, она проживала вместе с сыном в доме родителей супруга, который умер. Подтвердила суду, что погибшая, как и свидетель постоянно допускали нарушения технологического процесса, поскольку спешили закончить работу пораньше.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО6, внештатный технический инспектор охраны труда, показал суду, что одной из причин несчастного случая на производстве явилось нарушение правил охраны труда самой погибшей, которая при включенном манипуляторе работала на столе.

Помощник прокурора г.Таганрога Холодова А.С. в своем заключении просила исковые требования удовлетворить частично, отказав в иске о возмещении вреда, вызванного потерей кормильца.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, заключение помощника прокурора, оценив собранные по делу доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений.

Разрешая требования истца о компенсации морального вреда, причинённого гибелью близкого родственника вследствие несчастного случая на производстве, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец ФИО4 является сыном погибшей ФИО8

На основании приказа от 26.09.2019 года №525 директора ООО «Кирпичный» ФИО8 принята на работу в ООО «Кирпичный» на должность оператора линии упаковки.

01.04.2022 трудовой договор расторгнут согласно п. 6 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса РФ в связи со смертью работника на основании приказа №313 от 07.04.2022.

15.03.2022 года в 11 часов 32 минуты с ФИО8 произошел несчастный случай на производстве.

Согласно медицинскому свидетельству о смерти серии № от <дата> смерть ФИО8 наступила в результате <данные изъяты>. Несчастный случай с ФИО8 признан страховым и связанным с производством. Истцу ФИО4 произведена единовременная выплата в размере 500000 рублей и ежемесячные выплаты в размере 13786 рублей в связи со смертью кормильца.

Согласно заключению Ростовского центра судебных экспертиз №0139/И от 31.05.2022 по расследованию несчастного случая, непосредственной причиной произошедшего 15.03.2022 несчастного случая с оператором линии упаковки кирпича ООО «Кирпичный» ФИО8 явилось самопроизвольное падение манипулятора, выполняющего в автоматическом режиме рабочий цикл движений. При этом ФИО8 находилась под манипулятором (в зоне рабочих движений грейферного захвата).

При производстве работ ФИО8 установлены экспертным заключением следующие нарушения требований охраны труда и техники безопасности: ст.ст.21,214,215 ТК РФ; п.5 п.п.3 «Правила по охране труда при производстве строительных материалов», утвержденные Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 15.12.2001 №901н; п.4п.п.1 «Правила по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов», утвержденные Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 28.10.2020 года №753н. Оператор линии упаковки ООО «Кирпичный» ФИО8, как лицо, грубо нарушившее технологическую дисциплину, допустила нарушения, выразившиеся в ее нахождении под манипулятором (в зоне рабочих движений грейферного захвата) при работе линии пакетирования в автоматическом режиме. В частности, ею были нарушены следующие требования Инструкции №И по охране труда оператора линии упаковки кирпича от 01.01.2021, утвержденной директором ООО «Кирпичный» (Пункты 1.2, 1.8, 3.1 и 3.4); Руководство по эксплуатации линии пакетирования ЛПТ-14.00.00.000 РЭ (Пункты 3.2.13.3.3. 3.2.13.4). Грубые нарушения технологической дисциплины работником ФИО7 могут находиться в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде получения ею телесных повреждений.

Экспертным заключением установлены и нарушения должностных лиц ООО «Кирпичный», выразившиеся в не обеспечении соблюдения технологической дисциплины на участке и недостаточном контроле за соблюдением работниками правил эксплуатации грузоподъемных механизмов, однако данные нарушения не находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде получения ФИО8 телесных повреждений.

Технической причиной произошедшего несчастного случая явился износ шлицев держателя тормозных накладок электродвигателя SEVevrodrive R57 DRS100M4BE5 со встроенным механизмом тормоза манипулятора-разгрузчика (грейфера) линии пакетирования ЛПТ-14, возникший в результате функционирование шлицевого соединения при знакопеременных максимально/минимальных нагрузках в запыленных условиях. При этом эксперт отмечает, что согласно анализу предоставленных на исследование эксплуатационных документов (заполняемых во время эксплуатации линии) все работы, предусмотренные правилами технического обслуживания, изложенные производителем, в ходе регулярных технических обслуживаний манипулятора выполнены.

Организационными причинами произошедшего несчастного случая явились грубые нарушения технологической дисциплины со стороны пострадавшей, а также не обеспечение соблюдения технологической дисциплины на участке и недостаточный контроль за соблюдением работниками правил эксплуатации грузоподъемных механизмов должностными лицами, выразившиеся в следующем:

На основании выводов данного экспертного заключения изготовлен и утвержден акт №1 от 06.07.2022 о несчастном случае на производстве с ФИО8, который истцом оспорен не был. Из п. 9 указанного акта следует, что причинами несчастного случая послужили конструктивные недостатки и недостаточная надежность машин, механизмов, оборудования, нарушение технологического процесса. Согласно выводам Акта о несчастном случае лицами, допустившими нарушение требований охраны труда признан оператор линии упаковки ФИО8, мастер производственного участка ФИО9, мастер энергетического участка ФИО10

Из части первой статьи 21, части второй статьи 22, части первой статьи 210, части первой и абзаца второго части второй статьи 212, части первой статьи 219, части первой статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве право на такое возмещение вреда имеют названные в законе лица, которым причинен ущерб в результате смерти кормильца. Моральный вред работнику, получившему трудовое увечье, и, соответственно, членам семьи работника, если смерть работника наступила вследствие несчастного случая на производстве, возмещает работодатель, не обеспечивший работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

На момент происшествия ФИО8 состояла в трудовых отношениях с ОООО «Кирпичный», исполняла трудовые обязанности в интересах и по заданию работодателя. Само по себе выполнение ответчиком мероприятий по проведению инструктажа по требованиям безопасности труда с погибшей, отсутствие признаков уголовного деяния (нарушение правил охраны труда), содержание не оспоренного истцом акта о несчастном случае на производстве, не свидетельствует о наличии оснований для освобождения работодателя от ответственности за причиненный вред в результате несчастного случая на производстве.

Работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности.

Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе, моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.

В данном случае безопасные условия труда обеспечены ответчиком не были, о чем свидетельствует сам факт гибели работника.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 ТК РФ).

В силу ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Как установлено судом и следует из материалов дела, основными причинами несчастного случая, в результате которого погибла ФИО11, явились конструктивные недостатки и недостаточная надежность машин, механизмов оборудования, при этом все работы, предусмотренные правилами технического обслуживания, изложенные производителем, в ходе регулярных технических обслуживаний манипулятора выполнены. Организационными причинами произошедшего несчастного случая явились в том числе и грубые нарушения технологической дисциплины со стороны пострадавшей, а именно нахождения ФИО11 в зоне рабочих движений грейферного захвата.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Исходя из положений ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» следует, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда.

Из разъяснений, данных в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Поскольку факт нахождения ФИО8 под манипулятором (в зоне рабочих движений грейферного захвата) при работе линии пакетирования подтверждается актом о несчастном случае на производстве, заключением экспертизы и другими материалами дела, следует признать, что грубая неосторожность в действиях ФИО8 имела место. Установлено, что ФИО8в нарушение ряда требований технологического процесса находилась под манипулятором (в зоне грейферного захвата) при работе линии пакетирования, что при доказанности вины работодателя в нарушениях нормативных требований по охране труда, находится в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, то есть все указанные обстоятельства в совокупности привели к гибели ФИО8 на производстве.

Таким образом, при определении суммы компенсации морального вреда, суд, учитывает наличие грубой неосторожности самой пострадавшей.

В абзаце втором пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъясняет, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Из разъяснений п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что право на возмещение компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего связано с наличием именно семейных отношений.

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Таким образом, по смыслу ст. 150, 151 ГК РФ и положений Семейного кодекса Российской Федерации право на компенсацию морального вреда в связи со смертью члена семьи имеют лица, наличие страданий у которых в связи с нарушением семейных связей в случае смерти потерпевшего, должно предполагаться, если не будет доказано обратное.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца ФИО4, оценив представленные доказательства в совокупности, суд исходит из конкретных обстоятельств причинения истцу гибелью близкого и родного человека нравственных страданий, который продолжает болезненно переживать утрату своего близкого человека - матери и приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований о компенсации морального вреда частично, определив её размер в 700 000 рублей с учётом конкретных фактических обстоятельств дела, установленных в судебном заседании, характера причиненных нравственных страданий, с учётом индивидуальных особенностей истца.

Как установлено судом и подтверждается письменными материалами дела, истец является младшим сыном погибшей ФИО8, который до дня ее смерти проживал совместно с матерью, получал от нее заботу и любовь, которых лишился в связи с ее смертью.

Вместе с тем, суд учитывает, что обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс интересов обеих сторон и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Данная сумма по мнению суда соответствует установленным по делу обстоятельствам, а также характеру и объему перенесенных истцом нравственных страданий, и в полной мере соответствует требованиям ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст. 21 и 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально компенсировать причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшей и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за компенсацию морального вреда.

При этом, суд принимает во внимание действия ответчика по заглаживанию причиненного вреда, выразившиеся в оказании ответчиком истцу материальной помощи на приобретение лекарственных препаратов, на погребение и возведение памятника после смерти ФИО8, что не оспаривалось стороной истца в судебном заседании.

Разрешая требования истца о возложении обязанности ООО «Кирпичный» возместить вред, причиненный смертью матери в соответствии с п. 1 ст. 17.1 ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» № 116-ФЗ от 21.07.1997 (ред. от 11.06.2021), суд приходит к следующему.

В силу пункта 1 и пункта 2 статьи 2 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» опасными производственными объектами (далее – ОПО) являются предприятия или их цехи, участки, площадки, а также иные производственные объекты, указанные в Приложении 1 к настоящему Федеральному закону.

Статьей 2 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» предусмотрено, что ОПО подлежат регистрации в государственном реестре в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Согласно п. 3 Правил регистрации объектов в государственном реестре опасных производственных объектов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 ноября 1998 года №1371, регистрацию объектов в государственном реестре осуществляет Федеральная служба по экологическому, технологическому и атомному надзору.

В подтверждение довода о том, что предприятие ответчика ООО «Кирпичный» не является опасным производственным объектом, стороной ответчика предоставлена справка № 271-6033 от 03.10.2022, выданная Северо-Кавказским Управлением Ростехнадзора, согласно которой в соответствии с пп. «а» п. 145 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения», утвержденных приказом Ростехнадзора от 26.11.2020 № 461 не подлежат учету в органах Ростехнадзора и иных федеральных органах исполнительной власти в области промышленной безопасности, которым предоставлено право осуществления регистрации подведомственных объектов в реестре ОПО или Госкорпорации «Росатом», краны мостового типа и консольные краны грузоподъёмностью до 10 т включительно, управляемые с пола посредством кнопочного аппарата, подвешенного на кране, или со стационарного пульта, а также управляемые дистанционно по радиоканалу или иной линии связи, за исключением кранов мостового типа, имеющих кабины управления. Кроме того, пп. «и» п. 3 ФНП № 461 определено, что требования ФНП № 461 не распространяются на обеспечение безопасности объектов, на которых применяются манипуляторы, используемые в технологических процессах. Указанные в письме технические устройства не подлежат регистрации в государственном реестре технических устройств Ростехнадзора.

Таким образом, в отношении возникших деликтных правоотношений, требования Федерального закона от 21 июля 1997 года № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»не распространяются, поскольку ООО « Кирпичный» не является опасным производственным объектом и не относится к перечню опасных производственных объектов. В связи с чем, исковые требования о возложении обязанности на ответчика возместить вред, причиненный смертью близкого родственника в сумме 2 000 000 рублей, удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь 194 – 199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «Кирпичный» о взыскании компенсации м орального вреда в связи с утратой близкого родственника, возмещении вреда, понесенного в случае смерти кормильца, удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Кирпичный» (ИНН <***> ОГРН <***>) в пользу ФИО4, <дата> года рождения, паспорт №, СНИЛС № в счет компенсации морального вреда 700000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «Кирпичный» о выплате компенсации в счет возмещения причиненного вреда, в соответствии с Федеральным законом от 21 июля 1997 года № 116 «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» в размере 2 000 000 рублей - отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Ростовский областной суд через Таганрогский городско суд Ростовской области.

Мотивированное решение по гражданскому делу изготовлено 31 января 2023 года.

Председательствующий Л.Н.Одинцова.