78RS0002-01-2022-007850-03

Изготовлено в окончательной форме 23 октября 2023 года

г. Санкт-Петербург

Дело № 2-894/2023 29 сентября 2023 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Выборгский районный суд г. Санкт-Петербурга в составе:

Председательствующего судьи Кирсановой Е.В.

при секретаре Максимовой Е.В.

с участием прокурора Володькиной И.В.,

истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3 .,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Беловой (ранее Супренок) А.А. о взыскании денежных средств в связи с ДТП

УСТАНОВИЛ

ФИО1 (далее Истец) обратился в суд с иском о взыскании с Беловой (ранее Супренок) А.А. (далее Ответчик) компенсации морального вреда в размере 900 000 руб., понесенные расходы в размере 15000 руб. на проведение автотехнической экспертизы, 1950 руб. на изготовление доверенности. В обоснование требований ссылался на то, что 19.07.2019 г. ответчик, управляя автомобилем Опель МОКК, г.н.з. № на пересечении <адрес> и <адрес> при осуществлении поворота направо напротив <адрес> совершила наезд на истца, являющегося пешеходом, в результате чего последнему были причинены телесные повреждения, разменивающиеся как тяжкий вред здоровью, в следствие полученных телесных повреждений, истцу причинены физические и нравственные страдания; по данному факту было возбуждено уголовное дело, которое в настоящее время приостановлено.

Истец и его представитель в суд явились, на удовлетворении исковых требований настаивали, пояснили, что в материалах уголовного дела имеются различные противоречия и недостатки, в том числе при составлении протокола осмотра места ДТП, что привело к невозможности установления виновного лица, со стороны ответчика имеет место оказания влияния на сотрудников, занимающихся данным делом и экспертов, напротив проведенные независимые экспертизы, однозначно говорят о виновности ответчика.

Ответчик в суд не явилась, доверила представлять интересы представителю, которая исковые требования считала не подлежащими удовлетворению, поскольку вина ответчика должностными лицами не установлена, в материалах уголовного дела указаны обстоятельства, исключающие вину ответчика, поддержала позицию, изложенную в правовой позиции (л.д.150-155 том2)

Суд, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства, заключение прокурора, полагавшего исковые требования обоснованными по праву в части компенсации морального вреда, по размеру подлежащими снижению, приходит к следующему:

В силу ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Исходя из положений ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснившего, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается; установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда, при определении которого суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии со ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Из материалов дела следует, что 19.07.2019 года около 13 часов 10 минут, ФИО4, управляя транспортным средством, автомобилем марки Опель Мокка, г.н.з. № двигалась по <адрес>, поворачивая на <адрес> совершила наезд на пешехода ФИО1, в результате чего последний получил телесные повреждения и был госпитализирован в больницу в состоянии средней тяжести.

По данному факту 07.02.2020 г. было возбуждено уголовное дело №12001400122000051, ФИО1 признан потерпевшим. С 06.12.2020 производство по данному уголовному делу приостановлено по п.1 ч.1 ст. 208 УПК РФ.

В рамках данного дела были проведены экспертизы. Согласно заключения эксперта № СПб ГБУЗ «БСМЭ» было установлено, что ФИО1 в результате ДТП получил закрытую травмы головы, которая по признаку опасности для жизни расценивается как тяжкий вред здоровью. Клинических признаков состояния алкогольного опьянения не отмечено (л.д.105-107 том1). В указанной части заключение не оспаривается.

В ходе проведения проверки по факту ДТП, была проведена также автотехническая экспертиза экспертом 14 отдела ЭКЦ ГУ МВД России по СПб и ЛО (л.д.25-33 том1), по результатам которой, эксперт пришел к следующим выводам: по версии водителя - в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля при возникновении для движения должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, руководствуясь требованиями п.10.1 ч.2 ПДД РФ; с технической точки зрения в действиях автомобиля несоответствий требованиям п.10.1 ч.2 ПДД РФ не установлено; по версии пешехода-в данной дорожно- транспортной ситуации водитель автомобиля для предотвращении наезда на пешехода должен был руководствоваться требованиями п. 13.1 ПДД РФ, в действиях водителя с технической точки зрения имеются несоответствия п. 13.1 ПДД РФ; в данных дорожных условия при данных и принятых исходных данных водитель автомобиля не имела техническую возможность предотвратить наезд на пешехода путем торможения в заданный момент времени «с момента выхода пешехода вне зоны пешеходного перехода вдоль левой части припаркованного у правого края проезжей части <адрес> автомобиля, в опасной зоне пешеход преодолел расстояние около 1,5 м в темпе спокойного беда»; в данных дорожных условия при данных и принятых исходных данных водитель автомобиля имела возможность предотвратить наезд пешеходы, выполнив требований п. 13.1 ПДД РФ.

Для установления обстоятельств ДТП и виновного лица в нем со стороны истца в ходе настоящего дела было заявлено ходатайство о проведении судебной технической экспертизы в части записей на листе 2 протокола осмотра места совершения административного правонарушения от 19.03.2019 г., где внесены сотрудником ДПС исправления и автотехнической трассологической экспертиза по оценке версий сторон.

Согласно заключения эксперта № от 14.06.2023 следует, что определить координаты места наезда на пешехода, то есть установить где находился пешеход в момент удара –на пешеходном переходе или за ним, а также на какой полосе и на каком расстоянии от правого края проезжей части не представляется возможным из-за отсутствия в протоколе осмотра ДТП, схеме, фототабице никаких следов, конечное положение автомобиля было изменено после наезда, местоположение пострадавшего на дорожном полотне не отражено, видеозапись отсутствует;

В протоколе осмотра места происшествия отражено конечное положение автомобиля Опель на момент осмотра с привязкой данного транспортного средства к правому краю проезжей части, которое не имеет отношения к фактическому месту остановки автомобиля после удара, так как транспортное средство после наезда и остановки к моменту осмотра перемещалось. В связи с отсутствием следов на месте ДТП, видеозаписи ДТП установить фактическое место наезда на пешехода экспертным путем не представилось возможным. Установление места происшествия не по следам, а по словам (объяснениям участников ДТП, свидетелей) не входит в компетенцию эксперта. Таким образом, независимо от того, имелись ли исправления записей в протоколе осмотра места происшествия относительно места наезда на пешехода решение вопроса о соответствии\несоответствии отражённого в материалах ДТП места наезда фактическому месту наезда и объяснениям сторон не представляется возможным.

В случае движения пешехода по пешеходному переходу водитель автомобиля Опель должен бы руководствоваться требованиями п.13.1 и 10.1 ч.2 ПДД РФ, с момента выхода пешехода на пешеходный переход успевал остановить своё транспортное средство не доезжая до момента наезда, располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода и мог уступить ему дорогу. В случае пересечения пешеходом проезжей части вне зоны пешеходного перехода, водитель автомобиля должен был руководствоваться положениями п. 10.1 ч.2 ПДД РФ, р заданных следствием исходных данных он не имел технической возможности предотвратить ДТП, и в его действиях несоответствий указанным требованиям Правил не усматривается. (.д.2-11 том2)

Что касается судебной технической экспертизы в части протокола осмотра места административного правонарушения, эксперт не смог ответить на поставленный судом вопрос, так как для его ответа требуется производство микровырезок из штрихов и бумаги документа, однако видоизменение данного документа невозможно по причине приостановления уголовного дела, иное необходимое специализированное криминалистическое оборудование у эксперта отсутствует (л.д.18-22 том2)

Со стороны лиц, участвующих в деле не поступило ходатайств о вызове экспертов, о назначении повторной или дополнительной экспертизы.

Заключение экспертов (специалистов), представленные со стороны истца после проведения судебной экспертизы в отсутствии каких либо обоснованных возражений, рецензий о недопустимости проведенных судебных экспертиз значение не имеет. Само по себе заключение, проведенное иными экспертами по тем не вопросам, не является допустимым и относимым доказательством по настоящему делу. Суд также обращает внимание, что судебная экспертиза была назначена по ходатайству истовой стороны и в то экспертное учреждение, которое было предложено именно истцовой стороной.

Разрешая спор, руководствуясь положениями статей 150, 151, 1064, 1079, 1083, 1099 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года, № 10 "Некоторые вопросы законодательства о компенсации морального вреда", разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", суд исходит из того, что невозможность установления обстоятельств ДТП в части места наезда на пешехода, вины каждого из участников ДТП, само по себе не исключает для ФИО4 правовых последствий в виде возложения на владельца источника повышенной опасности обязанности по компенсации морального вреда, причиненного деятельностью создающей повышенную опасность для окружающих.

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В ходе рассмотрения настоящего дела объем полученных истцом травм в результате ДТП и степень тяжести вреда здоровье, в отсутствии приговора в отношении ответчика никем не оспаривались, ходатайств о проведении судебной экспертизы в указанной части не заявлялось.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Учитывая, что истец получил в результате дорожно-транспортного происшествия повреждения, в связи с чем проходил соответствующее стационарное лечение, а в дальнейшем и длительное амбулаторное, ему был причинен тяжкий вред здоровью, а также изложенные требования действующего законодательства, суд приходит к выводу о том, что на ФИО5 (ранее Сопренок) А.А. как на водителя источника повышенной опасности возлагается обязанность по компенсации морального вреда истцу в результате дорожно-транспортного происшествия без вины как владелец источника повышенной опасности на основании положений статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, индивидуальные особенности потерпевшего, степень физических и нравственных страданий, а также что объем полученных повреждений.

Суд также исходит из отсутствия доказательств того, что наезд на пешехода произошел в результате умышленных действий ответчика, оснований для применения положений части 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации судом также не установлено в связи с отсутствием допустимых доказательств о наличии в действиях потерпевшего грубой неосторожности и имеющихся противоречий в материалах проверки ДТП. В настоящее время процессуального решения о квалификации действий ФИО4 в ДТП 19.07.2019г. не принято, неправомерности действий пешехода ФИО1 ДТП не установлено.

Определяя размер компенсации морального вреда, судом принимается во внимание наивысшая ценность человеческого здоровья, утрата которого может негативно влиять на дальнейшее качество жизни, степень физических и нравственных страданий истца, исходя из фактических обстоятельств дела, при которых был причинен моральный вред, отсутствие прямых доказательств вины (нарушений правил дорожного движения) как со стороны водителя так и пешехода, с учетом требований разумности и справедливости, установленных правилами статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, действия (бездействия) ответчика после ДТП, характер и объем нравственных страданий истца, степень причинённого вреда здоровью, суд счел подлежащей ко взысканию с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 350 000 руб.

Определенный к взысканию в пользу истца с ответчика размер компенсации морального согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Доводы истца о том, что ему была установлена инвалидность в сентябре 2022 г. не принимаются судом, так как причинно-следственная связь между полученными травмами в данном ДТП и установлением инвалидности истцом не доказана.

Что касается расходов истца, понесенных на проведение досудебной экспертизы № согласно которой версия ФИО4 явилась несостоятельной, наличие в ее действиях нарушений ПДД РФ, суд не находит оснований для их возмещения, так как данные выводы не нашли своего однозначного подтверждения при рассмотрении настоящего дела.

Что касается расходов на изготовление доверенности (л.д.19 том1 ), то принимая во внимание что ее выдача направлена на совершение действий в связи с ДТП от 19.07.2019 г., суд находит основания для взыскания с ответчика в пользу истца 1950 руб.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход государства государственная пошлина в размере 300 руб.

На основании вышеизложенное, руководствуясь ст.ст. <данные изъяты> 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р. в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с ДТП в размере 350 000 руб., расходы на изготовление доверенности на представителя в размере 1950 руб., а всего 351950 (триста пятьдесят одна тысяча девятьсот пятьдесят) рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с ФИО5 в доход государства государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья Кирсанова Е.В.