Решение по делу № 2-В59/2025 от 26.03.2025 - о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки.

Дело №2-в59/2025

УИД: 36RS0022-02-2024-000791-06

Строка 2.188

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 марта 2025 года

Новоусманский районный суд Воронежской области в составе:

председательствующей - судьи Беляевой И.О.,

при секретаре Фатеевой И.В.,

с участием истца ФИО1,

его представителя - адвоката Гончаровой Е.Г.,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в с. Верхняя Хава в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО7, о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО7, о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,

В обоснование исковых требований указал, что между ним, ФИО1 и ФИО7, действующей с согласия матери ФИО2, был заключен договор дарения земельного участка, кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>, и жилого дома, кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>, от 29.03.2023 года.

До заключения вышеуказанного договора данный земельный участок и расположенный на нем жилой дом принадлежали ему на праве собственности на основании договора дарения от 25.10.2008 года.

Он является инвалидом <данные изъяты>, что подтверждается справкой МСЭ-2022 № от ДД.ММ.ГГГГ. По состоянию здоровья он не имеет возможности работать, единственным его доходом является пенсия, другого жилья он не имеет.

ФИО2 на тот момент являлась истцу супругой. Она ввела его в заблуждение относительно природы сделки и ее последствий, а именно: обещала истцу, что они будут состоять в браке, что он будет проживать в данном доме, как собственник данного имущества, однако после совершения сделки расторгла брак, кроме того просит съехать из дома. Ее дочь не общается со истцом, бывшая супруга всячески создает условия невозможности проживания в подаренном доме. Совершая сделку по отчуждению своего дома и вышеуказанного участка дочке, он добросовестно надеялся на проживание в данном доме, сохранение семьи.

Истец предполагал, что фактически дочь станет собственником спорного имущества только после его смерти. Истец проживал и проживает в указанном доме с момента получения его в дар от своей матери на основании договора дарения, другого жилья не имеет, оплачивает все годы и соответственно после заключения сделки коммунальные платежи, несет все расходы, связанные с содержанием недвижимости до настоящего дня, что подтверждается квитанциями об оплате.

Помимо данных обстоятельств считает, что данная сделка является кабальной, поскольку он совершил ее на крайне невыгодных для себя условиях из-за тяжелых обстоятельств, которыми воспользовалась другая сторона, а именно, как указано выше, супруга настаивала на дарении дома дочери для сохранения семьи. Он, являясь инвалидом, был вынужден пойти на эти условия. Однако после совершения сделки супруга расторгла со ним брачные отношения.

Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п.3 ст. 179 ГК РФ).

В связи с тем, что при заключении договора дарения он был введен в заблуждение, а также совершил данную сделку на крайне невыгодных для себя условиях из-за тяжелых обстоятельств, которыми воспользовалась другая сторона, указанный договор дарения не может быть признан законным.

Кроме того, в связи с тяжелым заболеванием, истцом был пропущен срок на подачу искового заявления. В соответствии со ст. 112 ГПК РФ пропущенный процессуальный срок может быть восстановлен по уважительным причинам.

Просит суд восстановить пропущенный срок на подачу искового заявления.

Признать договор дарения земельного участка кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>, и жилого дома, кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>, заключенный между истцом и ответчиком недействительным и применить последствия недействительности сделок; прекратить право собственности за ФИО7 на земельный участок кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес> и жилой дом, кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>;применить последствия недействительности сделки путем возврата земельного участка кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>, и жилого дома, кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>, в собственность ФИО1.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель Гончарова Е.Г. заявленные требования поддержали и настаивали на их удовлетворении.

Ответчик ФИО2, действующая в интересах ФИО7,в судебном заседании возражала против удовлетворения иска. Пояснила, что доводы истца ФИО1 о введении его в заблуждение при заключении договора дарения, выразившемся в обещании, что истец будет проживать в отчужденном жилом доме, как собственник данного имущества, а в настоящее время его выселяют из указанного жилого помещения, не соответствуют действительности.

Расторгнутый брак между истцом ФИО1 и законным представителем ответчика ФИО2 не прекращает семейных отношений между ФИО1 как отцом и его несовершеннолетней дочерью ФИО7 и не лишает его статуса члена семьи собственника жилого помещения. Доводы истца ФИО1 о том, что совершённая им сделка является кабальной, поскольку заключена на крайне невыгодных для него условиях, также не соответствуют действительности и опровергаются имеющимся в деле письменным доказательством - копией договора дарения. Согласно пункту 7 договора дарения, даритель ФИО1 подтвердил, что при заключении договора он не был лишен дееспособности, не состоял под опекой и попечительством, не страдал заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также, что отсутствовали обстоятельства, вынудившие его совершить данный договор. Осознавая суть договора, даритель ФИО1 понимал, что согласно части первой статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает другой стороне (одаряемому) вещь в собственность. Безвозмездность сделки дарения предопределена ee природой и ee исполнение не требует какого-либо встречного представления. Кроме того, истцом ФИО1 в нарушение положений части второй статьи 181 ГК РФ пропущен срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности и не представлены доказательства уважительности пропуска срока исковой давности, а именно медицинские документы, подтверждающие наличие у истца ФИО1 тяжелого заболевания в период с октября 2023 года, препятствовавшего ему своевременно обратиться в суд с исковым заявлением. Суду представлены письменные возражения по существу заявленных требований (л.д.86-89).

Представитель третьего лица отдела опеки и попечительства администрации Новоусманского муниципального района Воронежской области в судебное заседание не явился, о слушании дела извещены надлежащим образом, просили о рассмотрении дела в свое отсутствие, о чем суду представлено письменное заявление.

С учетом положений частей 3 и 5 ст. 167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть настоящее дело в отсутствие неявившегося представителя третьего лица.

Выслушав пояснения сторон, свидетеля, изучив материалы дела и оценив представленные доказательства по правилам статей 56, 60, 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему выводу.

Согласно п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ), граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно ч. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В соответствии с ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Частью 1 ст. 574 ГК РФ предусмотрено, что дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи. Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, истец ФИО1 и ФИО2 являются родителями несовершеннолетней ФИО7, что подтверждается свидетельством о рождении (л.д.90).

Брак между ФИО2 и ФИО1, зарегистрированный 17.09.2005г., был прекращен 12.09.2024г.

Согласно выписки из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости от 08.11.2024г., ФИО5 (мать истца) подарила сыну ФИО1 жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес>, что также подтверждается договором дарения от 25.10.2008г., переход права собственности состоялся 21.11.2008г. (л.д.7,42-43).

В судебном заседании установлено, что ФИО1, ФИО2 и несовершеннолетняя ФИО7 проживают и зарегистрированы по месту жительства по адресу: <адрес> (л.д.54-55).

29.03.2023г. между ФИО1 и ФИО7, действующей с согласия своей матери ФИО2, заключен договор дарения, в соответствии с п. 1 которого даритель (отец) передал, а одаряемая (дочь) приняла в дар жилой дом, кадастровый №, назначение: жилое, площадью, 82,7 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, и земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый №, площадью 749 кв.м., категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства (л.д. 50-51).

Пунктом 3 договора предусмотрено, что одаряемый приобретает право собственности на жилой дом и земельный участок с момента государственной регистрации перехода права собственности в Верхнехавском отделе Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Воронежской области.

Как следует из содержания п. 7 договора, стороны подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данный договор.

Договор составлен в простой письменной форме, подписан сторонами собственноручно.

Государственная регистрация перехода права собственности осуществлена 31.03.2023 года, что следует из представленных в материалы дела выписок из ЕГРН (л.д. 32-39).

На основании ч. 2 ст. 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Из ч. 1 ст. 177 ГК РФ следует, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Частью 1 ст. 178 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии со ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Судом установлено, что истец ФИО1 относится к категории <данные изъяты> (<данные изъяты>), в 2016г. истец перенес инсульт. При этом осуществляла уход за истцом его супруга (ФИО2), никто никогда не ущемлял прав истца. Причиной расторжения брака являлось злоупотребление истцом спиртными напитками длительный период времени, поэтому сохранение семьи было невозможно, о чем истцу было известно на момент заключения договора дарения. Поскольку у ФИО1 в результате злоупотребления спиртными напитками, случился инсульт в 2016г., в результате ухудшилось состояние здоровье, то им, как отцом несовершеннолетней ФИО7, было принято решение о дарении домовладения дочери, т.к. в случае, если бы с истцом что-то случилось, мог возникнуть спор о праве между несовершеннолетней ФИО7 и родственниками истца, а именно его родной сестрой ФИО6, которая и убедила истца обратиться в суд с настоящим иском.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Суд полагает, что стороной истца в ходе судебного разбирательства доказательства недействительности сделки по основаниям порока воли доказаны не были.

С учетом заявленных истцом требований и их обоснованием, юридически значимым обстоятельством являлось выяснение вопроса о том, понимал ли истец ФИО1 сущность сделки дарения, в частности, утрату им права собственности на жилой дом и земельный участок под ним без какого-либо встречного обязательства с другой стороны.

Из содержания договора дарения от 29.03.2023г. усматривается, что сторонами согласованы все его существенные условия, четко выражены его предмет и воля сторон, договор дарения подписан истцом собственноручно, оснований полагать, что, выполняя подпись на документе, истец не был ознакомлен с его содержанием, не имеется.

Изложенный в договоре дарения текст является ясным, однозначным, исключает многозначное толкование.

В судебном заседании истец ФИО1 пояснил, что при заключении договора дарения он осознавал значение своих действий, понимал, что отчуждает принадлежащий ему земельный участок и жилой дом в пользу своей дочери ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, безвозмездно. Спустя полтора года после заключения договора передумал передавать ей в дар спорное имущество.

Изложенное свидетельствует, что на момент заключения оспариваемого договора волеизъявление ФИО1, выразившееся в оформлении договора дарения, полностью соответствовало его намерению безвозмездно передать дочери ФИО7 без встречных условий жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес>. Последующее изменение истцом своего решения не является основанием для признания недействительным заключенного договора по мотиву заблуждения.

Доводы истца о том, что он заблуждался относительно существа сделки, поскольку надеялся на проживание в данном доме как собственник и сохранение семьи, судом не могут быть приняты во внимание, поскольку договор дарения не содержит встречного обязательства ответчика. Кроме того, стороной сделки является ФИО7, которая никоим образом не может повлиять на сохранение брачных отношений между родителями. К тому же, по смыслу ст. 178 ГК РФ заблуждение относительно мотивов сделки не имеет правового значения.

Ссылки истца на наличие инвалидности, состояние здоровья, особенности личности также не являются основанием для удовлетворения иска, поскольку не подтверждают заблуждение истца относительно природы сделки. Более того, данные доводы опровергаются пояснениями самого ФИО1 в суде.

Из совокупности действий истца, сопряженных с отчуждением спорного дома: подписание договора дарения, обращение в Управление Росреестра по Воронежской области, подписание заявления и передача документов на государственную регистрацию, оплата государственной пошлины за совершение регистрационных действий, не усматривается наличие заблуждения в отношении существа сделки.

Материалы гражданского дела и пояснения сторон свидетельствуют о том, что действия дарителя и одаряемого при заключении договора были направлены на достижение конкретного результата - переход права собственности на жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес> от ФИО1 к ФИО7 Договор дарения и переход права собственности зарегистрированы в установленном законом порядке на основании заявлений сторон договора.

Довод истца о том, что он несет бремя содержания спорного имущества, оплачивая коммунальные платежи, не может являться основанием для признания договора дарения недействительным, поскольку истец продолжает проживать в домовладении, пользуется всем домом, одаряемая является его родной дочерью, которая является несовершеннолетней, что соответствуют обязанностям отца по содержанию несовершеннолетнего ребенка, предусмотренным частью первой статьи 80 Семейного кодекса РФ и не являются основанием признания договора дарения недействительным.

Стороной истца не оспаривается, что после заключения спорного договора его дочь продолжила пользоваться домовладением и проживать в нем, т.е. несовершеннолетняя вступила во владение подаренным имуществом, что суд определяет как исполнение одаряемой обязательства по принятию имущества в дар.

Обстоятельства пребывания истца на момент заключения договора в состоянии, исключающем осознание природы совершаемой сделки, в ходе судебного разбирательства подтверждены не были, ходатайств о назначении судебной психиатрической экспертизы не заявлено, судом право на заявление о ее назначении разъяснено. Сам истец не ссылался на то, что не мог понимать значения своих действий и руководить ими.

Подписывая договор, сторона соглашается на его последствия, в связи с чем суд находит довод истца о том, что он не понимал условий договора и заблуждался относительно природы сделки несостоятельным.

Доводы истца ФИО1 о введении его в заблуждение при заключении договора дарения, выразившемся в обещании, что истец будет проживать в отчужденном жилом доме, как собственник данного имущества, а в настоящее время его выселяют из указанного жилого помещения, не соответствуют действительности. Напротив, истец, злоупотребляя спиртными напитками, причиняет неудобства своей несовершеннолетней дочери и бывшей супруге, которые вынуждены мириться с таким поведением истца длительный период времени.

При этом, сторона ответчика фактически на протяжении дня отсутствует в жилом помещении: дочь в школе, бывшая супруга на работе, тогда как истец ФИО1 весь день находится дома, не работает, домовладение находится в его пользовании. Как пояснили ФИО2 и ФИО7, истец, находясь в состоянии алкогольного опьянения, может ночью привести в дом незнакомых людей. Недавно разбивал бутылки об порог дома, привел в дом цыгана, пел песни ночью. Его образ жизни после заключения договора дарения не изменился. При этом никто из дома его не выгоняет, препятствий в пользовании домом не чинит, отношения с дочерью остались неизменными как до заключения оспариваемого договора дарения, так и после сделки. Указанные обстоятельства не оспаривались истцом в ходе судебного разбирательства.

Таким образом, именно поведение истца является причиной опасения его самого и его родной сестры, которая могут послужить поводом к выселению его из домовладения. Со стороны ответчиков каких-либо доказательств о действиях, ущемляющих права истца на проживание и пользование домовладением, не представлено.

Каких-либо доказательств что при заключении договора между сторонами возникло встречное обязательство суду не представлено. Безвозмездность сделки по договору дарения предопределена ee природой, исполнение которой не требует какого-либо встречного представления.

Учитывая, что истцом не представлено доказательств совершения договора дарения жилого дома и земельного участка под влиянием заблуждения, в том смысле, как это предусмотрено ст. 178 ГК РФ, доказательств отсутствия его воли на совершение сделки дарения либо того, что воля сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования, у суда не имеется.

Изложенные обстоятельства в своей совокупности позволяют суду прийти к выводу о том, что истец в силу злоупотребления спиртным и особенностей характера, обращаясь в суд с настоящим иском, не преследует цели восстановления нарушенного права, а подобным образом старается получить гарантию, что при злоупотреблении спиртным и ведении аморального образа жизни его жилищные права не будут нарушены и он останется проживать в домовладении, что не может послужить основанием для удовлетворения заявленных требований.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент заключения договора) срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

С момента заключения оспариваемого договора дарения 29.03.2023г. и до обращения ФИО1 в суд (09.10.2024г.) прошло 1,5 года.

Ответчиком заявлено ходатайство о применении последствий пропуска истцом срока исковой давности. Истец просит восстановить пропущенный срок исковой давности, ссылаясь, что пропустил срок для обращения с иском в суд по причине тяжелого заболевания.

По мнению суда, срок исковой давности для оспаривания договора дарения от 29.03.2023г., по основанию заблуждения (оспоримая сделка) пропущен, при этом никаких уважительных причин пропуска срока, которые могли бы служить основанием для его восстановления, истцом не приведено, выписной эпикриз БУЗ Воронежской области «Новоусманская районная больница» о том, что ФИО1 находился в стационаре с 29.03.2024г. по 08.04.2024г. таковым доказательством не является.

На основании изложенного, оснований для удовлетворения исковых требований истца не имеется.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО3, о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через Новоусманский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения судом первой инстанции в окончательной форме.

Судья И.О. Беляева

мотивированное решение суда изготовлено 26.03.2025г.