Решение по делу № 2-1880/2022 от 27.12.2022 - о возмещении компенсации морального вреда при оказании ненадлежащей медицинской помощи, повлекшей смерть.

Дело № 2-1880/2022 36RS0005-01-2022-001482-16 РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 декабря 2022 г. г. Воронеж

Советский районный суд г. Воронежа в составе: председательствующего судьи Макаровец О.Н., при секретаре Фалеевой М.В., с участием пом. прокурора Пономарева Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО6 к БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» о возмещении компенсации морального вреда при оказании ненадлежащей медицинской помощи, повлекшей смерть,

установил:

ФИО6 обратилась в суд с иском к БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» о возмещении компенсации морального вреда при оказании ненадлежащей медицинской помощи, повлекшей смерть, указав, что в конце января 2021 года ее супруг - ФИО3, военный пенсионер, участник боевых действий в Афганистане и Чечне, почувствовал себя плохо, что выражалось в сильной слабости, повышенной утомляемости, отеках, повышенной температуры. С данными симптомами он обратился по месту жительства в филиал БУЗ ВО «ВГКП №4», находящегося по адресу: <адрес>. После осмотра и назначенного лечения, не давшего улучшения самочувствия, 11.02.2021г. года врач-терапевт выписал направление на срочную госпитализацию в БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» и вызвал скорую помощь.

11.02.2021г. супруг был госпитализирован в кардиологическое отделение БУЗВО «ВГКБСМП №1» с жалобами на слабость, повышенную утомляемость, одышка в покое, особенно в положении лежа, одышка при физической нагрузке, отек нижних конечностей, увеличение в объеме живота. В ходе обследования поставлен диагноз <данные изъяты>

12.02.2021г. проведен совместный осмотр лечащего врача ФИО7 с заведующей отделением ФИО8, где выше указанный диагноз был подтвержден.

За время нахождения в БУЗВО «ВГКБСМП №1» проведено обследование, назначено лечение, но состояние супруга истца не улучшалось.

В ходе обследования 11.02.2021г. и 17.02.2021г. было проведено УЗИ органов брюшной полости, в заключении УЗ-признаков указано: гепатомегалия, диффузных изменений печени, поджелезы - Асцит. Также, при осмотре хирурга от 11.02.2021г. был поставлен диагноз гепатомегальный асцит, но лечащим врачом данный диагноз не был взят во внимание.

В медицинской карте №21-005717 стационарного больного указано, что при осмотре от 02.03.2021г. больной выписан с общим состоянием удовлетворительным; за время лечения самочувствие улучшилось, выписан под наблюдение участкового терапевта, кардиолога. На самом деле состояние её (истца) супруга еще больше ухудшилось, он был даже не в состоянии самостоятельно передвигаться.

05.03.2021г. на дом вызваны специалисты ООО «ИНВИТРО-Воронеж» для забора анализов для обследования ФИО3, результат анализов выходил за пределы рефренсных значений. ДД.ММ.ГГГГ. в 04:00 ФИО3 умер.

Согласно медицинскому свидетельству о смерти серия № от 08.03.2021г. БУЗ ВО «ВГКБСМП №10» врачом-патологоанатомом ФИО9 установлена причина смерти <данные изъяты>.

Истец считает, что медицинские услуги ее супругу ФИО3 были оказаны ненадлежащего качества, не правильно установлен диагноз ФИО7 и ФИО8, обследование проведено не в полной мере, назначенное лечение только усугубило состояние больного.

Сотрудниками медицинского учреждения не были предприняты все необходимые и возможные меры, в том числе предусмотренные стандартами оказания медицинской помощи. В то же время у медицинского учреждения имелась возможность оказать всю необходимую и своевременную помощь.

23.03.2021г. отец её (истца) супруга, ФИО10 обратился с жалобой в территориальный орган федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Воронежской области об оказании ненадлежащей медицинской помощи ФИО3 03.11.2021г. был получен ответ с протоколом патологоанатомического вскрытия № от 08.03.2021г., где указано «выдано повторное свидетельство о смерти № от 05.04.21г. «взамен окончательного» со следующей записью в п. 19: <данные изъяты>

Повторное свидетельство о смерти «взамен окончательного» от 05.04.2021 года ей (истцу) предоставили только 03.11.2021 года после её официального запроса и оно вызывает недоумение в совершенно противоречащих между двумя заключениями причинах смерти.

Ненадлежащим оказанием медицинской помощи и в связи со смертью супруга она (истец) испытывает нравственные страдания в виде чувства негодования, возмущения, бессилия, боли от утраты близкого человека. Степень причиненных нравственных страдания истец оценивает в размере 2000 000 рублей.

Досудебная претензия в БУЗ ВО «ВГК БСМП №1» была направлена 15.03.2022г., что подтверждается почтовой квитанцией, с просьбой в 10-дневный срок возместить причиненный моральный вред.

На основании чего, истец просит суд взыскать с БУЗ Воронежской области «Воронежская городская клиническая больница скорой медицинской помощи № 1» в ее, истца, пользу моральный вред в размере 2000 000 рублей, штраф в размере 50% от присужденной суммы.

В судебное заседание истец ФИО6 и представитель истца по доверенности (т.1 л.д.50) ФИО11 поддержали исковые требования в полном объеме, просили их удовлетворить, по основаниям и доводам, изложенным в исковом заявлении, письменных пояснениях к исковому заявлению и письменном отзыве на возражения ответчика ( т. 1 л.д.230, л.д.142 т.2)

Представитель ответчика БУЗ ВО «ВГК БСМП №1» по доверенности (т.2 л.д.88) ФИО12 в судебном заседании не признал исковые требования, возражал против их удовлетворения по основаниям, изложенным в письменных возражениях (т.1 л.д. 98-100, т.2 л.д.128-133).

Привлеченная определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 29.11.2022г., к участию в деле в качестве третьего лица ФИО8 возражала против удовлетворения исковых требований, пояснив, что ФИО3 находился на стационарном лечении в кардиологическом отделении в БУЗ ВО «ВГК БСМП №1» ему был поставлен диагноз: <данные изъяты> Вышеназванный диагноз у ФИО3, обуславливавшим тяжесть состояния и необходимость стационарного лечения, являлась <данные изъяты>. Пациенту ФИО3 был назван и разъяснен поставленный диагноз, режим питания и рекомендации по лечению. Все медицинские мероприятия проводились в полном объеме, надлежащим образом, всем медицинским персоналом БУЗ ВО ВГКБСМП №1. Отметила, что ФИО3 был выписан из БУЗ ВО ВГКБСМП №1 кардиологического отделения №2, по медицинским показаниям, в связи с тем, что у него не было дальнейших показаний для продолжения стационарного лечения.

Третье лицо Территориальный орган федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Воронежской области не направил своего представителя для участия в судебном заседании, о дне и времени слушания дела извещались надлежащим образом (т.2 л.д. 167-168).

Привлеченные определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 08.06.2022г., (т.1 л.д.210) к участию в деле в качестве третьих лиц ФИО13, ФИО25 не возражали против удовлетворения исковых требований, указав, что являются детьми умершего ФИО3, считают, что их отцу был неверно поставлен диагноз и назначено неверное лечение, которое привело к его, ФИО3, смерти.

Привлеченный определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 05.05.2022г., к участию в деле в качестве третьего лица Департамент здравоохранения Воронежской области, не направил своего представителя для участия в судебном заседании, о дне и времени слушания дела извещены надлежащим образом (т.2 л.д. 167-168).

Привлеченная определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 05.05.2022г., к участию в деле в качестве третьего лица ФИО7 в судебное заседание не явилась, о дне и времени слушания дела извещалась надлежащим образом, представила суду письменные возражения (т.1 л.д.121, т.2 л.д. 162).

Привлеченное определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 28.07.2022г., к участию в деле в качестве третьего лица АО «СогазМед», не направило своего представителя для участия в судебном заседании, о дне и времени слушания дела извещены надлежащим образом, представили суду письменный отзыв (т.2 л.д.6-8, 163-164).

Привлеченное определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 29.11.2022г., к участию в деле в качестве третьего лица СПАО «Ингосстрах», не направило своего представителя для участия в судебном заседании, о дне и времени слушания дела извещены надлежащим образом (т.2 л.д. 169).

Привлеченный к участию в деле определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 08.06.2022(т.1 л.д.210) в качестве третьего лица ФИО26 определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 27.12.2022 г. исключен из числе третьих лиц, в связи со смертью (т.2 л.д.102)

Суд, выслушав участников процесса, допросив свидетелей, заслушав заключение помощника прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Как установлено в процессе рассмотрения дела, и следует из материалов дела, на основании экстренного направления, выданного 11.02.2021г. врачом-терапевтом БУЗ ВО «ВГКП №4» ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ г.р. был доставлен в БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» 11.02.2021г. в 22-47 бригадой СМП. (т.1 л.д. 11)

Проведено дообследование в приемном отделении: рентгенография органов грудной клетки №96 от 11.02.2021г.: <данные изъяты>

Проведено УЗИ органов брюшной полости 11.02.2021г.: <данные изъяты> (т.1 л.д. 26).

ФИО3 был установлен предварительный диагноз: «<данные изъяты>».

Сформирован план обследования: OAK, ОАМ, Б/х крови, ЭКГ, Эхо-КГ, ХМЭКГ; план лечения: антикоагулянты, антиаритмические препараты, статины, ИПП, и-АПФ, БАБ.

В связи с чем, ФИО3 был госпитализирован в кардиологическое отделение №2 в 00-50ч. 12.02.2021г. согласно графику госпитализации больных терапевтического профиля с диагнозом: «<данные изъяты>. Лечащим врачом назначена ФИО2 - врач второй категории, имеющий действующие специальностям «кардиология» и «терапия».

План лечения ФИО3, обследования согласован с заведующей кардиологическим отделением - врачом высшей категории ФИО8

ФИО3 получал лечение: <данные изъяты>

В процессе нахождения ФИО3 на лечении 18.02.2021г. на консультацию был вызван д.м.н., доцент кафедры факультетской терапии ВГМУ им. Н.Н Бурденко ФИО14, поставлен диагноз:..«<данные изъяты>». Рекомендовано: УЗИ почек; анализ мочи по ФИО27; общий анализ мочи; посев мочи; консультация уролога. В лечении: <данные изъяты> (т.1 л.д. 20 оборот - 21).

ФИО3 02.03.2021г. выписан для продолжения лечения в амбулаторных условиях с диагнозом «<данные изъяты>. Рекомендовано: контроль АД, ЧСС, пульса; дневник давления; рентген-контроль ОГК через месяц, контроль диуреза; наблюдение участкового терапевта, кардиолога по месту жительства; консультация гематолога; консультация и наблюдение уролога в поликлинике по месту жительства; рентгенография плечевого сустава амбулаторно; контроль ХМ-ЭКГ амбулаторно; контроль анализов /крови:/OAK, сывороточное железо, ГГТП, ЩФ, АлАт, АсАт, общий билирубин,/ коагулбграмма, мочевина, креатинин, натрий, калий; прием препаратов: <данные изъяты> (т.1 л.д. 23 оборот - 24, 39).

Как указала истец ФИО6, после выписки из БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» состояние здоровья ФИО3 ухудшалось. В связи с чем, 05.03.2021г. на дом были вызваны специалисты ООО «ИНВИТРО-Воронеж» для забора анализов крови у ФИО3, результат анализов выходил за пределы рефрентных значений.

ДД.ММ.ГГГГ. в 04:00 ФИО3 умер, что следует из свидетельства о смерти от 11.03.2021г. (т.1 л.д. 9 оборот).

ФИО6 считает, что медицинские услуги ее супругу ФИО3 были оказаны ненадлежащего качества, не правильно установлен диагноз врачами кардиологического отделения БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» ФИО7 и ФИО8, обследование проведено не в полной мере, назначенное лечение только усугубило состояние больного. Считает, что её супруг (ФИО3) был бы жив, если бы ему было оказано правильное лечение.

В связи с чем, ФИО6 обратилась с досудебной претензией к руководителю БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» ФИО15, в которой просила в 10-дневный срок выплатить ей компенсацию морального вреда в связи со смертью супруга - ФИО3 в размере 2000000 руб. (т.1 л.д. 40-41).

Также на основании заявления ФИО6 постановлением следователя по особо важным делам СО по Советскому району г. Воронежа СУ СК России по Воронежской области от 02.08.2022г. было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ по факту причинения по неосторожности смерти ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей медицинскими работниками БУЗ ВО «ВГКБСМП №» (т.1 л.д. 243). Потерпевшей по данному уголовному делу признана ФИО6 (т.1 л.д. 247).

Возражая против исковых требований, представитель ответчика по доверенности ФИО12 указал, что в процессе рассмотрения дела представлены документы, составляющие экспертное мнение в области оказания медицинских услуг, которые подтверждают и устанавливают, что действия работников БУЗ ВО «ВГКБСМП № 1», не привели к ухудшению здоровья ФИО3 и не причинили ему какой - либо вред здоровью и жизни. Все медицинские мероприятия ФИО3 проводились в полном объеме, согласно стандартам медицинской помощи при выявленных заболеваниях надлежащим образом всем медицинским персоналом БУЗ ВО «ВГКБСМП №1».Какой – либо вины медицинского персонала БУЗ ВО «ВГКБСМП №1». В смерти ФИО3 нет.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее по тексту - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В статье 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 названного Закона).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 4 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская услуга - это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации" предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, - возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЭ).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абзац 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (абзац 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда") разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

В пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (пункт 1 статьи 1068 ГК РФ).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе морального, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 ГК РФ.

Из всего изложенного выше следует, что применительно к спорным отношениям по делу, в соответствии с действующим правовым регулированием, медицинская организация должна доказать отсутствие своей вины в причинении вреда ФИО3 вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи.

Согласно части 1 статьи 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Как усматривается из справки о смерти № № от 11.03.2021г. и медицинского свидетельства о смерти серии № от 08.03.2021г. причинной смерти ФИО3 указаны <данные изъяты> (т.1 л.д. 9, 10).

В материалах дела имеется копия корешка медицинского освидетельствования о смерти серии № от 08.03.2021г. в котором причиной смерти ФИО3 указана <данные изъяты> (т.1 л.д. 208).

Также имеется копия корешка медицинского освидетельствования о смерти серии № от 20.04.2021г., в котором причиной смерти ФИО3 указана <данные изъяты> (т.1 л.д. 209).

Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия № 10-ГП №4 от 08.03.2021г., выполненному БУЗ ВО «ВГКБСМП №10», первоначальной причиной смерти ФИО3 явилась хроническая ишемическая болезнь сердца с нарушениями ритма, нарастающей сердечно-сосудистой недостаточностью, застойно-дистрофическими изменениями внутренних органов, отеком легких, что и явилось непосредственной причиной смерти ФИО3 В данном протоколе имеется указание на то, что выдано повторное свидетельство о смерти № от 05.04.2021г. «взамен окончательного» со следующей записью в п.19: I а. Отек легких при болезни сердца, б. Кардиосклероз атеросклеротический (т. 1 л.д. 37-38).

Из материалов дела следует, что отец ФИО3 – ФИО10 23.03.2021 г. обратился с жалобой в территориальный орган федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Воронежской области об оказании ненадлежащей медицинской помощи ФИО3 (т.1 л.д.32)

Территориальный орган Росздравнадзора по Воронежской области направил в адрес руководителя департамента здравоохранения Воронежской области ФИО16 сообщение о поступившем от ФИО10 обращении. Указал, что для всесторонней, объективной оценки факто, изложенных в обращении гр.ФИО10 необходимо проведение экспертизы качества медицинской помощи, а также ведомственного контроля качества безопасности медицинской деятельности. В связи с чем, направило копии обращения ФИО10 в департамент здравоохранения Воронежской области для осуществления ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности, в адрес ТФОМС Воронежской области для проведения экспертизы качества медицинской помощи. Заявителю сообщено для сведения (т.1 л.д.33-34)

Из протокола заседания врачебной комиссии БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» от 30.04.2021 г. в составе: председателя зам.главного врача по КЭР ФИО17, зам.пред.ВК: зам.главного врача по ОМР ФИО18, зам.главного врача хирургии ФИО19, Членов ВК: и.о. зав.первичного неврологического отделения для лечения острых нарушений мозгового кровообращения ФИО20, зав.первым хирургическим отделением ФИО21, зав.нейрохирургическим отделением ФИО22, приглашены: зав.кардиологическим отделением № 2 ФИО5, секретарь ВК: врач-терапевт КЭО ФИО23, следует, повестка дня: разбор случая оказания медицинской помощи ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., адрес регистрации <адрес> <адрес>, в рамках внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности при рассмотрении обращения в департамент здравоохранения <адрес>. Решение ВК: на основании изучения медицинской карты № установлено, что медицинская помощь ФИО3 оказана своевременно, в соответствии с планом обследования, планом лечения, с учетом установленного диагноза. Дефектов оказания медицинской помощи не выявлено (т.2 л.д.91-94)

Постановлением следователя по особо важным делам СО по Советскому району г. Воронежа СУ СК России по Воронежской области от 15.05.2022г. в рамках уголовного дела была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам БУЗ ВО «Воронежское областное бюро СМЭ». Перед экспертами были поставлены следующие вопросы:

1.Какова причина смерти ФИО3?

2. Имеется ли в действиях медицинских работников БУЗ ВО «БСМП №1» признаки ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, имеются ли деффеты (недостатки) оказания медицинской помощи ФИО3, если да, то кем именно из медицинских работников, на каком этапе оказания медицинской помощи?

3.Находится ли ненадлежащее исполнение профессиональных обязанностей медицинских работников БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» в прямой причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода (в виде смерти ФИО3, или вреда здоровью ФИО3)? Если по результатам ненадлежащего оказания медицинской помощи причинен вред здоровью ФИО3, то на каком этапе оказания медицинской помощи и каковы его характер и степень тяжести?

4.Возможно ли было избежать наступление неблагоприятных последствий (в виде смерти ФИО3 или вреда здоровью ФИО3), в случае надлежащего оказания ему медицинской помощи? (т.1 л.д. 244-245).

Согласно выводам, указанным в заключении эксперта комплексной судебно-медицинской экспертизы № 59.22 от 03.10.2022г., выполненной экспертами БУЗ «Воронежское областное бюро СМЭ» отсутствие полного и всестороннего исследования трупа в ходе аутопсии и обусловленная, в том числе и этой причиной, нерепрезентативность набора кусочков органов и тканей от трупа, не взятие материала для химического и других лабораторных исследований не позволяют экспертной комиссии установить, что послужило причиной летального исхода ФИО3 (ответ на вопрос №1).

Изучением представленного материала, анализ которого детально изложен в разделе «Оценка результатов исследования» настоящего «Заключения эксперта», признаков ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей медицинскими работниками БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» (дефектов оказания медицинской помощи), состоящих в причинной связи с ухудшением (утяжелением) состояния ФИО3, ускорением течения имеющихся патологий, формированием нового патологического процесса, позволяющими их трактовать как причинение вреда здоровью, летальным исходом, созданием опасности для жизни пациента (применении небезопасных способов лечебно-диагностического воздействия) или неприменением надлежащих лечебных мероприятий при нахождении пациента в опасном для жизни и здоровья состоянии, экспертами не установлено (ответ на вопросы №2, 3).

В силу невозможности установления причины наступления смерти ФИО3 разрешить вопрос о возможности недопущения его смерти не представляется возможным (ответ на вопрос №4) (т.2 л.д. 30-69).

Таким образом, из изложенного выше следует, что вред здоровью супругу истца ФИО6 – ФИО3 действиями (бездействиями) БУЗ ВО «ВГКБСМП № 1» причинен не был, вопреки доводам истца.

Согласно ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ.

Вместе с тем, на основании обращения ФИО6 экспертом качества медицинской помощи ФИО24 по поручению Воронежского филиала АО «СК «Согаз-Мед» был составлен Акт экспертизы качества медицинской помощи (стационарной) № от 24.05.2021г. и Экспертное заключение к акту № от Целевая (протокол оценки качества медицинской помощи) из которых следует, что с начала госпитализации до 18.02.21 в осмотрах не указаны размеры печени, не пальпируется- по какой причине не ясно не увеличена или из-за отека передней брюшной стенки), впервые гепатомегалия (+4см) отмечена 18.02 при конс., кафедрального консультанта, его рекомендации по обследованию не выполнены в полном объеме (ан.мочи по ФИО27, посев мочи). Неясно проведена ФЭГДС или нет? Протокола нет, но представлена гистология полипа желудка без атипии; Язвенный анамнез не собран, в соответствии с базой счетов несколько эпизодов ЖКК с 2015 по 2020 годы. Выявлены дефекты оказания медицинской помощи, а именно при постановке кардиологического диагноза: отсутствует аритмический анамнез (давность, частота пароксизмов, терапия, эффективность, проявления ХСН, в соответствии с базой счетов ФП впервые возникшая); неясно на основании каких критериев установлена ХСНЗ (описан только отечный с-м). При ЭхоКГ ФВ 58%, клапанная патология, патологическая регургитация незначительные, признаков легочной гипертензии, нарушений диастолической функции ЛЖ, жидкости в перикардиальной полости не отмечено, кол-во свободной жидкости в брюшной полости не указано, при поступлении «хрипы единичные, сухие, в нижних отделах». При указанных признаках развитие общего, рефрактерного к терапии отечного с-ма с анасаркой, гепатомегалией кардиогенного происхождения должно вызывать сомнения в установлении его причины. При поступлении в б/х крови признаки нарушений функции печени: снижены ПТИ, общий белок, холестерин, ЛПВП, резко повышены билирубин 70 (в 3 раза), связанный 40 (в 8 раз), свободный 30 (в 2 раза), АлАТ 52 (в 2 раза), АсАТ109 (в 3 раза); назначены статины - абсолютное противопоказание - нарушения ф-ции печени с повышением трансаминаз и 3 раза, отменены только 17.02 (после контроля б/х). На основании чего сделан вывод: необоснованное назначение лекарственных препаратов; одновременное назначение аналогичных лекарственных препаратов, связанное с риском для здоровья пациента и/или приводящее к удорожанию оказания медицинской помощи. Выявлены дефекты оказания медицинской помощи не повлияли на исход заболевания (т.2 л.д. 9-10).

Таким образом, следует, что проведенной экспертизой качества оказания ФИО3 медицинской помощи БУЗ ВО «ВГКБСМП № 1» в период с 11.02.2021 г. по 02.03.2021 г. выявлен факт оказания ФИО3 медицинской помощи ненадлежащего качества.

Частью 1 статьи 37 Закона N 323-ФЗ установлено, что медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Согласно пункту 15 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" лечащий врач - это врач, на которого возложены функции по организации и непосредственному оказанию пациенту медицинской помощи в период наблюдения за ним и его лечения.

В соответствии со статьей 18 Закона об основах охраны здоровья граждан каждый имеет право на охрану здоровья (часть 1).

Право на охрану здоровья гарантируется и обеспечивается оказанием доступной и качественной медицинской помощи (статья 18 п. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 № 323 - ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В соответствии с частью 1 статьи 19 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право на медицинскую помощь.

В силу части 2 статьи 19 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Из положений п. 21 ст. 2 Федерального закона N 323-ФЗ следует, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно ст. 98 Федерального закона N 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Указанные в вышеназванном Акте экспертизы качества медицинской помощи № от 24.05.2021 г. и Экспертном заключении к акту № от Целевая (протокол оценки качества медицинской помощи) нарушения требований к качеству медицинской услуги (помощи), нарушением прав в сфере охраны здоровья, может рассматриваться как основание для компенсации морального вреда, и при наличии к этому оснований, для возмещения убытков.

При рассмотрении дела, в судебном заседании 19.12.2022 г. истец ФИО6, пояснила, что в больнице её мужу ФИО3 был неправильно поставлен диагноз, было оказано неправильное лечение. После двух дней после того, как её мужа выписали, он умер. Считает, что врачи только усугубили его состояние, отравляли таблетками, вследствие чего ему (ФИО3) стало намного хуже. Её муж (ФИО3) был бы жив, если бы ему было оказано правильное лечение. Ввиду ненадлежащего оказания медицинской помощи супругу (ФИО3) она, истец, потеряла родного и близкого ей человека, они прожили в браке 38 лет. Воспитывали с ним двоих детей. Ей (ФИО4) не хватает мужа (ФИО3), с которым последнее время они проживали вдвоем. Муж (ФИО3) заботился о ней (ФИО4), он содержал ее финансово, поскольку у него была достойная пенсия, также он параллельно работал. С его смертью она (ФИО4) также стала ограничена в финансовых средствах.

Представитель истца по доверенности ФИО11 в судебном заседании также пояснила, что, так как умерший (ФИО3) являлся военным, истец ( ФИО4) разделяла все тяготы его службы, чтобы быть с ним вместе.

В судебном заседании по ходатайству стороны истца были допрошены в качестве свидетелей ФИО1, ФИО2

Свидетель ФИО1 пояснила в судебном заседании, что является родной сестрой ФИО3 Ей известно, что её брата (ФИО3) положили в больницу, так как у него было плохое состояние. С пояснений брата ей известно, что у него проблемы с сердцем. Она (свидетель) показала анализы брата своему отцу, он ей пояснил, что анализы у него (отца) намного хуже, чем у брата и стоит удостовериться в его анализах, показав их другому врачу. Они пошли в частную поликлинику и им дали консультацию, что проблемы явно не сердцем. С них не взяли никакие денежные средства за консультацию. Насколько она (свидетель) знает, брат ходил в военную поликлинику проверять желудок. Она (свидетель) видела, что у брата была большая слабость, он вставал с трудом с кровати, у него был желтый цвет кожи. Им посоветовали сделать переливание плазмы, они сделали, ему стало немного лучше. ФИО3 выписывали в ухудшающем состоянии, никаких улучшений не было. Она (ФИО1) не присутствовала при выписке, приехала в день выписки домой к ФИО3 Насколько она свидетель) знает причина смерти была болезнь - цирроз, но поставлен диагноз был, что у её брата проблемы с сердцем. Также пояснила, что она (свидетель) приходила после работы к брату в больницу вечером, когда врачей в больнице уже не было. Один раз я пришла в воскресенье и у брата была высокая температура, и она (свидетель) бегала по всей больнице, чтобы хотя бы сбили температуру брату. В итоге врачи послушали брата (ФИО3) и дали ему парацетамол.

Также свидетель пояснила, что в совместном браке истец и ФИО3 прожили с 1983 года. В семье были хорошие отношения, они ездили в гости к ним. ФИО3 был очень заботливый. После его смерти истец очень тоскует.

На вопросы третьего лица свидетель пояснила, что в РЖД больницу она пошла официально, чтобы посоветоваться с врачом по анализам брата. она пришла без пациента за консультацией, врач посмотрев анализы сказала, что состояние у брата очень плохое. Она (свидетель) предоставила медицинскую документацию врачу. Отец (ФИО10) не имел медицинское образование, но он очень интересовался этим.

Свидетель ФИО2 в судебном заседании пояснил, что он знает ФИО3, это родной брат жены. Перед тем, как забрали ФИО3 в больницу, он (свидетель) был у них в гостях, и он (ФИО3) ему сказал, что ему плохо. Он (ФИО2) навещал в больнице 2-3 раза ФИО3 Его (ФИО2) супруга после работы ездила, чтобы навестить брата, а он (свидетель) ее забирал. ФИО3 был не против госпитализации, так как он жаловался на здоровье. Ему (свидетелю) сказали, что у ФИО3 проблемы сердцем, и он очень удивился, потому что он (ФИО3) не жаловался на сердце. Когда он (свидетель) последний раз был в больнице у ФИО3, у него (ФИО3) цвет кожи был желто-зеленый, он (свидетель) сказал врачу, что возможно у него интоксикация организма, и ему нужно очистить кровь. Когда они приехали после выписки к ФИО3, он был в полубессознательном состоянии. По поводу причины смерти ему известно, что был поставлен сначала один диагноз, а потом был поставлен другой.

Также свидетель ФИО2 пояснил, что он знал супругу ФИО3 (ФИО6) со школьной семьи, так как учился в 1 классе с его родной сестрой. Он (свидетель) знает, что в семье ФИО29 были хорошие отношения. После потери супруга истец очень сильно переживает. С мужской стороны может сказать, что истец постарела, потеряв супруга. Истец решала вопросы по лечению своего мужа с его (свидетеля) женой. Ему неизвестны подробности лечения ФИО3 Он не подходил к врачу с вопросом узнать о лечении ФИО3

Пунктом 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Согласно пункту 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Анализируя собранные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу о доказанности факта оказания ФИО3 медицинской помощи ненадлежащего качества.

При этом, суд считает необходимым отметить, что выявленные дефекты в оказании медицинской помощи ФИО3 не состоят ни в прямой, ни в косвенной причинно-следственной связи с его смертью, и причинении истцу нравственных страданий, вызванных смертью близкого человека - супруга.

Доводы стороны ответчика БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда подлежат отклонению, поскольку материалами дела подтверждено наличие дефектов в оказании медицинской помощи ФИО3

Из анализа статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Оценка разумности и справедливости размера компенсации морального вреда относится к прерогативе суда первой и апелляционной инстанции.

Таким образом, данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы закона, с учетом степени вины ответчика и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Принимая во внимание критерии определения размера компенсации морального вреда, принципы конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, руководствуясь принципами разумности и справедливости, исходя из того, что жизнь и здоровье человека относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, здоровье – это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи, учитывая характер недостатков (дефектов), допущенных ответчиком при оказании медицинской помощи супругу истца, характер и степень физических и нравственных страданий истца, индивидуальные особенности ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, нахождение в совместном браке с умершим ФИО3 на протяжении 38 лет), а также с учетом наличия иных лиц (детей ФИО3), имеющих право на возмещение морального вреда, суд считает, что размер компенсации морального вреда в сумме 350000 рублей будет соответствовать изложенным выше критериям определения размера компенсации морального вреда, требованиям разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, обеспечит баланс интересов сторон, позволит максимально возместить физические и нравственные страдания ФИО6

Оснований для компенсации морального вреда в размере заявленном в иске (2000 000 рублей) по доводам истца ФИО6 суд не находит, исходя из изложенных выше обстоятельств.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения Воронежской области «Воронежская городская клиническая больница скорой медицинской помощи № 1» (БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» (ОКПО № ОГРН № ИНН/КПП №) пользу ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 350000 (триста пятьдесят тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через районный суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья Макаровец О.Н.

Мотивированное решение суда изготовлено 10.01.2023 года