Гражданское дело № 2-1128/2025

УИД 09RS0001-01-2025-000276-10

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Черкесск 06 мая 2025 года

Черкесский городской суд Карачаево-Черкесской Республики в составе: судьи Яичниковой А.В.,

при секретаре судебного заседания Хачирове А.В.,

с участием ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по иску акционерного общества «Сеть телевизионных станций» к АйбазовойАйшатАзреталиевне о взыскании компенсации за нарушения исключительных прав,

установил:

АО «Сеть телевизионных станций» обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании компенсации за нарушения исключительных прав. Истец с учетом уточненных исковых требований, со ссылкой на ст.ст. 1252, 1515, 1229, 1484, 1487 ГК РФ, ст.ст. 12, 35, 55, 88, 131, 132 ГПК РФ просит: Взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию в размере 10 000 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак по Свидетельству №; компенсацию в размере 10 000 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак по Свидетельству №; компенсацию в размере 10 000 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак по Свидетельству №;компенсацию в размере 10 000 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак по Свидетельству №; компенсацию в размере 10 000 рублей за нарушение исключительных авторских прав на рисунок (изображение) «Логотип «Три Кота»; компенсацию в размере 10 000 рублей за нарушение исключительных авторских прав на рисунок (изображение) «Коржик»; компенсацию в размере 10 000 рублей за нарушение исключительных авторских прав на рисунок (изображение) «Компот»; компенсацию в размере 10 000 рублей за нарушение исключительных авторских прав на рисунок (изображение) «Карамелька»; компенсацию в размере 10 000 рублей за нарушение исключительных авторских прав на рисунок (изображение) «Мама»; судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 000 рублей и судебные издержки в сумме 8875 рублей 04 копейки, состоящие из стоимости товара в размере 110 руб., почтовых расходов 565 рублей 04 копеек, размера государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП 200 руб., расходов на фиксацию правонарушения 8000 руб.

Представитель истца в судебное заседание не явился, в материалах дела имеются ходатайства о проведении слушания в его отсутствие.

При таких обстоятельствах, суд определил рассмотреть гражданское дело в отсутствие представителя истца.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании пояснила, что ранее работала в <адрес> до 2022 года вела торговую деятельность, с 2020 года торговля уменьшилась, появились онлайн продажи, ФИО1 закупала товар для продажи на рынке в Горячеводске, все чеки и сертификаты продавцы предоставляли, но она их не сохранила. 14 декабря 2022 года ответчик закрыла ИП, в марте 2023 года уехала с детьми в Черкесск, делили с мужем имущество. После развода ответчик детские не получала, чтобы прокормить семью занималась шитьем. Просит суд снять взыскание за нарушение, сам факт нарушения признает, понимает, что незнание закона не освобождает от ответственности, но в случае удовлетворения заявленных требований в полном объеме, все денежные средства, которые она получает, будут уходить на выплату компенсации.

Выслушав ответчика, изучив в судебном заседании материалы гражданского дела, суд пришел к следующему выводу.

На территории Российской Федерации правоотношения в области интеллектуальной собственности регулируются четвертой частью Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Согласно пп. 1 п. 1 ст. 1225 ГК РФ, результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе, произведения науки, литературы и искусства.

В п. 1 ст. 1255 ГК РФ установлено, что интеллектуальные права на произведения науки, литературы и искусства являются авторскими правами.

В соответствии с п. 1 ст. 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения: произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства.

В соответствии с п. 3 ст. 1259 ГК РФ, авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко - или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

Исходя из п.1 ст. 1270 ГК РФ, автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со ст. 1229 Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в п. 2 этой статьи.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности. Отсутствие запрета не является согласием (п.1 ст.1229 ГК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, с целью досудебного урегулирования спора в адрес ФИО1 была направлена претензия с полным пакетом документов, приложенных к исковому заявлению, а также исковое заявление.

Материалами дела подтверждается, что истец является правообладателем товарных знаков и на территории Российской Федерации обладает исключительным правом на использование рисунков (изображений) мультипликационного сериала «Три кота» и его юридически значимых охраняемых элементов. Хозяйственная деятельность истца осуществляется по модели лицензирования, в рамках которой он на возмездной основе предоставляет права на использование объектов исключительных прав. АО «СТС» также осуществляет регулярный контроль утвержденной продукции. Условиями лицензионных договоров предусмотрены стандарты качества и требования в отношении соблюдения санитарно-гигиенических норм, требования по безопасности продукции.

Утвержденные истцом лицензионные товары широко рекламируются, продвигаются, предлагаются для продажи и распространяются лицензиатами истца, их авторизованными дистрибьюторами и ретейлерами. Товарные знаки и произведения, защищенные авторским правом, жизненно важны для хозяйственной деятельности истца, поскольку они поддерживают имидж и репутацию, позволяют предлагать потребителям продукты, отличающиеся высоким качеством и привлекательным дизайном.

Истец в полном соответствии с требованиями законодательства уплачивает налоги и сборы в бюджет Российской Федерации, выплачивает социальные взносы во внебюджетные фонды, создаёт рабочие места для высококлассных специалистов, через детскую анимацию способствует формированию нравственных ценностей, а также популяризирует русский язык и культуру за пределами России.

Вышеуказанные результаты, достигнутые в хозяйственной деятельности истца, в частности популярность потребительской продукции с использованием изображений с товарными знаками, участниками рынка контрафактной торговли, в том числе ответчиком, неправомерно используются для извлечения прибыли.

В результате противоправных действий ответчика по реализации контрафактных товаров возникают следующие неблагоприятные последствия:

1) ответчик реализуя товары, вводит потребителей в заблуждение относительно происхождения товаров, в результате потребители ошибочно полагают, что товары произведены истцом и/или уполномоченными истцом производителями, введены в гражданский оборот на законных основаниях, безопасны для потребления (использования), соответствуют высоким стандартам качества;

2) возникает высокий риск вредного воздействия товаров, реализуемых ответчиком на здоровье несовершеннолетних потребителей, так как продукция введена в гражданский оборот неправомерно, не проходила процедур проверки и сертификации. Степень риска невозможно переоценить, учитывая, что контрафактные товары предназначены для использования несовершеннолетними потребителями, находящимися в наиболее уязвимом положении;

3) истцу, его партнёрам и лицензиатам причиняются убытки в форме упущенной выгоды, поскольку потребители, получившие негативный опыт от приобретения товаров, реализуемых ответчиком, в последующем отказываются от приобретения лицензионной продукции с использованием товарных знаков;

4) снижается инвестиционная привлекательность приобретения права использования товарных знаков по причине обилия на рынке потребительских товаров, маркированных сходными с товарными знаками обозначениями, в том числе товаров, реализуемых ответчиком;

5) истец лишается доходов, которые он получил бы при отсутствии правонарушений, поскольку потребности рынка (спрос) насыщаются неправомерно введёнными в гражданский оборот товарами, в том числе товарами, реализуемыми ответчиком, приобретая которые, потребители отказываются от приобретения продукции, правомерно изготовленной лицензиатами истца;

6) истцу причиняется имущественный ущерб в виде невыплаченного вознаграждения за использование товарных знаков в коммерческой деятельности ответчика, не имеющего такого права использования;

7) системная деятельность ответчика и иных розничных продавцов фактически является формой недобросовестной конкуренции по отношении к истцу, его партнёрам и лицензиатам, поскольку трудозатратам и инвестициям последних в маркетинг и рекламу, продуктовые исследования и выбор качественных материалов противопоставляется производство с использованием небезопасных материалов и последующая оптовая и розничная реализация по нелегальным каналам продаж;

8) построенная на правонарушении и безнаказанная деятельность ответчика по реализации товаров мотивирует других розничных продавцов к совершению новых правонарушений и вовлечению в рынок оптовых поставок контрафактной продукции.

Совокупность неблагоприятных последствий, с которыми сталкиваются потребители контрафактных товаров, их несовершеннолетние дети, истец, его партнёры и лицензиаты, свидетельствует об общественной опасности допущенного правонарушения. Поскольку правонарушение не образует состав преступления, предусмотренного частью 2 статьи 146 Уголовного кодекса Российской Федерации, истец считает необходимым принять гражданско-правовые меры защиты нарушенного права и требовать с ответчика компенсацию за незаконное использование товарных знаков.

Критерии определения размера компенсации разъяснены в пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 23.04.2019 «О применении части четвертой Гражданского кодекса РФ», однако перечень таких критериев является открытым. Так, Верховным судом указано, что при определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельностиили средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Истец считает необходимым учитывать следующие обстоятельства при определении размера компенсации:

- ответчик достоверно знал о популярности продукции среди потребителей, осознанно принял решение об участии в цепочке реализации контрафактных товаров, рассчитывая на наличие высокого спроса на продукцию с использованием обозначений сходных с товарными знаками и принимая на себя риски увеличения объёма продаж неправомерным способом;

- ответчик не предпринял разумных и достаточных мер для установления происхождения товаров, в частности не связался с истцом ни одним из доступных способов (телефоны, адреса электронной почты, факс и т.д.);

- ответчик пренебрёг исключительным правом истца на товарные знаки, безопасностью потребителей товаров и их несовершеннолетних детей;

- ответчик причинил ущерб репутации истца, его партнёров и лицензиатов, своими действиями ввёл в заблуждение потребителей товаров;

- ответчик содействовал снижению привлекательности приобретения права использования товарных знаков, причинению истцу, его партнёрам и лицензиатам ущерба путём удовлетворения спроса на продукцию с использованием товарных знаков;

- ответчик лишил истца доходов в виде вознаграждения за использование товарных знаков в коммерческой деятельности;

- ответчик неправомерно воспользовался многолетними усилиями, трудозатратами и инвестициями истца, его партнёров и лицензиатов для извлечения прибыли.

В силу пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд должен учитывать характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, вероятные убытки правообладателя и иные обстоятельства дела. Назначаемая компенсация не должна вести к обогащению одной из сторон и по европейской правоприменительной практике не относится к карательным убыткам.

Ответственность лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность, наступает при отсутствии вины (ст. 401 ГК РФ). Истец просит учесть, что предпринимательский риск, добровольно принятый на себя ответчиком, включает в себе последствия совершения нарушений прав третьих лиц.

Кроме того, п.3.2. Постановления Конституционного Суда РФ от 13 декабря 2016 г. N28-П предусматривает то, что меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное при осуществлении предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от винынарушителя, если только он не докажет, что нарушение произошло вследствие непреодолимой силы, т.е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (пункт 3 статьи 1250 ГК РФ). К лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, связанную с использованием результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, права на которые им не принадлежат, предъявляются повышенные требования, невыполнение которых рассматривается как виновное поведение.

Ответчиком не предоставлено доказательств того, что ею принимались меры по проверке сведений, чтобы убедиться в том, что товар не является контрафактным. Ответчик, приобретая товар, имела возможность и должна была выяснить обстоятельства правомерности использования изображений на приобретаемом им товаре, получить информацию о наличии разрешения на такое использование путем запроса у поставщика лицензионного договора. Доказательств того, что ответчик приобрела у поставщиков лицензионную продукцию во исполнение закона, предусматривающего запрет на реализацию контрафактной продукции, ответчик в материалы дела не представила.

Таким образом, нельзя сказать, что ответчик, как лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, действовала с должной степенью заботливости и осмотрительности, предприняла все зависящие от него меры для установления законности реализации спорной продукции.

Аналогичная позиция содержится в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 02 декабря 2021 года по делу №А67-7428/2020.

Исходя из совокупности обстоятельств, изложенных в исковом заявлении, истец полагает возможным оценить размер компенсации в 10 000 рублей за каждое нарушение исключительных прав.

После получения ответчиком претензии не было предпринято ни единой попытки мирно урегулировать конфликт

Требования правообладателя о взыскании компенсации за нарушение авторских и (или) смежных прав подлежат удовлетворению, если ответчик не докажет, что использование произведения искусства, созданного творческим трудом автора, осуществлялось с согласия правообладателя (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от2 марта 2010 г. № 49-В09-22).

Бремя доказывания многократности превышения компенсаций размера убытков правообладателя лежит на ответчике.

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления документа, подтверждающего оплату товара, но и на основании иных доказательств, например, аудио- или видеозаписи (абзац 3 пункт 55 постановления Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»). Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется. Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну.

Суду были предоставлены все необходимые доказательства, в т.ч. два контрафактных товара и две видеозаписи правонарушений. Видеозаписи правонарушений полностью позволяют установить причинно- следственную связь между торговыми точками ответчика, приобретёнными товарами и товарными чеками.

Исходя из смысла статей 1229,1484 и 1487 ГК РФ, факт незаконного использования правонарушителем принадлежащих компании товарных знаков заключается в их использовании без согласия правообладателя и данное обстоятельство само по себе указывает на контрафактность продукции.

Ответчик в материалы дела не представил документы, подтверждающие, что закупленный товар с указанным выше товарным знаком введен в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем указанных товарных знаков или с его согласия.

В связи с массовым распространением контрафактной продукции и понесёнными убытками,

Пп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ установлен вид компенсации правообладателю в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Судом установлено, что согласно ответа на запрос суда от 18.10.2024 исх.№10-27/03248ДСП, поступившего из Управления федеральной налоговой службы по КЧР следует, что ФИО1 не зарегистрирована в налоговом органе в качестве индивидуального предпринимателя. Сведения о доходах и об удержаниях за последние 2 года отсутствуют. ФИО1 прекратила свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя 14.12.2022 года.

В силу ст. 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (ст. 1250, 1252 и 1253 ГК РФ), вправе в соответствии с п. 3 ст. 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемой по усмотрению суда.

В соответствии со ст. 493 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (ст. 428 ГК РФ), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового чека или товарного чека, электронного или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Кассовый, товарный чек, электронный или иной документ, подтверждающий оплату товара, применительно к ст. 60 ГПК РФ, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами и ст. 493 ГК РФ, в соответствии с которой договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека, электронного или иного документа, подтверждающего оплату товара, является достаточным доказательством надлежащего заключения указанного договора.

Кроме того, представителями истца на основании ст. 12, 14 ГК РФ и ч.1 ст. 55 ГПК РФ в целях самозащиты гражданских прав была произведена видеосъёмка, которая также подтверждает предложение к продаже, заключение договора розничной купли-продажи, а кроме того подтверждает, что представленный товар приобретен по представленному чеку.

Таким образом, представленная совокупность доказательств подтверждает факт предложения товара к продаже и факт заключения договора розничной купли-продажи.

Товар, реализованный продавцом, не вводился в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с его согласия.

Таким образом, ответчик осуществила действия по распространению товара с нарушением следующих исключительных прав истца.

Разрешение на такое использование объектов интеллектуальной собственности истца путем заключения соответствующего договора ответчик не получала, следовательно, такое использование осуществлено незаконно.

В данном случае, суд соглашается с доводами представителя истца о том, что заявленная в исковом заявлении компенсация является обоснованной в силу следующих обстоятельств: характер нарушения - без соответствующего разрешения Правообладателя использованы популярные и широко известные персонажи.

Кроме того, нарушение ФИО1 несёт существенную угрозу охраняемым публичным интересам, что заключается в пренебрежительном отношении ответчика к исполнению возложенной на неё законом обязанности по обеспечению качества реализуемой продукции и недопустимости продажи контрафактного товара.

Законодатель считает достаточным наказанием для субъекта предпринимательской деятельности за нарушение исключительных прав (в случае отсутствия признаков уголовно-наказуемого деяния) штраф от 30 до 200 тысяч руб. в зависимости от состава нарушения исключительных прав и это учитывая отсутствие причинения ущерба государству (ст. 7.12, 14.10 КоАП РФ).

Истцу действиями ответчика причинены убытки, расчет которых в силу специфики объекта затруднителен для истца.

В связи с тем, что на товаре отсутствуют сведения о производителе, а ответчиком не представлены документы на товар, у истца отсутствует возможность определить размер нарушения, а также привлечь к ответственности производителя и импортера.

Наряду с мерами публично-правовой ответственности, предусмотренными уголовным законодательством и законодательством об административных правонарушениях, предоставление частным лицам правообладателям возможности требовать взыскания с правонарушителей компенсации за незаконное использование исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, размер которой может превышать размер понесенных ими убытков, имеет целью реализацию предписаний ст. 44 (ч.1) Конституции Российской Федерации и выполнение Российской Федерацией принятых на себя международных обязательств.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда РФ суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе произвольно.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 13 декабря 2016 г. N 28-П, проверяя конституционность положений о взыскании компенсации в случаях, предусмотренных подп. 1 ст. 1301, подп. 1 ст. 1311 и подп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ, пришел к выводу о несоответствии этих законоположений Конституции Российской Федерации в той мере, в какой в системной связи с п. 3ст. 1252 ГК РФ и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным ими правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер. Приведенная правовая позиция была высказана Конституционным Судом Российской Федерации применительно к случаям взыскания компенсации за незаконное использование произведений, объектов смежных прав и товарных знаков.

В постановлении от 24 июля 2020 г. N 40-П Конституционный Суд Российской Федерации, рассматривая дело о проверке конституционности подп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ, констатировал, что сформулированные в его постановлении от 13 декабря 2016 г. N 28-П правовые позиции имеют общий (универсальный) характер в том смысле, что должны учитываться не только при применении тех же самых норм Гражданскогокодекса Российской Федерации, которые стали непосредственным предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации, и лишь в контексте идентичных обстоятельств дела, но и в аналогичных ситуациях. Соответственно, и в случае взыскания за нарушение исключительного права на один товарный знак компенсации, определенной по правилам подп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ, должна быть обеспечена возможность ее снижения, если размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

С учетом изложенного суд вправе определить размер компенсации за нарушение исключительного права на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации ниже пределов, установленных п. 3 ст. 1252 ГК РФ, и в случае одновременного нарушения прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, если объекты нарушения неоднородны (например, одним действием нарушены права на товарные знаки и на произведения).

Таким образом, Конституционный Суд Российской Федерации в п. 4.2 постановления от 13 декабря 2016 г. N 28-П разъяснил, что взыскание предусмотренной подп. 1 ст. 1301, подп. 1 ст. 1311 и подп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности, является, тем не менее, частноправовым институтом, который основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (п. 1 ст. 1 ГК РФ), а именно правообладателя и нарушителя его исключительного права на объект интеллектуальной собственности, и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на осуществление прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц, то есть таким образом, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота.

Суд принимает во внимание, что стороны не конкурируют на одном и том же рынке (нарушитель предлагала к продаже очевидно неоригинальные контрафактные товары и продавала их совершенно иному классу потребителей, чем те, кто покупает подлинное изделие); доказательства того, что правообладатель из-за контрафактных товаров напрямую теряет клиентов, готовых купить оригинальную продукцию, в материалах дела отсутствуют.

Кроме того, суд принимает во внимание пояснения ответчика, согласно которых онаранее работала в <адрес>, где до 2022 года вела торговую деятельность, с 2020 года торговля уменьшилась, появились онлайн продажи, ФИО1 закупала товар для продажи на рынке в Горячеводске, все чеки и сертификаты продавцы предоставляли, но она их не сохранила. 14 декабря 2022 года ответчик закрыла ИП, в марте 2023 года уехала с детьми в Черкесск, делили с мужем имущество. После развода ответчик детские не получала, чтобы прокормить семью занималась шитьем. Ответчик сам факт нарушения признает, понимает, что незнание закона не освобождает от ответственности, но в случае удовлетворения заявленных требований в полном объеме, все денежные средства, которые она получает, будут уходить на выплату компенсации.

В это связи, суд приходит к выводу о возможности снижения размера компенсации за нарушение интеллектуальных прав и удовлетворить требования истца частично.

В соответствии со с ч. 1 ст. 88, ст. 94 ГПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в суде, относятся расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, другие признанные судом необходимыми расходы. Материалами дела подтверждается, что истцом понесены следующие судебные издержки: судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 000 рублей и судебные издержки в сумме 8875 рублей 04 копейки, состоящие из стоимости товара в размере 110 руб., почтовых расходов 565 рублей 04 копеек, размера государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП 200 руб., расходов на фиксацию правонарушения 8000 руб. Обоснованность такого требования подтверждается п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016.

Руководствуясь статьями 2, 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Требования акционерного общества «Сеть телевизионных станций» - удовлетворить частично.

Взыскать с АйбазовойАйшатАзреталиевны в пользу акционерного общества «Сеть телевизионных станций» компенсацию в размере 3 000 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак по Свидетельству №707374, в части взыскании компенсации, превышающей 3000 рублей - отказать.

Взыскать с АйбазовойАйшатАзреталиевны в пользу акционерного общества «Сеть телевизионных станций» компенсацию в размере 3 000 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак по Свидетельству №707375, в части взыскании компенсации, превышающей 3000 рублей - отказать.

Взыскать с АйбазовойАйшатАзреталиевны в пользу акционерного общества «Сеть телевизионных станций» компенсацию в размере 3 000 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак по Свидетельству №709911, в части взыскании компенсации, превышающей 3000 рублей - отказать.

Взыскать с АйбазовойАйшатАзреталиевны в пользу акционерного общества «Сеть телевизионных станций» компенсацию в размере 3 000 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак по Свидетельству №720365, в части взыскании компенсации, превышающей 3000 рублей - отказать.

Взыскать с АйбазовойАйшатАзреталиевны в пользу акционерного общества «Сеть телевизионных станций» компенсацию в размере 3 000 рублей за нарушение исключительных авторских прав на рисунок (изображение) «Логотип «Три Кота», в части взыскании компенсации, превышающей 3000 рублей - отказать.

Взыскать с АйбазовойАйшатАзреталиевны в пользу акционерного общества «Сеть телевизионных станций» компенсацию в размере 3 000 рублей за нарушение исключительных авторских прав на рисунок (изображение) «Коржик», в части взыскании компенсации, превышающей 3000 рублей - отказать.

Взыскать с АйбазовойАйшатАзреталиевны в пользу акционерного общества «Сеть телевизионных станций» компенсацию в размере 3 000 рублей за нарушение исключительных авторских прав на рисунок (изображение) «Компот», в части взыскании компенсации, превышающей 3000 рублей - отказать.

Взыскать с АйбазовойАйшатАзреталиевны в пользу акционерного общества «Сеть телевизионных станций» компенсацию в размере 3 000 рублей за нарушение исключительных авторских прав на рисунок (изображение) «Карамелька», в части взыскании компенсации, превышающей 3000 рублей - отказать.

Взыскать с АйбазовойАйшатАзреталиевны в пользу акционерного общества «Сеть телевизионных станций» компенсацию в размере 3 000 рублей за нарушение исключительных авторских прав на рисунок (изображение) «Мама», в части взыскании компенсации, превышающей 3000 рублей - отказать.

Взыскать с АйбазовойАйшатАзреталиевны в пользу акционерного общества «Сеть телевизионных станций» судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 000 рублей и судебные издержки в сумме 8875 рублей 04 копейки, состоящие из стоимости товара в размере 110 руб., почтовых расходов 565 рублей 04 копеек, размера государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП 200 руб., расходов на фиксацию правонарушения 8000 руб.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Карачаево-Черкесской Республики с подачей апелляционной жалобы через Черкесский городской суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 10 мая 2025 года.

Судья Черкесского городского суда А.В. Яичникова