31RS0016-01-2023-001602-87 № 2-2573/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 апреля 2023 года город Белгород

Октябрьский районный суд города Белгорода в составе:

председательствующего судьи Гладченко Р.Л.,

при секретаре Ямпольской А.И.,

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, ответчика ФИО3, ее представителя и представителя ответчика ОГАПОУ «Белгородский индустриальный колледж» ФИО4,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Областному государственному автономному профессиональному образовательному учреждению «Белгородский индустриальный колледж», ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ОГАПОУ «Белгородский индустриальный колледж», ФИО3, с учетом уточнения просил:

-взыскать с ответчиков моральный вред, причиненный истцу в результате оказанного психологического давления и угроз по <данные изъяты>

- обязать ответчиков принести истцу публичные извинения в СМИ г. Белгорода;

- взыскать с ответчиков солидарно расходы по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты>

В обоснование заявленных требований указано, что 08.10.2022 административный истец выходил на антивоенный пикет с плакатом, после чего, из-за его позиции, ему стали угрожать по месту его учебы. Ему не раз звонили из колледжа и угрожали отчислением или «проблемами», если он не перестанет публиковать антивоенные посты в социальных сетях. Сокурсники намекали, что его жизнь после окончания дистанционного обучения не будет прежней. Руководство колледжа выставило ему требование присылать свои фотографии из дома каждый день, а также участвовать в акциях в поддержку СВО. У него с заместителем директора ОГАПОУ «Белгородский индустриальный колледж» ФИО3 состоялся разговор, в котором она назвала его предателем и дураком, говорила, что отправила бы его на фронт, что он нарушил УК РФ. Давление и угрозы со стороны ФИО3 причинили истцу нравственные страдания, представляющие собой эмоционально - волевые душевные переживания, которые выражались в чувстве дискомфорта, унижения, стыда, ущербности, подавленности, отчаяния, раздражения и гнева. Действиями ФИО3 умален и унижен авторитет ФИО1 в коллективе, в котором он учится. После беседы с ФИО3 студенты стали его (ФИО1) упрекать и оскорблять, и он до сих пор не может оправится от произошедшего. Моральный вред оценивает в размере <данные изъяты> так же просит суд обязать ФИО3 публично принести в СМИ извинения в его адрес.

В судебном заседании ФИО1 свои уточненные исковые требования поддержал в полном объеме, по обстоятельствам, изложенным в уточенном иске. В дополнении пояснил, что из-за его позиции, к нему изменилось отношение его сокурсников, не разделяющих с ним его взглядов. После пикета (08.10.2022) и публикаций в социальных сетях от сокурсников стали поступать угрозы, с ним перестали общаться, друзей не осталось, в настоящее время общается только с юристами. 12.10.2022 в ходе беседы, ФИО3 в присутствии ФИО5 назвала его <данные изъяты> Этот разговор он записал на телефон, а затем передал телеграмм - каналу <данные изъяты> Моральный вред связывает, с тем, что от случившегося пострадало его доброе имя.

Представитель истца ФИО1- ФИО2 исковые требования поддержал по обстоятельствам, изложенным в уточненных исковых требованиях. Моральный вред связывает с нарушением ФИО3 профессиональной этики, ответчик является преподавателем, и разговор в таком формате, в котором он состоялся между ФИО1 и ФИО3 не допустим. ФИО3, как должностное лицо, а ОГАПОУ «Белгородский индустриальный колледж», как работодатель ФИО3, обязаны нести ответственность за непрофессиональное отношение ФИО3 к своим должностным обязанностям, как педагога и заместителя директора по учебно- воспитательной части. Давление со стороны ОГАПОУ «Белгородский индустриальный колледж» и ФИО3, причинило ФИО1 нравственные страдания, чувство подавленности, раздражения и гнева, ущемление права на свободу слова и собрания.

Представитель истца ФИО1- ФИО6 в судебное заседание не явился, ранее в предыдущих судебных заседаниях от 06.04.2023,12. 04.2023 исковые требования поддержал по обстоятельствам, изложенным в уточненных исковых требованиях.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, по обстоятельствам, изложенным в письменных возражениях, в дополнении пояснила, что записи беседы с ФИО1 она не вела, и телеграмм-каналу не передавала. Сказанные ею (ФИО3) слова в ходе беседы отнесены к произошедшей ситуации, а не к личности ФИО1 ФИО1 задавал провокационные вопросы, как теперь выяснилось для аудиозаписи беседы и преданию ее огласке. Возможно, она отреагировала излишне эмоционально, но у нее не было намерения каким-то образом оскорбить либо унизить ФИО1 Доказательств, причинения ею морального вреда истцом не представлено.

Представитель ответчика ОГАПОУ «Белгородский индустриальный колледж», ФИО3 - ФИО4 исковые требования не признал, в обоснование указал, что оснований для применения положений ст. 1069 ГК РФ не имеется, поскольку ответчики не отнесены к государственным органам, органами местного самоуправления, а также их должностным лицам. ФИО3 аудиозапись беседы с ФИО1 не вела и телеграмм - каналу не передавала. Профилактическая беседа проходила в кабинете ФИО3, в отсутствие куратора. Вины колледжа нет, в том, что ФИО1 сам вел аудиозапись беседы с ФИО3, а затем передал ее телеграмм- каналу.

Исследовав письменные материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 23 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ).

В соответствии со ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом (п. 1).

Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети "Интернет", гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети "Интернет" (п. 5).

Если установить лицо, распространившее сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, невозможно, гражданин, в отношении которого такие сведения распространены, вправе обратиться в суд с заявлением о признании распространенных сведений не соответствующими действительности (п. 8).

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" разъяснено, что обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 ГК РФ значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения (абз. 4).

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица (абз. 5).

Как указано в п. 9 вышеуказанного постановления Пленума силу п. 1 ст. 152 ГК РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений (абз. 1).

В соответствии со ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (абз. 3).

Как следует из разъяснений, содержащихся в абз. 6 п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", на ответчика, допустившего высказывание в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (ст. ст. 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным, и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 08.10.2022 в 18-52 час. ФИО1, находясь <данные изъяты> осуществил демонстрирование окружающим плаката с текстом <данные изъяты>

Постановлением судьи Октябрьского районного суда г. Белгорода от 08.11.2022, оставленным без изменения судьей Белгородского областного суда от 12.12.2022, постановлением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 03.04.2023, ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.20.3.3 КоАП РФ с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере <данные изъяты>

В указанном постановлении судьей Октябрьского районного суда г. Белгорода действия ФИО1 квалифицированы по ч.1 ст. 20.3.3 КоАП РФ, как совершение публичных действий, направленные на дискредитацию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности, в том числе публичные призывы к воспрепятствованию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в указанных целях, если эти действия не содержат признаков уголовно наказуемого деяния.

Как пояснил в судебном заседании ФИО1 12.10.2022 ФИО3 в присутствии классного руководителя ФИО5 назвала его предателем и дураком.

Из пояснений ФИО3 следует, что при проведении беседы с ФИО1 каких-либо слов с целью унизить его честь и достоинство, оказать давление либо оскорбить ФИО1 с ее стороны не поступало. Сказанные ею (ФИО3) слова в ходе беседы отнесены к произошедшей ситуации, а не к личности ФИО1

Из пояснений ФИО5, допрошенной судом в качестве свидетеля, следует, что она, как классный руководитель, вместе с ФИО1 зашла в кабинет ФИО3, пробыла там некоторое время, а затем вышла, и ожидала ФИО1 в коридоре. В момент ее нахождения в кабинете к разговору не прислушивалась, поскольку в тот момент у нее начинались пары, провидимые дистанционно, поэтому она вышла из кабинета.

В ходе рассмотрения дела прослушана аудиозапись, на которой содержатся, соответственно, высказывания <данные изъяты>

Из экспертного заключения № ООО <данные изъяты> от 16.02.2023 следует, что для специального лингвистического исследования представлен материал: аудиозапись разговора, ранее размещенной в сети интернет, состоявшегося 12.10.2022 между заместителем директора ОГАПОУ «Белгородский индустриальный колледж» ФИО3 и студентом <данные изъяты> ФИО1 в служебном кабинете, после проведения ФИО1 одиночного пикета в <данные изъяты> с плакатом: <данные изъяты> а так же графическим изображением <данные изъяты>

Интонационный анализ спорных высказываний <данные изъяты> выявил то, что они произнесены с вопросительной и восклицательной интонацией, что соответственно отражено вопросительным и восклицательным знаками препинания при выносе на бумажный носитель.

Первое высказывание ФИО3 <данные изъяты> - вопросительное, не сообщающее, а является компонентом вопросо-ответной структуры и может рассматриваться как реакция на предшествующий вопрос говорящего (ФИО1). Таким образом, данное высказывание использовано во вторичной функции и не направлено на поиск информации….Эмоциональность высказывания можно предположить, учитывая языковое поведение собеседника (ФИО1), которое имеет признаки некооперативной конфликтной стратегии речевой дискредитации, в основе которой лежит нарушение правил речевого общения доброжелательного сотрудничества.

Второе высказывание <данные изъяты> У нас есть принципы работы...» также выражает ответную реакцию на вопрос ФИО1 «Ну, руководство вам сказало или полицейские?» Говорящий (ФИО3) просто выражает свои негативные эмоции. Употребление в данном контексте слова «дурак» - это эмоциональная негативная оценка говорящим, выражение его личного эмоционального отношения к речевому поведению ФИО1, его показываемому непониманию ситуации.

Анализ коммуникативной ситуации подтверждает, что употребление слова <данные изъяты> с обобщенным значением - <данные изъяты> ФИО3 - это эмоциональная реакция на провокационные вопросы ФИО1

В процессе экспертизы так же установлено, что используемая спорная языковая форма <данные изъяты> характеризует отдельный поступок ФИО1 (выход на пикет), а не в целом как личность: <данные изъяты>

Здесь не характеризуется личность как таковая, а характеризуется ее сдельное проявление, действие в конкретной ситуации через языковое сопоставление с некоторым эталоном, что является выразительным приемом речи.

В целом, в анализируемой коммуникативной ситуации не выявлены языковые коммуникативные маркеры, указывающие на умышленность высказанного оскорбления (фразы типа - «пусть все слышат!», «пусть все знают, что ты за человек!», повышенная громкость речи в расчете на то, чтобы услышали как можно большее количество людей, агрессивное приближение к оскорбляемому и подобное). Цель спорных высказываний ФИО3 - эмоционально призвать ФИО1 к пониманию своего неправильного поведения.

Также анализом коммуникативной ситуации было определено, что в представленном устном тексте не реализовывается установка автора на публичное сообщение негативных сведений окружающим, на то, чтобы сделать негативные сведения о ФИО1 достоянием окружающих людей, специально сообщить несоответствующие негативные факты окружающим, чтобы опозорить, унизить его достоинство в глазах окружающих. Высказываемые негативные сведения выступают как чистое выражение негативной эмоции говорящего, его раздражения.

В результате лингвистического исследования представленного для анализа материала сделаны следующие выводы:

1.В каком значении в представленной на исследование аудиозаписи потреблены высказывания ФИО3 <данные изъяты> по отношению ФИО1?

Ответ: Использованное слово <данные изъяты> ФИО3, высказываемые в контексте разговора выступает чистым выражением негативной эмоции говорящего, его раздражения. Это реакция ФИО3 на провокационные вопросы ФИО1 Оно использовано с обобщенным значением - <данные изъяты>

Слово «дурак» используется по форме в вопросительных и восклицательных высказываниях: <данные изъяты>

Слово «предатель» не характеризует личность как таковую, а ее отдельное появление, действие в конкретной ситуации через языковое сопоставление с некоторым эталоном, что является выразительным приемом речи. Данное, слово выступает как мнение-оценка, характеризующее отдельный поступок Бурлакова В..Ю. (выход на пикет), а не в целом его как личность <данные изъяты>»), которым говорящий (ФИО3) выражает свое видение факта в обобщенном виде.

Это слово используется в повествовательных, утвердительных высказывания, содержащие маркеры мнения («А я считаю», «я бы тебе вообще сказала»), его оценочность создается контекстом.

2. Каково истинное значение и происхождение используемых в разговоре слов <данные изъяты>

Слово <данные изъяты> имеет значение «глупый, тупой, несообразительный человек», общепринятым происхождением данного слова в русском языке является факт 5разования с помощью суффикса -ак от древнерусского <данные изъяты> <данные изъяты> являющегося общеславянским словом индоевропейского характера.

Слово <данные изъяты> имеет значение «<данные изъяты> Основной смысл термина - код, отступление, отлучение, от Законов Бога, нарушение моральных норм ;установленных Божеством; в общем, нарушение Десяти заповедей - есть предательство Бога, общества и человека. Предателем в современном политизированном мире обычно называют человека, который резко меняет свои политические убеждения оставляет свою партийную группу и переходит к оппонентам, которые отстаивают противоположные социально- политические идеи.

Суд принимает экспертное заключение № ООО <данные изъяты> от 16.02.2023, данное заключение признается допустимым и достоверным доказательством по делу, поскольку оно проведено специалистом с соответствующим образованием, выводы специалиста изложены подробно и последовательно, непротиворечивы и научно обоснованы. Оснований не доверять выводам специалиста у суда не имеется.

Как установлено судом, и не оспаривалось стороной истца в судебном заседании, ФИО1 привлечен к административной ответственности по ч.1 ст. 20.3.3 КоАП РФ за совершение публичных действий, направленные на дискредитацию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности, в том числе публичные призывы к воспрепятствованию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в указанных целях, если эти действия не содержат признаков уголовно наказуемого деяния.

Обстоятельства проведения 08.10.2022 на <данные изъяты> ФИО1 в судебном заседании не оспаривались, приверженность указанной позиции он подтвердил в судебном заседании.

Принимая во внимание, данные обстоятельства, а так же те, что Постановлением Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации от 22 февраля 2022 г. N 35-СФ "Об использовании Вооруженных Сил Российской Федерации за пределами территории Российской Федерации" дано согласие Президенту Российской Федерации на использование Вооруженных Сил Российской Федерации за пределами территории Российской Федерации на основе общепризнанных принципов и норм международного права, слово «предатель», являющееся мнением-оценкой, характеризующее поступок ФИО1, а именно выход на пикет с плакатом <данные изъяты> нельзя расценивать, как слово, содержащее сведения, порочащие честь, достоинство, деловую репутацию истца, высказанное в оскорбительной форме для истца, имеющее уничижительный, дискредитирующий, оскорбительный характер для истца.

Что же касается высказанного ответчиком ФИО3 слова «дурак», то из обстоятельств, установленных судом, усматривается, что имело место не распространение какой-либо информации ответчиком в отношении истца, а допущение в ходе беседы эмоциональной реакции ответчика на провокационные вопросы ФИО1, Присутствие ФИО5 в ходе беседы само по себе не свидетельствует о намерении ответчика распространить какую-либо информацию относительно истца широкому кругу лиц, поскольку из пояснений сторон с очевидностью усматривается, что вопросы ФИО1 имели признаки некооперативной конфликтной стратегии речевой дискредитации, в основе которой лежит нарушение правил речевого общения доброжелательного сотрудничества.

Обстоятельства, предания широкой огласке спорной аудиозаписи через телеграм-канал <данные изъяты> самим ФИО1, истцом и его представителями не оспариваются.

При таких установленных данных, суд приходит к выводу о том, что, называя истца <данные изъяты> <данные изъяты> ФИО3 допускала эмоциональную окраску и высказывала свое субъективное мнение, возникшее из-за пикета ФИО1, демонстрирующего окружающим плаката с текстом <данные изъяты> в связи, с чем данные высказывания не могут быть предметом судебной защиты, так как носят оценочный характер.

Таким образом, учитывая, что пророчащий характер распространенных сведений не установлен, а сами сведения, по своей сути, являются субъективным мнением и суждениями ответчика ФИО3, которые не могут быть предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Ссылка представителя истца ФИО2 на положение статей 1069, 1070 ГК РФ является несостоятельной, поскольку исходя из основания и предмета иска, требования истца не были основаны на причинении вреда в результате незаконной деятельности государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ уроженцу <данные изъяты> паспорт № выдан <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ) в удовлетворении исковых требований к Областному государственному автономному профессиональному образовательному учреждению «Белгородский индустриальный колледж» (№ ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ уроженки <данные изъяты> паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ) о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Мотивированный тест составлен 10.05.2023.

Судья