№ УИД №
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
<адрес> ДД.ММ.ГГГГ года
Индустриальный районный суд г. Перми в составе:
председательствующего судьи Мазунина В.В.,
при секретаре Мордвиной А.И., Ковальковой О.Л.,
при прокуроре Манохиной Ж.В.
с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, представителя ответчика ООО «АРГОС» ФИО3, по доверенности
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «АРГОС» о взыскании компенсации морального вреда
установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «АРГОС», указав, что с ДД.ММ.ГГГГ он осуществлял трудовую деятельность у ответчика в должности помощника эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефти и газ 5 разряд (второй). ДД.ММ.ГГГГ на рабочем месте по адресу <адрес>, <адрес> №, скважина № произошел несчастный случай на производстве, истец получил производственную травму в виде неполного отрыва левого предплечья. Травма относится к категории тяжелых. С ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время истец находится на лечении.
На основании изложенного истец просил взыскать с ООО «АГРОС» компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб., судебные расходы.
В судебном заседании истец и его представитель поддержали исковые требования. Дополнительно пояснили, что производственная травма получена по вине работодателя, в момент травмы истец получил сильные физические и нравственные страдания, в настоящий момент проходит лечение, предстоит длительная реабилитация, он утратил трудоспособность и не сможет больше работать в соответствии со своей специальностью, левая рука истца не работает, чувствительность возвратилась не в полном объеме.
Представитель ответчика ООО «АГРОС» в судебном заседании возражал против удовлетворения иска в заявленном размере, пояснил, что ответчиком соблюден порядок действий работодателя при возникновении несчастного случая на производстве. Несчастный случай произошел, в том числе, по вине работника.
Суд, выслушав участников процесса, прокурора, полагавшего требования о взыскании компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению, изучив материалы гражданского дела, приходит к следующему.
В соответствии с частью 2 статьи 7 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей. В силу части 1 статьи 20, части 1 статьи 41 Конституции РФ каждый имеет право на жизнь, на охрану здоровья.
Статьей 56 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) установлено, что в соответствии с трудовым договором работодатель обязуется обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
В силу требований ст. 219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда.
Согласно ст.21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.
Указанному праву работника корреспондирует обязанность работодателя установленная ст. 22 ТК РФ, обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Согласно ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.
В соответствии со ст. 212 ТК РФ работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.
В силу ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в ООО «АРГОС» в должности помощника эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефти и газ 5 разряд (второй) (л.д.6-11).
ДД.ММ.ГГГГ на рабочем месте ФИО1 получил производственную травму в виде неполного отрыва левого предплечья.
Факт несчастного случая расследован, оформлен и учтен ответчиком в соответствии со статьей 227 ТК РФ.
По результатам расследования несчастного случая комиссией составлен акт о несчастном случае на производстве №, который утвержден работодателем ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 41-47).
В ходе расследования несчастного случая установлено, что несчастный случай произошел ДД.ММ.ГГГГ при выполнении работ по бурению скважины № под секцию <данные изъяты> м.м. на <адрес> №. Для установик ключа КМБ-М в положение для заворота, бурильщик ЭРБС на нефть и газ 7 разряда ФИО4 совместно с помощником бурильщика ЭРБС на нефть и газ 5 разряда ФИО5 приступили к демонтажу левого ключа КМБ-М, для этого зацепили крюком вспомогательной лебедки левый ключ КМБ-М и приподняли его, после чего оцепили от него подвесной трос. При отцеплении подвесного троса, под тяжестью противовеса, свободный конец проса потянуло вверх к ролику. В это время помощник бурильщика ЭРБС на нефть и газ 5 разряда ФИО1, не убедившись в отсутствии давления в гидравлической системе ключа ZQ203-125 производил демонтаж плашек в ключе, при этом гидравлическая система питающая ключ от подъемного агрегата TD-160 не была отключена не пульте бурильщика, а также не был переведен в нейтральное положение трехходовой пневматический клапан смены передач на ключе ZQ203-125. Спускаясь по лестнице ФИО4 спиной прижался к рычагу управления реверсным клапаном ключа ZQ203-125. После чего руку ФИО1 зажало в поворотной части ключа ZQ203-125.
Из акта № о несчастном случае на производстве следует, что причиной несчастного случая является нарушение ФИО1 пунктов 6.16, п.6.35, п.7.1 «Инструкции по безопасности и охране труда при эксплуатации гидравлических ключей..» ИОТ Р-03 от ДД.ММ.ГГГГ, п.2.29 Производственной инструкции помощника бурильщика ЭРБС на нефт и газ (первый) ПИ-2-2019 от ДД.ММ.ГГГГ. Факта грубой неосторожности пострадавшего не установлено.
Также причиной несчастного случая на производстве является нарушение ФИО4 бурильщиком ЭРБС на нефть и газ 7 разряда, который не выключил подачу давления в гидравлическую систему ключа ZQ203-125 на пульте бурильщика, тем самым нарушил п.7.1. «Инструкции по безопасности и охране труда при эксплуатации гидравлических ключей..» ИОТ Р-03 от ДД.ММ.ГГГГ и п.2.22.5 Производственной инструкции бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ ПИ-1-2019 от ДД.ММ.ГГГГ.
Из медицинского заключения о характере полученной производственной травмы следует, что ФИО1 получил неполный отрыв левого предплечья в н/3 (л.д.73).
Согласно медицинским документам ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проведено оперативное лечение травматического отрыва левого предплечья.
ДД.ММ.ГГГГ проведена операция ревизия раны предплечья, шов лучевой, локтевой артерии, лучевого нерва, латеральной подкожной вены руки. ДД.ММ.ГГГГ операция аутодермопластика левого предплечья. ДД.ММ.ГГГГ демонтаж АВФ левого предплечья.
С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проходил амбулаторное лечении в ГБУЗ ПК «Пермская краевая клиническая больница».
С ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время проходит лечение в ООО «Первый травмпункт».
С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на стационарном лечении ГБУЗ ПК «Пермская краевая клиническая больница», проведена операция Остеотомия костей предплечья, открытая репозиция, остеосинтезлучевой кости титановой пластиной, локтевой кости стержнем слева.
ДД.ММ.ГГГГ в связи с повреждением лучевого нерва ФИО1 выдано направление на стационарное лечение ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница №».
С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находится на стационарном лечении в ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница №».
Исходя из ст.22, 212 ТК РФ трудовое законодательство в качестве основной обязанности работодателя предусматривает обеспечение безопасности труда и условий, отвечающих требованиям охраны и гигиены труда, то есть создание таких условий труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни здоровью работника.
Между тем, как установлено судом в качестве причины несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО1 является необеспечение работодателем условий для безопасного выполнения работ истцом, в частности, поручая истцу выполнение работ по производству демонтажа плашек в ключе ZQ203-125, не обеспечил контроль за соблюдением работниками п.7.1. «Инструкции по безопасности и охране труда при эксплуатации гидравлических ключей..» ИОТ Р-03 от ДД.ММ.ГГГГ и п.2.22.5 Производственной инструкции бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ ПИ-1-2019 от ДД.ММ.ГГГГ. При надлежащем контроле со стороны работодателя несчастного случая на производстве можно было избежать.
Доводы стороны ответчика о том причиной несчастного случая на производстве являлось нарушение ФИО1 правил охраны труда не свидетельствуют о возможности отказа в иске ФИО1, т.к. со стороны ответчика и уполномоченных им работников, в подчинении которых находился ФИО1, также имелись нарушения требований охраны труда, которые являются причиной несчастного случая на производстве.
Из акта о несчастном случае № следует, что грубой неосторожности со стороны ФИО1 при выполнении трудовых обязанностей не допущено.
В соответствии с п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что обязанность по возмещению морального вреда должна быть возложена на ООО «АРГОС».
В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Согласно п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
В п.46 постановления Пленума Верховного суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
Согласно разъяснениям, изложенным в п.47 Пленума Верховного суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.
Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.
Из материалов дела усматривается, что требования о взыскании компенсации морального вреда истцом заявлены в связи с тем, что лично ему были причинены как физические так и нравственные страдания вследствие повреждения здоровья в результате несчастного случая на производстве.
При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что в результате неправомерных действий работодателя причинен вред здоровью ФИО1, одному из важнейших нематериальных благ, принимает во внимание характер причиненного истцу вреда, тяжесть полученной травмы, длительность и характер лечения более 7 месяцев, которое продолжается, и сложность реабилитации, наличие последствий травмы у пострадавшего, в виде отсутствия чувствительности левой руки, невозможности вернуться к прежнему образу жизни, обстоятельства получения производственной травмы, наличие виновных действий самого ФИО1 в получении производственной травмы, форму и степень вины ответчика, не обеспечившего соблюдение требований охраны труда при выполнении опасных работ, исходя из принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что взысканию в пользу ФИО1 подлежит компенсация морального вреда в размере <данные изъяты> руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 198, 199 ГПК РФ, суд
решил:
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «АРГОС» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб.
Решение суда может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Индустриальный районный суд г.Перми в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья В.В. Мазунин