Дело № 2-407/2026

УИД - 09RS0001-01-2025-004473-29

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 января 2026 года город Черкесск КЧР

Черкесский городской суд Карачаево-Черкесской Республики в составе судьи Турклиевой Ф.М., при секретаре судебного заседания Нартоковой Е.Н.,

с участием

представителя истца ФИО1 - ФИО2,

представителя ответчиков Следственного управления Следственного комитета РФ по КЧР, Следственного комитета РФ ФИО3,

до перерыва представителя ответчика Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по КЧР ФИО4,

третьего лица следователя первого отдела по расследованию ОВД СУ СК РФ по КЧР ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Следственному управлению Следственного комитета Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике, Следственному комитету Российской Федерации и Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Карачаево-Черкесской Республике о возмещении морального вреда, причиненного государственными органами, а также их должностными лицами,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском и просила взыскать в ее пользу со Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В обоснование иска указала, что 23.02.2024 следователем по ОВД второго отдела по РОВД СУ СК РФ по КЧР ФИО7 в рамках уголовного дела № был изъят принадлежащий ей автомобиль марки VOLKSWAGEN POLO идентификационный номер (VIN) №, свидетельство о регистрации данного автомобили и страховой полис ОСАГО. 17.04.2024 указанные предметы были незаконно признаны следователем в качестве вещественных доказательств. 17.04.2024 указанные предметы были возвращены ей следователем под сохранную расписку, без права распоряжаться ими до окончания судопроизводства. 24.09.2024 Верховным судом КЧР вынесено определение, о том, что признание указанных предметов вещественными доказательствами было незаконным и обременяло ее права на распоряжение своим имуществом. Таким образом в период с 23.02.2024 по 17.04.2024 она не могла пользоваться и распоряжаться своим имуществом изъятым следователем, а в период с 17.04.2024 по 24.09.2024 она не могла воспользоваться своим правом свободно распоряжаться своим имуществом, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, правом владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом. Она испытала нравственные страдания по поводу незаконного изъятия и признания ее имущества вещественным доказательством. Ее нравственные страдания были выражены в том, что она испытывала чувство страха за свое имущество, боялась что его ей не вернут, вернут в неисправном состоянии, поврежденном, она испытывала унижение от своей беспомощности перед государством которое в лице следователя лишило ее имущества и длительное время ограничивало права на него. Кроме того, так как она является инвалидом второй группы, и имеет онкологическое заболевание, ей необходимо постоянное наблюдение врачей, а пользование общественным транспортом противопоказано ввиду того, что после лечения химиотерапии иммунитет находится на низком уровне. Именно из-за указанных соображений приобретался данный автомобиль. Автомобиль был внесен в Федеральную государственную информационную систему «Федеральный реестр инвалидов» (ФГИС ФРИ), что предоставляло ей расширенные права на парковку в местах для инвалидов, а также водители, перевозящие ее на данном авто, имели право на парковку в местах со знаками «Стоянка запрещена», а также могли игнорировать ряд других запрещающих знаков, что существенно оказывало ей поддержку при лечении ее заболевания. Ввиду изложенного, считает, что в результате незаконных действий должностных лиц СУ СК РФ по КЧР ей был причинен моральный вред, который она оценивает в размере 50 000 рублей.

В ходе рассмотрения дела в качестве соответчиков были привлечены Следственный комитет Российской Федерации и Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Карачаево-Черкесской Республике.

Впоследствии истцом были уточнены требования, в соответствии с которыми она просит взыскать с Российской Федерации в лице Следственного комитета Российской Федерации в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Истец в судебное заседание не явилась, о нем извещена, направила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие, исковые требования поддерживает в полном объеме. При таких обстоятельствах суд определил рассмотреть гражданское дело в отсутствие истца.

Представитель истца в судебном заседании просил уточненный иск ФИО1 удовлетворить.

Представитель ответчиков Следственного управления Следственного комитета РФ по КЧР, Следственного комитета РФ ФИО3 в судебном заседании иск не признал, просил отказать в его удовлетворении. Согласно его устным и письменным возражениям Следственный комитет РФ не является главным распорядителем бюджетных средств. 22.02.2024 в рамках расследования уголовного дела №, возбужденного по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285, ч. 2 ст. 306 УК РФ, следователем первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления изъят, помимо прочего, автомобиль марки «Фольксваген Поло», принадлежащий ФИО1, на котором передвигался обвиняемый ФИО2, являющийся сыном истицы. Указанный автомобиль признан вещественным доказательством и передан на ответственное хранение собственнику ФИО1 Данное процессуальное решение ФИО1 обжаловано в порядке, предусмотренном ст. 125 УПК РФ. 24.09.2024 апелляционным определением по результатам рассмотрения жалобы ФИО1 постановление о признании вещественным доказательством, в части, касающейся указанного автомобиля, признано незаконным. Таким образом, ФИО1 уже реализовано предоставленное ей конституционное право на защиту своих прав и законных интересов путем обжалования действий (бездействия) следственных органов, ее права восстановлены, настоящие требования являются повторными и удовлетворению не подлежат. Апелляционное определение Верховного Суда КЧР от 24.09.2024 о признании незаконным постановления о признании вещественным доказательством, в части, касающейся автомобиля ФИО1, при отсутствии совокупности других условий, не может являться основанием для взыскания денежной компенсации морального вреда. Право на распоряжение имуществом не относится к перечню личных неимущественных прав гражданина, принадлежащих ему от рождения или в силу закона нематериальных благ. Истцом не обоснованы и не подтверждены моральный вред, обстоятельства причинения вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями следователей и его наступлением, характер и степень причиненных страданий, что также исключает возможность удовлетворения заявленных требований. Сумма заявленного иска также ничем не обоснована. Таким образом, основания для удовлетворения исковых требований истца о взыскании компенсации морального вреда отсутствуют, поскольку необходимая совокупность условий для возложения на следственное управление ответственности по компенсации морального вреда не подтверждена, в том числе, ФИО1 не представлено доказательств, свидетельствующих о причинении ей физических и нравственных страданий в результате действий ответчика.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по КЧР ФИО5 до перерыва иск не признал, просил отказать в его удовлетворении. Согласно его устным и письменным возражениям права Министерства финансов Российской Федерации по данному делу не затрагиваются, соответственно, необходимость участия Министерства финансов Российской Федерации отсутствует. При предъявлении требований о возмещении морального вреда истцу надлежит указать о характере перенесенных физических, либо нравственных страданий, предоставить доказательства, подтверждающие причинение ей страданий, связанных с незаконным действиями сотрудников выше указанных органов. В данном случае доводы истца о том, что ей причинены моральные и физические страдания не находят своего подтверждения, поскольку никаких доказательств в виде медицинских документов, свидетельствующих о перенесенных физических и нравственных страданиях не представлено, следовательно истцом согласно требованиям статей 55, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не доказан факт причинения морального вреда.

Третье лицо следователь первого отдела по расследованию ОВД СУ СК РФ по КЧР ФИО6 до перерыва просил в удовлетворении иска отказать, поскольку он в отношении автомобиля истца совершил необходимые в рамках расследования уголовного дела процессуальные действия.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований, должностные лица ОВД СУ СК РФ по КЧР ФИО7, ФИО8 в судебное заседание не явились, о причинах неявки суду не сообщили, о судебном заседании извещены. При таких обстоятельствах, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определил рассмотреть дело в их отсутствие.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В силу части 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет суд. Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрен перечень способов защиты гражданских прав, таких как: признание права, восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, самозащита права, прекращение или изменение правоотношения и т.д. Иные способы защиты гражданских прав могут быть установлены законом.

Истец ФИО1 в период с 24.03.2018 года по 13.08.2024 года являлась собственником автомобиля марки VOLKSWAGEN POLO идентификационный номер (VIN) №.

В производстве первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления РФ по КЧР находилось уголовное дело №, возбужденное по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285, ч. 2 ст. 306 УК РФ, в отношении ФИО2 (сына истицы).

23.02.2024 следователем по ОВД второго отдела по РОВД СУ СК РФ по КЧР ФИО7 в рамках уголовного дела № при осмотре места происшествия были изъяты принадлежащие истцу автомобиль марки VOLKSWAGEN POLO с государственными регистрационными знаками №, ключи от автомобиля, свидетельство о регистрации транспортного средства № и страховой полис ОСАГО ТТТ №.

01.03.2024 года следователем по ОВД второго отдела по РОВД СУ СК РФ по КЧР ФИО7 в удовлетворении ходатайства ФИО1 о возвращении ей указанных предметов отказано, в связи с чем она обратилась в суд в порядке статьи 125 УПК РФ о признании его действий (бездействия) незаконными.

27.03.2024 года прокуратурой КЧР в адрес руководителя СУ СК РФ по КЧР по результатам проверки обоснованности действий следователя по ОВД второго отдела по РОВД СУ СК РФ по КЧР ФИО7 при рассмотрении ходатайства ФИО1 о возвращении ей вышеуказанных предметов в следственное управление направлена информация о выявлении нарушений требований статей 38, 56, 81, 82, 73, 176, 177, 195 и 196 УПК РФ, где указано, что следователем вынесено незаконно и необоснованное постановлении о назначении автотехнической экспертизы на предмет установления изменения идентификационного номера на кузове автомобиля (VIN) №; автомобиль не может быть признан вещественным доказательством и подлежит возвращению его законному владельцу.

Постановлением следователя первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления РФ по КЧР ФИО6 от 17.04.2024 года автомобиль марки VOLKSWAGEN POLO с государственными регистрационными знаками №, ключи от автомобиля, свидетельство о регистрации транспортного средства № и страховой полис ОСАГО ТТТ № были признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу № с хранением на территории ОМВД по <адрес> по адресу: <адрес>.

Постановлением следователя первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления РФ по КЧР ФИО6 от 17.04.2024 года автомобиль марки VOLKSWAGEN POLO с государственными регистрационными знаками №, ключи от автомобиля, свидетельство о регистрации транспортного средства № и страховой полис ОСАГО ТТТ № возвращены ФИО1, поскольку автомобиль в силу своей громоздкости не может храниться при уголовном деле.

17.04.2024 года свидетель ФИО1 дала расписку о том, что получила от следователя принадлежащие ей автомобиль марки VOLKSWAGEN POLO с государственными регистрационными знаками №, ключи от автомобиля, свидетельство о регистрации транспортного средства № и страховой полис ОСАГО ТТТ № в целости и сохранности, обязуется хранить их в целости и сохранности, при необходимости предоставить их органам следствия добровольно.

28.06.2024 года ФИО1 обратилась в суд в порядке, предусмотренном статьи 125 УПК РФ о признании незаконным действия старшего следователя первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления РФ по КЧР ФИО11 о признании в качестве вещественных доказательств автомобиля марки VOLKSWAGEN POLO с государственными регистрационными знаками №, ключей от автомобиля, свидетельства о регистрации транспортного средства № и страхового полиса ОСАГО ТТТ № и т.д.

Постановлением Черкесского городского суда от 12.07.2024 года жалоба ФИО1 оставлена без удовлетворения.

Апелляционным постановлением Верховного Суда КЧР от 24.09.2024 года постановлением Черкесского городского суда от 12.07.2024 года в части отменено. Постановление следователя от 17.04.2024 года о признании и приобщении к уголовному делу автомобиля марки VOLKSWAGEN POLO с государственными регистрационными знаками №, ключей от автомобиля, свидетельства о регистрации транспортного средства № и страхового полиса ОСАГО ТТТ №, извещения о ДТП.

Данным апелляционным постановлением установлено, что оснований для признания указанных предметов вещественными доказательствами у следователя не имелось. Признание указанных предметов вещественными доказательствами и понуждение к сохранению до рассмотрения уголовного дела по существу безусловно ограничивает право на распоряжение этими предметами и документами их собственника ФИО1, не являющейся обвиняемой или подозреваемой по уголовному делу.

07.10.2024 заместителем руководителя первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления РФ по КЧР во исполнение Апелляционного постановления Верховного Суда КЧР от 24.09.2024 года незаконное (необоснованное) постановление от 17.04.2024 года о признании вещественным доказательством указанного автомобиля и документов отменено.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно пункту 2 статьи 1070 названного кодекса вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 данного кодекса.

В силу пункта 1 статьи 1099 указанного кодекса основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 этого же кодекса.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1101 данного кодекса размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Таким образом, государство должно способствовать укреплению законности в деятельности органов государственной власти, а также защищать граждан, пострадавших от незаконных действий органов государственной власти и их должностных лиц.

Признание судом факта незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры в отношении гражданина само по себе свидетельствует о нарушении его прав, в частности личных неимущественных, и является основанием для компенсации морального вреда по правилам, установленным в названном выше законе.

В силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В данном случае Верховный Суд КЧР в своем апелляционном постановлении от 24.09.2024 года пришел к выводу о том, что оснований для признания автомобиля истца, ключей от него и документов вещественными доказательствами у следователя не имелось. Действия следователя, выразившиеся в признании автомобиля вещественным доказательством, были признаны незаконными, а также на следственный орган возложена обязанность устранить допущенные нарушения.

При таких обстоятельствах, суд, руководствуясь вышеприведенными нормами права и их разъяснениями, поскольку по делу установлены факт причинения вреда истцу, вина причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) должностного лица и причинением вреда, приходит к выводу о наличии правовых оснований для компенсации истцу причиненного морального вреда.

Из анализа статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом, характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего. Оценка разумности и справедливости размера компенсации морального вреда относится к прерогативе суда.

Таким образом, данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы закона, с учетом степени вины ответчика и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

В исковом заявлении истец указывает, что ее нравственные страдания были выражены в том, что она испытывала чувство страха за свое имущество, боялась, что его ей не вернут, вернут в неисправном состоянии, поврежденном, она испытывала унижение от своей беспомощности перед государством, которое в лице следователя лишило ее имущества и длительное время ограничивало права на него.

Действительно, после совершения следователем действия по изъятию принадлежащего истцу автомобиля, ключей от него и документов (23.02.2024), ей пришлось длительное время обращаться в различные органы с заявлениями (ходатайствами) о возвращении ей указанных предметов. Постановлением следователя от 01.03.2024 года в удовлетворении ходатайства ей было отказано.

Затем, несмотря на выявление прокуратурой КЧР нарушений уголовно-процессуального законодательства, связанных с отсутствием оснований для назначения в отношении автомобиля истца экспертизы и для признания автомобиля вещественным доказательством, изложенных в письме от 27.03.2024 года, автомобиль постановлением следователя от 17.04.2024 все же был вещественным доказательством по уголовному делу.

Дважды ФИО1 пришлось обращаться в судебные органы с обжалованием действий (бездействия) следователя, первый раз она обжаловала действия, связанных с отказом в возвращении ей ее автомобиля, второй раз она обжаловала действия по признанию автомобиля вещественным доказательством.

В период со дня изъятия автомобиля (23.02.2024) по день возвращений ей автомобиля под сохранную расписку (17.04.2024) она не имела возможности использовать автомобиль.

В дальнейшем вопреки возражениям ответчиков истец была ограничена в возможности распоряжения автомобилем. Признание автомобиля, ключей и документов вещественными доказательствами и понуждение к сохранению до рассмотрения уголовного дела по существу, безусловно ограничили право на распоряжение этими предметами и документами их собственника ФИО1, не являющейся обвиняемой или подозреваемой по уголовному делу.

Объяснения третьего лица следователя первого отдела по расследованию ОВД СУ СК РФ по КЧР ФИО6 о том, что он действовал в рамках уголовного дела, изучались при рассмотрении жалобы, поданной в порядке статьи 125 УПК РФ, и были в полном объеме учтены Верховным судом КЧР при вынесении решения о признании незаконным действий следователя в признании автомобиля вещественным доказательством.

Истец, являясь инвалидом второй группы, и имея онкологическое заболевание, нуждается в постоянном наблюдении врачей, данный автомобиль ею использовался в спорный период в том числе в целях перемещения в лечебные учреждения.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, переживание истцом нравственных страданий в связи с неправомерным ограничением должностными лицами следственного управления ее прав пользования и распоряжения в отношении принадлежащего ей автомобиля, вынужденности обращения в различные органы для возвращения автомобиля, индивидуальные особенности истца, ее возраст и состояние здоровья, острое негативное восприятие сложившейся ситуации, а также требования разумности и справедливости, суд определяет сумму компенсации морального вреда в размере 20000 рублей.

Из разъяснений, изложенных в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2019 N 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации", следует, что исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств за счет казны Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела суд принимает во внимание, что в соответствии с подпунктом 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.

Подпунктом 18 пункта 7 Положения о Следственном комитете Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 14.01.2011 N 38, установлено, что Следственный комитет осуществляет функции главного распорядителя бюджетных средств.

Исходя из того, что моральный вред истцу причинен незаконными действиями (бездействием) должностных лиц Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике, учитывая, что Следственный комитет Российской Федерации является главным распорядителем бюджетных средств, заявленный истцом моральный вред подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Следственного комитета Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

Оснований к удовлетворению исковых требований к остальным ответчикам не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. Поскольку ответчик на основании подпункта 19 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины как государственный орган и не может быть отнесен к числу субъектов, являющихся в установленном законом порядке плательщиками государственной пошлины, государственная пошлина взысканию с него не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 (паспорт серии №) к Следственному управлению Следственного комитета Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике (ИНН <***>), Следственному комитету Российской Федерации (ИНН <***>) и Министерству финансов Российской Федерации (ИНН <***>) в лице Управления Федерального казначейства по Карачаево-Черкесской Республике (ИНН <***>) о возмещении морального вреда, причиненного государственными органами, а также их должностными лицами - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Следственного комитета Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного государственными органами, а также их должностными лицами, в размере 20000 (двадцать тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований в сумме, превышающей 20000 (двадцать тысяч) рублей, и предъявленных к Следственному управлению Следственного комитета Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике и Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Карачаево-Черкесской Республике -отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Карачаево-Черкесской Республики в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения в окончательной форме с подачей жалобы через Черкесский городской суд Карачаево-Черкесской Республики. В окончательной форме мотивированное решение изготовлено 27 января 2026 года.

Судья Черкесского городского суда Ф.М.Турклиева