Дело № 2-1206/2022
УИД 02RS0010-01-2022-000386-09
2.211
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
24 ноября 2022 года с. Майма
Майминский районный суд Республики Алтай в составе:
председательствующего Ередеевой А.В.
при секретаре Барбачаквой Л.В.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о возмещении морального вреда, причиненного преступлением,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1, ФИО2 обратились в суд с указанным иском.
Доводы иска ФИО1 мотивированны следующим. 03.01.2019г. ответчики ФИО3, А.М.П., ФИО5 по предварительному сговору совершили умышленное уничтожение имущества истца, путем поджога. Данным преступлением истцу причинен моральный вред, т.е. нравственные и физические страдания, выразившиеся в нервном срыве и дальнейшем стойком расстройстве сна. Нервный срыв, произошёл ночью после телефонного звонка мужа ФИО2 и сообщения о поджоге группой злоумышленников недвижимого имущества, расположенного по адресу: <АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>, Республики Алтай, в результате которого пострадал единственный автомобиль. Нравственные переживания усугубило известие о том, что после поджога злоумышленники поехали в сторону <АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>, где истец на тот момент находилась с тремя малолетними детьми. В ночь на <ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> истца с детьми уже поджигали в <АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>. Поэтому угроза была серьёзной и реальной. Вспомнились обстоятельства предыдущего пожара. Поэтому после того, как истец узнала о поджоге, то испытала сильный страх за жизнь и здоровье детей, за свою жизнь, за жизнь и здоровье мужа, который серьёзно пострадал при тушении пожара, а она не могла оказать никакой помощи в тот момент. Страх был усилен чувством незащищенности, беспомощности и разочарования по отношению к силовым структурам Республики Алтай. В ту ночь истец не смогла заснуть ни на минуту, опасаясь покушений на свою семью и оставшееся имущество, даже после того, как муж сообщил, что поджигатели задержаны полицией при въезде в <АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>. Расстройство сна продолжалось дней пять - не могла уснуть ни днем ни ночью, потом наступил регресс и она стала засыпать непроизвольно, мозг отключался неожиданно, было похоже на кратковременные обмороки: я падала, роняла предметы, которые в этот момент были в руках, по этой причине отказывала детям, которые видя недомогание постоянно просились на руки. В результате пожара уничтожены детские игрушки, которые дети так аккуратно прибрали осенью, перед отъездом в город, чтобы играть с ними следующим летом и о которых постоянно вспоминали, эти игрушки не представляли никакой материальной ценности, но они были дороги истцу и ее детям. Так же там находились альбомы с детскими рисунками, которые для истца, имели огромную культурную ценность, составлявшую традиции ее семьи. Дети до сих пор периодически вспоминают об этих игрушках, ищут в гараже. Причиненный моральный вред истец оценивает в 500 тыс руб.
Истец ФИО2 доводы иска, мотивировал следующим. Данным преступлением ему причинен моральный вред, нравственные и физические страдания, выразившиеся в сердечном приступе, резком скачке артериального давления, вызванном нервным перенапряжением (синдром артериальной гипертензии) и ожоге верхних конечностей второй степени. Сердечный приступ и резкое повышение артериального давления у истца случились из-за поджога его гаража ответчиками, из-за серьёзных опасений за жизнь и здоровье его жены и детей, которым он не мог оказать поддержку в ту ночь, т.к. требовалось его присутствие на месте происшествия. Ожог верхних конечностей второй степени истец получил при тушении пожара своими силами до приезда пожарных. За медицинской помощью обратился 03.01.2019г. в шестом часу утра, когда пожар был потушен, необходимые формальности улажены, а физическая боль стала просто невыносимой. Причиненный моральный вред истец оценивает в 500 тыс руб.
В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО2, на требованиях настаивали, просили их удовлетворить, по доводам и снованиям изложенным в иске.
Ответчики ФИО3, А.М.П., ФИО5 будучи извещёнными, в судебное заседание не явились.
При этом от ответчика ФИО3 поступили письменные возражения, из которых следует, что с исковыми требованиями ФИО2 он не согласен, так истец никаких письменных доказательств об оказании медицинской помощи не представил, а оказанная помощь была до происшествия.
Выслушав участников процесса, изучив материалы дела и оценив доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в ст. 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).
Пунктом 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу" предусмотрено, что по смыслу положений п. 1 ст. 151 ГПК РФ гражданский иск о компенсации морального вреда (физических или нравственных страданий) может быть предъявлен по уголовному делу, когда такой вред причинен потерпевшему преступными действиями, нарушающими его личные неимущественные права на неприкосновенность жилища, частной жизни, личную и семейную тайну, авторские и смежные права) либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности и др.).
Исходя из положений ч. 1 ст. 44 УПК РФ и ст. 151, 1099 ГК РФ в их взаимосвязи гражданский иск о компенсации морального вреда подлежит рассмотрению судом и в случаях, когда в результате преступления, посягающего на чужое имущество или другие материальные блага, вред причиняется также личным неимущественным правам либо принадлежащим потерпевшему нематериальным благам (например, при разбое, краже с незаконным проникновением в жилище, мошенничестве, совершенном с использованием персональных данных лица без его согласия).
В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от <ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 45-П, любое преступное посягательство на личность, ее права и свободы является одновременно и наиболее грубым посягательством на достоинство личности - конституционно защищаемое и принадлежащее каждому нематериальное благо, поскольку человек как жертва преступления становится объектом произвола и насилия (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от <ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 1-П и от <ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 16-П).
Признание лица потерпевшим от преступления против собственности предполагает, что такого рода преступление, нарушая в первую очередь имущественные права потерпевшего, одновременно посягает и на такое важнейшее нематериальное благо, как достоинство личности, а также может посягать и на иные нематериальные блага либо нарушать личные неимущественные права и тем самым - при определенных обстоятельствах - может порождать у этого лица физические или нравственные страдания. Их причинение потерпевшему должно влечь - наряду с возмещением причиненного ему в результате преступления имущественного ущерба - и возникновение у него права на компенсацию морального вреда в рамках предусмотренных законом процедур.
Закрепляя в ч. 1 ст. 151 ГК Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, законодатель не установил каких-либо ограничений в отношении действий, которые могут рассматриваться как основание для такой компенсации.
Соответственно, действующее правовое регулирование не предполагает безусловного отказа в компенсации морального вреда лицу, которому физические или нравственные страдания были причинены в результате преступления, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права (определения Конституционного Суда Российской Федерации от <ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 1171-О, от <ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 2164-О и от <ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 3039-О).
Однако пострадавшие от посягательства на их имущественные права, по общему правилу, не освобождаются от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации.
В то же время обстоятельства дела могут свидетельствовать об очевидном причинении физических или нравственных страданий от преступления против собственности. В любом случае компенсация морального вреда, причиненного преступлением против собственности, предполагает исследование судом фактических обстоятельств конкретного дела.
В соответствии со статьей 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации приговор суда отнесен к числу письменных доказательств по гражданскому делу, и обстоятельства, установленные приговором, имеют значение для рассмотрения и разрешения настоящего дела.
В соответствии со статьями 12, 56 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее по тексту – ГПК РФ) правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая из которых должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, при этом суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на них не ссылались.
Из материалов дела усматривается, что вступившим в законную силу приговор Чойского районного суда Республики Алтай от <ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА>, А.М.П., ФИО3 и ФИО5 осуждены по ч. 2 ст. 167 УК РФ.
Указанным приговором суда, установлено, что А.М.П., ФИО3 и ФИО5 <ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА>, около 00 часов 50 минут, путём поджога совершили умышленное повреждение и уничтожение имущества, находящегося в общей совместной собственности истцов ФИО2 и ФИО1
При этом в момент совершения преступных действий, потерпевший ФИО2 находился дома, проснулся от лая собаки, выйдя на улицу, застал ответчиков, которые скрылись с места преступления, а он начал спасать имущество, тушить пожар самостоятельно, до приезда пожарной службы. В этот момент он испытывал чувство страха, как за себя, так и за свою семью, которая находилась по месту жительства в Горно-Алтайске, так как преступников задержать не удалось, и они уехали в неизвестном направлении. После произошедшего ему стало плохо, и он вызвал скорую.
Из справки предоставленной БУЗ РА <АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН> больница, за подписью главного врача, следует, что ФИО2 <ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> обращался в указанное учреждение за медицинской помощью (вызов сокрой помощи), диагноз: вторичная гипертензия неуточненная.
ФИО1 в момент совершения преступления, находилась с малолетними детьми, по месту жительства в <АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>, и узнав от супруга о совершенном преступлении, испытала чувство страха за свою семью, беспомощность и незащищенность, так как она находилась дома с детьми одна. В результате преступных действий ответчиков, полностью уничтожены детские игрушки и подделки, которые представляли для их семьи историческую ценность. После произошедших событий, она до настоящего времени испытывает нравственные страдания, это постоянное чувство страха за себя и свою семью, чувства безысходности и незащищенности и до настоящего времени вернуться к привычной ранее жизни истец не может, так как ее постоянно преследует чувство страха.
Таким образом суд, принимая во внимание при разрешении гражданского иска, характер и степень нравственных страданий истцов, с учетом индивидуальных особенностей, таких как состояние здоровья потерпевшего ФИО2, беспомощное состояние ФИО1, находившейся в момент совершения преступления, одной с малолетними детьми, так и вида, условий и сопутствующих обстоятельств совершенного ответчиками деяния, это ночное время, избранный ответчиками общественно-опасный способ преступления, учитывая качественные характеристики имущества, уничтоженного в результате преступления, а именно детские игрушки и подделки детей, представляющих для семьи истцов ценность и значимость, полагает необходимым взыскать с ответчиком компенсацию морального вреда в размере 40 тысяч рублей, в пользу каждого из истцов.
Доводы истца ФИО2, о том что в результате пожара он получил ожог верхних конечностей, своего подтверждения не нашел.
В соответствии со ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.
Доводы ФИО6 о том, что ФИО2 за медицинской помощью обратился в день предшествующий преступлению, опровергается представленной суду справкой БУЗ РА «Чойская ЦРБ», оснований не доверять которой у суда, не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1, ФИО2 удовлетворить в части.
Взыскать в солидарном порядке с ФИО6 М.А. М.П., ФИО5 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 40 000 рублей, во взыскании 460 000 рублей, отказать.
Взыскать в солидарном порядке с ФИО6 М.А. М.П., ФИО5 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 40 000 рублей, во взыскании 460 000 рублей, отказать.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Алтай через Майминский районный суд Республики Алтай в течение одного месяца со дня его вынесения в окончательной форме.
изготовлено <ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА>.
Судья А.В. Ередеева