Копия
Судья Прядко Е.М. дело № 22-1035/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Салехард 30 октября 2023 года
Суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:
председательствующего судьи Палея С.А.,
при секретаре судебного заседания Валеевой Р.Н.,
рассмотрел в закрытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению и.о. прокурора г. Ноябрьска Ямало-Ненецкого автономного округа Доможирова А.Н., а также апелляционной жалобе адвоката Ярикова Д.Г. в интересах осуждённого ФИО1 на приговор Ноябрьского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 1 августа 2023 года, по которому
ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ <адрес>, несудимый,
осуждён по ч. 2 ст. 137 УК РФ к штрафу в размере 100 000 рублей в доход государства.
Приговором также разрешён вопрос о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств.
Заслушав выступление прокурора Бугорковой Е.В., считавшей необходимым приговор отменить, а уголовное дело направить на новое рассмотрение, мнение осуждённого ФИО1 и его защитника Ярикова Д.Г., просивших постановить оправдательный приговор, суд
УСТАНОВИЛ:
По приговору суда ФИО1 признан виновным и осуждён за незаконное распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную тайну без его согласия, совершённые лицом с использованием своего служебного положения.
Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционном представлении и.о. прокурора г. Ноябрьска Ямало-Ненецкого автономного округа Доможиров А.Н. усматривает существенные нарушения закона при производстве по делу. Считает, что суд не дал оценки в приговоре наличию у ФИО1 прямого умысла на совершение преступления, а также осведомлённости последнего о том, что разглашённые сведения хранились потерпевшим в тайне. Утверждает, что в ходе судебного разбирательства не были допрошены сотрудники охраны, которые доставили потерпевшего к фельдшеру. Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение.
В апелляционной жалобе адвокат Яриков Д.Г., действующий в интересах осуждённого ФИО1, не соглашается с приговором. Приводя собственный анализ уголовного законодательства и судебной практики, считает, что в действиях его подзащитного отсутствует состав инкриминируемого деяния. Указывает, что ФИО1 лично с потерпевшим не знаком, о его диагнозе осведомлён не был, сведения о заболевании стали ему известны со слов Свидетель №1 в ходе частной беседы, не связанной с оказанием медицинских услуг. Настаивает, что Потерпевший №1 сам предал свой диагноз огласке при посторонних лицах, и данные сведения стали общедоступными. Заявляет, что ФИО1, направляя письмо в адрес организаций, лишь исполнял свои должностные обязанности согласно заключенному договору и был обязан сообщить сведения, которые ему стали известны. Отмечает, что судом не дано оценки доводам о возможном сообщении потерпевшим ложной информации о себе. Просит судебное решение отменить, вынести оправдательный приговор.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы и возражений, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
Судебное разбирательство по делу проведено с соблюдением уголовно-процессуального закона, объективно и с достаточной полнотой, в условиях состязательности и равноправия сторон, в соответствии с требованиями ст. 15 УПК РФ. Все заявленные сторонами ходатайства судом первой инстанции рассмотрены в соответствии с УПК РФ и с вынесением мотивированных решений.
Вопреки доводам апелляционного представления, суд принял достаточные меры для оказания сторонам содействия в обеспечении возможности предоставить доказательства. В том числе суд неоднократно откладывал судебное разбирательство, а также направлял поручения для организации видео-конференц-связи в целях допроса свидетеля ФИО8 и других охранников, на допросе которых настаивала сторона защиты.
В связи с тем, что допрос свидетеля ФИО8 длительное время не мог состояться по объективным причинам (не явка самого свидетеля в суд, отсутствие технической возможности организовать видео-конференц-связь), а также в связи с тем, что обстоятельства, о которых мог пояснить данный свидетель, ранее уже были озвучены свидетелем ФИО9 и в том числе не оспаривались сторонами, судом принято верное решение об отказе в удовлетворении ходатайства стороны защиты об очередном отложении рассмотрения дела в целях вызова этого свидетеля (т. 4 л.д. 30).
Рассмотрев уголовное дело по существу, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о доказанности виновности ФИО1 в совершении вменяемого преступления.
Так, в судебном заседании установлено, что в период с 12 часов 01 минуты до 12 часов 05 минут ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 собственноручно составил, а затем по электронной почте направил в адрес ООО «Энергополюс» и АО «ССК» информационный документ «Молния», в котором указал об имеющемся у Потерпевший №1 заболевании, вызываемым вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции), которое относится к числу сведений, составляющих его личную тайну.
Указанное подтверждается показаниями самого осуждённого ФИО1, а также показаниями свидетелей Свидетель №3 и ФИО10, указавших, что им на служебную почту поступило письмо «Молния!» за подписью ФИО1, в котором сообщалось, что Потерпевший №1 болен ВИЧ-инфекцией.
Данные показания полностью согласуются с результатами осмотров электронных почтовых ящиков организаций ООО «Энергополюс» и АО «ССК» (т. 1 л.д. 99-103, 112-117), ответом ООО «Служба скорой медицинской помощи», письмом «Молния!» и выпиской из журнала исходящей корреспонденции (т. 1 л.д. 10, 14-18).
Потерпевший Потерпевший №1 показал суду, что информацию о наличии у него заболевания ВИЧ-инфекцией держал в тайне, о наличии у него заболевания знали только близкие ему люди. В январе 2022 года на работе провели его освидетельствование по подозрению в употреблении наркотических средств. В связи с обнаружением в организме <данные изъяты>, относящихся к наркотическим средствам, он был вынужден сообщить фельдшеру Свидетель №1 о наличии у него заболевания и употреблении в связи с проводимой терапией лекарственных средств, содержащих <данные изъяты>. Возможно, сообщённую фельдшеру информацию слышали охранники, которые доставили его в медицинский вагон и присутствовали при прохождении им освидетельствования. Позднее узнал, что по всем месторождениям осуждённым было распространено письмо «Молния!», в котором имелась информации о наличии у него заболевания. Разрешения на распространение информации о своём заболевании он никому не давал.
Доводы прокурора о том, что суд не дал оценки наличию у ФИО1 прямого умысла на совершение преступления, а также осведомлённости последнего о том, что разглашённые сведения хранились потерпевшим в тайне, противоречат содержанию приговора.
При решении вопроса о наличии в действиях лица состава преступления, предусмотренного частью 1 или 2 статьи 137 УК РФ, суду необходимо устанавливать, охватывалось ли его умыслом, что сведения о частной жизни гражданина хранятся им в тайне (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 46). Данные требования судом первой инстанции выполнены.
Как правильно указал суд первой инстанции, сведения об имеющихся у какого-либо лица заболевании составляют врачебную тайну и не подлежат распространению без согласия этого лица.
Распространение такой информации допускается только на основании письменного согласия гражданина (его законного представителя) или по указанным в Федеральном законе «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» основаниям.
Из представленных доказательств следует, что потерпевший Потерпевший №1 ни письменного, ни устного согласия на распространение сведений о своём заболевании не давал.
Кроме того, сам осуждённый не был лично знаком с потерпевшим, никогда не общался с ним, в том числе по роду своей деятельности, а информацию о заболевании Потерпевший №1 узнал в ходе исполнения своих должностных обязанностей от подчинённого сотрудника - фельдшера Свидетель №1
Указанное свидетельствует о том, что у осуждённого ФИО1 отсутствовали основания полагать, что Потерпевший №1 не хранил в тайне сведения о наличии у него заболевания ВИЧ-инфекцией.
Не основаны на материалах дела и доводы адвоката Ярикова Д.Г. о том, что потерпевший Потерпевший №1 сам предал свой диагноз огласке при посторонних лицах, и данные сведения стали общедоступными.
Действительно, из материалов дела следует, что Потерпевший №1 сам добровольно сообщил фельдшеру Свидетель №1 о наличии у него заболевания ВИЧ-инфекцией. В этот момент в помещении медицинского вагончика присутствовали также охранники месторождения, которые доставили потерпевшего к фельдшеру для освидетельствования в связи с подозрением в употреблении наркотических средств.
Однако это ещё не свидетельствует о том, что информация о заболевании Потерпевший №1 была предана огласке или стала общедоступной.
Пунктом 2 статьи 152.2 ГК РФ устанавливается презумпция конфиденциальности (неразглашения) информации о частной жизни гражданина, полученной в связи с исполнением обязательства.
Совершенно очевидно, что фельдшер Свидетель №1, а также сотрудники безопасности организации, где работал потерпевший, а в последующем и осуждённый ФИО1, узнали информацию о частной жизни Потерпевший №1, касающегося его заболевания, не в результате обычной беседы, а при исполнении ими своих должностных обязанностей и исключительно в связи с тем, что в отношении работника Потерпевший №1 было проведено освидетельствование, выявившее у него употребление наркотических средств.
Сообщая фельдшеру Свидетель №1 и доставившим его в медицинский пункт охранникам информацию о наличии заболевания, ФИО11 указывал на наличие у него законных оснований для употребления веществ группы <данные изъяты>, что по его мнению исключало применение к нему санкций за нахождение на работе в состоянии наркотического опьянения. Такое сообщение сведений о состоянии здоровья узкому кругу лицу и в связи с осуществлением ими своих профессиональных обязанностей, по смыслу закона, не может быть расценено как предание огласке сведений о Потерпевший №1 самим гражданином. В данном случае на эти сведения продолжает распространяться режим конфиденциальности, установленный ст. 152.2 ГК РФ.
Кроме того, из совокупного анализа абз. 1 и 2 п. 1 ст. 152.2 ГК РФ следует, что если гражданин раскрывает какому-либо лицу информацию, касающуюся его частной жизни, не указывая при этом, что он позволяет разглашать (делать общедоступной) названную информацию, то лицо, её получившее, считается узнавшим эту информацию в соответствии с законом и приобретает право хранить и использовать её, но не вправе разглашать и делать общедоступной.
Упомянутое лицо имеет право разгласить информацию, то есть сделать её общедоступной, только если оно получило (или получит позже) право на разглашение этой информации; последнее должно быть подтверждено прямо и недвусмысленно.
Таким образом, оснований считать, что информация о заболевании Потерпевший №1 стала общедоступной или была предана огласке самим потерпевшим, не имеется.
Тот факт, что ФИО1 не было достоверно известно о наличии у потерпевшего заболевания, не имеет юридического значения. Для привлечения осуждённого к ответственности достаточно того факта, что он только предполагал, что Потерпевший №1 может быть болен ВИЧ-инфекцией.
Мотив действий ФИО1 значения также не имеет. Тот факт, что он действовал из ложно понятых интересов службы, не является обстоятельством, исключающим преступность деяния.
Доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО1 был обязан сообщить работодателю сведения, которые ему стали известны о Потерпевший №1, также противоречат исследованным судом доказательствам. В соответствии с заключенными ООО «Служба медицинской помощи», где работал осуждённый, договорами с ООО «Энергополюс» и ООО «Сибирская Сервисная Компания» (т. 1 л.д. 206-211, 212-217) и нормативными требованиями в сфере медицинских услуг ООО «Служба медицинской помощи» было обязано предоставлять лишь сведения о результатах освидетельствования на состояние опьянения без обнародования информации о состоянии здоровья гражданина.
Тот факт, что сведения о наличии у Потерпевший №1 заболевания не подлежали оглашению и являлись его личной тайной, подтверждается его собственными показаниями, а наличие такого заболевания - соответствующей медицинской справкой (т. 1 л.д. 12).
Таким образом, исследованные доказательства являются достаточными для признания доказанным факта совершения ФИО1 преступления, предусмотренного ст. 137 УК РФ, поскольку в силу требований УК РФ сообщение хотя бы одному лицу в любой форме сведений о частной жизни лица, составляющих его личную тайну, образует состав указанного преступления. При этом к сведениям, составляющим личную тайну, относятся в том числе и сведения о наличии заболеваний.
Учитывая, что сведения о частной жизни Потерпевший №1 осуждённый распространил, действуя не как частное лицо, а как главный врач ООО «Служба медицинской помощи», подписав от имени этой медицинской организации соответствующее письмо, его действия правильно квалифицированы как совершённые с использованием своего служебного положения.
Таким образом, в целом квалификация действий осуждённого ФИО1 по ч. 2 ст. 137 УК РФ является верной.
Сомнений, которые можно было бы толковать в его пользу, а также оснований для постановления в отношении ФИО1 оправдательного приговора не имеется.
Решая вопрос о виде и размере наказания суд в соответствии с положениями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ учёл характер и степень общественной опасности совершённого преступления, а также данные о личности осуждённого.
В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд учёл положительные характеристики осуждённого и наличие на иждивении несовершеннолетнего ребёнка. Обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено.
За содеянное ФИО1 назначено самое мягкое наказание и в минимальном размере.
Основания неприменения ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ судом указаны, и они являются верными. Никаких исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, по делу не имеется.
Нарушений уголовного или уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, по делу не установлено.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, суд
ПОСТАНОВИЛ:
Приговор Ноябрьского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 1 августа 2023 года в отношении ФИО1 без изменения, а апелляционное представление прокурора и апелляционную жалобу защитника - без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путём подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, с соблюдением требований статьи 4014УПК РФ.
В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 40110- 40112УПК РФ.
В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий подпись
Копия верна: Судья суда ЯНАО Палей С.А.