РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 июня 2022 года город Москва

Таганский районный суд города Москвы в составе:

председательствующего судьи Синельниковой О.В.

при секретаре Адхамжанове А.А.

с участием прокурора Рыжиковой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1615/22 по иску ФИО1 ** к ООО «Рикор Дизайн Вычислительные Техники» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику ООО «Рикор Дизайн Вычислительные Техники» (далее по тексту ООО «Рикор ДВТ») о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, ссылаясь в обоснование своих требований на то, что 30 декабря 2021 года была принята на работу в ООО «Рикор ДВТ» на должность специалиста по связям с общественностью в отделе продвижения компании ООО «Рикор ДВТ».

На основании Приказа № 41/к от 24 марта 2022 года и Соглашения о расторжении трудового договора от 24 марта 2022 года истец уволена на основании п.1 ч.1 ст. 77 ТК РФ – по соглашению сторон.

Однако, 24 марта 2022 года истцом было подано на имя генерального директора ООО «Рикор ДВТ» ФИО2 заявление об отзыве соглашения о расторжении трудового договора. В частности, в заявлении было указано то, что соглашение о расторжении трудового договора было подписано под эмоциональным давлением, в спутанном сознании, под влиянием сильнодействующих психотропных препаратов, после госпитализации, в связи с чем истец не осознавала в полной мере своих действий по расторжению трудового договора. Заявление было принято с проставлением соответствующей отметки.

Соглашение о расторжении трудового договора № б/н от 24 марта 2022 года было написано под давлением со стороны работодателя, увольняться истец намерения не имела. Данный факт, подтверждается тем, что 04 марта 2022 года истцу стало плохо и у нее произошел эпилептический припадок. Работодателем была вызвана скорая помощь и истец была госпитализирована в стационар с диагнозом «эпилепсия с сумеречным сознанием», где она находилась с 04 марта 2022 года по 22 марта 2022 года. 24 марта 2022 года она по указанию работодателя подписала соглашение о расторжении трудового договора. В тот момент истец еще находилась под действием препаратов после госпитализации и не могла в полной мере осознавать происходящее.

Как видно из справки, выданной врачом ООО «ГРАНАТ МЦ» истцу были назначены препараты: ламотриджин, дулоксетим и арипинразол. Прием данных препаратов, действительно, часто ведет к спутанности сознания, что подтверждается описанием действия препаратов в инструкции по применению.

07 апреля 2022 года истцом была направлена досудебная претензия в адрес ответчика с просьбой восстановления на работе, выплаты компенсации морального вреда, возмещения расходов, понесенных на юридические услуги.

До настоящего момента работодатель никак не отреагировал ни на заявление, ни на претензию, ответа истец не получила.

Об отсутствии намерения увольняться свидетельствует и то, что у истца имеется ипотечный кредит и иных источников дохода, кроме как заработная плата в ООО «Рикор ДВТ», не имеет.

Таким образом, увольнение было вынужденным, совершенным под психологическим и моральным давлением руководства ООО «Рикор ДВТ».

Истец просит признать незаконным приказ о её увольнении, восстановить на работе в прежней занимаемой должности, взыскать средний заработок за время вынужденного прогула, компенсацию морального вреда в размере 500.000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 130.000 рублей.

Истец ФИО1, представители истца адвокат Джулай Д.И. и Челушкина В.К. в судебном заседании исковые требования поддержали по доводам искового заявления и объяснениям к нему.

Представитель ответчика ООО «Рикор ДВТ» ФИО3 в судебном заседании исковые требования истца не признал по доводам письменных возражений на иск и дополнений к нему, в том числе по мотиву пропуска истцом срока, предусмотренного ст. 392 ТК РФ.

Выслушав объяснения участников процесса, исследовав письменные материалы дела, допросив свидетелей ФИО4 и ФИО5, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению частично, суд приходит к следующему.

В ходе судебного разбирательства установлено, что истец работала в ООО «Рикор ДВТ» в должности специалиста по связям с общественностью/Отдел продвижения (трудовой договор № 28/21 от 30 декабря 2021 года).

24 марта 2022 года между истцом ФИО1 и ООО «Рикор ДВТ» в лице генерального директора ФИО2 подписано Соглашение о расторжении трудового договора, согласно которому Трудовой договор расторгается 24 марта 2022 года по соглашению сторон в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ. Взаимные обязательства сторон по договору считаются прекращенными с даты подписания настоящего соглашения. Каких-либо претензий по договору или в связи с расторжением договора стороны друг к другу не имеют. Фактом подписания настоящего соглашения работник подтверждает отсутствие к работодателю имущественных требований, в том числе материальных выплат, как в настоящем, так и в будущем. Настоящее соглашение не несет в себе каких-либо нарушений прав работника, подписано им добровольно, собственноручно. Работодатель принимает на себя обязательства дополнительно к расчету при увольнении выплатить работнику выходное пособие в связи с расторжением договора в размере 150.000 рублей. Стороны подтверждают, что размер выходного пособия, установленный настоящим пунктом, является окончательным и не может быть изменен (дополнен).

Из объяснений истца следует, что данное соглашение ею было подписано под давлением со стороны работодателя, увольняться истец намерения не имела. Данный факт, подтверждается тем, что 04 марта 2022 года истцу стало плохо и у нее произошел эпилептический припадок. Работодателем была вызвана скорая помощь и истец была госпитализирована в стационар с диагнозом «эпилепсия с сумеречным сознанием», где находилась с 04 марта 2022 года по 22 марта 2022 года. 24 марта 2022 года она по указанию работодателя подписала соглашение о расторжении трудового договора. В тот момент истец еще находилась под действием препаратов после госпитализации и не могла в полной мере осознавать происходящее. Как видно из справки, выданной врачом ООО «ГРАНАТ МЦ» истцу были назначены препараты: ламотриджин, дулоксетим и арипинразол. Прием данных препаратов, действительно, часто ведет к спутанности сознания, что подтверждается описанием действия препаратов в инструкции по применению. В преддверии подписания соглашения между истцом и менеджером по персоналу состоялся разговор о том, что в период отсутствия истца сложилась некая ситуация с сотрудниками прессы, которую генеральному директору Общества пришлось решать самому из-за отсутствия истца на работе по причине болезни, что и привело работодателя к убеждению о необходимости увольнения истца.

Из объяснений представителя ответчика и показаний допрошенного свидетеля ФИО4 следует, что 23 марта 2022 года состоялись переговоры между истцом ФИО1, ФИО4 и генеральным директором в течение около получаса, в ходе которых истец пояснила, что ей требуется длительный план лечения и реаблитации, что она давно не видела дочь, которая проживает заграницей, поэтому имеет намерение уволиться. Чтобы не увольняться по собственному желанию с двухнедельной отработкой, истцу было предложено расторгнуть трудовой договор по соглашению сторон с выплатой денежной компенсации, на что истец дала свое согласие. Затем с учредителем была обговорена сумма выходного пособия и составлено соглашение о расторжении трудового договора, которое было подписано обеими сторонами соглашения. По утверждению свидетеля, истец находилась в обычном состоянии, больной не выглядела. Никаких конфликтов подписанию соглашения не предшествовало, претензий к работе истца со стороны работодателя не высказывалось, давления на неё не оказывалось, все текущие вопросы решались в рабочем порядке. В целом работодатель характеризует истца как ответственного работника, умеющего работать в коллективе, имеющего исключительно положительные характеристики.

24 марта 2022 года, уже после подписания Соглашения о расторжении трудового договора, истцом было подано на имя генерального директора ООО «Рикор ДВТ» ФИО2 заявление об отзыве соглашения о расторжении трудового договора. В заявлении было указано то, что соглашение о расторжении трудового договора было подписано под эмоциональным давлением, в спутанном сознании, под влиянием сильнодействующих психотропных препаратов, после госпитализации, в связи с чем истец не осознавала в полной мере своих действий по расторжению трудового договора.

Как указывает истец, данное заявление об отзыве соглашения ею было написано после консультации с её знакомым адвокатом Джулай Д.И., который в настоящее время представляет интересы истца.

Из показаний свидетеля ФИО5 – менеджера по персоналу, следует, что ей было передано Соглашение о расторжении трудового договора с истцом ФИО1, она готовила пакет документов, связанный с увольнением, после того как истец сдала обходной лист, с ней был произведен окончательный расчет, истец должна была подписать Приказ об увольнении, но вместо этого, истцом было подано заявление об отзыве соглашения, которое было принято свидетелем в 16 часов 56 минут.

Как указывают свидетель ФИО4 и представитель ответчика ФИО3, после того, как было подано заявление об отзыве соглашения, они попытались согласовать некоторые моменты с генеральным директором и учредителем о возможном увеличении выходного пособия, но согласия не получили, равно как и не получили согласия на аннулирование Соглашения о расторжении трудового договора.

Приказом № 41/4 от 24 марта 2022 года истец была уволена по п.1 ч.1 ст. 77 ТК РФ – по соглашению сторон.

С Приказом истец отказалась знакомиться, о чем свидетельствует соответствующий акт от 24 марта 2022 года и показания свидетеля ФИО5, которая Приказ зачитала истцу вслух.

В соответствии с п.1 ч.1 ст. 77 ТК РФ одним из оснований прекращения трудового договора является соглашение сторон (статья 78 настоящего Кодекса).

Согласно разъяснениям, данным в п.20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Указанное положение нашло отражение также в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2009 года № 1091-0-0, согласно которому достижение договоренности о прекращении трудового договора на основе добровольного соглашения его сторон допускает возможность аннулирования такой договоренности исключительно посредством согласованного волеизъявления работника и работодателя, что исключает совершение как работником, так и работодателем произвольных односторонних действий, направленных на отказ от ранее достигнутого соглашения. Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса интересов сторон трудового договора и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права работника.

Наличие основания, указание точного срока увольнения в заявлении истца, его подпись и подписи работодателя, достаточны для издания соответствующего приказа и увольнения работника.

Рассматривая доводы об оказании на истца давления при подписании Соглашения о расторжении трудового договора, то эти доводы никакими надлежащими доказательствами не подтверждаются, а напротив опровергаются показаниями допрошенных свидетелей и объяснениями представителя ответчика, который также принимал участие в процедуре увольнения истца и является юристом Общества.

Что касается доводов истца о том, что Соглашение было ею подписано в спутанном сознании, под влиянием сильнодействующих психотропных препаратов, в связи с чем истец не осознавала в полной мере своих действий по расторжению трудового договора, то они опровергаются утверждениями самого же истца о том, что подписанию Соглашения предшествовали переговоры с сотрудником отдела кадров и генеральным директором, после подписания Соглашения, она позвонила своему адвокату, который ей посоветовал, написать заявление об отзыве Соглашения, текст которого истец воспроизвела самостоятельно. Указание в аннотации побочных действий предписанных истцу к употреблению препаратов не свидетельствует о том, что побочные действия имели место в момент подписания Соглашения. Истец была выписана из лечебного учреждения 22 марта 2022 года и с 23 марта 2022 года после выздоровления приступила к исполнению трудовых обязанностей. В справке ГБУЗ ПКБ № 4 ДЗМ «Психоневрологический диспансер № 4» отмечено, что при наличии у истца выставленного диагноза, её психическое состояние на момент осмотра 22 марта 2022 года: контакту доступна, поведение упорядоченное, отмечается сонливость, снижение концентрации внимания, фон настроения ближе к ровному, мышление замедленное, острой психотической симптоматики нет. В справке не отмечена неспособность истца понимать значение своих действий и руководить ими по состоянию на 22 марта 2022 года.

Также из показаний свидетеля ФИО4 следует, что истец до подписания Соглашения о расторжении трудового договора интересовалась о выплатах, полагающихся при окончательном расчете и о налоговых отчислениях, производимых из суммы выходного пособия.

Об отсутствии какого-либо особенного состояния истца при подписания Соглашения свидетельствуют и её последовательные действия, совершенные после подписания Соглашения, поскольку ею был подписан обходной лист, получены трудовая книжка и документы, выдаваемые работнику при увольнении.

Далее довод истца о наличии ипотечного кредита, как обстоятельство отсутствия намерения расторгать трудовой договор, то суд находит данный довод несостоятельным, так как кредитный договор истцом заключен в 2018 году, то есть до заключения трудового договора с ООО «Рикор ДВТ». Заключая кредитный договор, истец, как заемщик должна была предвидеть риск наступления таких негативных последствий, как потеря работы, ухудшение финансового положения, состояния здоровья и др.

Кроме того, как следует из объяснений истца, её намерение продолжить работу у недобросовестного, по её утверждению, работодателя, который понудил её к увольнению, мотивировано тем, что после увольнения из ООО «Рикор ДВТ», она находится в поиске работы, но уже длительное время не может трудоустроиться.

Суд отмечает, что при описанных выше обстоятельствах, само по себе написание истцом ФИО1 заявления об отзыве заявления об увольнении по соглашению сторон, правового значения для рассмотрения настоящего дела не имеет, так как для прекращения трудового договора по соглашению сторон недостаточно волеизъявления одной стороны работодателя или работника, поскольку для аннулирования договоренности относительно срока и основания увольнения необходимо взаимное волеизъявление обеих сторон. В противном случае, возможность расторжения соглашения в одностороннем порядке путем подачи лишь заявления о его отзыве лишает всякого смысла заключение такого соглашения.

Ответчиком сделано заявление о пропуске истцом срока для обращения в суд, предусмотренного ст. 392 ТК РФ.

Согласно ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

Трудовая книжка с записью об увольнении истцу выдана в день увольнения – 24 марта 2022 года, сведения о трудовой деятельности предоставлены истцу также 24 марта 2022 года. Истцом подавалась претензия относительно незаконного увольнения работодателю 07 апреля 2022 года, написанная при помощи адвоката Джулай Д.И. Все это свидетельствует о том, что истцу было известно о том, когда она уволена и по какому основанию, своевременно обратилась за юридической помощью. Но несмотря на это, исковое заявление в суд, подписанное адвокатом Джулай Д.И., направлено 29 апреля 2022 года, о чем свидетельствует штамп оттиска почтового отделения, то есть с пропуском срока, установленного ст. 392 ТК РФ, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении всех заявленных требований. Ссылка истца на то, что отсчет срока был произведен с момента получения именно копии Приказа об увольнении, основана на ошибочном толковании положений ст. 392 ТК РФ, которые определяют порядок исчисления срока для обращения в суд и не предписывают, что срок должен исчисляться по последнему полученному работником документу.

Таким образом, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что увольнение ФИО1 произведено ответчиком в полном соответствии с требованиями действующего трудового законодательства, истцом пропущен срок для обращения с иском в суд, вследствие чего отказывает истцу в удовлетворении исковых требований о восстановлении на работе, а также взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула (ст. 234 ТК РФ), компенсации морального вреда (ст. 237 ТК РФ), судебных расходов (ст. 100 ГПК РФ).

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ** к ООО «Рикор Дизайн Вычислительные Техники» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Таганский районный суд города Москвы в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья: