№2-2356/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 июня 2025 года г. Астрахань

Советский районный суд г. Астрахани в составе:

председательствующего судьи Шамухамедовой Е.В.

при секретаре Дьяковой Л.М.

с участием прокурора Корженевской И.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску <ФИО>2 к <ФИО>17 о взыскании компенсации морального вреда,

установил :

Истец <ФИО>2 обратилась в суд с иском к <ФИО>18 о компенсации морального вреда, указав, что является дочерью <ФИО>1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей в <ФИО>19 (далее Больница) 13 мая 2021 года. 27 апреля 2021 года <ФИО>1 доставлена бригадой скорой медицинской помощи в 9 часов 40 минут в терапевтическое отделение Больницы. Был взят мазок на Covid – 19, результат был отрицательный. В 12 часов 55 минут 27 апреля 2021 года осмотрена врачом – эндокринологом и заведующей отделения. Выставлен диагноз: сахарный диабет 2 типа, декомпенсация. Осложнения: кетоацидоз от 27 апреля 2021 года, диабетическая ретинопатия обоих глаз. Диабетическая полинейропатия, сенсорный вариант. Сопутствующий диагноз: гипертоническая болезнь 2 стадии, риск ССо4. Хронический панкреатит, панкреонекроз? Назначен план обследования и план лечения. Однако, в последующем состояние здоровья <ФИО>1 ухудшалось. Она переводилась в отделение анестезиологии и реанимации, где находилась до 29 апреля 2021 года. При стабилизации состояния переведена в терапевтическое отделение для дальнейшего лечения и наблюдения, откуда в тот же день переведена в <ФИО>20 (далее Госпиталь). По результатам проведенного 30 апреля 2021 года в Госпитале исследования ФГДС установлено: химический ожог ротовой полости, пищевода, желудка, Bd. Острый эрозивно-язвенный, некротизированный эзофагит, гастрит, дуоденит. В этот же день, 30 апреля 2021 года в 19 часов 30 минут <ФИО>1 повторно переведена в терапевтическое отделение Больницы. Впервые в медицинской карте отмечается следы ожогов в углу рта больной. Выставлен диагноз: сахарный диабет 2 типа, декомпенсация. Конкурирующий: химический ожог гортани, пищевода. Осложнения: кетоацидоз. Диабетическая ретинопатия обоих глаз. Диабетическая полинейропатия, сенсорный вариант. Сопутствующий диагноз: гипертоническая болезнь 2 стадии, риск ССо4. Хронический панкреатит, панкреонекроз? Назначен план обследования и план лечения. В течение последующих суток пациентка наблюдалась дежурными врачами каждые 4-6 часов, отмечается ухудшение состояния. 3 мая 2021 года взят назофарингельный мазок на SARS - Cov – 2 методом ПЦР, результат положительный, в этой связи <ФИО>1 переведена в инфекционное отделение № 1 Инфекционного госпиталя № 3 <ФИО>21. Установлен диагноз: коронавирусная инфекция, вызванная вирусом Covid – 19, тяжесть КТ-4. Сопутствующий диагноз: сахарный диабет 2 типа, декомпенсация. Кетоацидоз. Диабетическая ретинопатия обоих глаз. Диабетическая полинейропатия, сенсорный вариант. Химический ожог гортани, пищевода. Отек легких. Гипертоническая болезнь 2 стадии, риск ССо4. Назначен план обследования и план лечения. Однако состояние <ФИО>1 ухудшалось. 13 мая 2021 года <ФИО>1 умерла. Истец полагает, что Республиканской <ФИО>22 допущены нарушения установленных законом порядков оказания медицинской помощи, стандартов оказания медицинской помощи, клинических рекомендация, что привело к химическому ожогу ротовой полости, пищевода, желудка, внутриутробному инфицированию новой коронавирусной инфекции, которая и привела к смерти <ФИО>1, что подтверждено материалами проверки <ФИО>23 и <ФИО>24. В результате оказания некачественной медицинской помощи матери <ФИО>1 в результате чего она скончалась, истец понесла моральные и нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях и боли утраты матери. На указанный период истец была несовершеннолетней, ухаживала постоянно за матерью. Просит взыскать с <ФИО>25 компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей.

В судебном заседании истец <ФИО>2 и ее представитель <ФИО>3 иск поддержали, просили удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика <ФИО>26 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, представили суду возражения, указав, что отсутствует прямая либо косвенная причинного следственная связь между допущенными дефектами оказания медицинской помощи и смертью <ФИО>1 Просили суд в иске отказать в полном объеме.

Представитель третьего лица <ФИО>27 в судебное заседание не явился, извещены надлежащим образом, причина неявки суду неизвестна.

Третьи лица <ФИО>7, <ФИО>8, <ФИО>9, <ФИО>10, <ФИО>11, <ФИО>12 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, причина неявки суду неизвестна.

Суд, выслушав истца и его представителя, экспертов, исследовав материалы гражданского дела, выслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

Семейная жизнь охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

В соответствии со ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В соответствии со ст. 1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит.

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

Согласно статье 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п. п. 3, 9 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии со ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» органы государственной власти и органы местного самоуправления, должностные лица организаций несут ответственность за обеспечение реализации гарантий и соблюдение прав и свобод в сфере охраны здоровья, установленных законодательством Российской Федерации.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими установлению с учетом правового обоснования заявленных исковых требований при определении размера компенсации морального вреда, обстоятельствами является выяснение обстоятельств, касающихся того, имелись ли дефекты оказания медицинской помощи <ФИО>1 ответчиком, повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи в данном медицинском учреждении на правильность назначения и проведения соответствующего лечения, исключалась ли смерть потерпевшего при надлежащем оказании ему медицинской помощи, а также определение степени физических и нравственных страданий истца с учетом фактических обстоятельств дела.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый п. 32 постановления Пленума от 26 января 2010 года № 1).

В соответствии с разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Под нравственными страданиями следует понимать переживания в связи с утратой родственников.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

Медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

В данном случае юридическое значение имеет и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания ответчиком медицинской помощи <ФИО>1 могли способствовать ухудшению состояния его здоровья и привести к смерти. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (постановка неправильного диагноза и, как следствие, неправильное лечение пациента, непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.), причиняет страдания, то есть причиняет вред пациенту, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Судом установлено, что 27 апреля 2021 года <ФИО>1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения доставлена бригадой скорой медицинской помощи в 9 часов 40 минут в терапевтическое отделение Больницы. Был взят мазок на Covid – 19, результат был отрицательный.

В 12 часов 55 минут 27 апреля 2021 года осмотрена врачом – эндокринологом и заведующей отделения. Выставлен диагноз: сахарный диабет 2 типа, декомпенсация. Осложнения: кетоацидоз от 27 апреля 2021 года, диабетическая ретинопатия обоих глаз. Диабетическая полинейропатия, сенсорный вариант. Сопутствующий диагноз: гипертоническая болезнь 2 стадии, риск ССо4. Хронический панкреатит, панкреонекроз? Назначен план обследования и план лечения.

Однако, в последующем состояние здоровья <ФИО>1 ухудшалось. Она переводилась в отделение анестезиологии и реанимации, где находилась до 29 апреля 2021 года. При стабилизации состояния переведена в терапевтическое отделение для дальнейшего лечения и наблюдения, откуда в тот же день переведена в <ФИО>28 (далее Госпиталь). По результатам проведенного 30 апреля 2021 года в Госпитале исследования ФГДС установлено: химический ожог ротовой полости, пищевода, желудка, Bd. Острый эрозивно-язвенный, некротизированный эзофагит, гастрит, дуоденит.

В этот же день, 30 апреля 2021 года в 19 часов 30 минут <ФИО>1 повторно переведена в терапевтическое отделение Больницы. Впервые в медицинской карте отмечается следы ожогов в углу рта больной. Выставлен диагноз: сахарный диабет 2 типа, декомпенсация. Конкурирующий: химический ожог гортани, пищевода. Осложнения: кетоацидоз. Диабетическая ретинопатия обоих глаз. Диабетическая полинейропатия, сенсорный вариант. Сопутствующий диагноз: гипертоническая болезнь 2 стадии, риск ССо4. Хронический панкреатит, панкреонекроз? Назначен план обследования и план лечения.

В течение последующих суток пациентка наблюдалась дежурными врачами каждые 4-6 часов, отмечалось ухудшение состояния. 3 мая 2021 года взят назофарингельный мазок на SARS - Cov – 2 методом ПЦР, результат положительный, в этой связи <ФИО>1 переведена в инфекционное отделение № 1 Инфекционного госпиталя № 3 <ФИО>29. Установлен диагноз: коронавирусная инфекция, вызванная вирусом Covid – 19, тяжесть КТ-4. Сопутствующий диагноз: сахарный диабет 2 типа, декомпенсация. Кетоацидоз. Диабетическая ретинопатия обоих глаз. Диабетическая полинейропатия, сенсорный вариант. Химический ожог гортани, пищевода. Отек легких. Гипертоническая болезнь 2 стадии, риск ССо4. Назначен план обследования и план лечения. Однако состояние <ФИО>1 ухудшилось.

13 мая 2021 года <ФИО>1 умерла.

Патологический диагноз: Короновирусная инфекция, вызванная COVID-19, вирус идентифицирован методом ПЦР РНК SARS – СоV-2 от 3.05.21, тяжелая форма. Осложнения: Двусторонняя вирусная пневмония: вторичная очагово-сливная гнойная пневмония. Острый респираторный дистресс-синдром. Двусторонний гидроторакс, асцит. Ишемические повреждения миокарда. Дистрафия паренхиматозных органов. Венозное полнокровие внутренних органов. Сопуствующие заболевания: сахарный диабет 2 типа с множественными осложнениями. Хронический атрофический гастрит в стадии обострения. Гипертоническая болезнь 3 ст.

Из акта документарной проверки <номер> от 30 августа 2021 года Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Республике Калмыкия следует, что на основании анализа первичной медицинской документации выявлены дефекты в организации и оказании медицинской помощи пациентке <ФИО>1

На уровне терапевтического отделения: лечащим врачом – эндокринологом при установленном диагнозе от 27 апреля 2021 года в 12 часов 55 минут «Сахарный диабет 2 типа в стадии декомпенсции, осложнённый кетоацидозом, диабетической ретинопатией обоих глаз, диабетической полинейропатией, сенсорный вариант. Гипертоническая болезнь 2 степени, риск ССО4. Хронический панкреатит, панкреонекроз?» не назначен и не проведен своевременно консультативный осмотр врача – реаниматолога по экстренным показаниям для решения вопроса о целесообразности перевода в отделение анестезиологии и реанимации, учитывая наличие нарушений жизненно важных функций у пациентки <ФИО>1 Не проводится контроль гликемии на фоне проводимой в/в инсулинотерапии; не проведено КТ ОГК; не проведен консилиум на уровне СТоСМП, включая кардиолога, врача анестезиолога-реаниматолога, эндокринолога для решения вопроса о маршрутизации и тактики ведения больной; не проведено ЭХО КГ; произведен необоснованный перевод в БУ РК «Госпиталь ветеранов войн».

На уровне отделения реанимации: не проведено рентгенография ОКГ/КТ ОГК и ФГДС.

На уровне оказания медицинской помощи в инфекционном отделении <номер> (РАО) – особых дефектов не выявлено. Лечение назначено в соответствии с ВМР, дважды проведена ТМК, рекомендации выполнены. Замечание по оформлению медицинской документации: при введении тоцилизумаба в дневниковых записях нет информации о переносимости препараты.

Согласно выводам, смерть пациентки <ФИО>1 обусловлена новой коронавирусной инфекцией, осложненной двусторонней интерстициальной пневмонией, ОРДС, легочно-сердечной недостаточностью, ишемическими повреждениями миокарда, полиорганной недостаточностью. Имело место недооценка степени тяжести больной на всех этапах оказания медицинской помощи. Отсутствие мультидисциплинарного подхода к ведению данной пациентки. На уровне СТоСМП коллегиально необходимо было решить вопрос о дальнейшей тактике и маршрутизации пациентки. Больная нуждалась переводу в отделение реанимации из приемного покоя больницы. Следует отметить многочисленные переводы из одного отделения в другое (6 переводов), в результате отсутствие динамического наблюдения одним лечащим врачом, высокий риск заражения COVID-19. В результате имеет место внутрибольничное инфицирование новой коронавирусной инфекции. Эпидемиологом госпиталя не проведено эпидемиологическое расследование заражения пациентки в стационаре. Данный случай смерти условно предотвратим.

В процессе рассмотрения гражданского дела, в целях установления обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, определением суда по делу назначена комплексная медицинская судебная экспертиза, производство которой поручено ГБУЗ Астраханской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Из выводов комплексной медицинской судебной экспертизы, производство которой поручено ГБУЗ Астраханской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» <номер>-ОКиКЭ от 7 октября 2024 года следует, что медицинская помощь отмеченная в медицинской карте <номер> стационарного больного <ФИО>30 на имя <ФИО>1 в соответствии с установленным ей диагнозом в части «Сахарный диабет 2 типа, декомпенсция. Целевой уровень НbA1C<7,5%. Кетоацидоз. Диабетическая ретинопатия обоих глаз. Диабетическая полинейропатия, сенсорный вариант …» оказана не в полном объеме в части проведения лабораторных методов исследования, а именно исследования уровня глюкозы плазмы и кетонов в моче.

Каких-либо данных о причинении вреда здоровью, оказанной медицинской помощью <ФИО>1 в представленных медицинских документах не имеется. Смерть <ФИО>1 состоит в причинно-следственной связи с имевшимся у нее заболеванием и патологическими состояниями, и не состоит в причинно-следственной связи с медицинской помощью, отмеченной в представленных медицинских документах на ее имя.

Принимая во внимание данные отмеченные в копии протокола патолоанатомического вскрытия <номер> от 14 мая 2021 года <ФИО>31 трупа <ФИО>1 и при микроскопическом изучении микропрепаратов от трупа <ФИО>1 (в рамках проведения данной экспертизы) сделан вывод, что смерть <ФИО>1 наступила от респираторного дистресс-синдрома развившегося в следствие двусторонней вирусно-бактериальной пневмонии, вызванной новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) на фоне сахарного диабета в стадии декомпенсации и гипертонической болезни.

Каких-либо данных о причине (причинах) возникновения ожога ротовой полости, пищевода, желудка в представленных медицинских документах на имя <ФИО>1 не имеется.

В медицинской карте <номер> стационарного больного <ФИО>32 на имя <ФИО>1 имеется результат обследования ПЦР на новую коронавирусную инфекцию от 3 мая 2021 года «результат – обнаружено».

В медицинской карте <номер> стационарного больного <ФИО>33 на имя <ФИО>1 в графе диагноз заключительный клинический отмечено «…Коронавирусная инфекция, вызванная COVID-19 вирус идентифицирован методом ПЦР РНК SARS-CoV-2 от 3 мая 2021 года, тяжелая форма. Двусторонняя вирусная пневмония, высокая вероятность COVID-19 тяжесть КТ-4, тяжелое течение. Интоксикационный синдром…».

Инкубационный период для COVID-19 составляет от 2 до 14 дней, при обследовании от 27 апреля 2021 года респираторный мазок на COVID-19 отрицательный, в связи с этим полностью исключить возможность инфицирования <ФИО>1 новой коронавирусной инфекции COVID-19 невозможно.

В ходе судебного разбирательства опрошены эксперты <ФИО>13, <ФИО>14, <ФИО>15, которые полностью поддержали заключение судебной экспертизы и указали, что при оказании медицинской помощи <ФИО>1 имелись нарушения, описанные в исследовательской части экспертизы.

Заключение комиссии экспертов ГБУЗ АО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» соответствует требованиям действующего законодательства, не содержит противоречий и неясностей, эксперты однозначно ответили на поставленные судом вопросы. Заключение подготовлено компетентными специалистами в соответствующей области знаний, оснований сомневаться в объективности экспертов, не имеется. Выводы экспертов основаны на данных, содержащихся в медицинской документации, сформулированы экспертами достаточно полно и ясно, сомнений в правильности и обоснованности не вызывают. Все эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, в подтверждение чего заключение комиссии экспертов содержит подписку экспертов.

Экспертиза проведена в порядке, установленном ст. 84 ГПК РФ, заключение комиссии экспертов соответствует требованиям ст. ст. 84, 86 ГПК РФ, положениям ст. ст. 4, 9, 25 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», является четким, ясным, полным, противоречий не содержит, что указывает на его допустимость.

Материалами гражданского дела подтверждено, что медицинская помощь <ФИО>1 ответчиком оказана с дефектами. Не были приняты все необходимые и возможные меры для своевременного и квалифицированного обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, что явилось условием наступления смерти <ФИО>1 и привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. Помощь оказывалась несвоевременно, методы диагностики и лечения выбраны неверно. Летальный исход заболевания <ФИО>1 не являлся неизбежным. Допущенные ответчиком тактические, диагностические дефекты, дефекты лечения явились условием наступления неблагоприятного исхода- смерти <ФИО>1

В судебном заседании установлено, что истец <ФИО>2 проживала совместно с матерью <ФИО>1, они были членами одной семьи, имели близкую родственную связь. Истец на момент наступления смерти была несовершеннолетней. Утрата матери продолжает причинять истцу нравственные страдания. Также истец указала на причинение ей морального вреда в связи с оказанием некачественного лечения матери. Истец также в судебном заседании указала на то, что, находясь рядом с матерью в больнице неоднократно просила оказать помощь матери, которая оказана не в полном объеме. Кроме того, <ФИО>1 неоднократно переводили из одного отделения в другое (6 переводов), в связи с чем отсутствовало динамическое наблюдение одним лечащим врачом и имелся высокий риск заражения COVID-19. При том, что больная поступила с отрицательным результатом на COVID-19. Также следует отметить, что при нахождении в Больнице у <ФИО>1 возник ожог ротовой полости, пищевода, желудка, который до поступления на лечение отсутствовал, что дополнительно доставляло истцу переживания от того, что она не могла посодействовать своевременному и правильному оказанию ее матери медицинской помощи.

Размер компенсации морального вреда должен в полной мере компенсировать перенесенные истцом нравственные страдания. Суд приходит к выводу о том, что такая компенсация должна быть в размере 1 000 000 рублей, которая является разумной, справедливой и достаточной с учетом всех установленных в судебном заседании фактических обстоятельств.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

С учетом того, что истец в силу закона освобожден от уплаты государственной пошлины, то с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 рублей.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

На основании определения суда по делу была назначена судебная медицинская экспертиза, которые были поручена ГБУЗ Астраханской области «БСМЭ».

Принимая во внимание, что исковые требования <ФИО>2 удовлетворены, то с ответчика подлежат взысканию расходы за проведение экспертизы в размере 67 989 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования <ФИО>2 к <ФИО>34 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с <ФИО>35 в пользу <ФИО>2 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с <ФИО>36 в доход Муниципального образования «Городской округ город Астрахань» государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Взыскать с <ФИО>37 в пользу ГБУЗ АО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» за проведение судебной экспертизы 67 989 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Астраханский областной суд в течение месяца, со дня изготовления мотивированного текста решения суда, через Советский районный суд г. Астрахани.

Мотивированный текст решения изготовлен 7 июля 2025 года.

Судья Е.В.Шамухамедова