Дело № 2-1077/2025

УИД14RS0016-01-2025-001357-18

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Мирный 05 декабря 2025 года

Мирнинский районный суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Алексеевой В.Ш., при секретаре судебного заседания Ак-Кок С.А., с участием помощника прокурора Сивцева А.И., истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора города Мирного Республики Саха (Якутия) в интересах ФИО1 к акционерной компании «АЛРОСА» (публичное акционерное общество) о компенсации морального вреда,

установил:

Прокурор в интересах ФИО1 обратился в суд с иском к акционерной компании «АЛРОСА» (публичное акционерное общество) (далее - АК «АЛРОСА» (ПАО)) о компенсации морального вреда. В обоснование своих требований ссылаясь на то, что 03 сентября 2025 года в прокуратуру города Мирного поступило обращение ФИО3 о принятии мер прокурорского реагирования, защите его прав в связи с получением производственной травмы в результате несчастного случая на подземном руднике «Интернациональный» Мирнинско-Нюрбинского горно-обогатительного комбината (далее – МНГОК) АК «АЛРОСА» (ПАО). Установлено, что 19 сентября 2024 года ФИО1 находился на рабочем месте в подземном <данные изъяты> АК «АЛРОСА» (ПАО), очистная лента № слоя №. Около 19 часов 00 минут во время выполнения ФИО1 работ по зачистке приямков руды под стойки рам НДО специальным инструментом из фронтальной части забоя произошло отслоение горной массы, в результате чего ему придавило левую ногу. По результатам расследования несчастного случая на производстве было установлено, что ФИО1 работы выполнялись согласно разработанному и утвержденному паспорту крепления и управления кровлей, а также выданному наряд-заданию на смену. В соответствии с медицинским заключением от 20 сентября 2024 года ФИО1 установлен диагноз: <данные изъяты>. Согласно акту о несчастном случае на производстве от 21 октября 2024 года причиной несчастного случая являются несовершенство технологического процесса, в том числе недостатки в изложении требований безопасности и технологической документации, необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдение трудовой дисциплины, нарушение норм Трудового кодекса Российской Федерации, а также неудовлетворительное осуществление производственного контроля со стороны АК «АЛРОСА» (ПАО). В соответствии с трудовым договором от <дата> № ФИО1 принят на работу в АК «АЛРОСА» (ПАО) <данные изъяты>. Дополнительным соглашением от 01 июля 2022 года ФИО1 постоянно переведен на подземный <данные изъяты> АК «АЛРОСА» (ПАО) – <данные изъяты> Получение травмы ФИО1 произошло по вине работодателя, в результате произошедшего несчастного случая на производстве ему установлена третья группа инвалидности и утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>% сроком до 01 марта 2026 года. В результате получения вреда здоровью ФИО1 испытал тяжелые физические и нравственные страдания. Просит взыскать с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей.

Представитель истца Сивцев А.И., истец ФИО1 в судебном заседании полностью поддержали требования, настаивая на доводах, изложенных в исковом заявлении, просили удовлетворить иск в полном объеме, дополнительно пояснив, что в результате произошедшего несчастного случая на производстве истец прошел несколько операций и до сих пор испытывает значительные проблемы со здоровьем. Имеет постоянные жалобы на боли в области левой стопы и выраженную общую слабость, перед сном испытывает ноющую боль в области ампутации левой стопы, отмечает значительные затруднения при передвижении, при сильных болях в ноге принимает антибиотики, врачами рекомендовано продолжить лечение, при сохранении жалоб или отрицательной динамике не исключается необходимость реампутации конечности на более высоком уровне с последующим протезированием, истец не дал согласие на возможную реампутацию и протезирование, так как боится последствий.

Представитель ответчика по доверенности ФИО2 в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление, дополнив, что в связи с указанным несчастным случаем ответчиком с целью сгладить страдания истца были выплачены истцу компенсационные выплаты, связанные с возмещением вреда здоровью работника, причиненного в результате несчастного случая на производстве, предусмотренные коллективным договором. Всего было выплачено истцу компенсационных выплат на 25 ноября 2025 года в размере <данные изъяты>, в том числе установлены ежемесячные выплаты, в связи с чем полагает, что размер компенсации морального вреда завышен. Помимо этого указывает, что согласно коллективному договору работникам Компании, пострадавшим в результате несчастного случая на производстве и в связи с этим не имеющим возможности выполнять обусловленную трудовым договором трудовую функцию, Компания, с учетом существующей потребности подразделений Компании в персонале, принимает меры по профессиональному обучению, переквалификации таких работников в целях дальнейшего их трудоустройства в подразделениях Компании. При невозможности выполнения работником обусловленной трудовым договором трудовой функции в результате несчастного случая на производстве, повлекшее расторжение трудового договора в связи с отсутствием возможности перевести работника на другую работу, в отношении этого работника сохраняется Программа добровольного медицинского обеспечения до момента его трудоустройства, то есть работодатель всегда помогает своему работнику. С учетом требований разумности и справедливости, ранее произведенных выплат, просит уменьшить размер компенсации морального вреда.

Суд, выслушав доводы участников процесса, изучив материалы дела, проанализировав представленные доказательства, приходит к следующему.

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда (как имущественного, так и морального), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации право на жизнь и здоровье наряду с другими нематериальными благами и личными неимущественными правами принадлежит гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемо и непередаваемо иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и другое) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как установлено пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Согласно пункту 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Как следует из пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 в соответствии с трудовым договором от <дата> № принят на работу в <данные изъяты> АК «АЛРОСА» (ПАО) <данные изъяты>.

Дополнительным соглашением от <дата> ФИО1 постоянно переведен на подземный <данные изъяты>

19 сентября 2024 года произошел несчастный случай на производстве, что повлекло причинение вреда здоровью работника ФИО1

В данное время истец временно нетрудоспособен, проходит амбулаторное лечение.

Для полного и всестороннего рассмотрения дела судом направлен запрос ответчику о предоставлении материала расследования по факту несчастного случая на производстве, произошедшего <дата>.

Так, расследованием установлено, что несчастный случай произошел 19 сентября 2024 года на <данные изъяты> АК «АЛРОСА» (ПАО) города Мирного Республики Саха (Якутия). <данные изъяты> ФИО1 находился на рабочем месте в <данные изъяты>. Около 19 час. 00 мин. во время выполнения ФИО1 работ по <данные изъяты>, в результате чего ФИО1 придавило левую ногу. По результатам расследования несчастного случая на производстве установлено, что ФИО1 работы выполнялись согласно разработанному и утвержденному паспорту крепления и управления кровлей, а также выданному наряд-заданию на смену. Причиной несчастного случая являются несовершенство технологического процесса, в том числе недостатки в изложении требований безопасности и технологической документации, а именно: до начала проходки, при разработке паспорта крепления и управления кровлей на очистной ленте № слоя № эксплуатационного блока № геологической службой <данные изъяты> не в полной мере были отражены горно-геологические условия фронтальной части забоя, наблюдавшиеся при разработке и проходке аналогичных лент в данном слое, в которых отмечались осложнения, обусловленные заколообразованием и отжимом горной массы в призабойной части, в результате чего в паспорте крепления и управления кровлей ленты № не было предусмотрено мер по проведению горной выработки в безопасное состояние при наличие осложнений в прифронтальной части забоя и необеспечения безопасности работников при осуществлении технологических процессов, что в последствии привело к вывалу закола и травмированную работника. Необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдение трудовой дисциплины, нарушение норм Трудового кодекса Российской Федерации, а также неудовлетворительное осуществление производственного контроля со стороны АК «АЛРОСА» (ПАО).

По результатам расследования несчастного случая комиссией АК «АЛРОСА» (ПАО) составлен акт о несчастном случае на производстве формы Н-1 от 21 октября 2024 года №.

В соответствии с медицинским заключением Государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Мирнинская центральная районная больница» (далее – ГБУ РС(Я) «Мирнинская ЦРБ») о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести (форма №/у) от 20 сентября 2024 года ФИО1 установлен диагноз: травматическая <данные изъяты>. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории - тяжелая.

В результате произошедшего несчастного случая на производстве ФИО1 установлена третья группа инвалидности и утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> сроком до 01 марта 2026 года, что подтверждается справкой МСЭ-2023 № о результатах установления степени утраты профессиональной трудоспособности, справкой МСЭ-2023 №.

В связи с несчастным случаем, произошедшим 19 сентября 2024 года с <данные изъяты> ФИО1, АК «АЛРОСА» (ПАО), руководствуясь пунктом 3.2.2 Регламента взаимодействия при реализации мер социальной поддержки при несчастных случаях на производстве и авариях на опасных производственных объектах, в соответствии с подпунктом 8.16.1 пункта 8.16 Коллективного договора, личного заявления ФИО1 и документов, подтверждающих понесенные расходы, определила ФИО1 максимальную сумму (лимит) компенсационной выплаты в размере <данные изъяты> Предоставлена компенсационная выплата в пределах лимита в размере <данные изъяты> ФИО1 по документально подтвержденным затратам на проведение мероприятий, необходимых для реабилитации и восстановления здоровья, утраченного в результате несчастного случая (приказ от <дата> АК «АЛРОСА» (ПАО)).

Также на основании приказа АК «АЛРОСА» (ПАО) от 09 апреля 2025 года ФИО1 в соответствии с подпунктом 8.16.2 пункта 8.16 Коллективного договора, личного заявления ФИО1 назначена ежемесячная компенсационная выплата, связанная с возмещением причиненного работнику вреда здоровью в результате несчастного случая, в размере <данные изъяты>.

Из справки АК «АЛРОСА» (ПАО) от 25 ноября 2025 года следует, что за период с 01 сентября 2024 года по 30 ноября 2025 года работнику ФИО1 на основании коллективного договора выплачена компенсационная выплата <данные изъяты>.

Согласно сведениям акционерного общества «<данные изъяты>» от 21 ноября 2025 года ФИО1 является застрахованным лицом по договору добровольного страхования от несчастных случаев и профессиональных заболеваний работников АК «АЛРОСА» (ПАО) № от 01 января 2024 года. 22 сентября 2025 года в акционерное общество АО «<данные изъяты>» зарегистрировано заявление от ФИО1 в связи с установлением инвалидности III группы в результате производственной травмы, произошедшей 19 сентября 2024 года. В соответствии с предоставленными документами рассмотрено обращение по риску «инвалидность» в результате несчастного случая». Произошедшее событие признано страховым случаем. Страховая выплата в размере <данные изъяты> перечислена на предоставленные банковские реквизиты на имя ФИО1 платежным поручением № от <дата>. Таким образом, в рамках договора акционерное общество «<данные изъяты>» по произошедшему с ФИО1 страховому случаю «инвалидность в результате несчастного случая» исполнены.

Истец ФИО1 в ходе судебного заседания подтвердил, что получает выплаты, вместе с тем он имеет право на получение компенсации морального вреда, поскольку испытывает тяжелые физические и нравственные страдания.

В обоснование своих доводов истцом ФИО1 к материалам дела приобщены копии медицинских документов: <данные изъяты>.

Положениями статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателя возложена обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Таким образом, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора или отраслевым соглашением, локальным нормативным актом работодателя.

Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

На основании абзаца 8 статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона № 125-ФЗ от 24 июля 1998 года «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с пунктом 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 от 15 ноября 2022 года «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и другое).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 от 15 ноября 2022 года «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и другое.

Из пояснений истца следует, что тяжкий вред здоровью ФИО1 получен в результате непринятия работодателем всех зависящих от него мер, направленных на обеспечение безопасных условий труда, в результате получения вреда здоровью ФИО1 испытал тяжелые физические и нравственные страдания, ему установлена третья группа инвалидности и утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> сроком до 01 марта 2026 года.

Факт причинения вреда здоровью истца в результате несчастного случая на производстве по вине ответчика подтверждается вышеуказанным актом о несчастном случае на производстве. При этом ответчиком не представлено суду доказательств работы истца в безопасных и здоровых условиях труда, вины истца, выразившейся в грубой неосторожности, судом не установлено.

Разрешая спор, оценив в совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, имеющиеся в деле доказательства, руководствуясь нормами права, регулирующими спорные правоотношения, принимая во внимание состояние здоровья истца в результате несчастного случая на производстве, полученного в период трудовой деятельности в АК «АЛРОСА» (ПАО), суд приходит к выводу, что истец вправе требовать с работодателя компенсацию морального вреда.

Давая оценку доводам истца, возражениям ответчика, суд принимает во внимание, что в силу статей 20, 41 Конституции Российской Федерации, статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В разъяснениях, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства дела.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суд учитывает, что истцу в связи с получением травмы в результате несчастного случая на производстве с 28 февраля 2025 года установлена третья группа инвалидности и степень утраты профессиональной трудоспособности <данные изъяты>%, срок очередного переосвидетельствования <дата>.

Суд также учитывает отсутствие вины истца, о чем прямо указано в акте расследования о несчастном случае на производстве и принимает во внимание наличие прямой причинно-следственной связи между получением истца травмы на производстве и действиями работодателя, который не обеспечил безопасные условия труда, вины ответчика и ее степени при отсутствии вины ФИО1 в причинении ему вреда здоровью, нахождение истца на лечении в медицинских учреждениях.

В результате повреждения здоровья истец испытал сильную физическую боль, ему установлен диагноз: травматическая ампутация переднего отдела левой стопы, размозжение среднего отдела левой стопы. Травматический шок. Указанное повреждение квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Истец прошел несколько операций и до сих пор имеет проблемы со здоровьем, постоянные жалобы на боли в области левой стопы, испытывает ноющую боль в области ампутации левой стопы, затруднение при передвижении, то есть невозможность продолжать привычный образ жизни, ограничение социальной активности, что, безусловно, привело к нравственным переживаниям. Также истец указывает, что при сохранении жалоб или отрицательной динамике не исключается необходимость реампутации конечности на более высоком уровне, истец боится последствий, что также сказывается на душевном состоянии истца ввиду моральных переживаний, ощущением своей беспомощности, как в момент получения травмы, так и после данных событий, состояние не мобильности. При этом здоровье человека – это состояние его полного физического и психического благополучия, которого истец был лишен по вине ответчика.

С учетом вышеизложенных и установленных судом обстоятельств получения травмы, а также характера причиненных истцу страданий, индивидуальных особенностей истца и данных им пояснений относительно заявленного им размера компенсации, требований разумности и справедливости, суд полагает соразмерной сумму денежной компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве в размере 900 000 рублей, которая подлежит взысканию с ответчика.

Доказательств, опровергающих вышеизложенные обстоятельства или подтверждающих отсутствие вины ответчика в причинении вреда истцу, ответчиком не представлено.

При указанных обстоятельствах исковые требования прокурора подлежат удовлетворению частично.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Моральный вред, хотя он и определяется судом в конкретной денежной сумме, признается законом вредом неимущественным и, следовательно, государственная пошлина должна взиматься на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

При данных обстоятельствах подлежит взысканию с ответчика государственная пошлина в доход бюджет 3000 рублей за требование неимущественного характера.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования прокурора города Мирного Республики Саха (Якутия) в интересах ФИО1 к акционерной компании «АЛРОСА» (публичное акционерное общество) о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с акционерной компании «АЛРОСА» (публичное акционерное общество) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 900 000 рублей.

Взыскать с акционерной компании «АЛРОСА» (публичное акционерное общество) в доход бюджета государственную пошлину 3 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Идентификаторы сторон:

ФИО1: паспорт <данные изъяты>.

АК «АЛРОСА»(ПАО): ИНН <***>, ОГРН <***>

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Саха (Якутия) путем подачи апелляционной жалобы через Мирнинский районный суд Республики Саха (Якутия) в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья В.Ш. Алексеева

Решение в окончательной форме изготовлено 16 декабря 2025 года