Решение по делу № 2-1894/2024 от 10.06.2025 - о признании травмы несчастным случаем на производстве, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании невыплаченной заработной платы и иных выплат, компенсации морального вреда и материального ущерба.

Дело № 2-99/2025 (2-1894/2024)

УИД 24RS0024-01-2024-002456-08

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 мая 2025 года г. Канск

Канский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего Койновой Д.А.,

при секретаре Горбуновой В.Н.,

с участием помощника прокурора Красевич А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к КГБУ СО «Пансионат для граждан пожилого возраста и инвалидов «Кедр»» о признании травмы несчастным случаем на производстве, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании невыплаченной заработной платы и иных выплат, компенсации морального вреда и материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к КГБУ СО «Пансионат для граждан пожилого возраста и инвалидов «Кедр» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании невыплаченной заработной платы, признании полученной травмы производственной, компенсации морального вреда, компенсации расходов на лечение. Требования мотивированы тем, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она работа в КГБУ СО «Пансионат для граждан пожилого возраста и инвалидов «Кедр» уборщицей. ДД.ММ.ГГГГ выполняя свои служебные обязанности, поскользнувшись, упала и получила серьезную травму - перелом руки со смещением и сотрясение головного мозга. Куратор Учреждения Свидетель №1 В.В. убедила истца указать при обращении в больницу, что травма являлась бытовой, уверив, что это никак не скажется на ее заработной плате, при этом истец, получив травму мозга, не могла ясно мыслить, и поддавшись эмоциям, сказала врачу, что падение произошло дома. Между тем, получение истцом травмы явилось следствием нарушения руководством КГБУ СО «Пансионат для граждан пожилого возраста и инвалидов «Кедр» правил техники безопасности, поскольку пол учреждения покрыт скользким линолеумом по которому опасно ходить без специальной обуви, выдача которой персоналу пансионата является обязательной, тем не менее осуществлена не была. Находясь на больничном, истец, вопреки уверениям начальства, получила лишь 50% от заработной платы, кроме того руководство попросило ее написать заявление о предоставлении отпуска с последующим увольнением, при том, что она еще 35 дней находилась на больничном листе, и смогла реализовать свое право на отпуск только с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В нарушение законодательства, трудовая книжка и иные документы, связанные с трудовой деятельностью, были привезены ФИО1 на дом ДД.ММ.ГГГГ, приказ об увольнении издан ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем она была лишена возможности отозвать свое заявление об увольнении. При этом истец не знала на какой период ей был запланирован отпуск, поскольку с графиком отпусков она ознакомлена не была. Пытаясь восстановить свои нарушенные права, ФИО1 получала лишь угрозы со стороны представителей ответчика. Расследование несчастного случая было осуществлено КГБУ СО «Пансионат для граждан пожилого возраста и инвалидов «Кедр» только после обращения истца в прокуратуру, и то не дало результатов, что явилось следствием запугивания руководством учреждения свидетелей происшествия.

Просит, с учетом уточнения исковых требований, признать полученную ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в период рабочего времени в КГБУ СО «Кедр» с 13 до 14 часов, травму средней тяжести, несчастным случаем на производстве; признать её увольнение с ДД.ММ.ГГГГ незаконным; восстановить на работе с ДД.ММ.ГГГГ, признать период времени с момента незаконного увольнения ФИО1 по фактический срок восстановлении на работе, вынужденными прогулами по вине работодателя; взыскать с КГБУ СО «Кедр» в пользу ФИО1 не выплаченный при увольнении окончательный расчет в сумме 62 706, 63руб.; заработную плату за период вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 354 069,44 руб., отпускные выплаты за период вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, составляющих 42 дня, и неустойку в общей сумме 49 978,58 руб., фактически понесенные расходы на лечение в сумме 60 000 руб. и 31 38,31 руб., компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.; судебные расходы связанные с подготовкой искового заявления, юридического сопровождения ( юридические консультации) связанного с рассмотрением искового заявления и участие в судебном процессе, в сумме 50 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, извещена о рассмотрении дела надлежаще, обеспечила явку представителя. Ранее в судебном заседании требования поддержала, суду пояснила, что когда она упала и сломала руку рядом находилась ФИО8 и отправила ее домой. На следующий день ФИО8 позвонила и попросила оформить травму как бытовую, обещала компенсацию в денежном эквиваленте и меньшую нагрузку по работе. 3 месяца находилась дома, затем обнаружила, что заработная плата начислена не в полном объеме. Сотрудники ответчика запугали её, в связи с чем она написала заявление на увольнение. Когда получила травму думала, что ушиб, поэтому обратилась к врачу только ДД.ММ.ГГГГ. Когда и как написала заявление на отпуск не помнит. Давление на нее оказывалось после того, как написала заявление на увольнение, но когда точно не помнит. Трудовую книжку привезли домой, она расписалась за её получение. В трудовую инспекцию не обращалась. Подписи в документах поддельные.

Представитель истца ФИО11 в судебном заседании требования поддержал, суду пояснил, что истец до настоящего времени проходит реабилитацию. Она лечилась сама, к врачу обратилась летом 2024 года, так как боль не проходила. Истец юридически неграмотна, попала в сложную ситуацию, как поступить не знала. График отпусков сфальсифицирован, чтобы узаконить незаконное увольнение - она ушла в отпуск тогда, когда не собиралась. Свидетели опрошенные в судебном заседании под присягой, также опрашивались при проведении проверки факта несчастного случая ответчиком по требованию прокуратуры, но они были запуганы сотрудниками ответчика, и отказывались говорить. Ранее обжаловали систематическую неоплату заработной платы, ФИО22 было отказано, поскольку она пропустила срок, но в самом решении указано на систематическую неоплату. Сумма выплаченных ей денежных средств рассчитана неверно. Работодатель должен был сразу провести проверку несчастного случая, но не сделал этого, потому в суд обратились только сейчас, до этого обращались в прокуратуру. Признать травму производственной ФИО1 просила сразу. Все требования вытекают из одного - признания производственной травмы, потому срок обращения в суд не пропущен. Нарушение носит длящийся характер. Учитывая, что отпуск был предоставлен с последующим увольнением, все выплаты и выдача трудовой книжки должны были быть осуществлены в последний день перед отпуском, однако приказ об увольнении был вынесен ДД.ММ.ГГГГ, что лишило ФИО1 права на отзыв заявления об увольнении.

Представитель ответчика КГБУ СО «Пансионат для граждан пожилого возраста и инвалидов «Кедр» ФИО6 В судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, заявил о пропуске истцом срока для обращения в суд, а также дополнительно суду пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ получили заявление о проведении проверки по факту травмы. ДД.ММ.ГГГГ ими взято объяснение. Указал на то, что объяснения свидетелей взяты в разное время и противоречат друг другу. При проведении проверки по требованию прокуратуры были заявлены новые свидетели: ФИО4 и ФИО7. В первый раз свидетель ФИО2 говорила, что встретила истца возле подъезда, позже она уже указывала, что видела её в окне. Кроме того, данный свидетель появилась только тогда, когда у истца появился представитель. ФИО3 на тот момент уже не работала в Кедре. В апреле, когда ФИО1 подала заявление, она уже была в отпуске с последующим увольнением. Никаких угроз не было. Экспертиза подтвердила, что она подписывала заявление о прекращении проверки, ФИО1 все она знала и со всеми документами была ознакомлена.

Представитель КГКУ «Централизованная бухгалтерия по ведению учета в сфере социальной поддержки и социального обслуживанию граждан» в судебное заседания не явился, извещен надлежащим образом, предоставил ходатайство о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представители третьих лиц: ОСФР по Красноярскому краю, Министерства социальной политики Красноярского края, Государственной инспекции по труду в Красноярском крае в судебное заседания не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомили.

Суд с учетом мнения сторон, положений ст. 167 ГПК РФ, статей 54, 165.1 ГК РФ полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о рассмотрении дела надлежащим образом.

Заслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора полагавшего, что в удовлетворении иска необходимо отказать, суд полагает, что заявленные ФИО1 требования подлежат частичному удовлетворению, по следующим основаниям и в следующем объеме.

В соответствии с п. 3 ст. 37 Конституции РФ, каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда. Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признается обеспечение права каждого работника на выплату заработной платы своевременно и в полном размере.

Согласно ст. 11 ТК РФ все работодатели (физические и юридические лица независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих норму трудового права.

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (ч.2 ст. 22 ТК РФ).

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, в силу положений ч.1 ст. 212 ТК РФ.

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным Кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда. Основные направления государственной политики в области охраны труда, в частности являются защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве ( ч.1 ст. 219, ст. 210 ТК РФ).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

На основании ч. 1 ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиями охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии с частями первой, второй и третьей ст. 227 ТК РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:

в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;

В силу статьи 237 Трудового Кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или (бездействием) работодателя, возмещается в денежной форме независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Статьями 151, 1099, 1101, 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации регулируется порядок взыскания компенсации морального вреда за вред, причиненный здоровью, в том числе и в результате несчастного случая на производстве.

Согласно пункту 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Порядок и условия, при соблюдении которых работодатель вправе расторгать трудовой договор с работником, установлены Трудовым кодексом Российской Федерации (в частности статьями 71, 81, 192, 193) и иными федеральными законами.

В соответствии с п. 60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе.

В соответствии со ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Согласно ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено в судебном заседании и следует из письменных материалов дела, между КГБУ СО «Пансионат для граждан пожилого возраста и инвалидов «Кедр» и ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ на неопределенный срок заключен трудовой договор № 22/21, по условиям которого КГБУ СО «Пансионат для граждан пожилого возраста и инвалидов «Кедр» предоставляет работнику работу по должности уборщика служебных помешенный. Издан приказ о приеме на работу №56-ЛС от 07.04.2021.

В соответствии с п.п. 4.1 -4.4 трудового договора Работнику устанавливается режим работы в соответствии с графиком работы, утвержденным работодателем, выходными днями работника, работающего по сменному графику, признаются дни, не являющиеся рабочими по установленному для него графику работы; ежегодный основной удлиненный оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней; Работнику предоставляется ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск за работу в южных районах Красноярского края продолжительностью 8 календарных дней. Отпуск предоставляется в соответствии с графиком.

Договором, с учетом дополнительных соглашений, и приказом о приеме на работу установлен должностной оклад в размере 3016 руб., районный коэффициент и северная надбавка по 30%, надбавка работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, - 15%, надбавка за опыт работы в учреждения - 30 %, а также стимулирующие выплаты: за важность выполняемой работы, степень самостоятельности и ответственности при выполнении поставленных задач, выплаты за качество выполняемых работ, за интенсивность и высокие результаты работы, выплаты по итогам года, персональные выплаты за опыт.

Согласно п. 3.2 Коллективного договора о регулировании социально-трудовых отношений на 2020-2023 КГБУ СО «Пансионат для граждан пожилого возраста и инвалидов «Кедр» (далее Коллективный договор) и п. 2.1 Положения об оплате труда работников КГБУ СО «Пансионат для граждан пожилого возраста и инвалидов «Кедр», являющегося приложением №1 к коллективному договору на 2020-2023 гг. (далее Положение), система оплаты труда работников учреждения включает в себя следующие элементы: оклад, выплаты компенсационного характера и выплаты стимулирующего характера.

В силу пункта 3.3 Коллективного договора предусмотрено, что работниками Учреждения устанавливаются и ежемесячно выплачиваются следующие выплаты компенсационного характера: выплаты работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными условиями труда, выплаты за работу в местностях с особыми климатическими условиями, а также выплаты за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных (при выполнении работ различной квалификации, совмещении профессий (должностей), сверхурочной работе, работе в ночное время, и при выполнении работ в других условиях, отклоняющихся нормальных).

Размеры выплат стимулирующего и компенсационного характера работниками в Учреждении определяются в соответствии с Положением об оплате труда работников (Приложение № 1).

Пунктом 3.10 Коллективного договора предусмотрено, что заработная плата в соответствии со ст. 136 ТК РФ перечисляется через банк в период 25 числа за первую половину месяца 10 числа следующего за расчетным, за вторую половину месяца.

В соответствии с действующим законодательством для работников Учреждения время - пятидневная рабочая неделя продолжительностью 40 часов с двумя выходными днями (суббота и воскресенье) с понедельника по четверг - с 8.00 до 17.00; а - с 8.00 до 16.00. Обеденный перерыв с 12.00 до 12.45. В Учреждении устанавливается ненормированный рабочий день, с возможностью необходимости, эпизодического привлечения отдельных видов работников по распоряжению работодателя к выполнению своих трудовых функций за пределами установленной для них продолжительности рабочего времени. Ненормированный й день оформляется дополнительным соглашением к трудовому договору, для каждого работника отдельно. Для обеспечивающего персонала устанавливается круглосуточный график дежурства с учетом требований Трудового кодекса Российской Федерации. (п. 4.2 Коллективного договора).

Кроме того, п. 4.3.1 Положения установлено, что размер выплаты компенсационного характера за работу в условиях отклоняющихся от нормальных составляет 0,15 к окладу, в том числе для уборщиков служебных помещений.

Статьей 1 Федерального закона от 29.12.2022 № 473-ФЗ «О внесении изменения в статью 1 «Федерального закона «О минимальном размере оплаты труда» с 01.01.2021 на территории Российской Федерации установлен минимальный размер оплаты труда в сумме 12 792 руб. в месяц. Федеральным законом от 06.12.2021 № 406-ФЗ минимальный размер оплаты труда с 01.01.2022 составил 13 890 руб.

Следовательно, заработная плата за отработанную месячную норму рабочего времени и выполнения нормы труда должна быть начислена не менее МРОТ: 12 792 руб. (с января 2021 года), с последующим начислением на данную заработную плату районного коэффициента 30% и процентной ставки за работу в районах Красноярского края - 30%,, т.е. не менее 20467,20 руб.; а с января 2022 года - заработная плата за отработанную месячную норму рабочего времени и выполнения нормы труда должна быть начислена не менее МРОТ: 13 890 руб., с последующим начислением на данную заработную плату районного коэффициента 30% и процентной ставки за работу в районах Красноярского края 30%, т.е. не менее 22244 руб.

ДД.ММ.ГГГГ в 09:45 ФИО1 обратилась в КГБУЗ «Канская МБ» с жалобой на боли и нарушение функций правого предплечья. В ходе осмотра постановлен диагноз - перелом дистального метаэпифиза правой лучевой кости, со смещением отломков.

Согласно протокола осмотра травматолога ФИО1 упала и ударилась дома.

В соответствии с позицией истца, ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 13 до 14 часов, она выполняя свои служебные обязанности в качестве уборщицы помещений дома интерната расположенного по адресу: <адрес>. поскользнувшись на полу который покрыт линолеумом, получила травму: - перелом руки со смещением и сотрясение головного мозга. Куратор КГБУ СО «Кедр» ФИО8 предложила ФИО1 идти домой, истец ушла, сообщив, что завтра она будет обращаться в травматологию. ДД.ММ.ГГГГ находясь в очереди в травматологии ФИО1 позвонила ФИО8 и попросила оформить эту травму как бытовую, пообещав ей, что она материально не пострадает и ей будет предоставлена впоследствии, более легкая работа.

В связи с полученной травмой ФИО1 открыт больничный лист с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 написано заявление о предоставлении очередного отпуска с ДД.ММ.ГГГГ последующим увольнением.

Согласно графика отпусков, утвержденного ДД.ММ.ГГГГ отпуск ФИО1 был запланирован с ДД.ММ.ГГГГ на 36 календарных дней.

ДД.ММ.ГГГГ оформлен приказ о предоставлении работнику ФИО1 отпуска за период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ: основного - на 28 календарных дней с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и дополнительного - на 8 календарных дней с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ адрес КГБУ СО «Кедр» по электронной почте поступило заявление ФИО1 о признании травмы, полученной ею ДД.ММ.ГГГГ - производственной, указанием свидетелей ФИО15, ФИО4 и ФИО7

ДД.ММ.ГГГГ заместителем директора КГБУ СО «Кедр» в адрес ФИО1 направлено сообщение с предложением подать заявление оформленное в соответствии с требованиями ст.7 ФЗ «О порядке рассмотрения обращения граждан РФ».

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 повторно направлено заявление о признании травмы производственной.

В тот же день - ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 собственноручно написано заявление о прекращении разбирательства по факту получения травмы.

На основании приказа о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор между сторонами расторгнут по инициативе работника п. 3 ст. 11 ТК РФ с ДД.ММ.ГГГГ. С данным приказом ФИО1 ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно информации предоставленной КГКУ «Централизованная бухгалтерия по ведению учета в сфере социальной поддержки и социального обслуживания граждан», ФИО1 была принята на работу в учреждение на должность «уборщик служебных помещений» с ДД.ММ.ГГГГ (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №-ЛС) и уволена ДД.ММ.ГГГГ (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №-ЛС). В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находилась на больничном (листок нетрудоспособности № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ). Расчет пособия по временной нетрудоспособности осуществляется в порядке, определенном Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 255-ФЗ. Расчетный период для оплаты больничного включает в себя два календарных года, предшествующих году наступления временной нетрудоспособности. Для расчета больничного листа ФИО1 расчетным периодом являлись 2020 и 2021 годы. Заработок застрахованного лица составил за 2020 год - 0,00 рублей, 2021 год - 186 289,47 руб., исключаемых периодов нет. Фактически средний дневной заработок в данном случае составил 255,19 руб. (186 289,47 : 730). Средний дневной заработок, исчисленный исходя из МРОТ, для больничных, открытых в 2022 году, равен 456,66 руб. (13 890 х 24 : 730), с учетом районного коэффициента - 547,99 руб. Пособие по больничному листу ФИО1 было начислено, исходя из МРОТ, с учетом страхового стажа сотрудника 35 лет 03 месяца в размере 100%. За первые три дня нетрудоспособности за счет средств работодателя размер пособия составил 1643,98 руб. (547,99*3). Выплата пособия за первые три дня нетрудоспособности произведена ДД.ММ.ГГГГ. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находилась в отпуске на 36 календарных дней (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №). Выплата отпускных произведена ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 была уволена из учреждения ДД.ММ.ГГГГ (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №-ЛС). При увольнении была выплачена компенсация за неиспользованный отпуск за 3 календарных дня. Окончательный расчет с сотрудником произведен ДД.ММ.ГГГГ.

По информации от ДД.ММ.ГГГГ Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю выплачены ФИО1 пособия по временной нетрудоспособности за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ: 19268,9 рублей (б/л№), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, 5720, 88 рублей (б/л №).

Трудовая книжка выдана ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, о чем имеется запись в книге учета.

ДД.ММ.ГГГГ в КГБУ СО «Пансионат «Кедр» от представителя ФИО1 ФИО12 поступило заявление о проведении проверки по факту получения ФИО1 травмы.

В заявлении указано: ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала в КГБУ СО «Пансионат «Кедр» по адресу: <адрес>. Причиной увольнения с работы явилась полученная производственная травма (перелом руки со смещением и сильное сотрясение мозга). Руководство КГБУ СО «Пансионат «Кедр» уговорило ФИО1, оформить травму как бытовую и закрыть больничный лист обещая послабления в работе и что ее интересы не будут нарушены. После окончания отпуска ФИО1 более легкая работа предоставлена не была и ФИО1 предложили написать заявление об увольнении, которое она была вынуждена написать ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 пыталась отстаивать свои нарушенные права, обращаясь как устно, так и письменно к руководству КГБУ СО «Пансионат «Кедр», в связи с чем по месту жительства ФИО1 в <адрес> в июне 2023 приезжал руководитель учреждения с юристом и другими специалистами, которые угрожали ФИО1 о том, что оформят травму как производственную, но составят акт о том, что она находилась на работе в состоянии алкогольного опьянения.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Пансионатом «Кедр» была проведена проверка по факту получения ФИО1 травмы по итогам которой было вынесено заключение от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно объяснениям, взятых у ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, по фактам, указанным в заявлении: «ДД.ММ.ГГГГ она находилась на рабочем месте в КГБУ СО «Пансионат «Кедр» в <адрес>, после обеда, точное время сказать не может, мыла комнату для принятия пищи, намочила полы, поскользнулось и упала на спину, получила травму руки. После этого она обратилась к ФИО8, которая сказала идти домой. Свидетелем падения является ФИО3 О полученной травме непосредственному руководителю начальнику хозяйственного отдела ФИО13 она не сообщала, директору, заместителю директора также не сообщала. Утром ДД.ММ.ГГГГ пришла на работу, но так как рука опухла поехала в травмпункт, где был поставлен диагноз закрытый перелом со смещением. Находясь в травмпункте ей позвонила ФИО8 и попросила сказать, что травма получена в быту. ФИО1 спросила, что она потеряет в денежном выражении, на что ФИО8 ответила - ничего, поэтому сказала врачу, что травма бытовая. Из руководства КГБУ СО «Пансионат «Кедр» никто никакую легкую работу не предлагал, сама решила, что мне ее предоставят».

Также ФИО1 ходатайствовала о приобщении копий объяснений ФИО2 и ФИО3.

Из объяснения ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживающей в <адрес>10, следует: «ФИО2 работала в КГБУ СО «Пансионат «Кедр» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, последние 5 лет машинистом по стирке белья. ФИО2 подтверждает, что ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 произошел несчастный случай на работе. Как ФИО1 упала, ФИО2 не видела, но встретила ФИО1 идущей домой после падения, рука была перевязана, ФИО2 сопровождала ФИО22 до дома. ФИО1. пояснила, что когда убиралась в служебной комнате, упала на мокром полу, получила травму».

Из объяснения ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживающей <адрес> следует: «ФИО3 работала в КГБУ СО «Пансионат «Кедр» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ сестрой-хозяйкой. ДД.ММ.ГГГГ находилась на работе в кабинете, расположенном напротив служебного кабинета, где ФИО1 в это время проводила влажную уборку. ФИО3 услышала грохот, повернув голову, увидела, как ФИО22 лежит на полу, пол был мокрый. ФИО22 стукнулась головой и ударилась рукой об пол. В это время подошла ФИО8, стала разговаривать с ФИО22, ФИО3 ушла. Медицинскую помощь ФИО1 не оказывала».

Также были взяты объяснения с ФИО8, согласно которым: «ДД.ММ.ГГГГ она находилась на работе в <адрес>, в данный день на работе также находилась ФИО1 - уборщик служебных помещений. Руководителем ФИО1 являлась начальник хозяйственного отдела ФИО13 О получении какой-либо травмы ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, ФИО8, не сообщала. ДД.ММ.ГГГГ ФИО8, поместили в стационар на операцию (больничный с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) в этот день ей звонила ФИО1, они разговаривали, ФИО1 сказала, что пошла на больничный с переломом руки, обстоятельства получения травмы не поясняла, ФИО8 ей сказала, чтобы о больничном уведомляла своего руководителя ФИО13 О том, что ФИО1 якобы получила травму на производстве, ФИО8 узнала, в апреле 2022 года из заявления ФИО1».

По результатам проверки составлено Заключение проверки по обращению ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно данному заключению, в апреле 2022 в КГБУ СО «Пансионат «Кедр» поступило заявление в котором ФИО1 просит признать травму, полученную ДД.ММ.ГГГГ производственной, обстоятельством получения травмы указала, что убирала жилую комнату и поскользнулась на разлитом подсолнечном масле. После чего ФИО1 доработала до окончания рабочего дня. ДД.ММ.ГГГГ обратилась в медицинское учреждение. В качестве свидетелей указывала ФИО4 (бывший работник КГБУ СО «Пансионат «Кедр») которая видела ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ при возвращении домой с перебинтованной рукой и ФИО14 соседку. Про непосредственного очевидца ФИО3 и свидетеля ФИО2 в первоначальном заявлении указаний нет. ДД.ММ.ГГГГ была опрошена указанная в заявлении ФИО15.Р., которая показала, что никаких перевязок ФИО1 не делала. Несколько дней назад встретила ее в магазине, где она начала просить подтвердить, что она намазала ей руку мазью и перебинтовала. ФИО15 отказалась, поскольку ничего такого не делала, самого падения не видела, наоборот видела как ФИО1 весь день мыла полы и окна.

ДД.ММ.ГГГГ в здании КГБУ СО «Пансионат «Кедр» по адресу: <адрес>, состоялась встреча специалиста по охране труда ФИО5, заместителя директора ФИО6 с ФИО1, на вопросы, почему сразу не обратилась в медицинское учреждение, как могли видеть указанные в заявлении свидетели ФИО4 и ФИО14 о том, что у нее перебинтована рука, если ей никто перевязок не делал, почему ДД.ММ.ГГГГ не сообщила о полученной травме руководству, а обратилась с заявлением через два месяца, отвечать отказалась, давать иные пояснения по факту получения травмы, в том числе письменные, также отказалась.

При дальнейшей беседе ФИО1 пояснила, что ей посоветовали подать данное заявление с целью получения дополнительных выплат.

С учетом противоречивости показаний указанных в заявлении ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ и заявлении от ДД.ММ.ГГГГ, противоречивости показаний лиц, указанных в качестве свидетелей, установить время, место, обстоятельства получения травмы ФИО1, в рамках проведения настоящей проверки, не представилось возможным.

Также по обращению ФИО1 Канской межрайонной прокуратурой была проведена проверка соблюдения трудового законодательства в деятельности КГБУ СО «Пансионат для граждан пожилого возраста и инвалидов «Кедр» (далее по тексту - Пансионат «Кедр»). Установлено, что учреждением нарушены права работника на своевременное и надлежащее расследование несчастного случая на производстве.

Вынесено представление об устранении нарушений трудового законодательства в адрес КГБУ СО «Пансионат для граждан пожилого возраста и инвалидов «Кедр» от 04.07.2024, в части порядка проведения расследования несчастного случая на производстве, оформления его результатов.

11.07.2025 в КГБУ СО «Пансионат «Кедр» поступило указанное выше Представление прокурора.

11.07.2024 была создана комиссия по расследованию несчастного случая, утвержденная приказом от 11.07.2024 года № 94-ОД «О создании комиссии по расследованию несчастного случая».

12.07.2024 поступил ответ от Канской МБ, в котором указано, что медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая и степени тяжести пациентки ФИО1, обратившейся за медицинской помощью в травмпункт ДД.ММ.ГГГГ предоставить не имеют возможности - со слов пациентки травма зафиксирована как бытовая.

ДД.ММ.ГГГГ комиссией был осуществлен выезд в <адрес> для опроса свидетелей, указанных ФИО1 в заявлениях от 13.04.2022 «О признании травмы производственной» и от 13.06.2024 «О проведении проверки по факту получения травмы», а именно: ФИО2, ФИО7, ФИО4 и ФИО3.

Согласно протоколу опроса пострадавших при несчастном случае (очевидца несчастного случая, должностного лица) ФИО2, проживающей по адресу: <адрес>, «Работает в КГБУ СО «Пансионат «Кедр» по адресу: <адрес>, со дня его присоединения к Канскому «Пансионату «Кедр». В этот день, ДД.ММ.ГГГГ, работала на своем рабочем месте в должности машиниста по стирке и ремонту специальной одежды, на работу пришла в 8 часов. С 12 часов до 13 часов она и уборщик служебных помещений ФИО1 пообедали в комнате для приема пищи и разошлись по рабочим местам. Минут через 30 или 40, после обеда, обратилась ФИО1, встретились в коридоре первого этажа, она была одета по зимнему, сказала что отпросилась домой, так как упала и повредила руку. Отпросилась она у специалиста по соц.работе ФИО8 ФИО1 попросила, чтобы ФИО2 проводила ее домой. ФИО1 сразу сказала, что упала, когда мыла полы в комнате для приема пищи, и показывала свою руку. Визуально ее правая рука, в области запястья, находилась в обычном состоянии, при сгибе был болевой эффект. Также ФИО1 сказала, что если рука до завтра болеть не перестанет, то она обратится в больницу. Руководству о случившимся ФИО2 не сообщала, так как ФИО22 сообщила об этом случае ФИО8».

Согласно протокола опроса пострадавших при несчастном случае (очевидца несчастного случая, должностного лица) ФИО7, проживающей по адресу: <адрес>А, «ДД.ММ.ГГГГ видела ФИО1 идущей с работы примерно с 16:00 до 17:00. ФИО1 начала рассказывать о том, что получила травму поскользнувшись на работе. На улице была зима. ФИО1 была с приподнятой рукой с повязкой. Сказала, чтобы она ехала в больницу, на что ответила, что у нее возможно перелом и в больницу обратится завтра. Домой шла одна. ФИО1 утверждала, что ей какая-то бабушка дала таблетку. ФИО1 ведет здоровый образ жизни».

По окончанию расследования составлен акт о проведении расследования несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно данному акту, ФИО4 при личной встрече с членами комиссии по расследованию несчастного случая отказалась давать какие-либо пояснения.

Посетив дом ФИО3, расположенный по адресу: <адрес>, самой ФИО3 там не оказалось, на звонки не отвечала. Вышла ее дочь. Она дала пояснение, что ФИО3 работает в Филимоновском детском саду, расположенный по адресу: <адрес> что до нее не удастся дозвонится, так как там плохая связь.

Комиссией было принято решение посетить Филимоновский детский сад. Прибыв на место, ФИО3 там не оказалось. Работником детского сада было дано пояснение, что ФИО3 после работы отправилась в лес за ягодами.

Приехав в Пансионат, расположенный по адресу: <адрес>А, водителю автомобиля учреждения, проживающему в <адрес>, поступил звонок от ФИО3, в котором она утверждала, что не пойдет на контакт с работниками учреждения и показания давать не будет.

ФИО1 ранее обращалась в КГБУ СО «Пансионат «Кедр» с заявлениями о признании травмы, полученной на производстве.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 работала в КГБУ СО «Пансионат «Кедр» в должности уборщика служебных помещений на основании Трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №.

ДД.ММ.ГГГГ специалистом по охране труда КГБУ СО «Пансионат «Кедр» ФИО1 проведен под роспись, вводный инструктаж по охране труда, ознакомлена с Инструкцией по охране труда уборщика служебных помещений и с Картой специальной оценки условий труда.

С учетом противоречивости показаний указанных в заявлении ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ и заявлении от ДД.ММ.ГГГГ, противоречивости показаний лиц, указанных в качестве свидетелей, оснований признать травму ФИО1, полученной в результате выполнения служебных обязанностей, нет. Установить время, место, обстоятельства получения травмы ФИО1, в рамках проведения настоящей проверки, не представилось возможным. Комиссия приняла решение признать травму, полученную ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ несчастным случаем не связанным с производством.

Согласно показаниям опрошенной в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля ФИО3, она работала сестрой-хозяйкой в КГБУ СО «Пансионат «Кедр». ДД.ММ.ГГГГ после обеда проверяла журналы, услышала грохот, увидела, что истец лежит на полу, подняла ее и посадил на стул. В это время зашла ФИО2, ФИО8 тоже присутствовала. Руководителю Крупской о падении они не сообщали, так как ФИО8 уже знала. Руководителем является Крупская, она же должна проводить инструктажи по технике безопасности, но поскольку она находится в Канске, а место работы в <адрес>, по всем организационным вопросам обращаются к специалисту по социальной работе - ФИО8 Специальную обувь работодатель не выдавал, приходилось покупать самим.

Согласно показаниям опрошенной в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля ФИО2, она работала в КГБУ СО «Пансионат «Кедр» машинисткой по стирке одежды. Падения истца не видела, но видела как она собралась идти домой, сказав что упала. ФИО8 попросила проводить ФИО1 домой. Была ли перебинтована рука - не видела. При падении присутствовали ФИО3 и ФИО9. На смене главная - ФИО8. инструктажи проводил ФИО5.

Согласно показаниям опрошенной в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля ФИО4, она работала уборщиком служебных помещений в КГБУ СО «Пансионат «Кедр». ДД.ММ.ГГГГ из своего окна видела как ФИО2 вела истца домой. ФИО1 рассказывала, что упала, видела как у нее перебинтована рука. На следующий день истец взяла больничный. Рабочую обувь они не получали. Месяц назад сотрудники ответчика опрашивали ее и заставили подписать акт.

Согласно показаниям опрошенного в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля ФИО6, он работает заместителем директора КГБУ СО «Пансионат «Кедр». ДД.ММ.ГГГГ к ним поступило заявление истца о признании травмы производственной. Они связали с ФИО1 и договорились о встрече. ДД.ММ.ГГГГ приехали в <адрес> вместе с ФИО5. Начали выяснять у истца обстоятельства падения, она ответила, что поскользнулась на масле, больше ничего пояснить не смогла. Свидетелей ФИО2 и ФИО3 не заявляла. Письменные пояснения давать отказалась. Следующее обращение поступило только ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно показаниям опрошенного в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля ФИО5, он работает специалистом по охране труда в КГБУ СО «Пансионат «Кедр». В апреле 2022 года к ним поступило заявление о травме на производстве. Они с ФИО6 выехали в <адрес>, провели беседу с истцом, которая начала путаться в показаниях и написала заявление об окончании проверки. Затем по представлению прокурора они провели расследование, опросили ФИО2 и ФИО21. ФИО4 и ФИО3 давать пояснения отказались. Всем сотрудникам должна выдаваться специальная обувь, была ли она выдана ФИО1 сказать не может, как правило, сотрудники покупают обувь самостоятельно.

Согласно показаниям опрошенной в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля ФИО16, она работает в КГБУ СО «Пансионат «Кедр» инспектором по кадрам. Истец лично приезжала за трудовой книжкой, расписалась в книге учета. Домой ей трудовую книжку никто не возил. Расчет с истцом произведен по окончании отпуска. ДД.ММ.ГГГГ она была уволена, в тот же день получила трудовую книжку.

Из информационного сообщения Краевое государственное бюджетное учреждение «Пансионат для граждан пожилого возраста и инвалидов «Кедр» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что карточку учета средств индивидуальной защиты ФИО1 за 2021-2022 не представляется возможным представить в связи с ее уничтожением по истечении срока хранения. В соответствии с п. 428 приказа Росархива от 20.12.2019 №236 «Об утверждении Перечня типовых управленческих архивных документов, образующихся в процессе деятельности государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с указанием сроков их хранения» срок хранения списков (ведомостей) на выдачу СИЗ, к которым относится и карточка выдачи СИЗ, составляет 1 год.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству стороны истца назначена почерковедческая экспертиза, с поручением её проведения экспертному учреждению ФБУ «Красноярский ЦСМ», поскольку ФИО1 оспаривалась подлинность подписей в графике отпусков, на заявлении о прекращении расследования несчастного случая, в приказе об увольнении, направленном письме.

Согласно выводам экспертного учреждения подписи от имени ФИО1 в заявлении о прекращении расследования несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ, в приказе (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № 52-ЛС от 19.04.2022 в строке: «С приказом (распоряжением) работник ознакомлен», в письме ФИО1 № от ДД.ММ.ГГГГ в нижней части письма выполнены ФИО1. Подпись от имени ФИО1 в графике отпусков № от ДД.ММ.ГГГГ на 2022 год вероятно выполнена не ФИО1, а другим лицом. Ответить на вопрос в категорической форме не представилось возможным по причинам, указанным в исследовательской части заключения.

В ходе рассмотрения настоящего спора представителем истца было заявлено ходатайство о назначении судебно-медицинской экспертизы, в связи с чем, определением Канского городского суда от 17.12.2024 была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено экспертам КГБУЗ «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно выводам заключения эксперта № 21 28.01.2025 от 05.07.2022 У ФИО1 обнаружен перелом дистального отдела правой лучевой кости со смещением отломков, что повлекло временное нарушение функции органов и (или) систем (временную нетрудоспособность) продолжительностью более 21 дня, что согласно п.7.1 приказа МЗиСР РФ 194н от 24.04.2008 относится к критериям, характеризующими длительное расстройство здоровья. По указанному признаку, согласно правилам «Определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (постановление правительства РФ №522 от 17.08.2007г) квалифицируется как вред здоровью средней тяжести.

Разрешая спор, суд, оценив все представленные доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, учитывая установленные обстоятельства, положения трудового и гражданского законодательства, приходит к выводу об установлении факта получения ФИО1 травмы в виде перелома дистального отдела правой лучевой кости со смещением отломков при исполнении трудовых обязанностей, то есть призвания указанной травмы связанной с производством, ввиду следующего.

Показаниям свидетелей ФИО3, ФИО2, ФИО4 опрошенных в ходе рассмотрения дела подтверждается, что травма, с которой истец ФИО1 обратилась за медицинской помощью 21.01.2022, получена ею 20.01.2022 в помещении КГБУ СО «Пансионат «Кедр» в рабочее время, при исполнении трудовых обязанностей.

Вопреки доводам стороны истца, а также составленным заключению проверки от 11.07.2024 и акта расследования несчастного случая от 31.07.2024 о противоречивости данным ими пояснений, суд никаких значимых разночтений в данных указанными свидетелями объяснениях не усматривает.

Согласно ст.227 ТК РФ Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:

в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;

В соответствии с положениями ст.229 ТК РФ для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного представительного органа работников (при наличии такого представительного органа), уполномоченный по охране труда (при наличии). Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

Вопреки требованиям указанных норм, ни при сообщении ФИО1 в день получения травмы старшему на смене - ФИО8, ни при обращении ее в апреле 2022 с заявлением о признании травмы производственной руководством КГБУ СО «Пансионат «Кедр» комиссия по расследованию несчастного случая не создавалась, как такового расследования не проводилось, ввиду приема заявления ФИО1 только ДД.ММ.ГГГГ, основания проведения опроса свидетеля ФИО15 ДД.ММ.ГГГГ отсутствовали, более того бланк опроса ФИО15 не содержит сведений о лице отобравшим такие объяснения, и наличие у него на то полномочий.

Учитывая изложенное, написанное ФИО1 заявление о прекращении проверки по факту получения ею травмы от ДД.ММ.ГГГГ не может быть принято в качестве достоверного доказательства, поскольку обстоятельства его написания противоречат требованиям трудового законодательства.

К объяснениям ФИО8 суд полагает необходимым отнестись критически, поскольку они не согласуются с представленными в дело доказательствами. Согласно данным ею пояснениям при проведении проверки. ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ ее поместили в стационар на операцию, в связи с чем выдан больничный лист с ДД.ММ.ГГГГ, между тем, согласно данному больничному листу причиной нетрудоспособности является «Уход за больным ребенком, 7 лет, амбулаторно», а показаниями свидетелей ФИО3 и ФИО2 подтверждается ее присутствие на месте падения ФИО1

Явка ФИО8 в судебное заседание в качестве свидетеля сторонами не обеспечена, по вызову суда - не явилась. Согласно Приказа КГБУ СО «Пансионат «Кедр» от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО8 прекращен ДД.ММ.ГГГГ (в период проведения проверки).

Также в судебном заседании достоверно установлено, что в результате неисполнения работодателем обязанности по обеспечению безопасных условий труда, в частности необеспечения работников специальной обувью - тапочками, что предусмотрено п.6.2 Коллективного договора о регулировании социально-трудовых отношений на 2020-2023 годы и Приложением № к нему, с истцом произошел несчастный случай на производстве в виде падения на мокром полу, покрытом линолеумом, в результате которого ФИО1 был причинен вред здоровью средней тяжести, поэтому именно работодатель должен нести ответственность по компенсации морального вреда работнику.

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, ч.3 ст. 133 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Стороной ответчика не представлено доказательств, свидетельствующих об отсутствии вины в наступившем несчастном случае, а также наличие в действиях ФИО1, грубой неосторожности, которая явилась бы причиной несчастного случая на производстве.

Определяя размер такой компенсации, суд учитывает характер травмы, тяжесть вреда для здоровья истца, ее возраст, потерю трудоспособности на 53 дня, считает возможным взыскать с ответчика в пользу ФИО1 120 000 рублей, полагая данную сумму отвечающей принципам справедливости и соразмерности причиненному ущербу.

В судебном заседании представителем ответчика ФИО6 заявлено ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности.

Разрешая заявленное ходатайтсво, суд оснований для его удовлетворения по требованиям о признании травмы производственной и взыскании компенсации морального вреда не усматривает, поскольку признание факта несчастного случая в данном случае непосредственно связано с возмещением вреда, причиненного здоровью истца в результате производственной травмы, в связи с чем отсутствуют основания для применения положений части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, так как на требования о возмещении вреда здоровью срок исковой давности не распространяется в силу абзаца 4 статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Рассматривая опрос о взыскании с ответчика материального ущерба, понесенного ФИО22 в связи с необходимостью приобретения лекарственных препаратов, суд полагает необходимым отказать за недоказанностью несения таких расходов.

В подтверждение своих требований, истцом указано, что в связи с полученной на производстве тяжелой травмы, ФИО1 с 2022 по настоящее время приобретала медицинские препараты в Губернских аптеках, из представленных ею выписок из банковского счета, были совершены банковские операции:

ДД.ММ.ГГГГ - 208, 00 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 130 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 176,90 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 260,93 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 497,61 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 513 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 521,21 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 409,35 рублей, 409,35 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 998,03 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 30,50 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 220,19 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 39,77 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 633, 41 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 823,70 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 92,50 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 617 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 657 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 2355 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 191, 50 руб.; ДД.ММ.ГГГГ. - 257,05 руб.; ДД.ММ.ГГГГ. - 366, 00 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 232,04 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 50,00 руб.; ДД.ММ.ГГГГ.- 432,74 руб.; ДД.ММ.ГГГГ -334, 23 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 32, 50 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 265, 00 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 90, 00 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 736, 11 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 1 239, 76 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 212,43 руб.; ДД.ММ.ГГГГ -317,19 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 312,39 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 284, 21 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 111, 15 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 982, 00 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 156, 17 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 500, 53 руб.; ДД.ММ.ГГГГ. - 1 102, 92 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 438, 00 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 187, 60 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 91,00 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 243, 67 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 1 237, 00 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 115, 77 руб.; ДД.ММ.ГГГГ - 105, 73 руб. На общую сумму 19 807, 79 руб.

Кроме того, истец представила приобретение препаратов за период нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, Коллаген с мартинией ДД.ММ.ГГГГ - 1 150, 00 рублей, мелоксикам, ибупрофен, ДД.ММ.ГГГГ - 513,77 рублей, аквадетрим, фебунит, калиция глюконат, иван-чай, амиак, - 975,53 рублей ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ 84 рублей за меновазим, аквадетрим, калиция глюконат 415,01 рублей 26.09.2024, на общую сумму 3138,31 рублей.

В подтверждение необходимости своего лечения ФИО1 обратилась КГБУЗ « Канский МБ » Филимоновская амбулатория, где из выписки медицинской карты амбулаторного больного (Форма №) поставлен Клиничесский диагноз: Состояние после перелома правого предплечья. БС Назначено лечение: Процедурный кабинет №, Мильгамма 2,0 № в/м, Мелоксикам 1, 5 мл N° 5 в/м, Физиокабинет, УВЧ № на запястный правый сустав.

Были приобретены медицинские препараты на сумму 874,94 рублей, что подтверждается чеком от ДД.ММ.ГГГГ Губернские аптеки.

Между тем, выписка по банковскому счету не является достоверным доказательством приобретения лекарственных препаратов в 2022 году необходимым в связи с получением ФИО1 указанной травмы ДД.ММ.ГГГГ, и прописанных лечащим врачом.

Согласно пояснениям представителя истца с момента закрытия больничного листа - ДД.ММ.ГГГГ и до ДД.ММ.ГГГГ истец в учреждения здравоохранения с жалобами на последствия травмы, полученной ДД.ММ.ГГГГ, не обращалась, лечилась сама.

Оценивая данные обстоятельства, суд полагает, что ненаблюдение последствий травмы мед.работниками в течение 2-х лет, а также самолечение ФИО1, самостоятельно могли способствовать незавершению оздоровления и восстановления и даже ухудшению состояния здоровья истца, вследствие чего оснований для взыскания с ответчика расходов на мед услуги и лекарственные препараты, осуществленные ею ДД.ММ.ГГГГ и в 2025 году не усматривает.

Разрешая исковые требования в части признания увольнения незаконным и восстановлении на работе, суд оснований для их удовлетворения не находит в силу следующего.

Разрешая заявленные исковые требования в части незаконного увольнения, суд учитывает, что при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (п. 1 ст. 77 ТК РФ), следует учитывать, что заключенные трудовые договоры на основании ст. 80 ТК РФ могут быть расторгнуты в любое время по соглашению сторон трудового договора. При достижении договоренности между работником и работодателем по прекращению трудового договора работник увольняется в срок, определенный сторонами. Изменение такой договоренности может иметь место лишь при взаимном согласии работника и работодателя (п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

Расторжение трудового договора по соглашению сторон допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении по указанному основанию являлась добровольным волеизъявлением работника. Если работник утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Доказательств написания ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 заявления на отпуск с последующим увольнение под давлением или угрозами со стороны работодателя стороной истца не представлено.

На момент написания заявления срок больничного ФИО1 до ДД.ММ.ГГГГ еще продлен не был, в связи с чем о том, что она больше не выйдет на работу, если уйдет в отпуск с ДД.ММ.ГГГГ доподлинно ни ей самой, ни представителям работодателя известно не было.

Согласно заключения эксперта подпись от имени ФИО1 в графике отпусков № от ДД.ММ.ГГГГ на 2022 год вероятно выполнена не ФИО1, а другим лицом. Ответить на вопрос в категорической форме не представилось возможным по причинам, указанным в исследовательской части заключения.

Между тем, возможное неознакомление ФИО1 с графиком отпусков не свидетельствует о несогласованности с ней отпускных периодов, и принудительное направление ее в отпуск с последующим увольнением не доказывает.

Вопреки доводам представителя истца, сведения отраженные в Приказе о предоставлении ФИО1 отпуска от ДД.ММ.ГГГГ и записке-расчете №-ЛС об исчислении среднего заработка друг другу не противоречат и о незаконности Приказа от ДД.ММ.ГГГГ не свидетельствуют, поскольку отпуск отраженный в Приказе (36 дней) предоставлен за отработанный период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, тогда как данные записки-расчета несут информацию о начисленной компенсации за неиспользованный отпуск за период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Однако, суд полагает заслуживающими внимания указания истца на несвоевременную выдачу трудовой книжки, поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель по письменному заявлению работника, намеревающегося расторгнуть трудовой договор по собственному желанию, при наличии возможности предоставляет ему неиспользованные отпуска с последующим увольнением. В этом случае работодатель, чтобы надлежаще исполнить закрепленную названным кодексом (в частности, его ст. ст. 84.1, 136 и 140) обязанность по оформлению увольнения и расчету с увольняемым работником, должен исходить из того, что последним днем работы работника является не день его увольнения (последний день отпуска), а день, предшествующий первому дню отпуска.

Учитывая данные положения закона окончательный расчет с ФИО1 и выдача ей трудовой книжки должны были быть осуществлены ДД.ММ.ГГГГ.

Однако указанное обстоятельство и тот факт, что выдача трудовой книжки осуществлена только ДД.ММ.ГГГГ нарушения прав истца на отзыв своего заявления об увольнении не повлекли, поскольку указанное право ФИО17 при наличии соответствующего намерения, могла осуществить до начала отпуска.

Таким образом, оснований для признания увольнений незаконным и восстановлении истца на работе суд не усматривает,

Кроме того ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

Рассматривая указанное ходатайство, суд исходит из следующего.

Согласно положениям ст.392 ТК РФ, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

Учитывая, что с приказом об увольнении ФИО1 была ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ, трудовую книжку получила ДД.ММ.ГГГГ, срок для обращения в суд с указанными требованиями ФИО1 пропущен.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Таким образом, работникам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

В абзацах первом, втором пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъяснено, что судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п. К уважительным причинам пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть также отнесено и обращение работника с нарушением правил подсудности в другой суд, если первоначальное заявление по названному спору было подано этим работником в установленный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок.

Объективных доказательств уважительности пропуска срока исковой давности, являющихся основанием для его восстановления стороной истца не представлено.

После увольнения ФИО1 стационарное лечение не проходила, с места жительства не выезжала. Указания представителя ФИО12 на вину ответчика в затягивании процесса признания травмы производственной и восстановления прав ФИО1 не умоляют факта нарушения срока обращения в суд с требованиями именно о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе, в том числе и потому, что с момента прекращения проверки по факту травмы истца - ДД.ММ.ГГГГ до обращения с повторным заявлением в КГБУ СО «Пансионат «Кедр», а также с заявлением в прокуратуру и в суд прошло более двух лет.

С учетом отказа в удовлетворении требования о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе, вытекающие из него требования о признании периода с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ вынужденным прогулом и взыскании заработной платы за период вынужденного прогула и отпускных выплат за указанный период также удовлетворению не подлежат.

Разрешая требования истца в части взыскания окончательного расчета, суд приходит к следующим выводам.

Расчет выплат по больничному листу работодателем КГБУ СО «Пансионат «Кедр» ФИО1 предоставлен КГКУ «Централизованная бухгалтерия по ведению учета в сфере социальной поддержки и социального обслуживания граждан».

Согласно представленных сведений средний дневной заработок, исчисленный исходя из МРОТ, для больничных, открытых в 2022 году, равен 456,66 руб. (13 890 х 24 : 730), с учетом районного коэффициента - 547,99 руб. Пособие по больничному листу ФИО1 было начислено, исходя из МРОТ, с учетом страхового стажа сотрудника 35 лет 03 месяца в размере 100%. За первые три дня нетрудоспособности за счет средств работодателя размер пособия составил 1643,98 руб. (547,99*3). Выплата пособия за первые три дня нетрудоспособности произведена 10.03.2022.

Оставшаяся сумма выплат по больничному листу в размере 19 268,90 руб. за период с 24.01.2022 по 02.03.2022, и 5 720,88 руб. за период с 03.03.2022 по 14.03.2022 осуществлена ОСФР по Красноярскому краю 10.03.2022 и 23.03.2022.

Суд соглашается с представленным расчетом выплат по листку нетрудоспособности, полагая его арифметически верным и отвечающим требованиям законодательства.

В период с 17.03.2022 по 21.04.2022 ФИО1 находилась в отпуске на 36 календарных дней. Выплата отпускных произведена 14.03.2022 в размере 23 344,60 руб.

Решением Канского городского суда от 10.06.2024 по исковому заявлению ФИО1 к КГБУ СО «Пансионат «Кедр» о взыскании недоначисленной и невыплаченной заработной платы № установлено нарушение КГБУ СО «Пансионат «Кедр» в части включения в начисленную за период с апреля 2021 по январь 2022 заработную плату, не превышающую размер оплаты труда в Красноярском крае, компенсационной выплаты за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, которая должна выплачиваться сверх установленного минимального размера.

В связи с неправильным расчетом заработной платы в указанный период неправильно произведен расчет отпускных. Так в части отработанного ФИО18 времени - 276,74 дней, размер средне дневного заработка должен составить (206 549,11 руб. +5 593,43 руб.) / 276,74 =766,39 руб. Следовательно, истцу к выплате за предоставленные 36 дней отпуска подлежало 766,39 руб. х 36 дней = 27 590,04 руб., в то время как начислено отпускных согласно расчетному листку за март 2022 - 26 869,32 руб., соответственно, недополученная разница составит 720,72 руб.

Также учитывая данное обстоятельство истцом неверно произведен размер выплаты за неиспользованный отпуск за период с 07.04.2022 по 21.04.2022 (3 дня) в размере 2 163,54 руб.

Однако, ввиду заявленного стороной ответчика ходатайства о пропуске срока исковой давности, суд также приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 в части взыскания окончательного расчета по отпускным выплатам, срок для обращения с иском о взыскании которых в соответствии с ст.392 ТК РФ составляет один год со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Окончательный расчет по отпускным выплатам с ФИО1 осуществлен ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем срок исковой давности для обращения с указанными требованиями истек ДД.ММ.ГГГГ.

Доказательств наличия уважительных причин пропуска указанного срока стороной истца также не представлено.

Разрешая заявленные требования о взыскании судебных расходов, суд исходит из того, что иск ФИО1 удовлетворен в части неимущественных требований.

Несение расходов в размере 50 000 рублей подтверждается, договором на оказание юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, распиской в получении денежных средств ФИО12

Согласно ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Согласно правовой позиции Конституционного суда РФ, выраженной в Определении от 20.10.2005 г. № 355-0, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требований ст.17 (часть 3) Конституции РФ.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч.4 ст.1 ГПК РФ). Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч.1 ст.100 ГПК РФ). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст.ст. 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (пункт 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (например, решение суда первой инстанции, определение о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения, судебный акт суда апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, которым завершено производство по делу на соответствующей стадии процесса).

В силу п. 12 данного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Из п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» следует, что разумными признаются такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Суд, исследовав представленные доказательства несения издержек, учитывая объем работы, выполненной по данному делу представителем истца, сложность и категорию спора, количество судебных заседаний, в которых представитель принимал личное участие, с учетом удовлетворения требований неимущественного характера, понесенные истцом судебные расходы подлежат взысканию в пользу истца.

Между тем, суд полагает, что расчет подлежащих взысканию с ответчика расходов на представителя должен быть осуществлен следующим образом:

За участие в судебных заседаниях, с учетом их продолжительности, информативности и причин отложения: 29.07.2024 - 4 000 руб., 10.09.2024 - 7 000 руб., 17.10.2024, 12.11.2024, 17.12.2024 по 3 000 руб., 28.04.2025 и 30.05.2025 по 4 000 руб., за составление искового заявления - 5 000 руб., за составление возражений отзыв на исковое заявление - 2 000 руб., за составление ходатайств о назначении экспертизы - по 1 000 руб., за составление уточненного искового заявления, с учетом того, что все уточнения касались требований, в удовлетворении которых судом отказано, - 500 руб.

Также с ответчика в силу положений ст. 103 ГПК РФ надлежит взыскать госпошлину в доход местного бюджета в размере 300 руб., от уплаты которой истец был освобожден.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению социального обслуживания «Пансионат для граждан пожилого возраста и инвалидов «Кедр»» о признании травмы несчастным случаем на производстве, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании невыплаченной заработной платы и иных выплат, компенсации морального вреда и материального ущерба - удовлетворить частично.

Признать полученную ФИО1, (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №) ДД.ММ.ГГГГ в помещении КГБУ СО «Пансионат «Кедр» травму в виде перелома дистального отдела правой лучевой кости со смещением отломков - несчастным случаем связанным с производством.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения социального обслуживания «Пансионат для граждан пожилого возраста и инвалидов «Кедр»» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 120 000 рублей и судебные расходы на представителя - 38 500 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию - Красноярский краевой суд в течение одного месяца с момента изготовления решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Канский городской суд Красноярского края.

Председательствующий Д.А. Койнова

Мотивированное решение составлено 10 июня 2025 года