Решение по делу № 2-2290/2022 от 15.03.2023

дело № 2-337/23

61RS0045-01-2022-003124-08

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 марта 2023 года

с. Покровское, Неклиновского района, Ростовской области

Неклиновский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Говоровой О.Н.,

при секретаре Лутанюк И.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Т.А.Н., действующего в интересах несовершеннолетнего Т.Н.А., Т.И.А. к МБУЗ «Центральная районная больница» Неклиновского района Ростовской области, Министерству здравоохранения Ростовской области о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Т.А.Н., действующий в интересах несовершеннолетнего Т.Н.А. и Т.И.А. обратились в суд с иском к МБУЗ «Центральная районная больница» Неклиновского района Ростовской области.

В обоснование заявленных исковых требований истцы указали, что они являются детьми умершей Т.О.В., которые оставшись без матери, проживают с отцом. На момент смерти их мать Т.О.В. была трудоустроена в МБУЗ «ЦРБ» Неклиновского района Ростовской области, младшей медицинской сестрой по уходу за больными. 08.10.2021 года умершая заболела в результате контакта с пациентами больными COVID-19 при выполнении своих должностных обязанностей. Согласно акту о случае профессионального заболевания от 11.01.2021г., утвержденному Главным врачом Территориального отделения Управления Роспотребнадзора по Ростовской области в г. Таганроге, Неклиновском, Матвеево-Курганского районов, установлено, что заболевание является профессиональным и возникло в результате контакта с пациентами больных COVID-19 при выполнении своих должностных обязанностей (перевод в инфекционное отделение больных COVID-19). Непосредственной причиной заболевания послужил контакт с больными, зараженными новым высоко контагиозным вирусом COVID-19. Смертью Т.О.В. истцам причинен моральный вред, выразившийся в причинении нравственных страданий в связи с утратой близкого человека. Просят взыскать с Муниципальное бюджетное учреждение здравоохранения «Центральная районная больница» Неклиновского района Ростовской области в пользу истцов Т.Н.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения и Т.И.А., ДД.ММ.ГГГГ в качестве компенсации морального вреда по 150000 рублей.

Протокольным определением Неклиновского районного суда от 06.02.2023 года к участию в деле в качестве третьего лица привлечено Министерство здравоохранения Ростовской области.

В судебном заседании истец Т.А.Н. поддержал заявленные исковые требования, дал пояснения аналогичные изложенным в иске, дополнив, что смертью матери его детям причинены нравственные страдания, дети наблюдались у психолога. В настоящее время он один занимается воспитанием детей. Полагает, что заболевание, которое привело к смерти, Т.О.В. приобрела из-за несоблюдения работодателем техники безопасности. Медперсонал работал в специальной одежде, которая не соответствовала классу опасности при работе с COVID-19 заболеванием.

Т.И.А. в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, дело рассмотрено в его отсутствие в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Представитель Т.И.А., адвокат Красюков О.А. в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, иск просил удовлетворить.

Представитель ответчика МБУЗ Неклиновского района ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признал и показал, что больница не может быть признана источником повышенной опасности. В период работы Т.О.В. была обеспечена работодателем специальной одеждой в полном объеме. Ей выдавался противочумный костюм первого класса опасности. Работодателем была проведена инструкция по его правильному ношению. Таким образом, со стороны МБУЗ Неклиновского района выполнены все условия, предусмотренные Трудовым законодательством. В иске просил отказать полностью.

Представитель третьего лица Министерства здравоохранения Ростовской области, извещенный о месте и времени судебного разбирательства, в суд не явился, об уважительности причин неявки не сообщил. Дело рассмотрено в отсутствие представителя Министерства здравоохранения Ростовской области в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Допрошенная в судебном заседании В.Н.А. суду пояснила, что является главным специалистом-экспертом территориального отдела Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия населения по РО, в г. Таганроге, Неклиновском, Матвеево-Курганском, Куйбышевском районах. Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) №26 от 03.11.2020 подготовлена на основании заключения экспертов, которые в ходе проведения экспертизы установили, что в представленных МБУЗ Неклиновского района документах отсутствовали сведения о наличии защитных костюмов для персонала терапевтического отделения №2, в связи с чем невозможно было оценить какие СИЗ для защиты органов дыхания, слизистых глаз использовались, что является нарушением Федерального закона №52-ФЗ от 30.03.1999.

Выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить исковые требования, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесены, в том числе, право на жизнь (статья 20), право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

Под защитой государства находится также семья, материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абзац первый статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзацы первый и второй пункта 2 названного постановления).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Законодатель, закрепив в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда связана с посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Защита нематериальных благ защищается в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (абзац первый пункта 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. N 6 (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10) разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Исключение составляются случаи, прямо предусмотренные законом (пункт 1 названного постановления).

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что приказом № 29 от 15.04.1999 года Т.О.В. принята в Неклиновскую ЦРБ временно на должность палатной санитарки хирургического отделения № 2 по 2 разряду с 12 апреля 1999 года на время декретного отпуска А.Т.В. Приказом № 84 от 01 ноября 2001 года Т.О.В. переведена постоянно санитаркой хирургического отделения № 2 с 01 ноября 2001 года.

Приказом № 44 п.6.7 от 11.04.2017 года Т.О.В. переведена уборщиком производственных и хозяйственных помещений в ХО № 2 МБУЗ ЦРБ Некиновского района. Приказом № 67 п.4.7 от 09.06.2018 года наименование должности изменено на уборщика производственных помещений. Приказом № 138 п. 1.4 от 06.11.2019 года с 06.11.2019 года Т.О.В. переведена на должность младшей медицинской сестры по уходу за больными терапевтического отделения № 2 МБУЗ ЦРБ Неклиновского района. Приказом № 121 п. 3.6 от 01.10.2020 года Т.О.В., оставаясь в прежней должности, временно на период с 01.20.2020 года по 31.10.2020 года переведена в инфекционное отделение.

Согласно свидетельству о смерти V-АН № Т.О.В. умерла 22.10.2020 года.

Согласно медицинскому свидетельству о смерти серия № № от 23.10.2020 года причиной смерти Т.О.В. явились: отек легких, двухстроняя полисегментарная пневмония, подтвержденная коронавирусная инфекция COVID-19 (ПЦР от 14.10.2020 года положительный).

Как следует из акта о случае профессионального заболевания от 11.01.2021 года, у Т.О.В. установлен заключительный диагноз коронавирусная инфекция, вызванная COVID-19, подтвержденная при прижизненном исследовании (ПЦР №192510 от 14.10.2020 - положительная). Двусторонняя полисегментарная пневмония. Острый респираторнй дистресс синдром. Полнокровие внутренних органов. Дистрофия паренхиматозных органов. Отек легких. Данное заболевание признано профессиональным и возникло в результате контакта с пациентами больных COVlD-19 при выполнении своих должностных обязанностей (перевод в инфекционное отделение больных COVID-19). Непосредственной причиной заболевания послужил контакт с больными, зараженными новым высоко контагиозным вирусом COVID-19. Вина работника, как и иных лиц, допустивших нарушение санитарных правил и иных нормативных актов не установлена.

Заключением № 3.21.61/2021 ФКУ ГБ МСЭ по Ростовской области Минтруда России Бюро № 21 установлено, что смерть Т.О.В. связана с профессиональным заболеванием - COVID-19.

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления)№26 от 03.11.2020 года следует, чтоТ.О.В.находилась на суточном дежурстве с 02.10.2020 года по 06.10.2020 года, проходила инструктаж на рабочем месте по охране труда 26.10.2019 года, 31.03.2020 года, 11.07.2020 года, 01.10.2010 года, 07.10.2020 года.

Согласно медицинским рекомендациям №3.1/3.5.0172/1-20 «Рекомендации по применению средств индивидуальной защиты (в том числе многоразового использования) для различных категорий граждан при рисках инфицирования COVID-19» младшая медицинская сестра по уходу за больными в ходе своей деятельности должна применять защитную одежду II типа.

Между тем, в представленных документах отсутствуют сведения о наличии защитных костюмов для персонала терапевтического отделения № 2, не представляется возможным оценить какие СИЗ для защиты органов дыхания, слизистых глаз использовались, что не соответствует п. 3 ст. 29 Федерального закона № 52-ФЗ от 30.03.1999г. «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения». Также не представлены данные о прохождении инструктажа по применению СИЗ в условиях COVID-19. Представлены инструкции о порядке надевания и снятия противочумного костюма I типа, где Т.О.В.ознакомлена под роспись, однако дата ознакомления отсутствует.

Таким образом, при проверке установлено нарушение работодателем п. 3 ст. 29 Федерального закона № 52-ФЗ от 30.03.1999 года «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», в связи с не предоставлением документов (ненадлежащим их оформлением), что сделало невозможным провести оценку средств индивидуальной защиты.

Как следует из п. 21 санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления)№26от 03.11.2020 года имеются случаи заболевания COVID-19 среди медицинского и не медицинского персонала МБУЗ «ЦРБ» Неклиновского района. Представлены списки сотрудников, заболевших новой коронавирусной инфекцией медицинских работников за период с 01.05.2020г. ли 27.10.2020г. в количестве 76 человек, не медицинских работников за период с 01.04.2020г. по 26.10.2020г. в количестве 24 человек за подписью главного врача К.Д.В.

Согласно п. 22 (Заключение о состоянии условий труда) санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления)№26от 03.11.2020г., утвержденных Главным государственным Санитарным врачом по г. Таганрогу, Неклиновскому, М-Курганскому, Куйбышевскому районам Ростовской области, на основании проведенной санитарно-эпидемиологической экспертизы, условия труда Т.О.В.за весь период трудовой деятельности МУЗ «ЦРБ» Неклиновского района по вредным и опасным производственным факторам; биологический фактор, ПБА (патогенный биологический агент ) не соответствует требованиям ФЗ № 52-ФЗ от 30.03.1999 г. «О санитарно - идемиологическом благополучии населения» ст.25 п.1, ст.29 п. 3.

В судебном заседании установлено и материалами дела также подтверждается, что истцы являются детьми Т.О.В., при этом, Т.Н.А., является несовершеннолетним, что подтверждается свидетельством о рождении. В настоящее время дети остались без матери, проживают с отцом, который осуществляет уход и воспитание несовершеннолетнего ребенка (л.д.13,14).

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела. Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела.

По смыслу приведенных нормативных положений, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Следовательно, для применения ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.

Так, в силу положений абзаца четвертого и абзаца четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Условия труда - это совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника (часть 2 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).

При этом в силу положений абзаца второго части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.

Частью 1 статьи 212 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществление технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 ТК РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 ТК РФ).

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

В силу ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ (ред. от 08.12.2020) "Об обязательном социальном страховании несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как следует из п. 32 Постановления Пленума ВС РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

В соответствии со ст. 221 ТК РФ на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением, работникам бесплатно выдаются прошедшие обязательную сертификацию или декларирование соответствия специальная одежда, специальная обувь и другие средства индивидуальной защиты, а также смывающие и (или) обезвреживающие средства в соответствии с типовыми нормами, которые устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи с нормами международного права и нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о компенсации морального вреда следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве обязанность по компенсации членам семьи работника вреда, в том числе морального, может быть возложена на работодателя, не обеспечившего работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

Так, из материалов дела следует и не опровергается представителем ответчика, что событие, произошедшее22.10.2020 (смерть работникаТ.О.В.), признано работодателем страховым случаем, что подтверждает Акт о случае профессионального заболевания по форме Н-1 от 11.01.2021г., сыну и мужуназначены страховые выплаты.

Согласно п.19 одной из причин профессионального заболевания является воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ - инфицированием новым высоко контагиозным вирусом COVID-19.

Таким образом, в силу приведенных выше норм права МБУЗ «ЦРБ» Неклиновского района должно было принять меры к созданию безопасных условий труда работников учреждения.

Между тем, представленными в материалы дела доказательствами подтверждается, что ответчиком МБУЗ «ЦРБ» Неклиновского района не было принято достаточных мер для обеспечения безопасных условий труда работнику учрежденияТ.О.В., в частности, условия трудаТ.О.В.за весь период трудовой деятельности МУЗ «ЦРБ» Неклиновского района по вредным и опасным производственным факторам; биологический фактор, ПБА (патогенный биологический агент) не соответствует требованиям Федерального закона № 52-ФЗ от 30.03.1999 г. «О санитарно - идемиологическом благополучии населения» ст.25 п.1,ст.29 п. 3.

Доказательств, подтверждающих то обстоятельство, что Акт о случае профессионального заболевания по форме Н-1 от 11.01.2021г. и санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания(отравления)№ 26 от 03.11.2020г., утвержденная Главным государственным Санитарным врачом по г. Таганрогу, Неклиновскому, М-Курганскому, Куйбышевскому районам Ростовской области, в том числе, в части несогласия с причинами профзаболеванияТкаченко О.В., прописанными в них, были оспорены работодателем в установленном законом порядке (включая судебный) материалы дела не содержат. При рассмотрении дела в суде представитель МБУЗ «ЦРБ» Неклиновского района на данные обстоятельства не ссылался.

Из Акта о случае профессионального заболевания следует, что он подписан членами комиссии, в том числе и представителями от работодателя, в лице главного врача и заместителя главного врача МБУЗ «ЦРБ» Неклиновского района.

Кроме того, членами комиссии, подписавшими указанный Акт о случае профзаболевания по форме Н-1, являются Главный государственный Санитарный врач по г. Таганрогу, Неклиновскому, М-Курганскому, Куйбышевскому районам Ростовской области, врач-эпидемиолог, главный специалист филиала№15ГУ РГО Ростовского ФСС РФ.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что требования истцов о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными и подлежат удовлетворению, так как в судебном заседании нашли свое подтверждение нарушения работодателем норм трудового законодательства, не обеспечившего работнику условия труда, отвечающих требованиям охраны труда и безопасности.

Из разъяснений, содержащихся в абз. 2 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", следует, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. Также разъяснено, что размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных и физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений ст. ст. 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям (в частности, опека, попечительство).

С учетом фактических обстоятельств дела, исследовав и оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истцов компенсации морального вреда, которые в результате гибели матери претерпели моральные и нравственные страдания. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание те обстоятельства, что истцы лишились близкого им человека, испытывают невосполнимость понесенной потери, утрату семейных связей. Суд также учитывает характер страданий истцов, выразившихся в испытываемых ими нравственных переживаниях, и считает разумной и справедливой сумму денежной компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу каждого из истцов в размере по 100 000 руб.

При вынесении решения суд принимает во внимание положения п. 2 ст. 1101 ГК РФ, при этом учитывает требования разумности и справедливости, то, что ответчиком по делу выступает муниципальное бюджетное учреждение здравоохранения и полагает, что размер компенсации морального вреда определен с учетом всех обстоятельств дела, характера и объема причиненных истцам нравственных страданий, в связи со смертью близкого и родного им человека. Горе истцов невосполнимо ни временем, ни иными материальными благами. Смерть близкого, родного человека является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие личность, психику, здоровье, самочувствие и настроение.

Гражданское законодательство, предусматривая в качестве способа защиты гражданских прав, в частности, права на здоровье, компенсацию морального вреда, устанавливает общие принципы для определения размера такой компенсации. При разрешении подобного рода исков следует руководствоваться положениями ст. ст. 151, 1099 1100, 1101 Гражданского кодекса РФ, в соответствии с которыми при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, степень вины причинителя вреда и другие конкретные обстоятельства дела, влияющие на решение суда по предъявленному иску. Во всех случаях при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования справедливости и соразмерности.

Поскольку размер морального вреда является оценочной категорией и не поддается точному денежному подсчету, возмещение морального вреда производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, взыскание с МБУЗ «Центральная районная больница» Неклиновского района Ростовской области в пользу истцов в счет компенсации морального вреда денежных сумм в размере по 100 000 рублей в пользу каждого, судом признается соразмерным причиненным истцам физическим и нравственным страданиям и в полной мере отвечает принципам разумности и справедливости.

Доказательств тому, что у МБУЗ «Центральная районная больница» Неклиновского района Ростовской области отсутствуют денежные средства в размере, необходимом для выплаты взысканных сумм в счет компенсации морального вреда, суду не представлено и в материалах таковых не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Т.А.Н., действующего в интересах несовершеннолетнего Т.Н.А., Т.И.А. к МБУЗ «Центральная районная больница» Неклиновского района Ростовской области, Министерству здравоохранения Ростовской области о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с МБУЗ «Центральная районная больница» Неклиновского района Ростовской области (ИНН <***>) в пользу Т.Н.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (в лице законного представителя Т.А.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серия № №) компенсацию морального вреда в размере по 100 000 рублей.

Взыскать с МБУЗ «Центральная районная больница» Неклиновского района Ростовской области (ИНН <***>) в пользу Т.И.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт серия № №) компенсацию морального вреда в размере по 100 000 рублей.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Неклиновский районный суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Председательствующий

Решение в окончательной форме изготовлено 20.03.2023 года.

<данные изъяты>